Мера человечности

      Нил был в порядке.       Он спал по три часа в сутки, но, в целом, был в порядке.       Девушка по громкоговорителю сообщила о скором выходе на посадку. Джостен вытянулся в кресле, съезжая по его спинке. В телефоне было открыто окно мессенджера: Ники безустанно заваливал его вопросами об Аляске и стикерами — какой черт заставляет его делать это, вместо того, чтобы спать, Нил не знал. Вынув беспроводной наушник, он понял, что объявленный рейс далеко не их, и расслабился.       Они с Кевином выехали в раннее утро, так что за стеклянными стенами Аэропорта все еще разгуливал сумрак. Люди перебирались по нему медленно, лениво, почти у каждого в руке был стакан кофе или жестяная банка энергетика. Кевин, разделявший кресло по соседству, натянув на лицо шапку, а поверх накладные наушники, дремал уже добрый час. Сейчас Нил понимает, что Дэй — засранец, и нельзя верить словам человеку, который ставит 40 будильников на утро, о том, что он не уснет слишком крепко.       Их рейс, очевидно, задерживали. Наверняка из-за непогоды: последние дни все в окрестностях их штата погрузилось во мрак под навесом туч. Нил не позволял себе уснуть — боялся пропустить объявление. Да и Кевин без пинка не проснется. Так что, борясь с дремотой и ожиданием, Джостен вновь окунулся в переписку с Ники.       "Шли мне фотки не то я совсем тут заскучаю("       Нил ухмыльнулся привычке парня игнорировать знаки препинания и, сделав пару снимков спящего Кевина и одно селфи на фоне утреннего аэропорта, отослал их другу.       "Я скрасил твои серые будни?"       "Определенно"       Джостен хотел было попрощаться, чувствуя, что сообщения Ники становятся все односложнее, так что логично было предположить, что он засыпал. Но неожиданно Хеммик написал снова — на этот раз без намека на сонливость.       "Нил, ты точно в порядке? Не пойми меня неправильно, я считаю тебя буквально самым красивым человеком на планете, после моего парня конечно, но ты выглядишь как актер того зомби-ужастика, который мы смотрели, и я блин переживаю за тебя!!!"       "Нил ты тут?"       "Я тебя обидел? Прости"       Нет, Ники не обидел, а ввел в ступор.       Нил правда считал, что был в порядке. Или возвращался к нему. По крайней мере, он продолжил ходить на работу, несмотря на то, что их нынешнее дело мозолило глаза. Воспоминания о нем невольно возвращали его к Эндрю, пострадавшему Эндрю, и Аарону, который абсолютно вылетел у Нила из головы. Он ведь был так близко, но ничего не узнал! И не поймешь, кого подставил больше: Кевина или Эндрю?       Работоспособность Нила упала, а вот его раздражительность — наоборот. События последних недель вывернули его наизнанку. Он почти не мог сосредоточиться, вернуться в прежний темп жизни никак не выходило. Однажды он даже разбил кружку, смахнув ее со стола в порыве гнева. По ночам подолгу не спал — то просматривал свои записи в попытке найти что-нибудь, за что можно ухватиться и продвинуть расследование с мертвой точки, то устраивал себе прогулки до круглосуточного и обратно, возвращаясь домой с бутылкой тоника и новыми пачками сигарет. Вообще, курил Нил редко, он бы даже сказал, что почти никогда. Но иногда тянет просто занять свои руки чем-то. И Нил занимает — курит, фокусируется на дыме и ощущении, как легкие обволакивает табак, чтобы не тяготить себя мыслями о том, как он бесполезен в таком состоянии и ничего не может с этим поделать.       А сейчас Ники так искренне беспокоится, что Нил не знает: будет ли лучше сказать правду или промолчать?       Его сообщения что-то сотрясли в сердце Нила. Это была вина, отчасти, что он заставляет Хеммика переживать за него, ведь это совсем не его забота и тому подобное, но Ники все равно переживает. Все таки, Джостен и правда ведет себя как мудак по отношению к нему и Рене, пусть с той пока все было неоднозначно.       "Я в порядке, Ники. Просто устал."       Нил обреченно выдыхает и выключает телефон.

