13 Guests 1 Killer

Мингю сердито заходит в комнату, не разглядывая даже в какую именно зашёл, теперь ему все равно; он всегда будет заботиться о своём брате, он не хочет, чтобы тот страдал из-за Джонхана. Дверь позади него открывается, и входит фигура. Мингю оборачивается и не может не отбросить плохое настроение и положил руки на талию любимого. — Я думал, ты будешь внизу, — упоминает тот, что повыше, дыша на шею своего любовника, который только мурлычет от его прикосновений. — Я искал тебя, — отвечает он. — Ну, ты меня нашел, — говорит тот, что повыше, засовывая руки под элегантную рубашку другого и смачно целуя его в шею. — Ты сказал, что скажешь ему, — говорит он между вздохами. Мингю уходит и, глядя в его маленькие глазки, знает, что они должны делать. То, что они построили, вышло из-под контроля, как песок, он знает это лучше, чем кто-либо, и последствия его принесут им больше бед, чем радости. — Ну, я расскажу... — Нет, — он прервал, — я сам сделаю это. — Мингю соглашается и идет к двери. — Последний поцелуй? — с грустным видом спрашивает он. Мингю оглядывается на него и возвращается, чтобы в последний раз сомкнуть их губы. Вдруг ему кажется, что язык прокрадывается между его губами. В замешательстве он прерывает поцелуй и случайно кусает нижнюю губу, горько-металлический вкус крови распространяется по всему его рту, и он чувствует, как его горло заполнено кровью а его сознание расплывается. Мингю падает на колени, схватившись за горло, умоляя, он смотрит на другого человека в комнате, но он остается на своем месте, просто наблюдая за ним без всякого выражения. Он пытается встать, но безуспешно. Он падает лицом вниз на кровать, кашляет в последний раз, и из его рта вытекает струя крови, оставляя его бездыханным. Услышав крики, все бросились вверх, видя, что вызывает эти отчаянные крики, многие сделали то же самое, другие молчали, даже с расшатанными нервами и бледными лицами. Джонхан тихо плакал, пытаясь успокоить Чана, который теперь плакал, как и все остальные.  Умер друг. Его единственный брат. Его любовь. Мингю был мертв. Мертвый смотрел на них мрачным взглядом и струйкой крови, стекающей с его губ, окрашивающей постель, в которой он сейчас находился. Несколько минут или же можно сказать, часов, они обнимали друг друга, кто утешал их из-за пронизывающей их боли, ощущая свою тяжесть в груди и спутанные мысли... Что произошло? Почему Мингю? Они не могли говорить и давать ответ, одна только мысль о случившемся разрушала их изнутри и заставляла плакать еще сильнее. Когда слезы высохли и их измученные сердца больше не могли сожалеть, кто-то заговорил. — Мы должны позвонить в полицию, — надтреснутым голосом предлагает Хансоль, обнимающий плачущего Сынгвана. — С-с такой бурей никто не придет по крайней мере до завтра, — шепчет Джошуа достаточно громко, чтобы его услышали остальные. — Сокмин, — зовет его Сынчоль, который продолжает обнимать Джихуна с тех пор, как тот не перестает трястись, — помоги мне, пойдем что-нибудь найдем. — Что-нибудь? — спрашивает доктор, вытирая его лицо от оставшихся слез. — Что-то, что скажет нам, кто убил его, — ответил старший из всех серьезно. Тишина тяжело ложится на всех. Вону закрывает глаза и снова начинает плакать, его возлюбленный уже мёртв, как это случилось так неожиданно? Как он так быстро ушёл от него на другой свет? Джихун ведет всех вниз и предлагает им что-нибудь горяченькое, чтобы успокоиться. — Как ты думаешь, кто мог это сделать? — комментирует Сунён, опираясь на плечо Минхао, который все это время молча плакал. — Никто не мог войти, чтобы причинить ему боль, — комментирует Джонхан, — буря не позволила бы незнакомцу даже приблизиться ни к одному входу. — Ты говоришь, что это был один из нас? Мы единственные в доме, — дрожащим голосом