Ставлю сотку

- Ривай, как тебе прическа? Свадьба сестры была суматошным, раздражающим и до одури изматывающим событием. Микаса волновалась и приходилось ее успокаивать, что ее крашеный в блондина петух - самый лучший парень в мире (нет), самый заботливый (отчасти) и никогда не предаст (все еще проходит проверку). - Отлично смотрится, - Ривай заправил ей прядь за ухо, в котором были простые сережки-жемчужинки. - Ты самая красивая на свете. Микаса улыбнулась, принимая комплимент. Она не была падка на них, но почему-то принимала каждый от Ривая. И каким-то боком от Жана, своего недоженишка, который умудрился ее впечатлить (членом что ли? надо проверить), влюбить (до румянца на щеках, а это непросто) и окольцевать (факт раздражал, но не так сильно как в начале). С Жаном на мальчишнике Ривай был последние минут 30, чтобы проверить не придумали ли его друзья какой стриптиз от сомнительный девки “все включено”. Удивительно, но все проходило тихо-мирно. Эти дурни поперлись в кинотеатр на какой-то боевик, после которого завалились в клуб. В клубе их Ривай и поймал. Вся их вечеринка протекала в спокойном темпе, не считая спора, окончание которого и застал Ривай. Один из парней выпил банку пива, не касаясь ее руками. Ривай видел его широкую спину в футболке, и немытые волосы в хвостике на затылке. И почему-то бросились в глаза запястья с широким кожаным браслетом, толстым кольцом на большом пальце и тонкая цепочка с какими-то узором. Парень выпил, разжал челюсти и пустая банка упала на пол и откатилась под стол. Все вокруг притихли, а после Жан сразу вышвырнул парня с вечеринки. И никто слова поперек ему не сказал. А после они сидели и обсуждали игры. Это случилось почти 3 месяца назад. А сейчас Ривай помогал одеться утром в платье сестренке и следил, чтобы она случайно не сбежала от сомнений (хотя очень хотелось, чтобы да). - А платье? Не слишком вычурно смотрится? - Микаса неловко покружилась и пышная жемчужная юбка сделала ее похожей на балерину. - Чувствую себя ужасно огромной. - Потому что не привыкла в платьях ходить. - Ненавижу платья, - вставила Микаса. Она отряхнула от пыли юбку, пригладила корсет, подправила грудь и вздохнула. - Я скончаюсь до конца дня, вот увидишь. - Это спор? - Да. Ставлю сотку, что корсет меня задушит раньше. Или упаду в голодный обморок. - Твой жених не позволит чему-то такому случится с тобой, - Ривай перехватил ее руки и опустил. - Ставлю сотню, что именно он первым вытворит какую-то дичь. - По рукам. Они закрепили сделку рукопожатием. Микаса достала из сумочки сотню, Ривай дал свою и она спрятала их в лиф платья. Не слишком надежное место, особенно если женишок полезет к ней целоваться и обниматься. - Жан не звонил? Не писал? - Сотню сообщений скинул с вопросом как ты. И что-то упоминал про дружеский спор, - Ривай точно не помнил сообщение в телефоне Микасы, но та вздрогнула и нахмурилась, явно поняв о чем речь. - Ясно. - Она облизнула губы. - Значит, идем до конца. - Что за спор? - Ривай отошел в угол комнаты, чтобы не мешать. - Да так, слишком давний. Когда мы с Жаном только познакомились, - Микаса нервно повела плечами. - Я надеюсь вы не спорили о том, что кто-то из вас сбежит из ЗАГСа? - Нет, что ты. Нас познакомил один парень, помнишь, я тебе о нем рассказывала? Микаса о многих парнях рассказывала. Ривай предпочел бы о них не знать, но его интересовала жизнь сестры, а с ней бонусом шли и многочисленные разговоры о любовных завоеваниях и павших парнях на поле боя любви. Видимо считала, что их интерес к парням объединяет (у них вкусы слишком разные) и можно выливать кучу эмоций и вопросов. Ривай никогда не хотел знакомиться с парнями