***

      Пережив два перелета и почти двенадцать часов дороги, не считая ожидания, Нил и Кевин добрались до Ситки. Дэй, обычно жалующийся на каждое неудобство долгих перелетов, сегодня почти ничего не говорил. В самолете больше читал, чем поддерживал беседу, а по приезде в город купил в киоске бумажную карту и уткнулся в нее, прячась от внешнего мира, пока они ехали на такси к окраине. Нил в то время не мог перестать разглядывать обстановку вокруг: все здесь было таким живым и непривычным им, тараканам мегаполиса, что даже воздух смутно казался чище и свежее. Джостен опустил створку окна ниже. Городок словно застрял во времени, почти как Бельмонт, только не пропитанный криминалом и безрассудством. Аккуратные, светлые домишки украшали просторные улицы, периодически Нил находил глазами андроидов, но было их здесь так же мало, как и людей. Куда ни глянь — горы. С острыми, заснеженными вершинами и густыми лесами у подножья.       Жил отец Кевина на самой окраине, граничащей с редколесьем. Его дом не выбивался из общей гаммы, забор был невысок, а сигнализации или какой-либо другой системы охраны попросту не было. Зато стоило им приблизиться — за калиткой настороженно рявкнул пес.       —Не знал, что он собаку завел, —бесцветным голосом пробубнил Кевин, остановившись в паре футов от ограждения.       —Может, знал бы, если бы письма читал.       На лай — скорее возбужденный, чем агрессивный — на улицу вышла молодая женщина. Она закуталась в шаль, прячась от ветра, в то время как Кевин неожиданно проявил интерес к домам в округе, прячась от нее.       —Куджо, —окликнула она пса, —ну все-все! Притормози!       Она отперла калитку.       —Привет, —женщина улыбнулась, будто бы не заметив хмурого и недоверчивого взгляда Кевина. —Мальчики, помочь с сумками?       —Не нужно, —отрезал Дэй и направился к дому.       Женщина лишь снисходительно покачала головой, смотря ему вслед.       —Мы с тобой не знакомы, —мягко уточнила она, оборачиваясь к Нилу, но, тут же спохватившись, засмеялась. —Ой, нехорошо это как-то —допрашивать тебя сразу после дороги. Ты проходи, не стесняйся. Дэвид говорил, что Кевин приедет с другом.       Нил криво улыбнулся ей, вспомнив, как Дэй демонстративно показал свою неприязнь.       Кевин почти ничего не рассказывал о своих родителях, и Джостен не смел требовать откровений, ведь сам был не лучше. Но в том, что после смерти мамы Кевина — Кейли Дэй — его отец нашел другую женщину, сам Нил не видел никаких проблем, в отличие от друга.       Несмотря на то, что Дэвид Ваймак недееспособен, его двор оказался убран с поражающей педантичностью, над клеткой с мощным сенбернаром растелилась крона невысокого деревца, ограждая пса от солнца. Сам дом изнутри особо не отличался от внешнего облика: белые стены, затертая мебель, старые электроприборы. В глубине комнаты стояла еще одна клетка, высокая, арочная, откуда пищали, по всей видимости, волнистые попугайчики. Сам Нил их не особо любит — много шума, к тому же дребезжание клетки по ночам его настораживало. Стены в гостиной укрывали современные композиции из макраме, куда ни глянь — концентрация зеленого цвета и пестрые бутоны осенних цветов. Как отец Кевина управлялся с таким количеством растений Нил тоже не понимал. Его бы тяготило столько якорей с ответственностью. Полы были ровные, голые, один лишь коврик для обуви у самого входа.       Нил отчего-то вспомнил свой дом в Детройте. Там было далеко не так уютно, как здесь: минимум мебели, небольшие комнатушки, один комплект посуды, неразобранный чемодан. Джостен никогда не придавал своему жилищу невообразимой ценности, но на одно мгновенье, самое крохотное, захотелось иметь такой же дом, в который захочется возвращаться. Легкая зависть кольнула его, когда он увидел Дэвида Ваймака на инвалидной коляске. Когда Кевин нырнул в гостевую комнату, чтобы оставить вещи, а отец смотрел ему вслед. Когда улыбнулся, хоть и с отголоском тоски в глазах.       Никто никогда не улыбался Нилу так.       —Куришь, Джостен?       —Не курю, —пожал плечами Нил, восседая в облаке табачного дыма —Ты, кстати, иногда можешь пользоваться дверью.       Эндрю ничего не ответил и спрыгнул с кухонного гарнитура. Разбитое окно за ним продолжало выглядеть уныло, но Джостен решил пока не заделывать его.        Нил сидел на подоконнике своей спальни и смотрел на андроида сквозь проем распахнутой двери. Эндрю закрылся на замок, стоило ему оказаться в комнате, Нил, словно зачарованный, наблюдал за тем, как лунный свет прокатывается по рельефам его лица. Как глаза из янтарно-ореховых становятся золотыми, словно у ящерицы. Как девиант сокращает расстояние между ними, как останавливается в полушаге, как сжимает его колено. Джостен ничего не говорит, пожалуй, впервые в жизни. Молча подтягивает ноги к груди, освобождая на подоконнике место. Приятная тяжесть руки Эндрю щипала голую кожу, но девиант не спешил сохранять физический контакт: он вжался в противоположную стену, крепкие плечи напряглись. Нил не понимал его желания находиться так близко, если это доставляло дискомфорт, но вопросов не задавал. Старался выглядеть беззаботным, расслабленным, чтобы не напрячь Эндрю ещё сильнее. Может, внешнее спокойствие Нила утихомирит стихийное бедствие в недрах девианта.        