Нервно сглотнуть. (продолжение прошлого фф)

Итак. Ниндроид направился вдаль коридора и зашёл в свою комнату. Он переоделся в домашнюю футболку и штаны и со скрипом сел на кровать. Титановый ниндзя начал мять пальцами свои искусственные пепельные волосы, будто это поможет забыть вчерашнее. Вчерашнее. Вчерашнее, когда темноволосый кинулся к Зейну в недетские нежности, когда снял с него футболку, и когда повалил его. А дальше ниндроидовская память не помнит. Но почему не помнит? Может, система сама очистила эти моменты, чтобы не вспоминать про это, чтобы не ослабеть в неподходящий момент? А что же могло быть ещё вчера такого, что это нельзя вспомнить? Рецепторы осязания будто снова уловил прикосновения к нечеловеческой коже влажных губ. Разум Зейна снова затуманился, и он не смог дальше об этом думать. «Может, было бы легче просто пойти в лабораторию и стереть те моменты из память?» Стереть момент со своим дорогим человеком? Стереть момент со своим самым близким товарищем? Стереть момент с Коулом? Стереть момент со своим милым? О нет, он под дулом пистолета бы не согласился стереть какой — то прекрасный мимолетный момент с ним. Да он лучше забудет всех кроме него. Погоди что? Это же просто неловкий момент, откуда такие мысли, будто это что — то столь важное? У ниндроида появилось такое чувство, будто это все неправильно, будто так нельзя, но но очень хочется.

***

Тихий, будто болезненный, стон вырвался из Зейна, и он упал на кровать, свесив стальные ноги. Он лежал где — то минут 10, пока к нему не постучались. Ниндроид сразу принял нормальную позу, а стучавший, даже не спросив разрешения на вход, уже стоял на проходе. «Только не говори, что ты пришла насчёт вчерашнего…» — Зейн? Доброе утро… — сказала девушка — ниндроид, подозрительно глядя на Зейна, будто он маленький мальчик, который до обеда украл печеньку из кухни. — Д — доброе, Пиксал. Что — то случилось? — Мастер льда стал невольно дёргаться и перебирать конечности. Взгляд П.И.В.В.Ж. стал ещё суровее, из-за чего Зейн сконтролировал руки и успокоился. — Нуу, Зейн, видимо, по твоему виду, все же случилось… — девушка закрыла дверь, чуть подвинувшись вперёд, но почти не сменив позы, — что ты вчера делал вечером и ближе к ночи? Врать ей явно не было смысла, ведь если она спросила, значит знает. Психология человека, не иначе. Ниндроид 5 секунд потупился на пальцы, а потом промямлил. — Ближе к 8 вечера мы с Коулом пошли прогуляться, проветриться, можно сказать, — он нервно хихикнул, но увидев лицо Пиксал, снова опустил взгляд, будто провинившийся пёс. — Так, и куда же вы ходили? — взгляд стал более суровее, будто она прям сейчас и прям здесь прибьет бедного парня. — В бар к Дарету, а что такое?.. П — пожалуйста, не смотри на меня так, мне страшно, и я не понимаю, в чем дело?.. — все он прекрасно понимал, но соврать было вынужденной мерой в этот момент. — Ну ладно. Спрошу прямо, что ты делал в комнате Коула почти 20 минут назад? Что… Она что, все знает?.. Это конец, надо было сразу все вывалить, что он наполовину переспал со своим же товарищем когда он был в стельку пьян. О, Первый Мастер, за что ему это все?! За что ему все эти страдания и позор. Наверняка ей Ния сказала. Ладно, может, если Зейн снова приврет своей любимой (или уже хотя бы не единственной любимой.), как бы ему неприятно не было, то… — Даа, Коул что — то не то выпил, хотел проверить его. Но он ещё спит, — выпалил с полной уверенностью и обеспокоенным голосом Зейн, будто это все так и есть. — А, ладно… Я вот зачем зашла, не сможешь в лаборатории мне кое с чем помочь через час где — то? — её лицо смягчилось, что успокоило ниндроида. — Без проблем, Пиксал, — она легко улыбнулась и вышла из комнаты. Зейн снова упал на кровать и сжал свои металлические конечности, болезненно постанывая от своих же мыслей.