упоминает Джун. Джонхан поднимает голову и смотрит на него. — Я этого не говорил, — отвечает он, сузив глаза. — Это может быть правдой, — раздается голос Сокмина с лестницы, — кроме нас никого нет; в его крови был цианид. — Кто-то убил его... — шепчет Вону с широко открытыми глазами — Кто это сделал?! — отчаянно кричит он. Хансоль быстро подходит к нему и хватает за плечи, прежде чем он снова падает на землю. — Вону, успокойся, — обращается к нему молодой писатель, — должно же быть объяснение, верно? — обращается он к Сынчолю, который смотрит на него, не зная, что ответить. — Сынчоль, — зовет его Джун. — Разве вы не дрались с Мингю в последние несколько дней? — все смотрят в сторону известного детектива, — а вдруг ты позвал его, чтобы убить? — Он этого не делал, — сказал Вону, глядя в землю, — недавно мы с Мингю решили их проблемы. — Не ты ли это сделал? — шепчет банкир парню, стоящему на коленях, — Может быть, ты хотел забрать его огромное состояние, Вону. — Не говори глупостей, — впервые за ночь говорит Минхао, — они не были женаты, если так, то логичнее было бы, чтобы это сделал Джошуа.  — Вышеупомянутый бросает презрительный взгляд на Минхао. — Он был моим братом, — отвечает Джошуа, — я бы никогда не причинил ему вреда. — Твой брат с половиной огромного состояния, — парирует эксцентричный художник. — Прекратите! — кричит Сокмин. — Как это случилось? Посмотрите друг на друга, — его взгляд, полный жалости, сканирует комнату от Сынгвана, сидящего с дрожащими руками, до Джихуна, бледность которого пробегает по всему телу, — мы были друзьями меньше часа назад, а теперь обвиняем друг друга. — Лучше всего будет поспать, — говорит Джонхан со спящим Чаном на руках, — уже поздно, и мы все не в своем уме. — Согласен, — поддерживает Джихун, — это уже слишком для одного дня. — Ну, я не согласен, — говорит Сунён, — я не буду спать с убийцей. — Комнат достаточно, — успокаивает Сынчоль сильным голосом, — каждый, спит с тем, кому больше доверяет. Все молчат, но в итоге это лучший вариант. Каждый спит со своим партнером. Джун и Сокмин, хотя официально они никто, очень привязаны и доверяют друг другу; Вону уходит с Сынгваном и Хансолем, они ему кажутся самыми искренними. Они ложатся спать с вытатуированным на голове словом «доверие», а перед сном еще раз плачут, обнимают друг друга и молятся, чтобы пережить ночь в этом доме. Сынчоль просыпается не первым, но когда он просыпается, первое, что он замечает, это то, что Джихуна нет у него на руках. Его пульс учащается, и, борясь с белыми простынями, он встает и выходит из комнаты. Он зовет его отчаянными криками, он мчится вниз по лестнице, борясь с гнетом, который начинает формироваться в его груди. Сынчоль находит его с криком на кухне. Прибежали Сынгван и Хансоль, за ними идут Вону и Джихун с чашкой дымящегося кофе в руках. С облегчением Сынчоль подходит к Джихуну, ставит свой напиток на стол и крепко обнимает композитора. — Почему ты не сказал мне, что выходишь из комнаты? — говорит он, обнимая его крепче. — Сынчоль... Я, я-прости, я не хотел... — попытался объяснить его муж, но крик из одной из комнат заставил их пожалеть, что они не спускались так рано. Снова достигнув верхнего этажа, они находят Джуна, который падает перед ними на колени, громко рыдая, не в силах скрыть новую боль, которая накапливалась в его груди. — С-Сокмин... его не было в комнате; Я п-пошел его искать и... — он снова заплакал. Со страхом Сынчоль приближается к комнате, откуда пришел Джун, и то, что он видит, заставляет его пожалеть, что он решил устроить эту вечеринку в честь Нового Года. Он никогда не думал подвергать своих друзей этому аду. Если бы не его желание устроить вечеринку, Мингю не умер бы, а теперь Сокмин не был бы заколот на полу, глядя в глаза смерти перед собой.