Микасы, чтобы отбить, однако одна злобная старуха считала иначе. - Так вот, он выиграл спор, - она посмотрела под ноги и погрустнела. - Он сказал, что мы с Жаном поженимся. - Он среди гостей будет? - Да, со стороны Жана. - Микаса склонила голову, всматриваясь в свое потрясающее отражение. Ее поведение и реакция настораживали. Кто будет себя так вести и тем более звать сомнительного парня, который может всё заруинить, на собственную свадьбу? - Он буйный? Мне за ним присматривать? Микаса покачала головой: - Нет, он самый чудесный, но… - Она сглотнула. - Я была бы не против, чтобы ты присмотрел за ним, но он не любит такое. Это самое “но” пугало недоговоренностью. Что там такое с этим парнем и их спором? И раз он "чудесный", то почему у Микасы такая странная реакция? Сожаление, боль и вина? Что за спор такой? Надо к женишку подкатить, зажать ему яйца в тиски и вытащить всю информацию. Не при Микасе, конечно, а то она устроит потом сладкую жизнь. - Мне нужно о чем-то знать? - уточнил на всякий случай Ривай во избежание проблем на торжестве. Со своей стороны тоже. - Ты итак все знаешь о нем, - Микаса улыбнулась и обернулась. - Так что, поможешь мне с невидимками? Мне кажется, что парикмахерша перестаралась. *** Торжество в ЗАГСе длилось долго. Ривай стоял недалеко от сестры, стараясь спрятаться за спинами тетушек и бабушек. И сканировал толпу, пытаясь выяснить, кто же этот чертов парень, которому сестра проиграла спор. Причем спор древний, как дерьмо мамонта. - Надеюсь, тетушки успокояться со своим спором, - подошла мама и вложила в карман черной рубашки деньги. - На что поспорили? - Девственность Микасы и первую брачную ночь, - мама высунула язык и прикусила, а потом улыбнулась. Да уж, родственники пеклись о девственности Микасы так, словно она племенная кобыла, а не человек. И оберегали ее тело. Ох, знали бы они, что Микаса уже как лет 7 не девственница, удавились бы деньгами, задохнулись от возмущения и поймали сердечные приступы из-за интимной жизни своей любимой племянницы и внученьки. Мама в споре не участвовала, постоянно отмахиваясь. Да и как поставить на девственность и первую брачную ночь, когда она как раз была в курсе что и когда случилась? Когда мама первая помогала Микасе все обсудить и расставить по местам в ее голове и мыслях. А Ривай выгораживал перед сумасшедшей консервативной семейкой, повернутой на традициях и семейных устоях. - Ставлю столько же, что ее не будет, - Ривай ответил маме улыбкой и она ткнула его в ребра пальцем. - Ну да, всю ночь будут деньги считать, - кивнула мама. Из ее прически выбилось несколько прядей, которые легли на голые плечи. - И я им помогать. - Скорее охранять их сон от надоедливой семейки. - Ривай обнял маму и прижал к себе. Пока работница ЗАГСа зачитала стихотворение длинною с поэму о молодой семье (их специально такими оптимистичными пишут, что аж радугой тянет блевать на розовое платье принцессы?), Ривай еще раз осмотрел присутствующих. Он выделил только родственников женишка, попутно вспоминая информацию из интернета и сопоставляя с лицами и фамилиями. Он же помогал парочке рассаживать всех. Конечно, большинство приедет в ресторан, чтобы не мешаться перед фотосессиями у молодоженов, но кто ж знает, когда парень захочет взять свой выигрыш? От оператора и фотографа Ривай старался держаться как можно дальше и нервно поправлял перчатки. Микаса сама разрешила, зная особую нелюбовь Ривая к съёмке ввиду некоторых особенностей. Скорее к тому, как многие реагировали на его травму (так что проще не попадаться и не светиться). Когда они вывалились из ЗАГСа, Ривай сел в машину, в которой до росписи ездил жених. С парочкой поехали