Пушистое примирение

— Послушайся гласа божьего! Покайся! — грозно и патетично вещала Крисания. — Ты — глас божий? Не больше?! — язвительно усмехнулся Рейстлин. Ник, слушавший эту перепалку из своей комнаты, вздохнул и закатил глаза. Родители опять ссорились. Наверняка из-за какого-нибудь пустяка, но шум в отцовской лаборатории стоял такой, что даже с закрытой дверью было слышно. Внезапно все стихло, но этот факт заставил парня еще больше насторожиться. «Если притихли, значит ругаются шепотом, а раз так… грядет тотальный армагеддон локального масштаба!» — безнадежно подумал Ник, уткнувшись подбородком в руки и прикрыв глаза. Внезапно послышался грохот распахнувшейся двери и башню сотрясло грозное отцовское: — Убирайся! «Святая тьма, неужто во мне пророческий дар пропадает?» — горько усмехнулся парень.Торопливые шаги и тихие всхлипы матери, пулей вылетевшей из лаборатории, резанули по сердцу, будто нож. Ник поморщился, медленно встал из-за стола и замер, задумчиво постукивая подушечками пальцев по губам. С одной стороны, он понимал, что вмешиваться в родительские ссоры и пытаться говорить с отцом себе дороже. Имелись все шансы получить от взвинченного родителя такую взбучку, что мало не покажется. А с другой… с другой стороны была мама, которая сейчас наверняка беззвучно плакала в спальне, тихо повторяя: «преступник иль безумец — не пойму…». Ник и сам до конца не понимал, кто его отец: великий маг или просто человек со своими слабостями, безумец или гений. Но это не мешало парню искренне любить родителя. Сокрушенно покачав головой, Ник медленно провел ладонью по лицу. Интуиция и чувство самосохранения в один голос вопили, что к отцу сейчас лучше не соваться, но… — Опять поссорились? Услышав за спиной тихий, ласковый голос, парень круто развернулся на каблуках и машинально вскинул руку для атаки. — Вот они — звенящие нервы в действии, — фыркнула Милли, криво улыбнувшись. Ник рвано выдохнул, медленно опуская дрожащую ладонь. — Звездочка, сколько раз просил не подкрадываться со спины?! — Рыкнул он. — тело может быстрее мозга среагировать на такое после отцовских тренировок боя! Милдред потупилась, став похожей на провинившуюся школьницу. — Извини… — пролепетала она. Ник на мгновение смежил веки, пытаясь унять сердце, частившее где-то в горле, и порывисто обнял Милли. — Я не прощу себе, если случайно тебя покалечу, — выдохнул он в рыжие волосы любимой. — А это идея! — вдруг воскликнула Милдред, чуть отстранившись. Брови темного мага удивленно поползли вверх. Милли теснее прижалась к любимому и, встав на цыпочки, что-то жарко зашептала ему на ухо. Чем дольше Ник слушал, тем сильнее дрожали уголки его губ. В конце-концов парень не выдержал и расхохотался. — Мил, твой план, конечно, гениален, но… — задыхаясь от смеха, кое-как выговорил он — отец никогда не поверит, что ты, бытовая светлая ведьма, смогла нанести мне вред. Взглянув на любимую, Ник резко осекся. Улыбка, игравшая на губах, мгновенно угасла и стало не до смеха. Слишком уж сильно сверкали злостью небесно-голубые глаза его ведьмы. — Мил, ты не думай, я не сомневаюсь в твоем безграничном потенциале, но… — пробормотал Ник, подняв руки в знак капитуляции и мелко пятясь. — Что «но», брысястый? — зловещим шепотом спросила Милли, наступая. «Упс! Если я у Милли «брысястый», то дело дрянь» — запоздало спохватился парень. — Ну не станет отец возиться со мной при банальной царапине и тем более полключать к делу маму, — попытался оправдаться он. — А я, по-твоему, только на царапины способна?! — вызверилась Милдред. «М-да… Забыл, что в ссоре, как на допросе: все, что скажешь, будет использовано против тебя» — мысленно крякнул Ник. Говорить что-либо было бесполезно, тем более, что глаза Милдред как-то странно прищурились. — Мил, я… — Значит, я «ведьма по мелочи?» — недобро спросила девушка. «Забавная формулировка… где чего нахваталась, интересно? Какая она у меня все же... мнительная и милая» — подумал он, не в силах сдержать мелькнувшую на губах улыбку. Милдред, очевидно, неверно истолковала эту усмешку, приняв на свой счет, потому что начала сосредоточенно плести заклинание. — Милли! — предостерегающе воскликнул Ник, вскинув руку — Мил, не дури! Но ведьму было уже не остановить. Ник медленно опустил руку и прикрыл глаза, пытаясь смириться с неизбежным. «С другой стороны, ну что такого она мне сделает? Убить силенок не хватит при всем желании. Ранит? Мне к царапинам не привыкать» — пронеслось в голове за миг до того, как мир закружился в диком вихре. «Говорил отец: можешь злить минотавра, можешь один сражаться против целого войска, но ни при каких обстоятельствах не зли женщину. Последствия неясны, а проигрыш неминуем!» — безнадежно подумал Ник, когда все стихло и опасливо приоткрыл один глаз. Второй от удивления распахнулся сам. Комната вроде была все той же, но в то же время неуловимо изменилась. Все стало до странного большим, высоким и недосягаемым. — Ой! — донесся откуда-то сверху испуганный голос Милдред. «Не нравится мне это «ой!», ох как не нравится» — настороженно подумал Ник и поднял глаза. Ноги Милдред казались бесконечно длинными. «Что за черт?!» — хотел было возмутиться парень, но вместо этого иэо рта вырвалось недовольное: — Бры! Машинально прикрыв рот ладонью, Ник почувствовал странные холодные подушечки на пальцах. И пальцев почему-то было четыре, что особенно напугало парня. Подбежав к напольному зеркалу в тяжелой медной раме на витых львиных лапах, он подпрыгнул, чтобы лучше видеть свое отражение. ошалело моргнул и повторил попытку. Результат не поменялся. Из зеркала на него в прыжке смотрел меховой черный шарик с зелеными глазами и кошачьими ушками. — Бры! — возмутился Ник, гневно наступая на Милдред. — Ник, я не хотела! Правда не хотела! — всхлипывая, пыталась оправдаться перепуганная ведьмочка — Бры! — развел лапками меховой шарик, как бы говоря «не хотела, а получилось». Милли шмыгнула носом, нагнулась к Нику и подхватила его на руки: — Отнесу тебя к шалафи! Он обязательно что-нибудь придумает. Ник закатил глаза. «Если в дело вмешается папа, то будет полный… брысец!» — подумал он, нервно дернув ушами.