Океан твоей мелодии

«Безумие — это не отсутствие разума, а его потеря, то есть третье, послеразумное состояние личности…»

Америка встретила иностранца тихой, спокойной, тёмной ночью. Улицы освещались приглушённым светом фонарей по обе стороны дороги, пока небо было чёрное, как и глаза незваного гостя. Сейчас лучший момент, чтобы проехать к своему жилью, будучи незамеченным другими, ведь сейчас не то время, чтобы люди расхаживали по улицам. Большой особняк расположился за городом, где никто не сможет потревожить, прервать желанный отдых и нарушить границу дозволенного. Возле большого двухэтажного здания было довольно много охранников, которые держали свой пост в позднее время, зная, что скоро прибудет законный хозяин этого места. И, как и ожидалось, долго ждать им не пришлось. К большим воротам с железными прутьями, за которыми виднеются еле заметные фигуры остальных охранников, что дежурят на территории с той стороны, подъехала синяя ауди, останавливаясь у входа и ожидая, пока её пропустят дальше. Люди азиатской и некоторые американской внешности моментально среагировали, ведь заметили, что за рулём, как ни странно, был их босс: открыли большие железные «двери», пропуская во внутрь законного жестокого владельца этой территории. Припарковавшись на собственной, немаленькой территории, парень вышел из автомобиля, сразу направляясь во внутрь своего временного дома, долго он тут задерживаться не собирается. Дорога и долгий перелёт сильно утомили, и сейчас хочется только одного — поспать. Настроение неопределённое, хотя возможно это не так, состояние сонное из-за того, что в самолёте никак не удавалось уснуть, а в машине, когда ты ещё и за рулём, то не особо и поспишь. И если кто-то сейчас попадётся на пути, спрашивая что-то о его пожеланиях, то он наверняка без раздумий убьёт этого человека за беспокойство, и в этом никто не будет сомневаться. В большой спальне стояла кромешная темнота и тишина, если бы не прикроватный светильник, что освещал совсем малую территорию. Всё бы ничего, но нужно было принять сначала душ, чтобы смыть с себя всю грязь и тяжесть после перелёта, на что желания не было от слова совсем. Сняв с себя всю одежду, напоминающую о тяжёлом дне, оставаясь полностью обнаженным, Чон сразу направился в ванную комнату, что давно пустовала из-за отсутствия хозяина. Ванная находилась совместно со спальней, явно для удобства владельца. Но если бы даже нужно было идти в другую ванную, что находится по коридору чуть дальше, то Чонгук без раздумий бы пошёл к ней даже голым, стесняться ему вообще нечего, да и слова такого он не знает. Настроив температуру воды в душевой кабинке, молодой бизнесмен зашёл под её теплые струи, облегчённо выдыхая куда-то в стенку. Душ — это неплохо на самом деле, вода как будто смывает весь негатив, которого более чем достаточно за прожитый день и долгий перелёт с другой страны. А всё ради чего? Ради одного мальчишки, которого нужно найти, что вряд ли будет сложно, и использовать в своих личных целях. Тонкие струи воды сексуально стекали вниз к сливу по рельефному подкачанному телу, которое каждая девушка не прочь попробовать на ощупь. Обладатель этого прекрасного тела стоял опустив голову вниз, упираясь одной крепкой ладонью в стенку душевой, думая о своём. И лишь обмотав накачанные бедра белоснежным полотенцем, Чонгук вышел из просторной ванной комнаты, в которой могло бы поместиться человек пять, сразу лёг устало на большую кровать, что так долго ждала своего хозяина из другой страны, и медленно проваливался в долгожданный сладкий сон.

