Приударный фест

- …а я ещё иду, очами невинными хлопаю: «А нахрена, говорю, сортир-то разрисовывать?» И этот без пяти минут дембель молвит мне голосом человечим: «А то ты нашу родную армию не знаешь! Захотят – завтра будешь траву подкрашивать зелёными мелками, ползая на коленках». И знаешь – справедливо ведь, не придерёшься! В общем, заходим мы в сортир и чую я, как за спиной дверь скрипнула. Оборачиваюсь – пизда рулю, стоит семеро дедов, один другого злюще. И начинают предъявлять: ты, дескать, берегов не видишь, старших не уважаешь, лезешь в каждую щель со своими то каракулями, то частушками. Скромнее, говорят, надо быть. Тише, говорят, воды ниже травы. Развёл, говорят, кипучую деятельность. Будем учить тебя старших уважать. Андрей замолчал, разглядывая заинтересованное Мишино лицо. Миша, признаться, даже и не рассчитывал, что просьба рассказать армейскую байку приведёт к неприятному тянущему чувству под лопаткой. Хотелось сказать, дескать, ладно, Андрюш, баста, мог бы и повеселее придумать. Но, зная Андрея, так же хотелось поскорее услышать, как же тот выкрутился. Вот сейчас-сейчас неприятная ситуация разрешится. Ну, вряд ли, конечно, он все восемь человек уложил на лопатки – слишком скучный сюжет, не уровень Андрея. Что он им, танец дружбы станцевал? Зубы заговорил? Пригласил присоединиться к секте имени себя любимого? - Ой, Андро, давай не томи! – Не выдерживает Миша, пуская плотную струю табачного дыма. – Как ты выкрутился? Как вернулся? Андрей медлит, буравя друга тоскливым взглядом. - Никак, Мих. Восемь против одного. Я не вернулся. Где-то в самом потаённом углу притона, неловко развалившись на изгвазданном матрасе, Миха вводит в почти невидимую вену последнюю щедрую дозу. Перед блаженным приходом мелькает предательская мысль: «А ведь не заслужил я свой золотой…». Он неловко откидывается на спину, вперив взгляд в живописные подтёки потолка.