F I D E L I S

«Кажись цветком и будь змеей под ним.»

Уильям Шекспир.

Глава первая: "Статуя Афины ".

В салоне самолёта было невыносимо душно. Дискомфорт ощущался от горла до кончиков пальцев. Девушка в тёмных очках, которые были слегка затемнены сверху, смотрела в окно. Она ужасно хотела закурить, хотя уже две недели как бросила. Но не могла позволить себе этого не только из-за того, что находилась в самолёте, но и потому, что хотела создать образ законопослушной гражданки, женщины, которой чужды вредные привычки. Только искусство, только этика и мораль — вот и всё, что занимало её мысли. Она не станет вспоминать о том, что мораль её уже не привлекала, но всё же… Девушка переводит взгляд на зажатую в руках книгу. «Макбет» Уильяма Шекспира, одно из первых изданий. Она приобрела его на выставке, отдала за него кучу денег и не пожалела. Девушка поистине обожала «Макбета», а особенно леди Макбет, женщину коварную, ставшую одной из величайших злодеек… Но сама она её злодейкой не считала. Ведь любая женщина хочет вовсе не мужу лишь величия. Чего же плохого в том, что она желала этого для «Макбета»? Неизвестно… Возможно, просто из-за отсутствия моральных критериев её вполне удовлетворяла эта героиня. Губы, накрашенные красной помадой, расползлись в улыбке. Да, леди Макбет заслуживает уважение. Поистине гневная женщина… — Шампанского? — спросил вежливый голос стюардессы. Девушка оторвалась от книги и повернула голову к звуку голоса. Она сняла очки, открыла ей совершенно зеленые глаза и мило улыбнулась, демонстрируя свои белые зубы. Стюардесса была негритянкой и очень привлекательной. Для чёрных. Интересно, Ганнибал хотел бы убить такую, как она? Нет, конечно, нет. Ганнибал никогда не убивал просто так. А эта девушка выглядит настолько чистой, что кажется, будто ей только и осталось, что надеть монашескую рясу и пойти в католическую церковь. Хотя её могут не допустить из-за цвета кожи. К сожалению, в наше время никто не верит в розовых пони и всеобщий мир. Поэтому ей лучше остаться здесь, на борту самолёта. Не хотелось бы, чтобы она попала в руки к ярым расистам. — Да, — коротко ответила девушка, всё ещё продолжая изучать стюардессу. Та в ответ улыбнулась и ушла. Девушка взяла бокал и начала медленно его вращать, наблюдая, как пузырьки поднимаются со дна и лопаются, словно маленькие взрывы. Аромат напитка проник в её ноздри, но не вызвал у неё радости. Ей больше нравились вина, особенно красные, напоминающие цвет крови, которые могли пробудить в ней глубокие и тревожные мысли. Она сделала глоток шампанского, ощущая, как прохладный напиток скользит по горлу. Он был сладким, но слишком лёгким для неё. И явно не дорогим. Нет, вина XVIII века были гораздо лучше. Особенно те, которые были из её погреба. Там были очень старые вина. Алекса поморщилась и поставила бокал на стол, снова погрузившись в свои мысли. Она смотрела в иллюминатор, наблюдая за облаками, которые медленно проплывали мимо. Один человек часто говорил ей, что счастье — это не материальные блага, а нечто более возвышенное и духовное. Но действительно ли это счастье — жить в мире, где каждый твой шаг может оказаться последним? Она знала, что ответ на этот вопрос она никогда не найдёт. Она была слишком умна и слишком цинична, чтобы верить в простые ответы. Она была частью мира, где ложь и обман были неотъемлемой частью игры. И она была готова играть в эту игру до конца, даже если это означало, что ей придётся пожертвовать всем, что у неё есть. Именно так она и поступила год назад, когда инсценировала свою смерть и сбежала в Монако, где создала новую личность. Алекса Хофман, оплаканная и погребённая, лежит в земле. Наступает новая эра, и с ней приходит другая версия Алексы — та, которая скрывала многое и готова идти по головам, чтобы достичь желаемого. Сейчас Алекса желает только одного — Ганнибала. И, к счастью, она уже