Нервно сглотнуть. (продолжение прошлого фф)

Что же дальше? В таком положении два «товарища» пролежал более часа. Черныш был так одурманен этим приятным моментом, что он заснул, крепко обнимая своего любовника. Будто камень с души. Да какой там камень. Кусок Эльбруса… Им двоим не хотелось думать, что будет дальше, что скажут другие, когда узнают, как будет развиваться их общение дальше. Может, будущего больше не будет, но кому из них есть дело до него? Главное — сейчас все спокойно и хорошо. Главное — они сейчас вместе лежат и в усыпляющей тишине тихо дарят друг другу свою любовь, которую они накопили за все время общения. Главное — они вместе.

***

19:33. Коул, иногда хрипло посапывая, спал, накрыв свою голову той самой подушкой. Его ничего не волновало и не заботило, по крайней мере, сейчас. Ему нечего было терять, так как он сам все осознал и сам все понял, сделав правильные выводы. Плевать ему на мнение остальных хотелось — их это даже не касалось никак! Пусть осуждают, если им так хочется, он больше не собирается убегать от чувств, когда о них уже знают. Волновало лишь то, что решит выбрать ниндроид, исходя из своих «нейровычислений». Зейн все так же лежал в своей маскировке так, что его голова была на уровне шеи ломатого. Его рецепторам так не хватало человеческого тепла, заботы и настоящей любви — все в последнее время считали его за обычную, точно вычислительную машину — обычного робота, который выполнял приказы и капризы других. Будто все разом забыли, что у него тоже есть чувства. По — настоящему человеческие чувства. Хоть Зейн и являлся как таковой машиной, но ведь с эмоциями. Даже П.И.В.В.Ж. будто перестала воспринимать его всеръез — подумала, что просто глючит. Но если у ниндроидов это называется «глючит», то у людей это «эмоциональные переживания». Было похоже, что вокруг остались только враги. Один лишь Коул на его стороне. Один лишь он сможет его понять, и не будет воспринимать его как послушную и ничего не понимающую псину, а как личность. С темноволосым ему было слишком комфортно, уютно, душевно тепло, ну и не только душевно. Все таки приятно вместе в обнимку лежать под тёплым одеялом, когда за окном барабанит по крыше очередной ливень. Но он лишь добавлял гармоничности в этот момент. Тут ниндроид резко взял из памяти то, что Коул за этот день ни разу не вышел из комнаты, даже поесть. Человеку не меньше, чем любовь, нужно в жизни получать питательные вещества. Кстати говоря о комнате — в ней был ужасный Бардак. Может, это первый шанс проявить всю свою человеческую заботу к своему объекту любви? Стоит попробовать. Зейн тихонько встал с кровати, нежными движениями руки поправив краешек одеяла. Не дай Первый мастер он ещё замёрзнет и, возможно, заболеет. Ниндроид снова осмотрел комнату в поисках того, во что можно сложить мусор. Под столом лежал целофановый пустой пакет. Он взял его и начал собирать с пола и предметов мебели разный мелкий мусор — фантики, салфетки, одноразовые тряпки. Почему некоторые из них с кровью? Титановый начал представлять, как Мастер земли после очередной своей тренировки протирает изранегые косточки запястья этими салфетками. Накаченные руки… Стоп, он слишком отвлекся, представив довольно эротичный для него образ. Он аккуратно завязал пакет и поставил его возле двери, найдя чистую тряпочку, протёр пыли с полок, с зеркальца, со стола, с виниловых пластинок на стене и со шкафа. Ох, тот самый подоконник… Думаю, в протирании он уже не нуждается. Лазить по чужим вещам неприлично, поэтому приходилось пользоваться тем, что было не спрятано в таинственных ящиках стола или шкафа. К шкафу был приклеен плакат какой -то рок — группы. Зейн таким явно не интересуется. Плокат уже отклеивался с двух сторон, поэтому ниндроид, найдя скотч, осторожно закрепил его со всех четырёх сторон. Идеально. Мини — уборка окончена, а этот даже не проснулся. Вот соня. Все шло слишком подозрительно гладко. Поэтому, когда светловолосый вышел из только что прибранной комнаты, его уже ждала, скрестив руки и оперевшись на противоположную стену. Зейн сначала не заметил её и вовсе, в попытках аккуратно закрыть дверь, чтобы не разбудить «своего милого». — Ну что? — произнесла ниндроид — девушка серьёзным и грубым голосом. От неожиданности другой дёрнулся и неплохо так впечатал свой локоть в стену. Он потёр его и посмотрел на лицо девушки: в нем скопилось гнев и обида. Блондин бы нервно сглотнул, если бы умел, — ты, может, объяснишь, что ты на этот раз делал в его комнате В МАСКИРОВКЕ ЧЕЛОВЕКА?! Зейн невольно вздрогнул от того, что ему сейчас прокричали. Похоже, разбираться придётся прямо здесь и сейчас. Он вжался в стену и промямлил. — Я х-хотел утешить его, н-ну вот, у меня получилось… Пиксал со всей силой впечатала руки в стену, оуружив ими беднягу ниндроида, который чуть ли не дрожал и бегал глазами по окружающей его обстановке. — ДА Я ДАЖЕ ЗНАЮ КАК ТЫ ЕГО «УТЕШАЛ»! Т-ТЫ! ТЫ ДУМАЕШЬ. ТЫ ДУМАЕШЬ Я НИЧЕГО НЕ СЛЫШАЛА?! — если бы она могла плакать, то она бы прям сейчас бы лежала на полу и рыдала от того, как с ней поступили. Ему бы стало жаль П.И.В.В.Ж., если бы чувства к другому человеку не взяли над ним вверх. Зейн понял: ему надо с кем то об этом поделиться, прежде чем все это случится. — Пожалуйста, успокойся! Давай поговорим п-попозже об этом?.. Девушка опустила руки, как две омертвевшие веточки дерева, и, сделав безразличный, но одновременно подавленный вид лица, сказала в полголоса. — Хорошо. Стальной ускользнул прочь из коридора по направлению к кухне, оставив бедную ниндроид наедине с собой, со своими мыслями и чувствами и с поцарапанной стеной. Она даже не проводила его взглядом. Просто продолжила стоять и смотреть на пол. В целях ниндроида сейчас была только одна вещь: найти конкретного ему человека, потому что один с этой дилемой он явно не справиться, а впутывать своего любимого он в это явно не желал. Когда Зейн уже походил к заветной кухне, он наткнулся на ещё ниндзя, упав от неожиданности. Девушка охнула, а затем подала ему руку. — Ох, извини, что вышла так неожиданно. Ты в порядке? Почему ты бежишь? — сказала ему младшая Смит, а затем начала его осматривать, — тебя прям не узнать в «человеческом облике», хах. — Ния, — чуть ли не крича, сказал титановый, — тебя то я искал, пошли скорее! — и потащил девушку обратно на кухню, закрыв дверь. — мне срочно нужна твоя помощь, сейчас я тебе все объясню!