***

Не совсем хорошее утро наступило быстрее, чем можно было ожидать. Поспать долго не удалось, всего каких-то три часа, из-за чего настроение на нуле, если не ниже. Завтрак принесли в комнату тихо, почти бесшумно, но Чонгук уже не спал, и всё это было ни к чему. И пока он одевался, девушка, одна из его прислуги, даже позволила себе засмотреться на крепкую спину и плечи, в результате чего уронила из рук чашку с горячим кофе, что со звоном разбилась о твердый пол, а нетронутый Чонгуком напиток растёкся пятном возле белых осколков. Это не могло остаться незамеченным, ведь звук был довольно громким в тихой и почти пустой комнате. — П-простите, господин… — тихо, почти беззвучно, немного запинаясь, произнесла светловолосая девушка американской внешности. — Я сейчас всё уберу… — и снова её мелодичный голос, что раздражал хозяина этой комнаты, немного дрогнул, явно из-за страха перед мужчиной. Чонгук не спеша обернулся на звук, сканируя девушку тяжёлым, нечитаемым взглядом, от чего та ощущала себя слишком подавленной под таким наблюдением. Парень лишь медленно начал подходить к ней, будучи только в нижнем белье, и взгляд юной девушки упал именно туда, на пах мужчины, от чего её щёки сразу залились красной краской, из-за этого поднимать глаза на парня она не осмеливалась. Чонгук не глупый, видит, куда та смотрит, и поэтому на его лице появляется самодовольная, но явно не добрая, ухмылочка. Девушке пришлось всё же поднять свой взгляд, так же, как и саму голову, потому что Чонгук взял её подбородок в свои грубые пальцы, заставляя её посмотреть себе в глаза. — Ты специально это что ли? — будничным тоном проговорил Чонгук, хотя в его потемневших голубых глазах так и читалось зло, когда он смотрел на девушку, а та уже внутри вся сжалась от напряжения. У Чона с утра не было хорошего настроения, да и вообще, у кого оно будет, если ты поспал лишь три часа за сутки? При таком раскладе только убивать всех, а не радоваться жизни и солнечному дню. Старший продолжал держать в своих пальцах чужой изящный подбородок, немного даже сжимая, из-за чего девушка заметно жмурилась, но продолжала смотреть в глаза напротив. Её сердцебиение было довольно частым, было ощущение, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди или вообще остановится, и его отчётливый ритм не сложно было услышать парню напротив. — Немедленно всё убрать, — на этот раз твёрдо проговорил, отпуская её подбородок, видя, что она боится. Ещё не дай бог в обморок свалиться перед ним. Правда, он хотел что-то ещё добавить, но не стал. Девушка в свою очередь часто закивала, опускаясь на колени и принимаясь убирать осколки разбитой чашки, иногда поглядывая на своего господина снизу вверх, мысленно облизывая его накачанную грудь, кусая свои пухлые губы. Двадцатишестилетний парень сел по-турецки на свою большую кровать, принимаясь завтракать не в самой хорошей компании, решив, что кофе он выпьет позже, в одной из кофеен. Прибравшись, девушка сразу поднялась с пола с небольшими осколками в руках, никуда не уходя, оставаясь на месте и зачем-то сверля почти обнажённого Чонгука взглядом, как будто хотела что-то сказать. На такой внимательный взгляд, что не давал нормально поесть, Чон почти сразу же обратил своё внимание, смотря на светловолосую своими голубыми глазами, как бы спрашивая: «в чём дело?». Но в ответ он не услышал ни слова. Она лишь молча поклонилась и ушла. Мало того, что кофе ему не предоставила, как-то странно смотрела, так ещё и лужу от пролитого напитка не убрала. Господи, это так сложно что ли? За что он тогда ей платит? Справившись с завтраком, он не спеша надел чёрные брюки и белую рубашку, что четко очерчивала его накачанные мышцы, оставив расстёгнутыми несколько верхних пуговиц. Спустившись на первый этаж, Чон встретил сразу несколько человек, которые поклонились ему, и лишь один из них попросил уделить немного внимания одному гостю. На это предложение Чонгук слегка удивился, но этого не было видно по его безразличному выражению лица. Он не ждал гостей ни сегодня и ни когда-либо, пока пребывает в Америке. Конечно он согласился, проходя в гостиную, где его и ждал этот «гость», того держали люди Чонгука с обеих сторон за руки. Незнакомцу напротив было за тридцать, и он так косо и с презрением смотрел на Чона, явно желая плюнуть ему в лицо. Хотя это не удивительно, много кто на него так смотрит. Чон, конечно, хотел уже уезжать по своим делам, но видимо они подождут. Сейчас у него есть посетитель немного поважнее, который пришел явно к нему. А Чонгук не заставляет таких «гостей» долго ждать. Ещё один человек портит его и без того не лучший день, но Чон не может оставить его без своего внимания. Потому, подойдя ближе к этому мужчине, он встал перед ним с непроницаемым выражением лица, впрочем как и всегда, не отрывая свой холодный сканирующий взгляд от незваного гостя, обращаясь к одному из своих людей: — Это кто, и что он здесь делает? — как всегда без единой эмоции произнёс Чонгук. Обычно его тяжело вывести с себя, но сегодня точно тот день, когда это можно сделать по щелчку пальцев. — Это шпион Монстра, — произнёс чётким, недрогнувшим тоном, смотря на своего босса, что даже бровью не повёл. — Мы поймали его сегодня в пять утра недалеко от особняка, когда он сливал ему информацию о количестве людей здесь на территории, как они вооружены, наше местонахождение, — протянул чужой телефон Чонгуку, чтобы тот точно убедился в сказанных его подчинённым словах. Вот этого он точно не ожидал с утра, что не задалось с самого начала, но своё удивление он точно никак не покажет, он любит больше действовать, чем показывать свои эмоции. — Не думал я, что он опустится до того, чтобы следить за каждым моим шагом. Наверное, очень переживает за своего братишку? — спокойно произнёс, поняв, что Монстр догадался о его намерениях, смотря на одного со своих людей и намекая взглядом на то, чтобы он принес Чонгуку его любимую игрушку. — Он, наверное, боится очень за него? — наигранно задумчиво произнес, осматривая того, к кому обращается. Взрослый, не намного взрослее Чонгука, мужчина напротив, стоя на коленях, лишь зло на него смотрел снизу вверх, зная, что в этих словах лишь правда, ведь сомнений нет, Монстр дорожит своим единственным родственником, и убьёт каждого, кто посягнёт на его юную жизнь. И Чонгук знает об этом, но ему в любом случае нечего терять — он сам по себе. — Ты ублюдок. Вредить его семье, чтобы сделать больно ему — слишком низко. Хотя куда ниже, если ты и так на дне с самого начала, — как будто знает, что ему ничего не грозит, так смело и яро выплёвывает слова в лицо Чонгука. — Прячешься от него, как канализационная крыса. А разве он когда-нибудь прятался от него? Прячутся от тех, кого боишься. Но