знает, где он может быть, хотя странно, что ФБР не вышло на его след, ведь для Алексы всё было слишком очевидно. Или же просто она с Ганнибалом мыслила гораздо обширнее, чем другие. Целый год Алекса Хофман пряталась в Монако, в славном домике на окраине Ларвотто. На имеющиеся у неё средства она жила в своё удовольствие, наслаждаясь жизнью и постепенно меняя себя. С ранних лет она восхищалась Мэрилин Монро, но не столько из-за её внешности, сколько из-за того, как она выглядела на экране. Однако она решила, что хочет сделать себе такую же причёску, как у Мэрилин. От природы волосы Мэрилин Монро были каштановыми. Когда актриса впервые попала в объектив профессионального фотографа, у неё были волнистые волосы медно-каштанового оттенка. Однако в начале своей карьеры модели Мэрилин Монро перекрасилась в платиновый блонд. Это во многом определило её образ — образ очаровательной глуповатой блондинки. Как же обманчивы люди: если блондинка — значит, глупая. В целом, можно согласиться с этим утверждением, поскольку все блондинки, с которыми сталкивалась Алекса, были поверхностными и недалёкими, как курицы. Именно по этой причине Алекса и решилась на столь радикальное преображение.Ей нужно было изобразить из себя наивную и безобидную особу.Ей было жаль расставаться с природным цветом волос, но она понимала, что это необходимо. Ведь Алексы больше не существует. Новый образ Алексы был не просто утончённым, а почти совершенным: короткое каре из волос цвета свежего снега, уложенное в элегантную причёску, лёгкий макияж, подчёркивающий скулы, и изящные черты лица. Она похудела, и это было заметно: диета, которой она придерживалась, наконец-то принесла плоды. К счастью, белый цвет подошёл ей как нельзя лучше. Как удивительно, что всего лишь цвет волос может так изменить внешность! Глядя на себя в зеркало, Алекса не могла поверить, что это она. Теперь она — Алексия Демачи, историк, философ и писательница, которая изучает историю Италии. Алекса активно писала статьи о культуре Италии и публиковала их на различных платформах. Она стремилась, чтобы её труды привлекли внимание историков, а не она сама пришла к ним. Все её работы, посвящённые истории Италии, были встречены с большим воодушевлением и интересом. Редакторы были уверены, что имеют дело с известным автором, и сами обратились к ней с предложением приехать во Флоренцию. Но они ошибались. Тем не менее, она благодарна им за это предложение. Возможно, она выразит свою признательность им чуть позже.

***

Алекса, покинув отель Portrait Firenze — Lungarno Collection, направилась к «Палаццо Веккьо», где её ждали. Она долго размышляла о своём наряде, стремясь произвести неизгладимое впечатление на новых знакомых. В конце концов, её выбор пал на строгий чёрный костюм, который, по её мнению, идеально подходил для этого случая. Единственное, что она добавила к своему образу, — это тёмно-красный платок на шею, который подчёркивал белизну её кожи, словно драгоценный камень в оправе. Её чёрные туфли от Dior, один из многочисленных подарков Ганнибала, блестели на солнце, отражая её уверенность и элегантность. Алекса снова и снова возвращалась мыслями к нему, не в силах избавиться от воспоминаний. Он словно въелся в её кожу, став неотъемлемой частью её сущности. Макияж был утончённым, как лезвие клинка, подчёркивая природную красоту. Сплав, из которого была вылита Алекса, был уникален. Абсолютно чистая белая кожа не требовала косметики, но Алекса лишь подчеркнула свои достоинства. Длинные ресницы, скулы с мягкими персиковыми румянами и красная помада завершили её образ, делая его поистине elegante… В Италии ценили вкус и стиль, и Алекса обладала ими в избытке. Она уверенно шагала по узким улочкам старинного города, погружённая в свои мысли. Её чёрные очки с затемнёнными стёклами идеально сидели на изящном носике, скрывая блеск глаз, устремлённых вперёд. Она