***

После рассказанного Зейном, Ния озабоченно смотрела в сторону, обдумываю, что бы сказать, чтобы разбавить неловкую тишину. Она стукала ногтями об ногти, перебирая пальцами, пока, спустя минуту, Мастер льда не вымолвил. — Я не знаю, что мне делать и как ей все объяснить, так ещё не впутав это…его… — он совсем поник и, облокотившись об стол логтями, печально свесил голову. Девушка прокашлялась, выдавил на лице лёгкую улыбку и положила ему свою ладонь на плечо. — Знаешь… Не впутать Коула здесь.явно не выйдет, так как это случай «любовного треугольника», ну, думаю, ты сам понял что это значит. Я прекрасно понимаю, каково это — выбирать между двумя, но знаешь что: не стоит с кем то быть только из-за жалости к нему, ты должен быть счастлив со своим любимым человеком. Если ты больше ничего не чувствуешь к Пиксал, то так и объясни ей. И ты Коулу расскажи: он тебя точно поддержит. Конечно, она в гневе опасна, но, пожалуйста, выйдите с ней на компромисс. — девушка порепала плечо Зейна, тот поднял голову и так же легко улыбнулся. — Спасибо что поняла меня. Я попробую, — он подошёл и легонько приобнял девушку. — Не за что. Если что — то случится — ты теперь знаешь, к кому идти. Расскажи потом, как все прошло пожалуйста, хех, — она подмигнула ему и ниндроид вышел из комнаты. Он почувствовал такое облегчение на душе, но предстояло самое страшное…