Чонгук не боится, никогда не боялся и не будет бояться этого человека. Вчера бы он с удовольствием слушал эти речи, не придавая им особого значения, но не сегодня. Сегодня у него не то настроение, чтобы закрывать глаза на такие слова. — Тогда, если я на дне, почему ты припёрся сюда, выведывать не нужную никому информацию? Думаю, Монстр не послал бы кого-то из своих людей к столь «низкому» человеку на верную смерть. Я не прав? — всё такое же невыносимое спокойствие, и этот мужчина напротив даже задумывается над его словами, глядя в пол. Ещё бы не задумался, когда тот говорит только по делу. Война между Намджуном и Чонгуком началась почти три года назад. А всё из-за того, что Ким стал подозревать Чона в том, что он хочет его убить. Все семь лет они были лучшими друзьями, стояли плечом к плечу на всяких перестрелках, рисковали жизнью ради друг друга, на собраниях всегда поддерживали, и Чонгук даже нянчился с его младшим братом, пока тому не исполнилось десять и он не переехал учится в более безопасное место, где за ним уже всегда приглядывали люди Намджуна, он никогда не отказывал тому в помощи. И в какой-то непонятный момент из Чонгука сделали предателя. Логично, правда? Он не знает, откуда тот взял это, ведь Чон никогда бы не приставил пистолет к виску своего, уже бывшего, друга. — Ты скинул ему наше местонахождение. Он в Америке сейчас? Или это для того, чтобы он знал где искать пропавшего брата? — смотря холодным до дрожи взглядом, поинтересовался Чон. Ему правда любопытно, где тот находится. Догадаться, конечно, не очень сложно, но если Намджун здесь, то он хочет быть уверенным в этом. — Ты язык проглотил? — спросил Чонгук, будучи на взводе, ведь сегодня он не очень терпелив. — Если не собираешься отвечать мне на этот вопрос, то я не вижу смысла держать тебя здесь. Поняв намёк, человек, которого Чонгук посылал за своим «любимцем», положил в руку Чона небольшой нож, лезвие которого было длиной 15 сантиметров, тот, которым он любит вытягивать слова, и не только, из своих жертв. — Знаешь, — смотря на нож, что крутит у себя в руках, негромко произносит голубоглазый. — Если со мной не идут на контакт, то я применяю некоторые методы… — делает паузу, видя в глазах мужчины уже не злость, а чистый, как вода, страх. — Избавляю этих людей от ненужного. Закатав рукава белоснежной рубашки, он присел напротив незнакомца на корточки, взяв одной рукой лицо, крутя то в левую, то в правую сторону, рассматривая его с разных ракурсов, пока тот не понимал, что происходит, пытаясь освободить своё лицо из чужой хватки. На эти сопротивление Чонгук лишь выдал усмешку, ведь шансов у того изначально не было. Нажав на щёки мужчины, он наблюдал, как тот против воли открыл свой поганый рот, чего добиться было не сложно. После этого Чонгук острым лезвием провел по кончику его языка, из-за чего появилась тоненькая струя его алой крови, на что шпион ещё больше начал брыкаться в руках двух иностранцев, которые крепко его держали. Прекрасная картина открылась перед ним, от чего Чон даже слегка улыбнулся, а его глаза вмиг приобрели яркий голубой оттенок, что вгоняло в некий ужас не только мужчину, но и всех присутствующих. Много кто наслышан о жестокости Чон Чонгука, но не все испробовали её на себе, только те, над кем не смиловалась судьба. И этому парню явно «повезло» попробовать такую редкую возможность. — Открой рот шире, — приказным тоном проговорил, нажимая лезвием чуть сильнее на чужой язык, из-за чего тот от боли простонал. Он дёргается, пытаясь освободить хотя бы руки, чтобы остановить это безумие. — Знаешь, совсем неудобно, когда у тебя почти закрыт рот, — наверное, это единственное, что беспокоит Чона. От услышанных слов мужчина не стал повиноваться, лишь прикрыл глаза, и в их уголках появились маленькие слезинки, что так и просили о том, чтобы бездушный человек пощадил его. Ведь кому хочется избавиться от языка или другой части тела? Правильно: никому. Терпение уже давно на исходе, изо рта мужчины тонкими струйками по подбородку медленно вытекает его кровь, смешиваясь со слюной, после чего капая на дорогой пол жестокого владельца этого особняка. — Пласу вас… — еле как проговорил мужчина, чувствуя тяжесть металлического лезвия на языке. Уже не было никакой открытой злобы, он лишь хотел, чтобы его пощадили и оставили целым, ведь он уже чувствует вкус невыносимо горькой собственной крови у себя во рту, и паника накрывает его с головой. Голубоглазый явно удивился, смотря на него и видя мольбу в глазах, но, к сожалению, он не знает такого слова, как «помилование», особенно с теми, кто сначала делает глупости, а потом думает о последствиях. Да и это слово лишнее для человека, который давно позабыл его значение. — Слишком много болтаешь для молчаливой крысы, — злобно почти прорычал, кивая своим людям, чтобы те раскрыли шире его рот, и они сразу это сделали, а их начальник не терял времени, просовывая холодное оружие глубже и без проблем доставая острым лезвием ножа до основания языка мужчины, медленно делая глубокий надрез на живом участке, слыша утробные крики его жертвы, в какой-то степени довольствуясь этим. Он делал отрывистые порезы, принося как можно больше животной боли, чтобы он запомнил свои последние минуты жизни. Спустя несколько минут Чон отрезал чужой язык, бросая его на пол, а свой нож, что был в чужой крови, вручил человеку, который и принёс его. Рука была в темной крови этого мужчины, что изнемогал от боли, желая упасть, но его всё также крепко держали, он плевался кровью на пол и смотрел с чистой ненавистью на поднимающегося на ноги Чонгука. — Разберитесь с ним, и можете отправить его голову Монстру. А казалось, может ли быть что-то хуже, чем просто отрезанный язык? Оказывается может, и для этого есть намного больше способов, чтобы сделать больно. Хозяин дома сразу направился в ванную комнату, чтобы смыть с себя эту невыносимо отвратительную жидкость. Нельзя быть уверенным, что ему нравилась жестокость и чужая кровь. Но признаться можно, иногда он получал от этого такой кайф, что получше, чем от какого-либо наркотика. Зайдя в ванную он просто хорошенько вымыл руки, чтобы и следа не осталось от недавно произошедшего безумия, ведь это ужасно раздражало, напоминало о том, что сегодня ему не быть с хорошим настроением. Мысль о том, что он избавился от ещё одного предателя, его прямо радовала. Но предателей таких ведь не мало в этой жизни, потому это кратковременная радость, примерно на несколько секунд. Теперь уже точно ничего не хочется, кроме крепкого чёрного кофе, что так и не достался ему утром, из-за чего придется ехать в город. Мысль о том, что нужно куда-то отправиться уже не радовала, ведь он хотел провести день в особняке, отдохнуть и ни о чём не заботиться.

