Домой в Париж

Саня теряется немного от того, как его перетаскивают, но это быстро проходит, потому что обнимашкам с отцом он всегда рад. Только ребенок чувствует, что сейчас что-то не так, поведение его странного папы не похоже на их обычные дурачества. Он обнимает Горшка в ответ и смотрит исподлобья вопросительно на его лицо. Мальчик на самом деле совсем не глупый, он понимает, что родители в ссоре, поэтому видятся редко. Папа много времени проводит с какой-то левой теткой, которая, хоть и угощала Сашу всеми вредными вкусняшками мира, все равно доверия у него не вызвала. Мама о папе вообще почти не говорит. Они оба изменились, стали грустными и потерянными. И сейчас, кажется, между ними снова произошло что-то плохое. Саше не нравится, что с ним никто не говорит честно, не объясняет ему, что творится. Он почему-то уверен, что мог бы помочь. Он не верит, что родители уже никогда не помирятся и не будут жить вместе. Хоть они и часто ссорились, все равно они были счастливы все вместе, втроем, под одной крышей. Без папы все не то. - Пап? - спрашивает он обеспокоенно, тыкая щетинистую щеку, и добавляет на всякий случай (вдруг он так отца расстроил тем, что его имя не знал): - Миша? Князева же отводит от них взгляд и все же отвечает на чужое сообщение. Она, конечно, не рассчитывала, что скрипач что-то настолько флиртообразное выдаст. Он, кстати, женат, на минуточку. Князева по этому поводу мук совести не испытывает, чужая семья не ее ума дело, может у Каспера вообще с его женщиной свободные отношения. И они с ним даже обсудили то, что лучше им оставаться друзьями и коллегами. Видимо, Дмитрий слукавил, согласившись на это; решил посмотреть, чем все у Ани с Горшеневым закончится, прежде чем перейти к активным действиям. Она все сводит в шутку, хотя на душе скребут кошки из-за болезненной реакции Михи. Давай без свечей только, мы же друганы с тобой до гроба, забыл? АК Запихнув телефон в карман, к кольцу, Аня складывает руки на груди и глядит в окошко. Ну и старообрядье у них, конечно. Мужик, значит, гуляй на все четыре стороны, а из ее ничего не значащей интрижки Миха устроил целую драму, из-за которой в салоне машины повисает тяжелая атмосфера. Но стыдно перед ним, блин, хотя она по сути и не виновата ни в чем. - Ну все, не злись, - просит она негромко, доставая кольцо и протягивая ему. - Оно пускай у тебя хранится. Мне-то оно зачем? Да и... не хочу я больше замуж. С Михой-то больше никто не сравнится. С его любовью, с их общим делом, приключениями. Сначала брак вообще был на сказку похож, лучшее время в жизни. Это сейчас они пришли к тому, к чему пришли.