Изменения

Удивительно сколько всего может рассказать о людях их запах. Во время занятий с Кое-сан, наставница говорила, что для работы убийцы важно время и знания того какой человек перед тобой. Когда долго следуешь за целью не вольно начинаешь понимать слова бывшей наставницы. У управляющего кафе Узумаки запах кофе сильно перебивает все остальные, что может сказать о его любви к своей профессии, видимо его энтузиазм передается и той американке, ведь раньше от нее пахло чем-то настолько сладким, что можно было почувствовать вкус на языке. Акутагава пахнет порохом и кровью, запах еле уловимый, но неприятный. Запах бывшей наставницы Кека всегда считала элегантным, под стать ее положению: аромат в начале кажется легким и приятно окутывающим, но со временем понимаешь, что запах въедается в твою одежду и теперь уже связывает подобно пауку. Ацуши же пах легким запахом их порошка и теплым, приятным солнцем. Оглядываясь назад Кека с легкостью, скажет, что Ацуши пахнет домом. Поэтому во время собрания девочка старалась сесть рядом с Ацуши. Но сегодня ее опередил наставник паренька, жаль. Пришлось сесть рядом с самим Дазаем, ничего против него она не имела и не считала его вонючкой, но шатен пах как аптека на ножках и иногда кровью со шлейфом алкоголя, как свидетельство его самоистязаний, но сегодня он так поразительно не пах. Запах был свежим и легким, ненавязчивым. Выключился свет и включился прожектор, все заняли места, и Куникида с Харуно-сан начали рассказывать о грядущих делах, о которых Кека прекрасно знала, ведь эти документы она сама принесла с полицейского участка и помогала разбирать. Немного повернуть голову Кека могла рассмотреть лицо Накаджимы, парень явно что-то хотел сказать, но учитывая нежный, еле видный в темноте румянец слова эти точно не как не относятся к грядущей работе. Приятный запах не ускользнул от чуткого тигриного носа, паренек несколько раз поджал губы и видимо решившись прошептал: — От Вас приятно пахнет. На свой комплимент парнишка получил: — Приятно, что ты заметил Ацуши-кун. На сказанные Дазаем слова парнишка смущенно улыбнулся и его щеки еще больше заалели, и он быстро отвернулся от наставника делая вид, что слушает, о чем разглагольствует пара в начале длинного стола. Кека может лицезреть лишь затылок, но даже в темноте порозовевшие кончики ушей Накаджимы не скрылись от глаз. Кека не очень разбирается в чувствах, особенно в любви. Ладно, возможно, Кека разбирается в чувствах, но только конкретного паренька и то, будем честны, большим гением тут обладать не нужно. Живя с Ацуши трудно не заметить, что он слишком часто норовит поговорить о своем наставнике, как его губы сами по себе растягиваются в улыбке, а щеки и уши немного розовеют, как глаза начинают светиться нежностью и легким стеснением при взгляде на Дазая. И в последнее время их разговоры сводились к: «А у Дазай-сана…», «Дазай-сан сказал мне…» или «Мы с Дазай-саном…». Учитывая, какая у шатена репутация и что о нем говорили в порту, Кека испытывала некоторое волнение по поводу влюбленности Ацуши. Как бы она ни кривила душой, но была надежда на отказ со стороны Дазая, пусть у Ацуши и будет разбито сердце некоторое время, но он не свяжет себя узами с таким ненадежным человеком. Ненадежным она его считала лишь в плане избранника для Накаджимы, человека, который стал ей семьей. Дазаю Изуми доверяла на работе, на поле боля, но сердце дорого человека — увольте, если нужно, то и в прямом смысле тоже. От размышлений отвлек включившийся свет и стоны со стороны Танидзаки-младшей, глаза которой быстро привыкли к темноте комнаты. Изуми глазом моргнуть не успела как парочка, сидящая рядом с ней, испарилась. Лишь выйдя из комнаты для собраний, она заметила копну белых волос возле кулера с водой, хихикающего рядом с перебинтованным шатеном. Ноги девочки сами понеслись в их сторону. Время близится к одиннадцати. Ацуши обещал сходить вместе в городскую библиотеку для подтверждения алиби одного мужчины средних лет, который предположительно является эспером-невидимкой и фигурирует в деле о краже древних глиняных кувшинах. — Ацуши, пара выходить, если не успеем придется вызывать такси. — На счет этого…- начал было говорить юноша скомкано, но его прервали: — Кека-тян, надеюсь ты не будешь против если я украду Ацуши? Мне очень нужна его помощь! И вот момент, когда на Изуми парочка направила свой полный надежды взгляд. Ох, молящий взгляд Ацуши не позволил даже нахмуриться. Кивок. — Спасиибо — протянул бинтованный, — не беспокойся, тебе поможет Кенджи с заданием, пакеда! — тут же потянув за руку стоящего рядом юношу в сторону двери, и по губам Ацуши девочка прочитала слово благодарности. На что осталось вновь кивнуть. В дружелюбности и человеколюбии Кэндзи Миядзава превосходил всех и вся в агентстве. Поэтому господин невидимка валялся связанным на тротуаре, пока Снежный Демон на пару с Миадзавой помогала сотруднице музея в выставлении найденных экспонатов. Господин Шото Фукуока был вырублен Кенджи, который это сделал ради его спасения: Кека первая настигла невидимку в переулке и приставив клинок к горлу, планировала заставить вора извиняться перед пожилой сотрудницей. После выполненного задания журчащий желудок был не только у Кенджи, решением было отобедать едой из киосков, которые находились рядом с парком. — Кека-тян, ты только глянь! У них и мороженное есть! — глаза Кенджи просто разбегались словно он видел все это впервые. Оплатив угощение и взяв курс в сторону, парка Кека заметила боковым зрением знакомую копну белых волос. Обернувшись, девочка заметила Накаджиму с Дазаем, которые смеялись и дурачились: тигр пытался вырваться из рук щекочущего наставника, но не шибко получалось, когда Ацуши начинается смеяться, все его силы уходят в этот смех и остается лишь, защищается. Со стороны можно подумать, что они на свидании. — Кека-тян, у тебя мороженное начинает таять! — веселый настрой Кенджи сбил все мысли об увиденном, а звонок Харуно-сан лишь добавил забот на остаток дня. Но придя домой раньше Ацуши наконец получилось насладиться тишиной. Кенджи хороший человек, он тот, с кого нужно брать пример в плане общения с социумом, пример в доброжелательности и вере в людей, но это все сходит на нет после обеда. Так что большую часть второй половины дня Кека несла на своих плечах тяжелый груз общения с клиентами, без нанесения ущерба репутации агентства, и сонного Миядзава. Особо тяжело дался разговор со знакомой Кенджи старушкой-цветочницей, которая решила, что объяснение цветов на ханакотобе намного полезнее дачи показаний. После стольких диалогов тишина была приятно расслабляющей, и небольшой скрип входной двери ощущался как гром среди ясного неба. По звуку топота и частоты шагов было понятно, что это ее сосед вернулся с задания, но сквозняк из-за открытия двери принес запах не только тигра, но и его наставника. Приятный освежающий запах приятно сочетался с запахом Ацуши, но по квартире топала лишь одна пара ног. Хотелось подняться и спросить, как прошел день и тонко намекнуть на ситуацию из парка, но усталость парализовала тело и открыть хотя бы веки казалась непосильной задачей. Но мягкое и теплое одеяло накрывшее Кеку сделало свое дело.