наслаждалась ароматами, которые окружали её: свежие запахи выпечки, пряных специй, цветущих садов и изысканных духов. Воздух был чистым и прохладным, и она глубоко вдыхала его, ощущая, как он наполняет лёгкие. Её путь пролегал мимо многочисленных ларьков, где торговцы зазывали покупателей, но Алекса не обращала на них внимания. Её мысли были сосредоточены на одной цели — встрече с Ганнибалом. Она знала, что если её теория верна, то скоро этот момент наступит. До Палаццо Веккьо оставалось всего несколько минут. Отель, в котором она остановилась, находился в самом сердце города, и Алекса не могла не радоваться этому. Из окон её комнаты открывался потрясающий вид на главную площадь, где жизнь кипела и бурлила. Когда она приблизилась к величественным воротам дворца, её сердце учащённо забилось. С трудом сдерживая трепет, она остановилась на секунду, чтобы собраться с мыслями. Затем, с улыбкой на лице, она толкнула тяжёлые двери и вошла внутрь. Внутри царила атмосфера величия и истории. Мраморные колонны, украшенные искусной резьбой, высокие потолки и изысканные фрески создавали ощущение погружения в прошлое. Она осмотрелась и вскоре различила приближающиеся шаги. В долю секунды над ней нависла темная тень. Через мгновение перед ней возник мужчина в чёрном пиджаке и тёмно-синих брюках. — Добрый день, вы сеньора Демачи? — мужчина сказал это с легким удивлением. — Вы очень пунктуальны.— Его взгляд, острый, как клинок, скользнул по фигуре Алексы. Она заметила, как его глаза задержались на её губах, а затем опустились к рукам, словно он пытался прочитать тайну, скрытую в каждом её движении. Алекса натянула легкую улыбку, стараясь скрыть раздражение, и сняла очки, аккуратно убрав их в маленькую кожаную сумочку. — Я не люблю попусту тратить время, — сухо ответила она.Мужчина улыбнулся, и Алекса почувствовала, как внутри неё нарастает странное напряжение. Исследования показали, что ощущение, которое возникает в животе, когда бабочки порхают, как раньше говорили, от любви, на самом деле является сигналом опасности. Именно это чувство и ощутила Алекса. — Вы удивительно красиво пишете, — продолжил он, его голос стал чуть мягче, но в нем все еще слышалось что-то, что заставляло Алексу насторожиться. — Никогда бы не подумал, что такая красивая девушка может быть настолько хорошо осведомлена об истории Италии. Это просто удивительно. О, сексизм, как «неожиданно» подумала Алекса. Она с трудом сдерживала себя, чтобы не впиться в его лицо или, например, взять вон ту статуэтку Венеры и приложить её к его голове. Ее пальцы крепче сжались на коже сумочки. Вместо этого она лишь слегка приподняла бровь, стараясь выглядеть невозмутимой. Ты всего лишь безобидная блондинка, не забывай. — Спасибо, но я убеждена, что красота и знание истории всегда идут рука об руку, — произнесла Алекса, бросив на собеседника ничего не выражающий взгляд. Мужчина тут же поймал его и снова усмехнулся. Алекса подошла к нему ближе и внимательно посмотрела на его лицо. Он был даже неплох, выглядел ухоженным и явно имел вкус. Его чёрные волосы были аккуратно уложены, а эти голубые глаза так и норовили проникнуть в самую глубину её глазного ядра. Почему ей кажется, что она его знает? И эти голубые глаза… Они были очень знакомыми... — Возможно, вы и правы, — сказал он, не дав ей закончить свою мысль в своей голове, делая шаг ближе. — Но все же я не могу не восхищаться вами. Вы — редкое сочетание красоты и ума. Алекса почувствовала, как внутри нее закипает раздражение. Она не могла поверить, что этот человек, который, казалось бы, должен был быть старше и опытнее, мог быть таким слепым к собственной предвзятости. Она глубоко вдохнула, стараясь успокоиться, и сделала шаг назад, увеличивая расстояние между ними.