Дыши, иначе развеешься как утренний туман

***

      Стоя перед кабинетом Бетси, Кевин задумался над тем чтобы развернутся и уйти. Мысли начали путаться и бегать с огромной скоростью, не складываясь в предложения. Вроде он для себя уже все решил, но казалось будто еще есть возможность отступить. Но тогда все бы пошло насмарку. Он много часов просидел, решая, что теперь делать. Эму надоело быть загнанным и слабым, и терапия с Бетси была ключом к всему тому, чего он так хотел, пусть Кевин и понимал, что путь будет долгим. Но он все-таки решился и постучал, отрезая все пути к отступлению. — Здравствуй Кевин, — женщина приветливо улыбнулась ему. В последний год она много присутствовала в жизни лисов, так что ее присутствие было привычным и не вызывало дискомфорт. — Здравствуйте Бетси. — Ты сказал, что тебя последнее время кое-что беспокоит, — напомнила она ему. — Да это так, — когда он решил исправлять свое состояние, в голову сразу пришла Бетси. Он не сказал ей что именно его беспокоит, просто договорился о встрече, так что придётся объясняться сейчас. — Присаживайся, — женщина указала рукой на диванчик напротив себя, — тебе ни о чём беспокоиться. Мы уже с тобой виделись на нескольких обязательных сеансах, но я все равно повторю для тебя основные правила. Все что здесь будет происходить останется в этих стенах, ты не обязан говорить, о чем ни будь если ты этого не хочешь, я все пойму. Поэтому, когда будешь готов можешь рассказать, что тебя беспокоит. — После смерти Рико… — Начал он со вздохом, стараясь точно сформулировать мысль, не зная, как правило описать всю ситуацию. — Мы с ним столько пережили он был мне братом. Пусть даже стал садистом, но все что было раньше… Столько лет вместе, а теперь его нет… — Слова были пропитаны болью, которая не скрылась от Би. — Тебя мучает скорбь по нему? — Спросила она уже зная какой ответ получит, пусть парень мог сам этого и не признавать. — Мне… Я никак не могу смериться с мыслью что его нет, — это был максимально точный и одновременно расплывчатый ответ.       Он был нее уверен, что чувствовал. Вроде как он уже давно ненавидит его за всю боль. Научился справляться без Рико и даже преодолев страхи и собственные предрассудки смог стать свободным, перекрыв двойку. Но сейчас он будто вернулся в то время, когда ему только сломали руку и он не знал, что делать дальше. — Тебя это гложет? — Я не знаю. Вернее, — парень задумался, стараясь уместить все переживания в слова, получалось порядком херово, — с его смертью меня начали мучать воспоминания, панические атаки… И меня кидает в крайности, то вижу детские игры в Эверморе, когда мы были еще маленькими, то события этого года, которые произошли по его вине. И я просто не знаю, как…       Он задумался, подбирая верное слово. Забыть было бы не правильным — при всем желании он бы это не сделал, а переставать чувствовать и реагировать на свои проблемы как это раньше делали Эндрю и Нил он не хотел. — Справиться? — подсказала Бетси и это казалось очень уместным, поэтому он просто кивнул. — Послушай, терять кого-то это всегда тяжело, особенно когда это дорогой тебе человек. И ты должен понимать, что ты вряд ли когда-нибудь сможешь ему простить. Как и не сможешь забыть. Это навсегда останется с тобой, вопрос только в том, как ты теперь это воспринимаешь и как хочешь воспринимать. — Я не совсем вас понимаю. — Я не могу тебя полностью понять, но могу попробовать это сделать, — тут Кевину стало интересно, как много способна чувствовать Би, если она старается помочь и прожить боль каждого пациента вместе с ним. — В таких ситуациях люди обычно стараются смириться с потерей. Не хоронить воспоминания глубоко в себе, а прожить их так, что б суметь отпустить человека. В таком случае останется светлая память о всем хорошем что сделал человек, а не острая боль, которая будет мучать. — Вряд ли о таком человеке как Рико можно вспоминать лишь со светлой памятью, — произнес парень как-то пусто, отворачиваясь лицом к окну. — Если его нельзя простить, то это еще не значит, что нельзя понять. И тем более что по твоим же словам раньше он был другим, — теперь понять к чему ведет Добсон было не сложно, но сама такая мысль казалась кощунственной. — Я не собираюсь его оправдывать! Не после того что он сделал Лисам. — Об этом я тебя и не прошу, — постаралась заверить его женщина, поднимая руки в знак капитуляции, — лишь хочу, что бы ты попытался принять его таким, каким он был. Этого все равно уже не изменить, и кто бы что не говорил возможно для тебя он навсегда останется добрым другом из детства. Ты имеешь на это право. Просто помня о зле, постарайся не забывать о добре, которое есть у каждого в душе, — это имело место быть, но как этого добиться все равно было не понятно. — Возможно тебе станет легче если ты поделишься своими кошмарами с кем-нибудь так ты перестанешь нести эту ношу один или по крайней мере сможешь все переосмыслить. — Я пока не готов настолько… Я не знаю кому, — сразу замялся Дэй. С одной стороны, это должно было помочь, но пока что он не мог просто поделиться этом с кем-то. — Ясли ты захочешь что-нибудь рассказать, я всегда тебя выслушаю, но, если ты не готов пока, — она задумалась, ища альтернативу, а потом улыбнулась уголками губ и продолжила, — попробуй вести дневник. — Что? — недоуменно посмотрел Дэй. — Как это поможет. — Таким образом ты сможешь изложить свои мысли, но не кому-то постороннему, а себе самому. Это также может помочь разложить все по полочкам у тебя в голове. — Я попробую.       Кевин не был уверен, что это возымеет очень сильный эффект, но он попробует. Он постарается все исправить.