свидетели, а Ривай следил, чтобы все желающие поездить и посоздавать массовку в ожидании пока молодожены вволю нафотографируются на память (уж лучше бы на долгую), расселись по машинам и всем хватило мест. Микаса не планировала заезжать в кучу мест, так любимых другими молодоженами города. Она хотела в первую очередь возложить венки дедам за мир, а после в ботаническом саду пофотографироваться в оранжерее (кучу денег угрохали за пару часов на травке). Ранняя весна расщедрилась на солнышко в день свадьбы, и Ривай надеялся, что таковым оно и останется до вечера. Ну или хотя бы до момента, пока все не соберутся в ресторане. А там хоть снег, хоть дождь, хоть ураган - плевать. Как гости будут доезжать до своих домов - не его проблемы. Вернее, его - такси пообещал оплатить. И вообще поклялся быть примерным и образцовым старшим братом на зло семейке и злобной старухе в частности. И конечно, до ресторана он так и не вычислил, кто же выиграл спор. И его тему. *** Собирался Эрен нервно. Во-первых, он проспал. Будильник не зазвонил. Ни один. А тот, что ставил на кухне на всякий случай - не услышал. На телефоне все отрубились. Или же он просто не услышал. Скорее не услышал, потому что после дикой усталости и загруженности, Эрен спал как убитый. Во-вторых, приготовленный костюм помялся. И пришлось его срочно утюжить. И одновременно пить кофе и отвечать на звонки Жана и объясняться. Уж лучше выпить 10 банок пива, чем внятно объяснить Жану причину опоздания. А пиво Эрен терпеть не мог. В-третьих, когда Эрен вышел из дома, его внаглую облила машина и пришлось спешно возвращаться домой и чистить костюм. И опять объяснять Жану причину задержки. В-четвертых, пришлось идти в магазин и покупать новую рубашку. Белой нужного размера не оказалось, зато светло-розовая - пожалуйста. В итоге на очередной звонок Жана Эрен выругался и сказал, что не придет, потому что… потому что всё заебало. Он изначально не хотел идти на свадьбу. Эрен ненавидел праздники и свадьбы в частности. И дело не в том, что случилось когда-то давно в детстве, а в том, что он не знал куда себя деть. Особенно когда кругом все пьют, веселятся и доёбываются с расспросами почему он не пьет. Но… Эрен обещал Жану и Микасе приехать. Они давно договорились, еще когда Эрен давал в пользование на ночь сладкой парочке свою однушку, а сам шел в ночную смену работать или гулять. Он прекрасно их понимал, когда гормоны и эмоции бушуют от любви, и в то же время не мог - у Эрена не было никого, с кем он мог хотя бы попытаться ощутить то же самое. - Давай же, - Эрен пытался завязать галстук по включенному видео, в котором “вы научитесь завязывать галстук семью различными способами”, но ни один пока не срабатывал. - Что б тебя. Синий галстук наотрез отказывался подчиняться. Похоже, никакой власти властного господина у Эрена совершенно нет. Эрен взял его в руку, сжал и приготовился разорвать, но от убиения остановил телефонный звонок. - Да. - Эрен, ты где? Мы уже в ЗАГСе. - Жан беспокоился. - У тебя все хорошо? Может, отправить кого тебя встретить? - Я в порядке. Пытаюсь справиться с галстуком. - Ставлю десятку, что ты проигрываешь. Эрен промолчал. Он никогда не спорил с ними. Вернее, двух раз хватило. А, еще один раз его развели на вечеринке Жана, где пришлось выпить банку пива. Челюсть до сих пор помнила этот пренеприятнейший опыт. Жан отвлекся на телефонный разговор с Микасой, пока его друзья вынудили выпить. Как же Эрену было хреново после этого! Жан потом неделю извинялся за недосмотр, а Микаса кормила пончиками. Эрен ни в чем их не винил и ничего не просил, но они сами решили загладить несуществующую вину. - Поздравляю, - мрачно