Эндрю просидел с ним до рассвета. Джостен даже не пытался уснуть: знал, что не выйдет. И завязать разговор с андроидом — тоже, по той же причине. Но Эндрю не ушёл и поздним утром, не слинял и в обед. Бродил по дому Нила, заглядывал в шкафы и комнаты, словно запоминая территорию. Может и не словно. Изредка бросал колкие комментарии Нилу в спину, пару раз ткнул ему меж рёбер, когда Джостен ненароком оказывался чересчур близко к опасной черте. Близко к Эндрю, его лицу и телу. Нил признавал поражение. Снова и снова, пока больше не решаясь копошиться в девианте. В любом случае, Джостен в принципе не считал, что его мозг способен настроиться на ту же частоту, что и мозг Эндрю. Так что выяснять причины и следствия, мотивации у него не было. Они не то чтобы коротали день друг с другом, скорее находились по соседству какое-то время. В разных комнатах — Нил, по большей части, читал и дремал в тихой спальне, но стоило ему только подумать, что Эндрю ушёл, как до ушей доносились приглушённые чертыхание и скрип полов.       А Эндрю продолжал оставаться. Он не ушёл и вечером. Лишь поздней ночью, неизвестно куда. Наутро Нил обнаружил на кухне заваренный в стеклянном чайнике ромашковый чай. Кажется, он мог мимолётом упомянуть, что в последнее время плохо спит.        —Нил? —Спросил Дэвид, вынуждая его вынырнуть из воспоминаний трехдневной давности.       —Рад встрече.       —Знаешь, Джостен, если тебе насрать, мог и не утруждаться.       Нил улыбнулся.       —Как здоровье, сэр?       —Господи, —Ваймак потёр переносицу. —Прекрати нести эту херню, словно мне семьдесят.       Женщина — Джостен так предполагал — Ваймака неловко утопила смех в звонком кашле.       —Это Эбигейл, моя сиделка, —исчерпывающе ответил на немой вопрос мужчина.       —Просто Эбби, Нил, не морочь себе голову, —Эбби подошла со спины и положила крепкую руку ему на плечо. Нил, признаться честно, вовремя подавил желание увильнуть.       В комнату вошёл Кевин. Джостен сразу почувствовал желание свалить из штата нахрен, лишь бы не находиться на периферии зрения доведённого до крайностей Дэя.       —Откуда ты знаешь Рене?       Нил заваривал кофе, когда Эндрю вышел из спальни вслед за ним.       —Хочешь послушать об этом?       —На самом деле, действительно хочу, —Джостен, не поворачиваясь, ухмыльнулся. —Боишься признаться в слабости? Она тебе…?       Что-то в слове «нравится» обожгло Нилу язык, поэтому он его не сказал. Может, то было знание об устройстве девиантов и их страсти перенимать человеческие эмоции, знание о том, что Эндрю априори не может испытывать влечение, ведь у него отсутсвует гормональная система. Может, тот факт, что Рене и Эндрю диаметрально разные, хотя, наверное, не Нилу уже об этом судить. А может, это просто горячий кофе.       —Нет.       Это все, что он ответил. Хоть и выдержал паузу, словно готовится выдать очередной упрёк, красноречивую шутку. Но то ли передумал, то ли саму шутку не срастил.       —И все таки?       Эндрю закатил глаза.       —Мы видимся иногда, когда не разгребаем собственное дерьмо. Бывает, это даже помогает не сдохнуть, —девиант пожал плечами.       —Это все, что ты скажешь?       —Все, что есть, —он изогнул бровь, точно действительно не понимал вопроса Нила.       —А что-то, вроде, когда вы познакомились?       —Два с половиной года назад.       Кевин выглядел как дребезжащий мост: достаточно раздражённым для того, чтобы трястись, и недостаточно — чтобы разваливаться. Нил знал, что обязан был что-то с этим сделать, но Дэй рассказывал ему об их с отцом конфликте непозволительно мало, чтоб Джостену удалось что-то придумать.       Друг посмотрел на него таким взглядом, таким отчаянным и неуверенным, что Нил тысячу раз успел пожалеть, что привез его сюда. Кевин не готов, Кевин чертовски не готов...       —Кто она? —пробурчал Дэй.       Ваймак удрученно вздохнул. Эбигейл неловко прокашлялась и вышла из комнаты, оставив на Кевине печальный взгляд. Он не обратил на нее никакого внимания — без остатка отдал все отцу, наблюдая за ним исподлобья. На лице Дэвида пролегли глубокие морщины за то время, что Нил его не видел, но, слушая обвинения своего сына, он выглядел куда мрачнее и старше, чем он есть.       —Моя сиделка, Кевин.       —Сомневаюсь, —горько усмехнулся он, и Нил увидел, как много обиды он таил в себе. Как много невысказанных слов отражалось в его глазах, душили его.       —Даже если так, то что с того? —бесцветно ответил Ваймак. —Ты взрослый человек, так не веди себя как ребенок.       —А ты клялся мне, что не забудешь маму, —с упреком огрызнулся он.       —Я никогда не забываю, Кевин, —Дэвид помедлил, точно уколол себя своими же словами, а потом грозно добавил. —Ты можешь ненавидеть меня сколько душе угодно, но ты не тот, кто имеет право меня судить. Закроем тему, я не собираюсь обсуждать с тобой мою личную жизнь.       Кевин открыл рот, чтобы возразить, но тяжелый взгляд отца заставил его замолчать. Нечто в Дэвиде Ваймаке было таким, что никто не посмел бы подвергать сомнению его авторитет.       —Нил, ты надолго? —обратился к нему Дэвид. —Не подумай, что я тебя выгоняю...       —Все в порядке, я понимаю, —кивнул Джостен, и пару морщин на нахмуренном лице Ваймка разгладилось. —Рейс сегодня ночью.       —Детройт горит без вас? —усмехнулся Ваймак без тени веселья в голосе, но Нил промолчал об этом.       —Кевин взял больничный, я вернусь на работу уже завтра.       —Сразу после перелета? —обеспокоено возникла Эбигейл непонятно откуда. —Лучше отоспись, дорога изматывающая.       Нил промолчал и о том, что знает как справляться с усталостью от многодневной дороги. Не хотел развивать эту тему.       —Может быть, —солгал Нил.       Если исключить конфликт, разгоревшийся по приезде, день шел размеренно. Кевин разложил сумки, Нил помог ему в этом, решив не трогать свой небольшой рюкзак. Они управились примерно за час. За пределами гостевой комнаты шумел телевизор — Ваймак смотрел спортивный канал, в то время как Эбби гремела посудой на кухне. Дэй практически не смотрел в сторону Нила, даже больше: он в принципе никуда не смотрел, скорее завис в пространстве, размышляя над чем-то глубоко внутри себя. Поэтому когда он подал голос, Нил едва удержался от облегченного вздоха.       —Ты считаешь меня мудаком, да? —тихо спросил Кевин, выгружая вещи из чемодана.       Нил обреченно смотрел, как Дэй выуживал со дна чекушку рома и одним глотком опустошал ее на треть.       —Да, самым настоящим, —честно ответил Джостен.       —Ты просто многого не знаешь.       Нил хотел было ответить: "Так раскажи", но передумал. Он сам себе то мало что мог объяснить в своей жизни, не то что уж посвящать в это кого-то другого, но инфантильная зависть щекотала стенки желудка и он ничего не мог с ней поделать.       —Ты когда-нибудь хотел родиться кем-то другим?       —Да.       Ответил Нил не задумываясь, потому что вспомнил боль от ожога утюгом. Потому что вспомнил запах крови и испражнений на стенах. Потому что когда Кевин недоумевал от жестокости, с которой им приходилось сталкиваться, Нил не чувствовал ничего. Потому что в нем не было столько праведности, сколько в Кевине, когда они спасали жизни. Он не хотел быть таким человеком. Отчасти, он хотел бы быть таким, как Кевин. Пускай он часто злился на него, Нил солжет, если кажет, что не восхищается им.       —Вот и я тоже, — пробормотал он. —Мне так страшно, я не хочу здесь быть.       Нил тяжело вздохнул и потер переносицу. Все таки, он его лучший друг, а, значит, пускай сквозь боль, но обязан сейчас быть рядом. Быть той спиной, за которую Кевин спрячется, если на то пошло.       —Но ты все равно поговоришь с ним. Не сейчас, так потом, —Нил постарался, чтобы улыбка выглядела убедительно.       Джостен рискнул ненавязчиво отобрать у друга алкоголь, но тот, точно специально игнорируя его попытки, вновь отпивает из чекушки.       —Нести будет, успокойся, —процедил Нил. —С ромом или без, от отца ты не избавишься.       —Тогда лучше с ним, —сказал Кевин и допил остатки залпом. Нил поморщился.       Разбирать вещи продолжили в тишине. Дэй молча наслаждался возможностью расслабить один из узлов в груди с помощью спирта, пока Нил поглядывал за его руками — отслеживал степень опьянения по заторможенности движений.       —Хватит за мной приглядывать, —пробурчал Кевин голосом, полным чистейшего недовольства. Что ж, раз он все еще пилит мозги, значит не настолько пьян. —Прямо как папаша. Только мне тогда было двадцать, а не почти тридцатник.       —Ты тогда тоже старадал алкоголизмом?       —Я не алкоголик, Джостен, —Дэй закатил глаза. —И нет, просто баловался травкой, я... Не делай такое лицо, боже!       Нил недоверчиво покосился на него. Он не собирался его нравоучать, потому что только задницу за Кевином подтирать оставалось, но это не значило, что он был за. Марихуана сейчас, а дальше? С красного льда Нилу снимать друга не очень хотелось.       —Это в прошлом, ясно?! Тогда все было...       —Дай угадаю: сложно? —подстрекнул Джостен.       —Непросто... —буркнул Дэй. —Отец решил, что это было самым подходяшим временем, чтобы поведать мне истинную причину смерти мамы и все такое... Мол, его совесть замучила, раз он скрывает это от меня.       Кевин уже пятый раз пытался аккуратно сложить футболку, но поняв, что руки слишком непослушны для этого, отбросил затею вместе с футболкой. Нил молчал, осознав, что озвучивать эти обрывки воспоминаний было Дэю тяжело. Он не торопил.       —Они работали вместе в полиции. —тихо начал он. —Были напарниками, отдел быстрого реагирования. Террор в младшей школе. Захват учителей, детей, даже рабочих андроидов. Когда я был младше, отец говорил, что мама попала под открытый огонь. Не повезло — частое являние у спецназовецев.       За окном, словно вторя словам Кевина, прошумели колышащиеся от ветра деревья.       —Оказалось, ее застрелили не террористы, —Кевин прокашлялся, перед тем, как продолжить. —Среди андроидов был девиант. Маму посчитали агрессором, когда она направилась к заложникам. Стояла паника, перестрелка. Террористы не ожидали сопротивления от андроидов, и тогда одна из железяк выхватила автомат и... Лучше бы получше следили за сранными роботами, а не кучкой беспомощных школьников.       Кевин вновь замолчал и пошел искать отброшенную ранее футболку.          —Если тебе так противны андроиды, —спросил когда-то Нил, —что ты делаешь в этом отделе?        —Ты когда-нибудь думал о революции, Нил?        Джостен прыснул в кулак. Нет, он не думал. Глобальные проблемы общества едва ли его касаются. Он даже не считал себя его полноправной частью.         —Я мечтаю стереть андроидов с лица Америки. Начинать нужно с малого —хотя бы посадить достаточное количество, чтобы правительство задумалось.       —Как-то слишком масштабно даже для тебя, —ответил Нил. —Я думал, ты слишком труслив, чтобы говорить о таких вещах вслух.          Воспоминания из их совместного прошлого кольнуло грудь. Нил отвернулся. Смотреть Кевину в глаза не хотелось.         Нил усмехнулся, отпивая из чашки. Эндрю облокотился о столешницу по левое плечо от него, скрестив руки на груди.       —А как?       —С самого нашего знакомства ты не умел формулировать вопросы, детективчик, —недовольно фыркнул девиант.       Джостен уловил в словах, готовых сорваться с языка, привкус игривости. Ему понравилось это чувство. Он развернулся к Эндрю туловищем, упираясь бедром о шкафчики гарнитура.       —Почему ты всегда зовёшь меня детективом? —прищурившись, промурлыкал он.       Эндрю заглянул ему в глаза. Андроид, повторив действие Нила, очертил языком челюсти под сомкнутыми губами, когда встретился с ним взглядами. В его зрачках заплясало раздражение. Джостен улыбнулся еще шире. Теперь гнев девианта не выглядел ужасающим. Нил бы даже сказал, что неправдоподобным.       —Есть варианты получше? —бархатный голос Эндрю прокатился по тихой кухне, освещенной рассветными лучами. —Предложи. Что тебе подходит?       Нил сглотнул, а Эндрю все продолжал смотреть, захватив инициативу. Счет перевесил в его сторону —андроид повёл их игру по собственной траектории.       —Ну, я в первую очередь полицейский, —беззастенчиво усмехается Джостен.       Девиант по-птичьи склоняет голову, подходя ближе. Нил неосознанно вжимается в столешницу, чувствуя, как ноют костяшки на внутренней стороне кисти. Эндрю разворачивается, следуя за траекторией Нила. Вжимает своими бедрами его в хрупкие шкафчики. Обвивает свои пальцы вокруг его предплечий. Внутри горячо. Грудь распирало, дыхание свелось к коротким вдохам и выдохам. Янтарные глаза Эндрю — единственное, что было важным, когда в них так красиво переливалось рыжее солнце.       —Кролик, —шепчет девиант ему на ухо. —Даже не думаешь сопротивляться. Я ведь могу убить тебя прямо сейчас, —словно в подтверждение своих слов, он усиливает хватку.       Нил усмехается: его голос предательски раскалывается. Несмотря на дрожь, он продолжил говорить:       —Ты не убьешь меня, —едва заметно качает он головой, не разрывая зрительного контакта. —А даже если захочешь — во что я не верю — меня не так просто завалить. Я дрался в этой жизни слишком часто, чтобы бояться тебя.       Говоря это, Джостен понимал, что снова недоговаривает. То, что он не боялся Эндрю было правдой, а вот того причина… Уж точно не так ясна, чтобы смочь аргументировать ее, несмотря на то, что в последнее время рядом с Эндрю он только и делает, что учится ощущать и обдумывать свои чувства.       —Доверяй, но проверяй, знаешь ли, —андроид дернул бровями, отчего во рту у Нила пересохло.       Нил был готов поклясться, что слышал сигнал об окончании тайма, но их схватка затянулась. Слишком много, слишком быстро: воздух вокруг стал плотнее. Разбейся сейчас небосвод о его дом, Джостен бы не заметил. По позвоночнику прокатился разряд, словно иглами в его кожу впивался взгляд Эндрю — холодный, а оттого так привлекательно обжигающий.       Джостен осознал, что заигрался, когда в голову ворвались образы, где руки Эндрю не ограничиваются его руками , где щеки горят от прилива жара к телу, где сам он — распаленный. Такой, каким, кажется, никогда себя не видел.       Эндрю капитулировал, увеличивая расстояние между ними.       —Я пойду, — выдавил из себя Джостен.         Дэй, погруженный в собственные мысли, инерционно кивнул, хотя, наверняка, даже не расслышал его слов и того, как дверь в гостевую захлопнулась. Нил запутался. В своих целях. На перепутьях в своей жизни. В людях, что наполняли ее. И машин тоже. Думать сейчас об этом совершенно не хотелось.         —Джостен!        Нил обернулся. Ваймак махнул ему рукой с открытой террасы. Детектив отправился к нему.        —Извините? —отозвался Нил, повиснув на косяке.         —Идем, —Дэвид подозвал его к себе. —Курить не предложу, и извиняться не буду.         —Это лишнее, —Джостен ухмыльнулся.         —И так уже, небось, все легкие продымил, —Ваймак по-отцовски похлопал его по плечу. —Расскажи хоть что-нибудь, мелкий ты затворник. Женой, детьми обзавелся?        Джостен прикусил язык, чтобы проглотить сарказм. Мысленно посчитал до пяти на французком, но это не помогло: раздражение неприятно осело в горле.         —Я бы пригласил Вас на свадьбу, будь она, —серьезно ответил Нил.         —Значит, волк-одиночка?        —А это проблема? —недоверчиво уточнил Джостен. Разговоры о семье и отношениях не то, чтобы выводили из себя, но градус повышали. Это просто не для него.        —Может стать, когда состаришься.       "Если состарюсь", — про себя добавил он и ухмыльнулся. Такой исход больше напоминал правду.  