***

— Что ты тут забыл? — Выйдя из кабинета, он встретил Аарона, которого тут быть вообще не должно. — Эндрю интересовался, где ты пропадаешь, — ответил Миньярд привычным недовольным тоном. — Где это видано что бы сам великий Дэй пропускал тренировку. — Не преувеличивай.       На самом деле он не мог даже вспомнить, когда последний раз пропускал тренировку по собственному желанию. Все в команде знали, что Дэй скорее поломается, чем допустит, чтобы кто-то или что-то отделяло его от корта. Но намного больше его удивляла обеспокоенность со стороны Эндрю. После разрыва их сделки он больше не был обязан отчитываться перед ним, где и с кем он. Иногда Кевину даже казалось что тому вообще фиолетово, так что он не мог предположить, с чем связано данное новшество. Хотя он соврет, если скажет что его сердце не теплело, от мысли о том, что Эндрю считает его близким другом достойным того, что бы о нем беспокоились. — Ты даже ночью этой херней страдаешь, а тут ушёл без уважительной причины никому ничего не объяснив, — продолжал разглагольствовать Аарон. — Ха! Хотя возможно теперь ты перестанешь мучать нас своей замученной рожей. — Не преувеличивай, — отмахнулся брюнет и зашагал по коридору к выходу из здания. — Я как раз по факту говорю. Не думал же ты что это, блядь, не видно? — закатил глаза Миньярд. — Нет, я просто… — Ты просто, — перекривлял его Аарон. — Пошли уже.       В это время года в коридоры были практически пустынны, поскольку большинство студентов были ещё на каникулах, так что белые стены, залитые оконным светом, напоминали тихую райскую гавань средь обычной университетской суеты, которая накроет всех учащихся чуть позже. — Почему за мной пришел именно ты? — нарушил долгое молчание Кевин, задав вопрос который крутился у него в голове с самого начала. — Неужели привык, что за тобой хвостиком ходит мой брат, и не воспринимаешь других? — съязвил Аарон. Кевин мысленно ухмыльнулся, ведь таким образом выходило, что его новым «хвостиком» был уже сам недовольный блондин. — Должен был уже понять, что в некоторых случаях, то есть зачастую, эму будет впадло сделать лишние телодвижения. — А позвонить? — А зачем если есть Аарон, который собирался в гордом одиночестве пройтись по близлежащему парку, — негодовал парень. — Ммм, эксплуатируют свободную рабочую силу. Как же сочувствую, — весело сказал Дэй, от чего искренность данного заявления сразу ставилась под угрозу. — Пиздишь как дышишь. Из тебя самодовольство так и прет! — Кевин только рассмеялся.       Вид этого «сдержанного, высокомерного и практически безэмоционального» парня, как его окрестили не только лисы, но и одногрупники, веселил и расслаблял. Это было так знакомо и вместе с этим так приятно — видеть больше чем позволено остальным, знать, что рядом с тобой человек чуть более искренен и открыт, пусть обычно и превращался в колючего, сварливого ежа.       На улице была солнечная, теплая погода, и лишь изредка пролетающие потоки ветра слегка трепали волосы. Кевин слегка зажмурился, когда лучи, пробивающиеся сквозь листву деревьев растущих возле входа, попали в глаза. — Не правда, — возразил Дэй, больше желая подразнить. — Ты только посмотри, какой прекрасный день, — он намерено развёл руки как для объятий, и покружился, как бы показывая любовь к миру вокруг и всю степень своего прозрения, непонятную простым невеждам. — Солнышко светит, птички поют… –Так и знал, что Бетси что-то добавляет в свое какао, — как-то отчаянно сказал Миньярд, будто нападающий не просто дурачился, а был безвозвратно потерян. — Нельзя довести человека до такого, простым разговором. Правда думал валерьяна или дурман?       