***

14:34. Зейн с П.И.В.В.Ж. и Джеем чинили компьютер от пропавшей на него воды в большом, судя по поломке, количестве. Джей подал ключ Зейну. — Так, а что, все-таки, случилось здесь? — спросила девушка, вытирая воду с внутренних схем компьютера тряпкой. и отжимая её в какой — то тазик. — Да мы тут с Нией немножко поссорились. Ну как сказать, чуток совсем повздорили, ну бытовушка, короче говоря, — он нервно посмеялся, но прочел эмоции на лице Пиксал и понял, что она ему нискольо не поверила. — Да уж, ахах. «Немножко»… — она разочарованно посмотрела на тазик с водой и тряпкой, а потом резко переключил внимание на другого ниндроида, будто специально весь день пыталась до него докопаться, -. а что ты думаешь, Зейн? А Зейн будто летал в своих облаках, состоящих их стыда к желанию и сомнения. Он проворачивал в микросхемной голове вчерашнюю сцену, будто пытался построить другой сценарий. Что если Коул лишь притвориться пьянным в хлам? Все же, его отец дружит со сценой. А как бы отреагировал он на то, что его сын чуть ли не переспал с ниндроидом. Но его нельзя судить, ведь Зейн, можно сказать, агендерный, то есть, он не относит себя к какому — то полу, ведь у него даже нету что — то на подобие человеческой половой системы. Но все же он относит себя к парням. Значит, они оба геи? Но ведь, у Зейна есть Пиксал, что делает его би — персоной… -… Зейн, ты слышишь меня вообще? Ох, весь день будто в облаках… — девушка — ниндроид закатила светящиеся глаза и продолжила очищать от воды микросхемы. — потом уже после очистки заменю сгоревшие детали, наверное, самостоятельно. — она снова разочарованно посмотрела на Мастера льда, который, наконец, опомнился. — А, что ты спросила, П.И.В.В.Ж? — спустя время подал голос титановый ниндзя. — Эээ, Зейн, мне кажется, тебя лучше пойти проверить на всякий случай…- забеспокоился уже и Джей. — Почему? — Ты уже 5 минут долбишь металлическую панель гаечным ключом… Я уверен, что она как-то иначе открывается и другим инструментом… — он указал пальцем на панель. Зейн посмотрел под руку. И правда. На железяке уже следы остались от слабых, но острых ударов краем гаечногл ключа. Он потряс стальную голову, откинул ключ, взял из рук Джея отвертку и, наконец, открутить эту несчастную панель и откинул её в сторону к гаечному ключу. Опять эти стыдливые и также приятные уже воспоминания лезли в голову бедняги ниндроида.

***

17:12. Пиксал выпроводила Зейна из лабораториии под предлогом, что «он расеяннее, чем Джей, когда тот влюбился в Нию», что немного обидело рыжеволосого. Ниндроид направился на кухню, надеясь, что там будет Коул, чтобы, наконец, поговорить с ним. Но там были двое Смитов. Ния сидела за столом и пила чай, а Кай мыл посуду. Видимо, его вспрягла Ния, а он просто не хотел получить порции гнева от сестры, как Джей. Зейн быстро обогнул взглядом кухню и присел на диванчик рядом с Нией. Настала неловкая тишина. Слишком тревожная, словно вчера. Ния нервно стучала по кружке ногтями, виновато смотря в неё. Кай продолжал тереть губкой тарелки и вилки с ложками. Тишину прервал громкий выдох Нии. Она стеснительно отвернула голову. — Простите меня, Зейн, что из-за моего всплеска эмоций вам пришлось так долго мучаться в лаборатории, — она перестала стучать ногтями по уже пустой кружке. -Со всеми такое бывает, Ния. Под эмоциями человек может и не такое сделать, — легко ответил ниндроид, — у тому же, это лучше, чем убить и растормошить Джея, — Ния легко посмеялась, что сделал и её брат, но с более нервной интонацией. Титановый решил не спрашивать причину их ссоры — себе дороже. Кай поставил последнюю домытую чашку на полку и сел за стол напротив Зейна, чтобы съесть какое то пирожное из холодильника. Ния посмотрела на брата и сказала. — Кстати, а что с Коулом? Он весь день не выходил с комнаты. На «пошли обедать», услышала только звук упавшего предмета… — мысли ниндроида будто остановились. Появилось большое волнение и страх. — М, не знаю. Но лучше бы он сейчас сюда не. заходил, потому что я ем его пирожное! -сказал с полунабитым ртом Кай, но, словив сердитый взгляд сестры, сглотнул и промямлил, — я обязательно куплю ему новое… Прожевав кусок, он продолжил. — Мы с Ллойдом хотели к нему зайти, чтобы просмотреть, как он, но он запер дверь и сказал «Валить всем подальше от его комнаты». М-да, его голос был таким, будто бы он проплакал. Больше Зейн не хотел слушать ни единого слова из их диалога. Он понял, что ему надо срочно увидеть Коула, взять Коула, обнять Коула с такой силой, как это возможно. Он не хочет его страданий из-за растерянности Зейна тогда. Титановый ниндзя резко встал так, что стол немного пошатнулся. Этим он привлёк внимание разговаривающих. — Что такое, Зейн?.. У тебя лицо такое обеспокоенное, что — то случилось? — наклонив немного набок голову, чтобы разглядеть лицо ниндроида, сказала Ния. — Я пойду… Коула проведать… наверное, — он ещё сомневался в своих действиях, потому что боялся смотреть ему в лицо, в карие, нежные, заплаканные глаза. — Хах. Он прогнал даже Нию. Думаешь, он тебя впустит? — хихикнул Кай. — Значит, на таран пройду. — Зейн исчез в коридоре.