*** 

      Нил пробыл на Аляске до самого вечера, потихоньку перекатывающегося в ночь. Столько перелетов за последние сутки, естественно, измотали его, но это не критично. Летать туда-обратно с Кевином, бесспорно, оказалось затратным занятием, но так он хотя бы подбил друга в принципе навестить отца. Это было дороже любых денег. Оставаться там надолго он не собирался. Во-первых, вдвоем на больничный их никто бы и не отпустил, а во-вторых, Дэю нужно побыть с Ваймаком наедине.         Двери аэропорта Детройта, наконец, отворились, выпуская Нила вместе с потоком людей. Джостен минул сборища приезжих на остановках, и облокотился о дорожный знак, утверждающий парковку такси. Достал сигареты. Прикурил, затянулся, протирая глаза второй рукой. Табачный дым заполонил легкие. Никотиновая палочка меж пальцев медленно тлела, пока Нил плавился под ярким светом. Солнце медленно, но верно занимало зенитное положение, поэтому он предпочел давку в душном общественном транспорте обществу Ники. Если Нилу не изменяет память, сегодня у него должен был быть выходной.         —Нил! Я уж думал ты не позвонишь! Как поездка? Перелет? —раздался оглушающий голос Хэммика из динамика мобильного.        —Не так много вопросов для моего не спавшего мозга, пожалуйста, —Джостен, морщась, снова потер глаза. —Сможешь забрать меня из аэропорта?         —Без проблем, дружище, —Ники рассмеялся. —Только рад. А то ты обращаешься ко мне лишь по работе. Мы не видимся толком, я соскучился!        Друг нарочито громко возражал — Нил знал. Старался скрыть нотки реальной обиды за искусственной. Придурок. Нил давно бы поссорился с собой на его месте.         —С меня мороженое, идет? —Джостен улыбнулся, когда услышал, как по-детски завизжал на том конце провода Ники.         —Так бы сразу!        По-видимому, побежав собираться, Хэммик без прощаний сбросил вызов. Нил не успел даже заблокировать экран, как устройство завибрировало в его руке вновь. Неизвестный. Интуиция (или элементарное желание) кольнула под животом. Джостен усмехнулся своей глупости и поднял трубку, пока мелодия на звонке не закончилась.         —Тебе нахрен телефон вообще, если ты им не пользуешься?         Нил спрятал улыбку в кулаке. Словно говорящий мог ее увидеть.         —Ты где мой номер взял?        —Заканчивай лыбиться, детективчик, не в лотерею выиграл.        Джостен, закусив губу, проморгался, сбрасывая желание засмеяться.         —Серьезно, Эндрю, —Нил кашлянул, окончательно избавляясь от предательского свода челюстей.         —Нашел упаковку от сим-карты, —ответил андроид так, словно это очевидно. —Где ты?        —У аэропорта, жду Ники, —помедлив, Нил все же решил добавить. —Ты же знаешь его?         —Владелец бара, где Рене работает, —Джостену врезался в сознание образ Эндрю. Наверняка сейчас он слегка кивнул головой, но не ему — себе. —А что с копом?        —Кевин? Он у отца, на Аляске.         Андроид усмехнулся. Чего смешного он нашел в слове “Аляска” Нил не уловил, но решил не ломать мозг над его чувством юмора. Если оно вообще было.         —Пока праведник не мешает, надо наведаться к твоей альтер копии.        —Он не моя копия, мы двойняшки, —буркнул Нил.        —А еще у него Аарон, —проигнорировал его Эндрю. —Ты обещал, Нил.        Джостен уловил, как андроид ловко балансировал над пропастью. Слышал, как он заведен и как легко перескочил с шуток на угрозы.         —Я держу обещания, —процедил Нил. —Чем тебя не устраивал старый план?        —Слишком долго, —отрезал девиант. —Мне насрать на ваши глубокие генеалогические дилеммы. Верни мне Аарона, Нил, черт возьми!        