***

Одна из самых лучших и любимых кофеен в городе радовала своим ранним открытием. В последний раз Чонгук был здесь в прошлом году, когда нужно было поехать на какое-то важное мероприятие, и в тот момент она ему даже сумела поднять настроение, а точнее её прекрасные напитки. Как-никак, Чон уверен, что лишь в этом месте так прекрасно умеют варить кофе, которое он очень любит. И если бы был определённый секрет по приготовлению, то бизнесмен в любом случае узнал бы его, и заставлял бы прислугу делать ему такой прекрасный напиток каждое утро. Но к сожалению нет никакого секрета, лишь то, что здесь работники делают всё с душой и удовольствием. Зайдя во внутрь, он подходит не к стойке, где располагается бариста, а к своему месту, где любит сидеть попивая любимый напиток, ведь знает, что к нему в любом случае сами подойдут. Но каково было его удивление, видеть за своим столиком какого-то мальчишку, что сидел в маске и очках, из-за которых было невозможно разглядеть его лицо. Чонгук злым ураганном надвигался к нему. Сегодня явно всё против него, без сомнений, ведь даже его любимое место заняли, но Чон играет по своим правилам в этой жизни, и если жизнь ебёт тебя против твоей воли, то будь добр, подставляй ей сам свою задницу, не сопротивляясь и делая всё, так как ей хочется. Конечно это до той поры, пока ей не надоест, тогда сможешь и ты выебать эту жизнь во все щели, живя по личным принципам и выполняя свои прихоти. Честно, Чон пытался его выгнать из-за столика приличными способами, и сначала тот парнишка показался таким вежливым, пока не послал его куда подальше. На вид парню было лет шестнадцать, вот реально, а его акцент говорил о том, что он не местный, тогда… что он делает здесь без своих родителей? Наверное ждёт именно их. Но такое поведение неподобающе минимум тем, что к старшим должны относиться с уважением. И вот смирившись со своей судьбой, надо было раньше так сделать, Чонгук решил выпить вместе с ним кофе, не в прямом смысле с ним, а в его не очень приятной компании. Вдруг Чонгуку стало слишком интересно, что за наглец перед ним, и он снял с несносного мальца солнцезащитные очки. Перед ним сразу открылись чужие медовые глаза, завлекающие в себя и сверкающие невинностью, хотя вряд ли в нём есть невинность. Но эти глаза… их бы выколоть, в самом-то деле, чтобы не глазел так на него. Сначала старший даже подумал, что он завис или умер, ведь сидел совершенно неподвижно, но видя, как тот моргает, понял, что это не совсем так, как он подумал. Наверное он ещё смотрел бы так, если бы Чонгук не снял с него ещё и маску. Тогда-то он и очухался, выглядя более испуганным и живым, чем до этого. — Отдай немедленно, — строго, как только мог, хотя для Чонгука тон был скорее жалким, произнес паренёк напротив, пытаясь забрать хоть что-то из своих вещей, но увы: руки слишком короткие. На самом деле, тогда-то подвис уже Чонгук, понимая не сразу, конечно, что напротив него цель его поездки в Америку. Он не должен, конечно, так быстро его избавлять от свободы, это попросту не входит в его планы. Но как можно устоять, когда такая вот удача плывет сама тебе в руки? Уж слишком много удовольствия будет для плохого дня. — Ты глухой или как? — повторил фразу Чонгука Тэхён, которую тот говорил ему вот недавно, но более грубым тоном, чем у мальчишки. Чон на это слегка вскинул одну бровь, поражаясь его открытой наглости, но после понял, что тот лишь боится быть увиденным другими, на что первый лишь хмыкнул. Старшему его даже жаль немного, потому что ему приходится прятаться по углам от фанатов, и никакой личной жизни вообще не видать лет до тридцати, а то и больше. Время шло у них в тишине, больше Тэхён не пытался что-то забрать или сказать, лишь устремил свой взгляд в деревянный столик, попивая кофе и пряча своё личико под чёлкой, надеясь, что никто так его не заметит. И эту тишину прервала девушка, появившись как будто из неоткуда, что принесла бизнесмену кофе с ирландским виски. — Ваш кофе, господин Чон. — тихо произнесла, ставя на стол чашечку, что стояла на маленьком блюдце, сразу испаряясь с поля зрения, так же внезапно, как и появилась. Немного поднеся чашку с