***

18:19. Ниндроид уже больше 10 минут стоял возле двери в комнату брюнетка, обдумываю свои дальнейшие действия. Конечно, он ниндроид, и может на ходу придумать цельный план, но точно не в таких ситуациях. Облокотившись об стенку, он перебирал своими механическими пальцами. Но тут с комнаты снова донесся какой — то громкий звук. «Так, Зейн, собери ты уже наконец все свои провода в кучку и просто постучись в эту дверь…» Он встал на ноги, успокоил все свои микросхемы, но что — то ему будто мешало. Тут ему в процессоры ударила мысль. Он включил резиновую маскировку в виде. бледной, чуток розоватой кожи, что сразу ему напомнило о вчерашнем, но он быстро откинул эти мысли прочь, и пару — три раз стукнул по двери косточкой пальцев. — Я же сказал, оставьте меня в покое! — голос, который недавно нёс пьяный бред веселым тоном стал раздраженным, всхлипывающим, и пробирающим до основы костей грустным. — Коул, открой пожалуйста, это я! Давай поговорим… — ответа на это Зейн не услышал. Наверное, Коул и вправду был в нем разочарован. Но через секунд 30 в дверь с другой стороны прилетела точно в ручку, видимо, небольшая подушка. Она надавилв на ручку двери и она приоткрылась, скинув, как пружиной, подушку на пол. Мастер льда поспешно зашёл в комнату и закрыл дверь. Перед собой он увидел уже знакомую комнату. На полу лежала разлитая бутылка воды, а на кровати лежал темноволосый, завернутый во что — то типа одеяла и весь дрожал, ни сказав больше ни слова. У Зейна образовался озабоченный вид лица. Он поднял подушку и бутылку с пола, бутылку поставил на стол, а с подушкой начал приближаться. Чем ближе он становился, тем сильнее слышал приглушенные всхлипы, так раздирающие стальную душу. Наконец он подошел сбоку кровати, осторожно, пушинкой, сел на неё и положил на место подушку. Ниндроид повернулся к комку издавающего звуки одеяла и приметил черную макушку нерасчесанных волос и начал её легко поглаживать. Из-под одеяла донеслись какие — то слова. — Прости, Коул, но я не совсем могу разобрать твои слова… Всхлип. Титановый уже было хотел наклониться, но тут фигура вышла из одеяла, и Мастер земли принял положение сидя, прижав ноги к груди. Зейн повернул на него голову, а он отвернулся. Снова неловкая минута молчания. Ужасно. — Прости меня… — сквозь всхлипы послышалось от темноволосого. Он весь дрожал то ли от страха, то ли от стыда. Ниндроид снял тапочки и положил ноги на кровать в позе «бабочки», а рукой начал масировать его плечо успокаивающими и осторожными движениями. — Коул, послушай… Я тебя не виню ни в чем, мне тяжело это понять, но… кажется я…хотел сказаа. ООЙ, — продолжить свою фразу Зейн не смог, потому что на него неожиданно навалились и прижали к кровати сильными руками. Человеческим рефлексом защиты он зажмурил глаза на секунд 5, произнеся непонятный звук. Когда он приоткрыл глаза, то понял, что сейчас прижатым находится под лохматым, лицо которого было ужасно красным в нескатившихся слезах. Его лохматые волосы нежными прядками скатывались по лицу, а обо длинные щекотали осязательнык рецепторы на лице Зейна. Титановый снова чуть не потерял контроль над своей же системой. Захотелось снова его оттолкнуть и убежать прочь, но его застали в расплох, заставив другое желание появиться в мыслях. Всё что он сделал в такой ситуации дал волю товарищу, зажицрив снова глаза и вжавшись головой в подушку. Прошло буквально 5 секунд, после чего он снова ощутил губами присутствие чужих тёплых губ. Появилось приятное ощущение чего — то не своего во рту. Чего — то скользкого, влажного, мерзкого, но и почему — то приятного, поэтому Зейн принял и захотел продолжить это. Это «что — то приятное» продлилось не больше пяти минут, после чего у Коула совсем сперло дыхание, и он опустился на грудь лежащего внизу, окольцевав его шею руками. Зейну стало неожиданно неприятно от того, что живым существам требуется воздух. Он хотел было возразить насчёт этого вслух, но он уловил звуки неровного дыхания темноволого, и тогда обнял его в ответ, почувствовав впервые за этот день чувство спокойствия. Лежащий сверху нервно сглотнул и едва слышимым шёпотом сказал то, что не успел сказать светловолосый 10 минут. — Прости меня. Я тебя люблю.