Джостен вздохнул. Видимо, отпуск окончен. Он повесил трубку.         Пока он даже не представлял, что делать с Натаниэлем. В их первую встречу им двигало горячее сердце, распаленное горем, а сейчас? Будто тогда на берегу вместе с Эндрю он холостыми выстрелами высек и свои чувства. Жить на автопилоте было просто. Но “просто” ни к чему его не приведет. Надо начинать двигаться, даже если потерялся — так Ваймак всегда говорил, когда они с Кевином были студентами.         Можно было бы отправить Натаниэлю пулю в голову. Мысль приятная, но не рациональная. Кажется, брат был расположен к нему, так что это можно использовать. Разговорить его пытками вряд ли получится, иначе главой он бы не стал — болтунов в криминале душат. Надавить на жалость? Нил даже усмехнулся. Бред собачий. Едва ли тот помнит, что это такое.         Еще и Аарон... Джостен цыкнул. Проблем доставлял, конечно, но Нил же обещал.         Где-то через час подъехал Хэммик, встав на аварийку.         —Еще медленнее нельзя было, —наигранно закатил друг глаза пока выезжал на дорогу, резкими движениями выкручивая руль. —Колымага... еле тащится!        —Вся в хозяина, —Нил, в открытую смеясь над Хэммиком, похлопал по бардачку.        —Ты так по моей старушке не стучи! —Ники одной рукой хлопнул его по рукам.       Джостен вытянулся на переднем сиденье, довольно подтягиваясь. Ему действительно нравилось тешить себя эгоистичными мыслями, как сильно не повезло всем остальным, теснящимся в автобусах или отвесивших за такси у аэропорта целые кошельки.         —Свернем в маркет? —уточнил Нил.         —Так точно, сэр, —ответил Ники. —Как там Спящая Красавица?        —Ничего нового — напивается, —Джостен пожал плечами. —А у тебя что?        Ники нахмурился, сжал крепче руль. Нил даже взглянул на дорогу, но нет, все чисто. Хэммик хмурился своим мыслям.       —Ники?        —Я думаю переехать в Канаду, —он начал как-то смято, причину чего Джостен не совсем разобрал. —Я хотел давно уже... просто... тут работа, друзья... и с Эриком все... ну нет, я и тогда его любил, но... черт, это!... —Ники одной рукой ударил по рулю и ею же взлохматил непослушные волосы. —Мы с ним мало тогда говорили. Я просто думал, что это все равно не навсегда и... ну, знаешь, как это бывает.         Нил не знал, конечно, но кивнул. Ники обернулся на него, и в его широко-распахнутых карих глазах было столько нежности и благодарности, что Джостен не сразу нашел себе место под их взглядом.       —Я... просто не хотел ставить на других крест, вот и все. И он тоже. Нас обоих это устраивало. Все таки, отношения на расстоянии были слишком сложным шагом, —Хэммик снова замялся. Машина встала на светофоре — он дал себе время подумать. Стоило зеленому загореться, а “колымаге” тронуться, как он продолжил. —В общем, он предлагает съехаться. И, кажется, ждет от этого чего-то серьезного, а я... Сука!       Ники резко вжал тормоз. Нос его машины остановился в сантиметре от впереди стоящей. Нил пристегнул ремень.        —Я слишком... Блять, такие вещи не для меня! Сложно это все.        Он выдохнул, точно после отчета у директора. Нила это позабавило.        —Да нет, все очень легко.         Хэммик с недоверием покосился на него.        —Любишь его?        Ники ответил без промедлений:       —Люблю. Очень, Нил.        —Вот тебе и ответ, —беспечно заключил Джостен.         Николас замолчал, погрузившись в размышления. Нил решил использовать эту возможность, чтобы поспать. Уж чего он не ожидал —так это становиться советчиком в любовных делах.  