***

21:06. Зейн что — то ремотировал в лаборатории, попытавшись отвлечься от всего. Эта штучка нужна была Ние, и в знак благодарности он согласился разобраться, почему она не работает. Он подпаивал проводки, настраивал резисторы, иногда постукивая по жестянке. В воздухе царил запах горелого металла и свежих камней. Все это спокойствие прервал скрип, а затем звук открывания старого потрепанного лифта. Вытянувштсь шеей, ниндроид увидел чью то ровно стоящ фигуру в тени, которая медленно начала приближаться к компьютерам. Он отложил прибор, паялку, и встал с кресла, чтобы разглядеть пришедшего. Как можно было догадаться, это была Пиксал, явно не в улучшенном настроении. Лифт с сильным грохотом и скрежетом отправился наверх. Сейчас, они остались наедине. Зейн напрягся и отступил немного назад. — Пиксал, пожалуйста. Давай я тебе спокойно все объясню, а ты также спокойно выслушаешь, — но П.И.В.В.Ж. явно не настроена была что — либо теперь. слушать. Она была готова лишь рвать и метать все, что здесь находилось. — Ты же мне отдал часть своего сердца! Мы же столько прошли вместе: Оверлорда, Чена, Гармадона — все это будто бы единым целым! И ты вот так просто готов разорвать и забыть это все что мы прошли вместе?! Вот так просто?! Да ты не человек, хоть и с эмоциями как у него… Мы же совместимы! Ты сам не об этом говорил! — выпалила она все сразу криком, начав быстрее приближаться к бедняге. Зейн замешался. Внутри него жалость, утрата и настоящая любовь боролись друг с другом. Прямо сейчас он будто хотел отключить систему и больше никогда её не включать. Ему хотелось пропасть, выпасть из мира, оказаться в космосе, лишь бы не переживать этот момент сейчас. Он явно не справится один с этими чувствами. Почему он не может плакать. Он бы сейчас зарыдал, как младенец: с криками. Он шёпотом мямлтл что — то, просил остановиться, но Пиксал безжалостно твердила одну фразу, заставляя ей очень сильно напрягать систему Зейна: «Мы ведь совместимы». Ниндроид понял, что если она сейчас не остановится, то его система явно перегреется и он беспамятно отключится. Никто ему больше не поможет, даже Ния. Он зажмурился, пытаясь успокоить себя изнутри. Он был прямо сейчас болезненно заорать куда — то вверх, чтобы его хоть кто — то услышал, но он будет держаться. Тишина. Скрип. Звук открывающегося лифта. Кто — то на всей скорости бежит из открытого лифта к ним. Но не к Пиксал. Зейн почувствовал поток ветра и то, как человек встал около него, защищая его от гнева девушки. — Не смей на него больше давить! Ты сделала ему достаточно плохо, и не посмеешь сделать ещё больше! — какой же знакомый голос, который сразу вкрался в душц, даже не спросив разрешения. Зейн помнил, как утешал этот голос. Как смеялся над ним, когда он говорил пьянную чепуху. Как тот посмеивался над ним, когда он говорил какие — то фразы, которым его научил Джей. Ниндроид открыл искусственные веки. Перед ним, спиной к нему, стеной стояла фигура его обожания, что — то крича ошеломленной девушке — ниндроид, которая в ступоре стояла и слушала, что то иногда крича ему в ответ. Зейн почти не в силах разобрать весь их диалог, так как знатно перегрелся от психологического давления и стресса. — Почему ты мешаешь нам! Все было хорошо, пока ты не начал себя перед ним проявлять! Если бы ты не лез, то все было бы хорошо! Ненавижу тебя! — девушка стукнула ногой по полу, что вызвало грохот, который эхом разнесся по пещере. — Как ты не поймёшь: с тобой он теперь не счастлив, ты его только что чуть не доконала, дурочка! А ты спрашивала его, хочет он теперь быть с тобой или нет?! Конечно нет, ты стала будто самолюбивой сукой! — Но… Но мы совместимы, к чему тебе эта жалкая вычислительная машина?! , Просто не мешайся и забудь про него! — Я его любил ещё до того, как он стал, по твоим словам «жалкой вычислительной машиной», и до твоего вообще появления на этот жалкий свет! Ты ему причиняешь только боль! А ты его спросила, чего он хочет! Ответа не послышалось. Оба ниндроида были сильно ошаломлены. Спустя минуту послышался приглушенный и болезненный выкрик девушки и она убежала в лифт, исчезнув вместе с ним где — то высоко. Мастер земли тяжело выдохнул. Потом пулей повернулся к упавшему и наклонился к нему. — Ох, Снежинка, ты в порядке? Можешь что — нибудь сказать, пожалуйста, — он осторожно взял его за голову и успокаивающк начал массировать ему висок. На его лице можно было читать лишь большое беспокойство. — Д-да, могу. Система сильно перегрелась, я мог отключиться. С-спасибо тебе… — темноволосый крепко обнял ниндроида, вжавшись ему лицом в область шеи, немного всхлипывая. Зейн, найдя силу, поднял руку и начал нежно гладить его по все ещё лохматым волосам. Он приподнял его и понёс к лифту, словно невесту. Лифт медленно ехал с ужасным скрипом, что оба парня напряглись от невыносимого звука. В лифте Коул сказал что он хочет сделать. — Сейчас я отнесу тебя в твою комнату и позову Нию или Джея, чтобы тебя. смогли осмотреть, хорошо? Зейн удтвердительно кивнул и вжался к нему лицом. Другой улыбнулся. Но, заметив тревогу ниндроида, грозно сказал — Она больше не причинит тебе боли, я обещаю.