Несмотря на внешнюю любезность, этот комплимент показался ей почти оскорбительным. — Спасибо за комплимент, — ответила она, стараясь, чтобы в ее голосе не было слышно ни капли любезности. — Но я предпочитаю, чтобы меня оценивали за мои знания и работу, а не за внешность. Еще долго идти до кабинета руководителя палаццо? — Мы почти пришли, прошу вас, — произнёс он, открывая перед ней дверь и пропуская внутрь. Теперь Алекса стояла в дверях, слушая гул голосов, похожий на куриный крик в курятнике, словно петухи перекрикивали друг друга. В кабинете главы дворца витало напряжение. Двое мужчин вели оживлённую дискуссию, их голоса то становились громче, то стихали, наполняя пространство. Алекс обратила внимание на то, как один из них, невысокий и седовласый, нервно теребил край своего пиджака, а другой, с густой бородой и проницательным взглядом, эмоционально жестикулировал, пытаясь что-то доказать. Он смотрел на статую Афины, стоящую перед ним, но Алекс не видела там ничего, кроме тьмы. Мужчина, стоявший рядом с ней, чьё имя она не расслышала, молча наблюдал за происходящим. Алексе на мгновение показалось, что он усмехнулся с недоброй улыбкой, почти одержимой. Затем он заметил взгляд Алексы и наклонился к ней. От этого движения она невольно вздрогнула, но не отстранилась. — Они обсуждают кандидатуру нового хранителя, — произнёс он вполголоса. — Одни предлагают назначить на эту должность внука одного из руководителей, другие же настаивают на том, чтобы это был доктор Фелл. Он, безусловно, личность неординарная, но немного пугающая. От него исходил необычный запах, в котором переплетались морские ноты, аромат лаванды и пачули, создавая свежий и глубокий аромат. Мужчина пристально смотрел на неё, словно сканируя её лицо. Но вскоре он отстранился, и Алекса с трудом удержалась от вздоха облегчения. В её голове крутился другой вопрос: «Кто такой доктор Фелл? Где ей найти Ганнибала?» Она подняла глаза на мужчину, и тот, заметив её интерес, продолжил разговор. — Доктор Фелл — загадочный человек. Я никогда не встречал никого, кто был бы настолько… непредсказуемым. Он умеет находить ответы там, где другие видят лишь пустоту. Но мне с ним не по себе… — Полагаю, что настало время остановить их оживлённую дискуссию, — лаконично произнесла Алекса, не глядя на мужчину. — Я устала стоять на одном месте, — и двинулась вперёд. Звук шагов, приближающихся на высоких каблуках, прозвучал в тишине, как удар по струнам. Мужчины, увлечённые жарким спором, внезапно замолчали и замерли, словно поражённые молнией. Их взгляды устремились к двери. — Позвольте представить вас, — произнёс голос мужчины у неё за спиной. Мужчина сделал шаг вперёд, опережая Алексу на несколько шагов. Он подошёл к старику, что-то прошептал ему на ухо, и тот в ответ широко улыбнулся, обнажив жёлтые зубы, пожелтевшие от многолетнего курения. Старик повернулся к ней, и Алекса, собрав все свои силы, натянула на лицо фальшивую улыбку. — Эреб, как замечательно, что вы встретились с нашей гостьей! Сеньора Демачи, мы так долго ждали этой встречи! — произнёс он, и его голос звучал подобно бархату, окутывая её сознание. Он протянул руку, словно для поцелуя, но Алекса лишь пожала её и быстро убрала за спину, стараясь скрыть своё внутреннее напряжение. Имя Эреб — одно из самых древних в мифологии. В древнегреческой мифологии Эреб — это олицетворение вечного мрака. Его имя упоминается в «Илиаде» и «Одиссее» Гомера, в «Космогонии» Алкмана, в «Теогонии» Гесиода, в «Эдипе в Колоне» Софокла.