сказал Эрен. Он прилизал волосы, сделал хвост на затылке и чтобы ни одна прядка не вылезла от ветра, если вдруг вздумается, нацепил кучу невидимок и залакировался. - Эрен, приезжай, и я лично тебе галстук завяжу. Обещаю. Ты только приезжай. - Я же сказал, что приеду. - Мы с Микасой тебе отдельное место сделали подальше от надоедливых родственников и пьяных родственников, и кучу соков тебе заказали. - Ты уже говорил… раз двадцать. - Можешь хоть в пижаме приехать, главное - будь. А потом на Эрена будут смотреть как на обезумевшего местного дурачка и украшение свадьбы? Пальцы затряслись и Эрен сел на табурет перед зеркалом. Он ненавидел свадьбы. И держался от них подальше. Не ходил на свадьбы друзей. Ни одного. Но со свадьбой Жана и Микасы совпало так, что пообещал. И отказываться не собирался. Нужно всего лишь появиться, поздравить, вручить конверт с месячной зарплатой, которой для них не было жалко, расцеловать и посидеть в стороне несколько часов. Самое сложное в плане - поцелуи. Эрен не умел и не хотел. Не любил. Терпеть не мог. И все из-за треклятой свадьбы дальней родственницы, когда еще родители были живы, а Эрену тогда было лет 6. Он смутно помнил то время, но почему-то врезалось в память событие, повлиявшее на всю жизнь. - Ладно? Эрен пропустил часть монолога Жана, к которому присоединилась и Микаса. Он их не винил. Они сами себя винили в случившемся. Как бы Эрен их не уговаривал и не объяснял. Эрен давно убедился, что объяснения совершенно не получаются, как бы ни старался. - Эрен, прошу. Хочешь, я брата попрошу заехать за тобой? - Голос Микасы дрогнул. - Он не будет приставать с дурацкими вопросами. Уж ее просительным интонациям Эрен и поддавался. И не в счет, сколько раз Жан уговаривал его на сомнительные авантюры от прогулок по ночному кладбищу где-то за городом до секса на заднем ряду кинотеатра - кстати, Эрен стоял на страже, пока Микаса с Жаном предавались любовным утехам. Аж дрожь пробирала до сих пор - после того случая Эрен и отдал свою однушку им в пользование по праздникам, чтоб больше не повторять этого всего. Особенно слышать, представлять и… как его не стошнило в кинотеатре - до сих пор загадка. - Не надо. Я помню как ехать и куда, - Эрен посмотрел еще раз на галстук и запихнул его в карман. - Мика, ты же не расстроишься, если я без галстука буду? - Ни капельки. - Эрен почувствовал ее улыбку и уголки губ растянулись. Он выдохнул, не заметив, что часть правила собирался нарушить. - Тогда… через часа полтора приеду. Посмотрю расписание авто… - Хер тебе! - перебил Жан. - Эрен, я вызову тебе такси! Я не намерен ждать тебя до ночи! Мика, вызывай. Эрен, всю инфу сейчас скинем. И, повторяю, тебя никто не побеспокоит. Обещаем. Эрен посмотрел на улицу, где небо на горизонте затянуло серым. Наверное, холодно. Надеть еще майку теплую под рубашку или обойдется? Пока Эрен переодевался, Жан сбросил данные маршрута, пригрозив, что проконтролирует всё. Эрен посмотрел на голые запястья, на которых ничего не звенело и не шуршало. Он любил браслеты, но подобные украшения всегда привлекали внимание и нервировали сердобольных родственников вне зависимости от пола. С браслетами Эрен чувствовал себя увереннее, но нельзя. И в итоге надел кольцо на большой палец левой руки. Чуточку полегчало. Взглянув на прощание в зеркало, Эрен ощупал грудь и проверил шнурок с ключом, который прикрывала рубашка, закрыл дверь, засунул ключи в карман и спустился. У лавочек уже ждало такси белого цвета. Почти что катафалк. *** Народу было много. Платья и костюмы смешивались в цветовую гамму, духи и одеколоны дурманили разум, а гомон со смехом нервировали. Едва оказавшись в толпе