***

22:21. Ния почти заканчивала осмотр Зейна. Коулу было немного стыдно, потому что, ворвавшись к ней в комнату, она уже спала, и довольно сонно разговаривала, пока Мастер земли не рассказал ей о случае в лаборатории. Она пулей подорвалась с кровати и сразу ободрилась и принялась искать свои инструменты в тёмной комнате, иногда спотыкаясь обо что — то. Она что — то рассматривала, выкручивала и закоучивала обратно. Коулу это было мало понятно, поэтому он просто сидел и с большим интересом смотрел на это. Когда она закрыла последнюю панель, то отложила инструмент и встала на ноги и отряхнула руки. — Пусть отдохнёт хотя бы до 10 утра следующего дня. Сейчас ему лучше лечь отдыхать, — сказала она, складывая инструменты в свой ящичек. Темноволосый встал со стула, на который отсел, чтобы не мешать этим двоим лишними движениями, и сел рядом со своей снежинкой, а тот в свою очередь устало положил свою голову на упругое плечо, отчего тот немного покраснел. Ния тихонько хихикнула и, зевнув, вышла за дверь. — Жаль немного Пиксал, конечно, она сбежала из монастыря полчаса назад, но, все равно, давить на Зейна была не очень хорошей идеей. Вот что делают эмоции, — пробормотала Ния и грустно выдохнула. — Ничего её не жаль, не в обиду вам двоим, конечно, — возразил Коул. — Ну да ладно. Доброй ночи, ребят, — она закрыла дверь и двинулась по коридору. Через секунд 5 её шаги уже не были слышны. Зейн молчаливо упал на подушку и закрыл глаза. Сегодня был какой — то напряжённый вечер. Даже слишком. Коул упал за ним, притянул и прижал ниндроида к себе и поцеловал в лоб. Он прижался ещё сильнее, и обесиленно вымолвил. — Прости, что впутал в это, я правда не хотел. Темноволосый завёл руку за его голову и начал перебирать платиновый взлохмоченные волосы. — Не извиняйся, Снежинка. Каждому человеку нужна поддержка или помощь — это факт. Я вовремя проснулся все — таки, но если бы этот тупой лифт так медленно не спускался, я бы был ещё раньше! — прошипел он, на что титановый хихикнул. — Хахах, кстати о поддержке — ты ел хоть что — нибудь сегодня? — А, ну это, мм, я не беспокоюсь об этом, Снежинка…- неловко сказал Коул и нервно засмеялся. — Зато я беспокоюсь! — тот тихонько пихнул незаботящегося вообще о себе любовник, отчего он продолжил смеяться и потом наклонился и поцеловал сердитую мордашку в нос, — завтра будешь есть под моим присмотром… — Без проблем, Снежинка. Так они и заснули. Снова в спокойствии. Снова в комфорте. Снова в тепле. Потому что они вместе. И никто им точно больше не помешает. — Я люблю тебя, Снежинка. — И я тебя, Коул.

Хеппи энд, мои пупсики