кофе к лицу, голубоглазый парень вдохнул любимый расслабляющий аромат этого напитка полной грудью, прикрывая свои глаза в удовольствии, только после чего делая небольшой глоток. Сразу всё вокруг стало таким неважным, хотелось лишь насладиться этим вкусом и ароматом, что он и делал. Парень напротив лишь немного приподнял на него взгляд, сразу видя, как Чон расслабленно ведёт себя в этот момент, и сейчас как раз было время для того, чтобы понаблюдать за довольно привлекательным собеседником. Тэхён подметил для себя, что у того довольно хорошо выделены скулы; глаза слегка прикрыты в наслаждении, и складывается впечатление, что тот вот-вот уснёт; губы персикового оттенка, на вид они такие мягкие, что к ним хочется прикоснуться и убедиться в этом самостоятельно, а ещё без внимания не осталась родинка под нижней губой, что прекрасно туда вписывалась. Черты лица просто идеальны — губы, нос, глаза, брови, скулы — и всё это хотелось пощупать и попробовать на вкус. Засматриваться так на незнакомого ему человека нельзя было, и Тэхён это понимал, но не мог никак остановиться, в чём ему конечно помогли. Телефон Кима предательски зазвонил, а на экране высветилось имя нарушителя спокойствия — «Сонги», сейчас хотелось просто убить его из-за того, что не дал полюбоваться незнакомцем ещё какое-то время. Ему наверное скучно без Тэхёна, раз он решил позвонить ему, хотя тот ушёл не так давно, или же случилось что-то важное, в чём парень сомневается, так как они лишь недавно прилетели. Зачем тревожить сразу? Чон же поднял на него свои голубые глаза, ведь всё-таки судьба та ещё сука, и выебать сегодня Чонгука ей необходимо. Даже в самом святом, для Чонгука, конечно, месте ему не дают расслабиться. Нехотя Тэхён поднял трубку, слыша суровый и злой тон менеджера. Он спрашивал, где того носит, ведь они должны обговорить очень важные условия фотосессии, что Тэхёну были до одного места. Они сами что ли не могут всё обговорить? На то он и менеджер, чтобы решать такие вопросы. Честно, было чувство, что голос Ли слышали все в кафе, в особенности голубоглазый незнакомец, что оторвал своё внимание от чашки с горячим напитком. И Киму, правда, стыдно было за это, потому что Ли отчитывал его как маленького, ещё и вспомнил о том, как певец явился утром к самолёту, заставляя Тэхёна грызть свою нижнюю губу и немного краснеть, замечая, как парень напротив пристально на него смотрит и явно слушает также внимательно их разговор. Это было невежливо с его стороны, но чтобы не услышать всё, что говорил менеджер, то нужно быть глухим, а тот таковым не являлся. Со стороны было ощущение, что Тэхёна отчитывает его мать, пока он находиться на свидании с красивым парнем. Боже, что у Тэхёна за мысли такие? Зачем он подумал о нём как о своём парне? Из-за мыслей он даже пропустил больше половины разговора. Но услышал, как по окончанию разговора менеджер кинул ему фразу: «Если тебя не будет через 15 минут, то можешь и не рассчитывать на мою помощь потом.» Артист со злостью скинул вызов, сводя брови к переносице и дуя как-то по-детски губы. Поднявшись с места, не успев допить кортадо, которое мог бы выпить, если бы не пялился на незнакомца, сразу немного прошёл вперёд, становясь рядом с Чонгуком и смотря на его профиль, такой же идеальный, как и весь этот мужчина. Господи, избавь Тэхёна от таких мыслей… а то он скоро поедет умом. — Пожалуйста, отдай мои вещи, они тебе всё равно ни к чему, — как можно вежливее просил, ведь ему уж очень нужны были его очки и маска, чтобы по дороге его не заметили папарацци, которые поджидают почти на каждом углу. На удивление его послушали, сразу отдавая маску и солнцезащитные очки, наверное из-за жалости к нему после услышанного разговора. Почему-то Тэхён уверен, что так оно и есть, ведь этот молчаливый собеседник, даже не смотря на него, отдал ему вещички, которые так не хотел отдавать сначала, наверное просто игрался с ним. Но об этом Ким подумает потом, наедине с собой. Сейчас же он, расплатившись за свой недопитый кофе, последний раз кидает взгляд на незнакомца, не получив того же в ответ, и быстрым шагом направляется к отелю, где его ждёт разгневанный менеджер.