***

      Нил перепроверил купленные продукты, спустившись на подземную парковку загородного маркета. Перехватив пакет левой рукой, он достал телефон, набирая Ники. Гудки оглашающим эхом отражались от голых каменных стен. Лениво моргающая лампа прямо над его головой издала жалобный звук и потухла. Джостен позволил себе прикрыть глаза, облокотившись о колонну сектора А. Хэммик пропустил уже пятый гудок. Осенняя прохлада протиснулась под одежду. Нил поежился, полный неудовлетворения, и наощупь заблокировал телефон. Под веками заплясали круги.       Вдалеке что-то прошелестело. Джостен распахнул глаза, ища Ники, но разбился о пустоту. Никого. Хэммик говорил, что хочет найти место, чтобы припарковаться, так что сейчас он наверняка стоит где-нибудь на стыке секторов F и G — там, по обыкновению, оставались свободные ячейки. Нил, не теряя времени, направился вглубь парковки.       Слева завелся мотор, но стоило Джостену повернуть голову по направлению звуку, как он прекратился.       —Ники? —позвал Нил.       Дверь лифта распахнулась, но почти сразу же захлопнулась, когда датчик движения не нашел, за что ухватиться.       Не отрывая глаз от лифта, Джостен просунул руку в карман и по памяти набрал номер друга. Один гудок. Два. Нил уловил за спиной едва различимые телодвижения. Третий гудок. Он обернулся, носясь взглядом от одной колонны, до другой.       —У меня развивается паранойя, —тихо усмехнулся Нил.       Мотор другой, стоящей в противоположном углу машины взревел и заглох так же быстро, как и у первой. Джостен облизнул резко пересохшие губы. Вдалеке кто-то хлопнул то ли дверью, то ли багажником. Он почувствовал свое сердце: его сбивчивые удары о грудную клетку, то, как оно теплилось внутри него. Очередной шорох — справа. Нил рывком развернулся, расставляя ноги по-устойчивее. Сглотнул. Резко стало холоднее. Недосып делает его ужасно неповоротливым. Слишком неповоротливым для того, чтобы убегать или быстро мыслить.       Нил Джостен параноически боится преследований.       Нил вздохнул и в мертвецкой тишине услышал, как дрожит. Тремор покрыл все его тело.       —Натаниэль? —наугад спросил Джостен, прежде чем успел подумать. —Это ты?       Словно отвечая ему, по парковке прокатился лязг металла.       —Выходи, блядь, —прошептал Нил, но никто не вышел.       Джостен никогда не забудет тот момент, когда понял, что обрадовался бы появлению брата. Он пожалел, что не взял с собой нож, даже рискуя остаться без него на пропускном пункте в аэропорту. Раньше они с матерью находили обходные пути.       О стены оглушительным раскатом ударился женский смешок. Он мгновенно прилип к Нилу. Капля холодного пота скатилась по линии скулы.       —Набегался, младший?       Нил в панике обернулся и его тело сковал ужас. Телефон с оглушительным звоном ударился о бетонный пол. Заглушенный крик расползся по парковке.       Сознание стремительно утопало в мраке.       "Я ни с кем не успел попрощаться." —подумал Джостен, —"Блять. И окно на кухне заделать."

***

      —Что за хуйня! —выругался Хэммик, захлопнув багажник. —Я же точно клал его сюда…       Ники прошел вдоль своего автомобиля и сел обратно за водительское место. Дотянулся до телефона, откинутого им на пассажирское кресло, намереваясь написать Нилу и поторопить его медленную задницу, как вдруг:       —Вот блядство! —воскликнул он, увидев два пропущенных от Нила.       Нажав на контакт друга, Хэммик поднес динамик к уху и вышел из салона. Два гудка. Три. Джостен ответил на четвёртый.       —Нил, котенок, извини пожалуйста! Я оставил телефон в машине, мне пришлось поискать кое-что в недрах своего багажника, поэтому, —без приветствия начал оправдываться Ники, не дав другу вставить и слова, —пока ты не разозлился, в свою защиту скажу…       —П-подождите, —раздался неизвестный голос на той стороне трубки. —Я н-нашел т-телефон на п-п-парковке. Он в-вашего д-друга? Если хотите, я скину геолокацию, и в-вы п-п-подъедете, заберете.       Ники направился в сторону близлежащих с входом в маркет секторам.       —Пацан, а ты не видел рядом невысокого рыжего парня? С пакетами, он выходил из магазина, —сбивчиво говорил Хэммик, переходя на бег. —Серая толстовка, синие джинсы. Это его номер.       —Н-никого не в-видел, —рассеянно ответил говорящий. —Т-так в-вы п-подъедете? Или м-можем…       Хэммик обогнул очередную машину и увидел худощавого парня с жидкими, пшеничными волосами. С его острого локтя свисал моток толстой веревки. Куда Нил мог деться? Ушел искать его и обронил телефон? Ники сбрасывает звонок и машет стоящему поодаль рукой. Последний рывок — медлить Хэммик не собирается.       —Привет, —пытаясь отдышаться, бросает Ники и сразу же протягивает незнакомцу раскрытую ладонь. —Спасибо.       —П-п-пожалуйста, —произносит парень и вкладывает телефон ему в руку. В глаза бросился разбитый экран — наверное, последствия неудачного падения. —Т-так В-вы б-были здесь?       Ники упирается ладонями о свои колени, тяжело дыша. Не поднимая головы, он кивает так, что резинка, державшая в пучке на затылку его челку, слетает.       Поблагодарив незнакомца еще раз, Ники направился искать друга. Наверняка тот не ушел далеко, времени от последнего звонка до настоящего момента прошло не так много. Вероятно, он просто бродит по дальним секторам в его, Хэммика, поисках. Может даже, уже обнаружил пропажу телефона и сейчас развернулся, чтобы ринуться и забрать его? Да, скорее всего.       Но спустя полчаса бесконечных метаний, тридцать разнообразных ругательств, обращенных в пустоту, и миллиона "Нил!", разбившихся о колонны, Ники начал паниковать.       "Мать твою, Нил…", —чертыхается Хэммик про себя. —"Куда ты делся?"       Парковка, как и ожидалось, ответила ему резвящимся гулом от стоящего сквозняка. По ощущениям, будто ночь заволокла пространство, хотя солнце светило высоко в небе.       Нил Джостен пропал средь бела дня.