И Кевин даже не мог с ним поспорить. После того как Би предложила вести дневник, они ещё поболтали, насколько это было возможно при замкнутости Дэя. Но когда примерно через тридцать минут его накрыла паничка, Бетси дала ему успокоительные, которые еще вполне работали. Да и присутствие Аарона тоже помогало, ведь за полтора года они уже привыкли к такому стилю общения, и это было комфортно.       Они остановились возле входа в парк, как бы намечая дальнейший путь действий. Нападающий уже хотел развернуться в сторону общежитий, как вдруг вспомнил: — Ты же через парк к магазину с энергетиками собрался? — Как бы невзначай заметил он. — Если у тебя без них уже натуральная ломка начинается, то я предпочту сходить за ними, чем терпеть твое противное настроение до вечера. — Ты сволочь, тебе говорили? — вздохнул блондин, но в его карих глазах не было злости или желания оскорбить. Скорее это была какая-то смиренность, и даже благодарность. — Если нет, то я скажу. Ты сволочь. Пошли.       Защитник развернулся и быстрым шагом направился в сторону магазина. За его спиной послышался тихий смех, а после Дэй подбежал к нему стараясь догнать. На его лице не было теней усталости или потаенного груза и загнанности в глазах. Сегодня он был на удивление спокоен, пусть это и был лишь временный эффект, Аарону все равно нравилось видеть его именно таким. — Ты сегодня такой радостный, аж светишься. Бесит, — тихо сказал он. — Какой злой, сумымрик, — фыркнул Дэй, не переставая улыбаться. А когда он встретился глазами с малость выпавшим в осадок, от неожиданности и абсурдности, парнем, то громко расхохотался. — Кто? –Наконец взял себя в руки Аарон, не ожидавший такой наглости высказывания. — Дэй, ты в край оборзел?! — Нет, — ответил парень, но улыбка его все же выдавала. — Ты хоть сам понял что спизданул? — Если ты таким способом питаешься воззвать к моей совести, что б я забрал свои слова обратно, то обломись, — растягивая последние слова, проворковал Кевин, и на его губах заиграла блядска ухмылка, знаменующая триумф.       Сразу же после этого он отскочил от того места где стоял, ведь злой Аарон вдруг рванул к нему, намереваясь либо задушить эту погань или прибить, но нападающий, демонстрируя свои способности, ловко уворачивался, будто он вновь на поле посреди игры. В какой-то момент блондину это надоело и он, показав средний палец, вновь вернулся на прежний маршрут. Хихикающий Кевин шёл немного позади, отставая буквально на пару шагов, этим будто демонстрируя «видишь, я признаю, что ты победил, не дуйся». — Ты бессовестный, это стало ясно еще в первый год нашего знакомства, — ворчал Аарон. –Как знать. Пошли к магазину пока тебя не начало плющить, — на это замечание блондин только закатил глаза.       Через некоторое время такой прогулки телефон в кармане Миньярда завибрировал, указывая на новое сообщение. Разблокировав экран, он увидел такой диалог:

Ники добавил вас в группу

Дэн: Это что за группа? Элисон: Моя дорогая, я так понимаю ты уже в слышала что Дэй теперь лечится у Би? Рене: Это конечно хорошо, но не думаю что обсуждать такое, тем более в отдельной группе, уместно Ники: Рене, солнце мое, если бы мы всегда делали то что правильно или уместно, мы не были бы лисами) Мэтт: Так в чем суть дела мне кто-нибудь объяснит? Ники: Дамы и господа, ставки! Ставлю сотню на то, что Кевин так и продолжит шарахаться всё и всех к осенним каникулам! Элисон: Чушь, я бы до нового года на него не рассчитывала Рене: Ну не будьте столь пессимистичны. У него все получиться Мэтт: Так-то да, но мы же сейчас говорим о Кевине…

Идиоты

      Написав одно единственное сообщение, Аарон вышел из сети, но в тоже время продолжал обдумывать все это. Ведь действительно Кевин личность неординарная и сложная. Он может быть импульсивен и редко задумывается над какими-то стратегиями или планами, если это не касается экси. Не интриган, но и честным его назвать сложно, скорее он тот, кто постарается добиться своего, во что бы то ни стало, используя любые методы, но при этом готовы идти на уступки и компромиссы ради дорогих ему людей. Дэй не тот, кого можно назвать преданным в понятии большинства, но чем больше Аарон узнавал этого паренька с горящими зелеными глазами, тем больше понимал, что это не совсем так. Он предан, просто он может это вообще никак не показывать, особенно если есть какая-то опасность. Он будет теплить все чувства, в самом центре своего сердца покрываясь голодной колючей оболочкой, не допуская никого кроме дорогих ему, доверенных людей. И именно это одна из причин его мучений — лисы стали ему дороги и он не может позволить себе открыться им, чтобы не навредить своими словами или поступками.       Замкнутый круг.       Но все же можно ли сломать то, что уже сломано? Добить того кто уже не дышит? За этот год многое поменялось в сознании каждого из них. Как раз тем, кто сломался и сдался можно причинить боль. Можно добить тех, кто в своей борьбе еще не видел тьмы и изнанки мира.       Но невозможно сломать того кто глядя в глаза смерти, плюнул ей в лицо, поднялся из земли и пошёл бороться дальше. Особенно если ты сражаешься что бы защитить кого-то.       И это то, что по мнению Аарона стоило бы объяснить Дэю. Кем бы его ни считали, что бы ни думали об этом юноше с пронзительными зелеными глазами, Аарон знал кто он. Свой. Он один из них, он такой же и Лисы никогда от него не отвернуться.       Аарон никогда не отвернётся от него.       Просто потому что не хочет или не может. Потому что он часть их семьи, пусть и такой поломанной и разношерстной.       И сейчас он смотрит на это лицо, которое как будто бы светится от непонятно откуда взявшейся радости и понимает, что хочет увидеть эту улыбку снова, но уже без тех препаратов Бетси которые, безусловно, были в этом виноваты, а потому что Кевин снова будет свободен. В первую очередь от кошмаров собственного прошлого. — Давай спор, — вдруг произнёс Аарон. — Что? — не сразу понял его Дэй. — Ты вообще о чем, ты же вроде не страдаешь этой фигней как те же старшекурсники. — Скажем так, — он пнул камень под ногами не решаясь смотреть на брюнета, ведь сам не до конца понимал зачем завёл этот разговор, — личный интерес. — Да ну, — Кевин скептически на него посмотрел. — Представь себе, — раздраженно закатил на это глаза парень. — Кстати старшекурсники уже обо всем узнали и во всю развлекаются, но мне больше интересно не то, сможешь ли ты или нет. На это я и так знаю ответ. — Тогда в чем дело? — в зеленых глазах сквозило непонимание. — Мне интересно как ты это будешь делать, и сколько, — подумав около минуты сказал Миньярд, а после обогнул Дэя и встал перед ним, заставляя замереть, — так что смотри, условия такие: если ты сможешь за месяц пойти на поправку, то с меня желание… — Месяц… — протянул парень как бы пробуя слово и что-то прикидывая в голове. — Да ты хоть понимаешь что за такой срок это невозможно?! — гневно начал он, но был в наглую перебит совершенно не впечатлённым Аароном. — Именно поэтому я и сказал именно пойдешь на поправку. Твоя больная голова это то что полностью не лечиться, — фыркнул блондин и слегка улыбнулся своим мыслям, — так что если ты перестанешь шарахаться всего и не будешь орать по ночам этого будет достаточно. — И все же, что получишь ты в случае выигрыша? — осторожно, словно чувствуя подвох спросил юноша. — Уже настроен так пессимистично, похвально. Здраво оценивать свои силы это залог успеха, — съязвил Миньярд тем самым разбивая неприятную атмосферу и возвращая разговор в прежнее русло.       Блондин слегка покачнулся на носках и снова развернулся в стороно изначальной цели маршрута, неспешно продолжая шаг. — Не паясничай, просто решил заранее уточнить. — Хм, — и тут уже парню пришлось задуматься.       Он на самом деле даже не знал чего хочет, даже сама идея попросить сделку была озвучена не подумав. Он мог попросить многое, ведь уже видел азартный огонем который загорелся в глазах друга, но когда он задумывался над чем-то конкретным мысли разбегались не позволяя выудить что-то конкретное. В конце концов он смерился. — Желание. Любое, — сказал он опередив вздох облегчения со стороны Дэя, — так что в твоих же интересах не проиграть. — А сразу сказать нельзя, — негодовал Кевин. — Интрига, — загодочно протянул Миньярд. — Поверь неизвестность пугает намного больше, так что мотивацыя будет соотвецтвенная. А я с радостью посмотрю за этим шоу. — Он хитро ухмыльнулся и отвернулся от нападающего, идя к магазину.