***

Отель. Просторный номер. Два человека. Как-никак, идеальное романтичное сочетание. Было бы романтичное, если бы вторым человеком не был Ли Сонги, который постоянно отчитывает юного парня. Наверное этот мужчина и дня не продержится, чтобы не сказать Тэхёну несколько слов на счёт его поведения и безответственности. Они здесь только первый день, и Тэ заслуживает хоть немного отдыха, которого давно не видал. Но не тут-то было. Как всегда говорит «любимый» менеджер Кима: работа должна быть на первом месте. Но он никогда не будет придерживаться этого правила, никогда в жизни. Иногда Тэхен даже думает, что Сонги просто эгоист, или же просто не знает, что существуют и другие слова помимо этих. И Ким склонен больше ко второму варианту. Прилетая в Америку, он думал, что здесь у него будет больше свободы, чем в Южной Корее. Если спросите «почему?», то ответов несколько. Во-первых, потому что это совсем другая страна, и не каждый знает о его нахождении здесь; во-вторых, потому что вероятность того, что его заметят равна 30%, можно будет спокойно гулять по улицам, паркам, магазинам и так далее; ну а в-третьих, он думал, что менеджер охладиться, смягчиться и не будет загружать его работой хоть тут. Но как же он ошибался, впрочем как и всегда, насчёт этого. Этот мужчина, он просто не предсказуемый. Неизвестно, какой его будет следующий шаг. Раньше такого не было. Тэхён мог спокойно заниматься своими делами, Сонги его не доставал, был более добрым, чем сейчас, не загружал работой и не упрекал при каждой возможности, и Тэ даже рассказывал ему обо всём, что гложет. Сейчас же всё иначе, и Ли говорит, что это из-за возрастающей популярности Тэхёна, и чтобы результат был превосходным, нужно много и усердно работать, показывать себя только с лучшей стороны, то есть без вредных привычек, на что Ким давно забил. Не утопать же в этой работе без отдыха, верно? На публике он, конечно, показывает себя очень правильным, что он за ЗОЖ, чтобы с него брали хороший пример. И вот, находясь в номере молодого певца, они сидят как всегда в тишине, пока Ли ничего не говорит, а лишь сверлит его тяжёлым взглядом, попивая недавно принесённый кофе. Он явно собирается что-то сказать Тэхёну, но почему-то только молчит, оттягивает время и пьёт. Делает лишь маленькие неторопливые глотки в немой атмосфере. И это молчание убивает, как говорится — затишье перед бурей. — И где ты был? — отставив небольшую белую чашку на прикроватную тумбочку, произнёс Сонги. — Мы только приехали недавно, а ты уже поднял голову и ушёл из отеля, куда захотел. — А мне нельзя что ли куда-то выходить? Только сидеть в четырёх стенах? — совсем тихо и обижено пробубнил Тэхён, глядя куда-то на пол, только чтобы не на менеджера. — Ты хотя бы мог сказать, что собираешься «выйти куда-то», — сейчас-то он был спокойнее, чем тогда, когда они говорили по телефону. — Я ведь ответственный за тебя, а ты так по-ребячески поступаешь. Если спросить у Тэхёна: волнует ли его это? То он без сомнений ответит, что нет. Он устал от того, что его все считают ребёнком, он совершеннолетний и может сам принимать решения, какие захочет. Вот он решил, что хочет прогуляться и прогулялся; решил выпить кофе и выпил, встретив в той кофейне красивого голубоглазого незнакомца, к которому обращаются как «господин Чон». И совсем не жалеет о своих решениях. В отличии от Ли, он думает не только о себе и о своей репутации, но и о том, чтобы и его менеджеру не досталось за него, пока тот называет его безответственным ребёнком. — Ты вообще слушаешь меня? — вскипел Ли, ударяя кулаком по тумбе, чтобы привлечь внимание Тэхена, что видимо думал о своём, а не слушал его нудные лекции. — Если ты хотел только это мне сказать, то можешь идти, я всё услышал, — безразлично произнёс, ведь не собирался терпеть его нравоучения, которые слушает на протяжении двух лет. — Ты не выносимый… — тяжело вздохнул, прикрывая глаза и потирая переносицу двумя пальцами. — Через два дня фотосессия, и спрашивают, в какой обстановке ты хочешь работать. Они уже подготовили всё, но нужно только место, где тебе будет удобно. — Думаю, удобнее всего будет в студии, на каком-то однотонном фоне, — встав с какого-то небольшого кресла, Тэхён буквально упал на свою немаленькую кровать, разваливаясь на ней звездой. Менеджер в свою очередь выпил немного кофе, печатая кому-то сообщение и молча уходя с номера Тэхёна, и второй был рад, что тот покинул его личное пространство. Сам Тэхён, лёжа на кровати, почему-то вспомнил про того «господина Чона» из кофейни. Киму, конечно, никогда не нравились парни, он даже бисексуалом себя не считал, а всё из-за того, что нравятся ему девушки, но почему-то этот незнакомец чем-то зацепил его. Возможно, своим поведением, или же своим редким цветом глаз, который не присущ для корейцев. Откуда Тэхён знает, что он кореец? Так это было сразу понятно по его цвету кожи и чертам лица. Певец хорошенько их рассмотрел, была ведь возможность. И, на самом деле, он бы хотел снова встретиться с этим голубоглазым парнем. Похоже Тэхёну он понравился… Это не плохо, но и не хорошо. Ведь если даже и был шанс с ним начать отношения, то Киму нельзя из-за его карьеры музыканта. Иногда ему даже хотелось почувствовать себя обычным человеком, чтобы влюбиться, завести отношения и не думать о последствиях. Но почему Тэхён снова видит его в роли своего парня? Это же неправильно, они ведь оба одного пола. Да и наверное, только Ким сейчас ломает голову об этом мужчине, а второй явно даже не вспомнил о нём с того момента, как он ушёл. Тэхён же мешал ему, да? Его пытались ведь выгнать, а он упёрся как баран. Тому Чону явно не нравилось быть в его компании, он это понимает. Тот явно хотел побыть в одиночестве, как и сам Ким, но судьба распорядилась по-другому. Вот зачем он появился и теперь заполнил все мысли Тэхёна собой? Хотя он должен думать только о работе, он постоянно возвращается к той мысли, что этот незнакомец всё-таки очень привлекательный. И хотел бы он ещё хоть раз встретиться, чтобы опять посмотреть в его голубые глаза и забыть как дышать. Хотя бы ещё раз.