гостей, Эрен захотел сбежать. Он уже собирался развернуться, как ему закрыли глаза. - Угадай, кто! Веселый голос Эрен узнал сразу же. Саша Блаус - подруга Жана, которую тот пригласил чуть ли не в самом конце, потому что кто-то из родственников отказался приезжать из-за нехватки времени. - Я тебя знаю, - голос остался спокойным, а вот от ее прикосновений хотелось вымыться. Эрен не был брезгливым, просто ему не нравилось, когда хватали резко и без причины. Особенно незнакомые люди. - Отпусти, пожалуйста. - Агась, - Девушка отошла и покружилась, демонстрируя длинное платье сиреневого цвета. - Как я тебе? - Красиво. - Спасибушки. Не думала, что ты приедешь… Конни! - Саша ринулась сквозь толпу как ледокол через замороженную воду. Эрен не обернулся и постарался глубоко вдыхать и выдыхать. Ему нужно занять позицию, чтобы не привлекать внимание и дождаться официального разрешения на поздравление, когда все дарят припасенные подарки и рассаживаются по местам. Если Жан хотел именно такие традиции на свадьбе. Или их родственники. Черт, нужно было расспросить поподробнее, когда они звонили. “Я на месте”, - отправил Эрен сообщение, чтобы они не волновались. И заодно сфотографировал себя на фоне толпы, пока никто не видел. И при этом чувствовал себя полнейшим придурком. “Жан сейчас будет и проведет тебя”, - пришло сообщение от Микасы. Жан примчался на первой космической. Он подтолкнул Эрена следовать за собой и провел внутрь. Микаса стояла у небольшого столика с розовой скатертью, почти совпадающей по цвету с новой рубашкой. На ней было потрясающее платье, подчеркивавшее фигуру и не слишком выделявшееся пышностью. Зная нелюбовь Микасы к платьям, удивительно, что она еще не избавилась от него. - Мы уже поспорили, - сказала Микаса и протянула руки в белых перчатках к Эрену. - Ты потрясающе красивая, - прошептал Эрен, чувствуя, как заходится в груди сердце от предстоящих объятий. - Спасибо, - Микаса аккуратно обняла его и шепнула: - Я с братом поспорила, что быстрее избавлюсь от платья, чем Жан что-то учудит. Так что присмотри за моим мужем. Не хочу проигрывать. Эрен кивнул. Оба знали, что удержать Жана от чудачеств не в силах ни один из них. Но Эрен постарается. - Как ты добрался? - Микаса осмотрела и едва не ощупала его с ног до головы. - Ты никогда не закалывал так волосы. Эрен нервно потрогал на месте ли все тонкие заколки в волосах. Он силился понять, сохранилось ли все на голове так, как перед выходом из квартиры. - Слишком ужасно? - Мне нравится! Очень тебе идет. Делай так почаще, - Микаса улыбнулась, чмокнула в щеку и развернулась в зал. - Ты сидишь вон там, видишь? Отдельный столик. Кроме длинных столов, стояло еще 5 маленьких особняком. Как зона отчуждения. Специально для таких, как Эрен. Стулья украшала белая ткань с желто-зелеными цветами, с потолка свисали украшения, напоминавшие слезы. В углу разместился музыкант и ведущий с кипой бумажек в руках. - Напротив будет мой брат, но подозреваю, что он будет помогать тете Кушель за всем уследить, так что ты его даже и не увидишь. Еще мы попросили официанта, чтобы за тобой присматривал, и попросили ведущего тебя не трогать и не звать на участие в конкурсах, и… - Спасибо, - Эрен прервал ее, чтобы она не волновалась. Их забота больше напоминала отношения мамочки и ребенка, за которым постоянно нужен глаз да глаз. Он ценил их заботу, но иногда все же было чересчур. И приятно, что они волнуются за него и не надоедают как брат. - И тебе спасибо, - на глазах Микасы появились слезы и Эрен поспешил вытереть ей глаза, чтобы не размазалась тушь. - Правда, огромное тебе спасибо. Если бы не ты, мы бы с Жаном не встретились. И не переспали.