***

— Не на что не намекаю, но это весьма странно, тебе так не кажется? — склонил голову на бок Нил, разглядывая Дэя, который усевшись по-турецки на коврике в гостиной и укутавшись в одеяло с головой, строчил что-то в небольшом блокноте, на обложке которого было нечто похожее на радужного единорога. — Рискну предположить что Бетси просто розкрила ему глаза на его сущность принцессы.       В данный момент парни сидели на кухне и поглядывали в дверной проем на развернувшуюся картину. Сама по себе ситуация была до того комичной, что любой зашедший непременно удивился бы спокойным лицам парней в комнате.       Кевин же хоть и слышал все что они говорили, все-таки они даже не пытались понизить голос, никак не реагировал и продолжал записывать все в блокнот, который ему дала Бетси и который, по ее словам, мог помочь ему. Именно поэтому вечером после того как парни спустились с крыши и застали подобную картину они не ушли к себе, а продолжали временами поглядывать из кухни на большую гусеницу обитающую в гостиной. — Ты кролик, а не сова. Так что прекрати ломать шею, поворачивая ее в разные стороны. — Эндрю выглядел незаинтересованным в последних событиях, но при этом Нил заметил что он все же склонил голову к плечу, также разглядывая это нововведение, а также прислушивался к чужим разговорам в течении дня. — Как ты думаешь это ему поможет? — задал вопрос нападающий, повернувшись в сторону блондина. — Не знаю, — безучастно ответил парень, — это может затянуться на долго и перестанет быть интересным. — Даже если так, то может позабавить результат, — Джостен слегка улыбнулся. — Это надежда но хороший финал? Весьма оптимистично, — проговорил Эндрю тыкая ложкой в ведёрко с мороженым. — Я готов принять любой результат, но отчего то мне кажеться что у него получиться, — Нил не оставлял попыток слегка розговорить его, ведь несмотря не свою и так не сильною болтливость, отчего то эту тему блондин особенно игнорировал. — Не думал что ты столь доверчив. — Ну, если бы ты в свое время не поверил в меня и не дал шанс, то ничего этого бы не было. Так что я поступлю также: помогу и посмотрю что из этого выйдет, — Эндрю оторвал взгляд од сладости и уставился ничего не выражающим взглядом в Джостена, что только позабавило последнего, — конечно не в случае если ты о чем-то жалеешь. В таком разе мне прийдеться забрать слова обратно. — Ненавижу тебя, — пробормотал парень отправляя ложку в рот.       На эти слова рыжий лишь рассмеялся.