***

2 дня спустя

Небольшая студия выглядит довольно скромно, что очень нравится парню, который полностью одет в одежду от GUCCI. Он лишь недавно приехал, а его уже заставили одеться в один из нарядов этого бренда. Ему также сразу наносят лёгкий макияж, делая взгляд более выразительным, а цвет кожи более светлым. Тэхён уже привык ко всему этому, хотя раньше было по-другому. Он категорически отказывался от макияжа, говоря им всем одну фразу: «я тёлка по-вашему, чтобы меня красить?». Но визажистов это не останавливало, менеджер ругал его за подобные выходки, так он со временем и смирился со своей ролью в этом дурдоме. Он до сих пор помнит, как только вошёл в мир к-попа, и ему сразу через месяц предложили быть моделью бренда GUCCI. Акцентировали они всё это на его красивой фигуре и внешности, которой многие знаменитости, и не только, могут позавидовать. Сначала Тэхён держался лишь за этот принцип, просто позировал им и получал за это деньги. Но суть не в этом, со временем ему понравилась эта специальность, и он начал делать всё с большим интересом и удовольствием. Тэхён рад быть моделью, он бы фотографировался и в других, не менее дорогих, брендах, ему это по душе. Ему нравиться приковывать все взгляды к себе, к своему телу и лицу. Возможно у него завышенная самооценка, но он не жалуется, ему нравиться. Не он же виноват, что та взлетела до небес. — Вау! — послышался громкий голос за спиной Тэхёна, выбивая его из мыслей и заставляя вздрогнуть из-за неожиданности. — Выглядишь как всегда просто прекрасно. — как обычно льстит ему Михаэль Дэвис, и оборачиваться Тэхену не нужно, чтобы понять кто это говорит. — Благодарю, — вежливо и негромко произнёс Ким, медленно поворачиваясь к собеседнику. — Вы, Михаэль, сегодня выглядите так презентабельно. У Вас какой-то праздник? — интересуется и слегка приподнимает уголки губ в улыбке. У них отношения хорошие с самого начала, Михаэлю Тэхён сразу приглянулся, и первый был уверен, что их ждёт успех с этим мальчишкой, и, как оказалось, не ошибся. Тэхён, когда находиться здесь и работает с ними, рекламируя их одежду, приносит им и себе немалую сумму денег. Чему их главный — Михаэль Дэвис — очень рад. Не каждая модель может принести много денег, но этот парень изобретательный, необычный и немного странный, потому в его исполнении всё кажется особенным. Из-за этого люди и покупают их бренд чаще, а у Тэхёна ещё и фанаты прибавляются. Все выходят в плюсе. — Да, ведь ты приехал, а это уже как-никак праздник, — опять ему льстит, любит когда Тэхён чувствует себя особенным в этой атмосфере. И Ким всё принимает, тихо смеясь с его слов. — Готов сегодня поработать? — Конечно, я все эти несколько дней ждал, пока, наконец-то, смогу приехать к вам и делать то, что мне по душе. Каждую ночь думал об этом дне, — открыто говорит Тэхён, хотя капля лжи тут присутствует. Всё-таки, все эти дни он заполонил свою голову мыслями о незнакомце, что категорически отказывался покидать её. Он даже во сне к нему приходил, и тогда Тэхён желал, чтобы сон не заканчивался. — Отлично, тогда за работу! — энергично и радостно проговорил Дэвис, ведя Тэхёна из раздевалки в студию. Там фотограф уже расставил своё оборудование, становясь за фотоаппарат. В этот раз фотографом была рыжеволосая девушка лет двадцати, милая и довольно скромная, потому что когда Тэхён что-то делал не так, или она не успевала поймать кадр, то боялась это сказать. Но Ким ведь не впервые тут, поэтому просил всякий раз переделывать фото, чтобы всё было идеально. Тэхёна фотографировали в разных необычных позах, с разных ракурсов, чтобы потом можно было выбрать лучший, а также в разной одежде. Ну… что можно сказать? Если на него и мешок из-под картошки надеть, то он будет выглядеть также охуенно, как и сейчас. Во время перерывов та девушка часто подходила к Тэхёну, предлагая ему кофе или бутерброды, хотя это могли делать и другие люди. Он похоже приглянулся Джулии, так её звали. Она пыталась с ним поговорить о чём-то, но, видимо, слишком стеснялась и смущалась всякий раз, когда Тэхён говорил, что у неё красивый цвет волос, как оказалось, натуральный. Время перерывов было не очень долгое, где-то минут по 20, этого хватало, чтобы наесться, напиться и немного поболтать. Фотосессия продолжалась больше пяти часов, поработали они на славу. Тэхён очень устал, тело болело от того, что в одной позе он мог стоять несколько минут, а позы были не лёгкие, но дойти до машине он сумел. И снова встретил этот странный водитель, который не вызывает никакого доверия к себе. Но в отель уж очень хотелось попасть, и побыстрее, чтобы зайдя в номер сразу завалиться на кровать и лечь спать. У него наконец-то будет немного времени для передышки, ведь концерт будет только через неделю, и к тому моменту нужно хорошенько отдохнуть. На дороге они застряли в заторе, чему самый младший в машине не был рад от слова совсем. Он хотел поскорее попасть в отель, но время шло, а машин меньше не становилось. От скуки Ким решил осмотреть забитую машинами дорогу, устремляя взгляд в окно автомобиля, и каково было его удивление, когда он увидел за рулём синей ауди того самого голубоглазого незнакомца, что приходил к нему во снах и так бессовестно заполнил его мысли. Машина была совсем рядом с той, в которой сидел сам Тэхён. Он даже как будто прилип к окну, чтобы ещё раз всмотреться в эти привлекательные черты лица, которые не мог увидеть всё это время. Все дни после их последней встречи, этот парень не вылезал из его головы, постоянно его образ всплывал перед глазами, и в этот момент он может насладиться им. Сейчас мужчина без маски, отлично виден его профиль, хоть и не очень видно его глаза, Тэхён не печалиться. Почему-то именно здесь он не ожидал его увидеть, хотя уж очень хотелось. Больше всего хотелось этого, но было бы лучше, если можно было бы ещё и поговорить с ним, снова услышать его голос. А если задать вопрос: о чём бы он с ним говорил? То Тэхен сказал бы: ни о чём, просто так, чтобы только услышать этот грубый, властный голос, от которого голова идёт кругом. Но сейчас он хотел хотя бы увидеть его глаза. И в это мгновение незнакомец посмотрел в сторону Тэхёна, как будто чувствуя на себе его заинтересованный взгляд. Вот он и столкнулся своими медовыми детскими глазами с голубыми напротив. Эти глаза… они завораживают и тянут, влекут к себе, в них хочется безнадежно утонуть и не выбираться, пока не останется воздуха в лёгких. Они похожи на бескрайний океан, в них нет и шанса на спасение, в них лишь тонуть и получиться. И Тэхён чувствует, как утопает в них сейчас, как он перестает дышать в этот момент, как тот безжалостно смотрит, не желая подавать руку помощи, чтобы вытащить. Так проходят быстрые секунды, что превращаются в бесконечные минуты, которые тянуться, будто вечность, но в тоже время они, как мгновенье. И незнакомец не отводит взгляд, всё так же смотрит на Тэхёна, как и он на него. И второй теряется в своих собственных мыслях, что не замечает некоторых вещей. Неожиданно для Тэхена соседняя машина, в которой сидит причина его бешеного биения сердца, трогается с места. А после и вовсе исчезает с поля зрения молодого парня, а всё потому, что затор уже рассосался и машина, в которой Тэхен, поехала по другой дороге, нежели синяя ауди со своим загадочным хозяином, что скрылась за поворотом. Это даже немного расстроило молодого певца, потому что он хотел бы дольше насладиться этим моментом. Впервые ему хотелось застрять в заторе, лишь бы тот парень был рядом и так смотрел на него, как несколько минут назад.

***

По большому коридору, в котором почти ничего не видно из-за приглушённого света, бежит молодой парень с небольшой коробкой в руках к определённой деревянной двери. Он собирается с духом, приводя дыхание в норму, несколько раз стуча по дереву, и услышав негромкое «входи», дёргает за позолоченную ручку. Внутри тихо, можно подумать, что там никого нет, но там сидит один влиятельный человек, который недоволен таким вторжением. — Что-то случилось? Ты весь запыханный. Ты бежал? — спокойным, но с нотками раздражения, голосом произнёс мужчина старше, отрывая свой взгляд от важных бумаг и устремляя на парня. — Господин Ким… — выдавая тяжёлый вздох, всё же решается сказать главному об одной важной вещи. — Тут вам посылка от Чона, — всё же тяжело дыша произносит, ставя коробку на стол главного. Тот заметно хмурится. Не помнит он, чтобы Чонгук ему подарочки присылал. — Проверяли что там? — берет коробку в руки, чувствуя некую тяжесть. — Нет. — Тогда, какого черта ты принёс её сюда? А если там бомба или ещё страшнее? — парень напротив лишь виновато опускает голову, слыша, как его отчитывают. Всё же, нужно посмотреть что это, поэтому Намджун развязывает ленточку, как будто это подарок на день рождение, и не торопясь поднимает крышку. Он всегда знал, что Чонгук безумец, и сейчас он уверяется в этом ещё больше. В коробке лежит голова его посланника, который выведал для него немало информации, но больше его сейчас интересует записка, что всунута в рот Сумина — того самого, уже мёртвого, посланника. Неторопливо берет эту бумажку, испачканную в крови его верного человека, и, раскрыв её, начинает читать. «Прости, я не знал, какую часть тела ты предпочитаешь, потому отправил голову. Предателей всегда надо знать в лицо, и верных друзей тоже. Остальные части тела, думаю, тебе пока не нужны, поэтому их я оставлю своим псам. P.S. Жди следующую посылку, в которой будет голова твоего любимого братишки.

Чон Чонгук»

— Вот же ж… — Намджун зарывается руками в свои темные волосы, сжимая их в кулак, прикрывая со злостью глаза. Ким верит, что пока Тэхён не один, ему не грозит опасность, но что если и это не помешает Чону? Хочет верить в то, что этого не случится. Сейчас Намджун не может бросить всё и улететь в другую страну, забрать брата к себе и не выпускать. Просто не может. И это больнее всего. Чонгук ведь не посмеет тронуть его? Он ведь не хочет лишиться своей жизни? Даже за семь лет не удалось выучить его как человека. Никогда не ясно, что у того на уме, никто не знает его следующий шаг, никто не остановит его, никто не встанет у него на пути, никто не помешает ему делать то, что неправильно и никто не образумит его. Никто. Потому что этот безумец, выстроил свою жизнь именно так, что никто не важен для него.