Да, его родители явно были чокнутыми поклонниками древнегреческой мифологии. — Да, сеньор… — Алекса смерила его взглядом своих зеленых глаз. — Сеньор Соглиато, — представился он, — Рад знакомству. Он осматривал её с жадностью, которая была почти осязаемой. Его взгляд скользил по её фигуре, как будто он пытался запечатлеть в памяти каждую деталь. Алекса почувствовала, как внутри неё поднимается волна раздражения и отвращения. Она с трудом сдерживала желание уйти, убежать как можно дальше от этого человека. Старик, да еще и извращенец, прекрасное комбо. — Я тоже рада. Вы, кажется, были заняты, так что, возможно, мы сможем продолжить наш разговор в другой раз. — О нет, что вы! — воскликнул Соглиато, его лицо озарилось энтузиазмом. — Мы с доктором Феллом только что закончили. Доктор Фелл расскажет нам о Данте Алигьери и докажет, что он достоин этой должности. — О, разумеется… В этот момент, когда Алекса услышала голос, внутри нее словно что-то рухнуло. Алекса замерла, не в состоянии совершить ни малейшего движения. Частота сердечных сокращений значительно превышала норму, что создавало угрозу гипертрофической кардиомиопатии. Она подняла взгляд и обнаружила его присутствие. Это был он. Тот, о ком она размышляла ежедневно, кого неустанно искала. Ганнибал. Он был её идеалом, её психологическим триггером, её токсическим стимулом. Ее ядом… Он стоял перед ней, высокий, стройный, с тёмными волосами. Его глаза, такие глубокие и загадочные, смотрели прямо на неё. В них она видела отражение своих собственных чувств — смесь восхищения. Он был одет в элегантный костюм, который подчёркивал его мужественность и силу. Но это был не просто костюм. Это была броня, за которой он прятал свою душу. Но от нее он никогда не прятал ее. Алекса не могла отвести от него взгляда. Она чувствовала, как её тело становится лёгким, как будто она парит в воздухе. Её сердце колотилось всё быстрее, а дыхание становилось прерывистым. Она хотела подойти к нему, прикоснуться к его руке, почувствовать тепло его кожи. Но что-то удерживало её на месте. Она знала, что это не просто их встреча. Это было что-то большее. Это было начало конца. Он одарил её улыбкой, обнажив свои ослепительно белые зубы, и в ответ Алекса расплылась в радостной улыбке. Ганнибал явно изменился внешне, возможно, тоже прибегнув к инъекциям силикона. Но глаза его остались прежними. Они смотрели на неё пристально, словно пытаясь заглянуть в самую глубину её души. Он был так близко, что ей нужно было лишь протянуть руку, чтобы утопить его в своих объятиях. Алекса слегка качнула головой, собралась с духом и произнесла с лёгкой хрипотцой: — Доктор Фэлл? — Да, а вы, как я понял, мисс Демачи, я безмерно счастлив нашему знакомству. — вот она смотрит как он приближается к ней. Алексу сразу окутывает его аромат. Наклоняется, берёт ее ладонь и целует. И Алексу словно пронзает тысяча осколков.Они режут её плоть внутри, изрезав на куски. Его теплота руки заставляет её растекаться, словно лужица, и желать его всё больше и больше. — Может быть, вы присоединитесь к нам в ресторане? — внезапно слышит Алекса голос Эреба. Этот голос вырывает её из сладких грёз. Алекса делает шаг назад, отходя от Ганнибала, и смотрит на него. Мужчина стоит, прислонившись к дверному косяку, и пристально смотрит на них. — Я думаю, всем будет интересно услышать вашу историю, мисс Демачи, и обсудить некоторые гипотезы об Италии, — говорит он. — О, какое замечательное предложение, Эреб, правда, мисс Демачи? — говорит сеньор Соглиато с выдыхаемым энтузиазмом. О, черт возьми, не хочет она идти с ним, ей хочется покрепче укрыться в объятьях Ганнибала и убежать от мира насущного. — Действительно, — сквозь зубы процедил Алекса, натянув на лицо очередную фальшивую улыбку. — Но я не думаю, что именно сегодня… — Мисс Демачи, для нас большая честь видеть вас, — Эреб сделал шаг к ней, а Алекса не сводил взгляда с её родных багровых глаз, которые пристально смотрели на него. Ганнибал внимательно наблюдал за ним. — Мы хотели бы услышать ваше мнение. Все. — Что ж, в таком случае я с готовностью приму участие, — лаконично ответила Алекса. — Доктор Фелл, будете ли вы сопровождать нас? — осведомился Соглиато, и его взгляд обратился к Ганнибалу. Тот, с едва заметной улыбкой, ответил: — Безусловно. Соглиато, энергично хлопнув в ладоши, продемонстрировал явное удовлетворение. — Прекрасно, тогда давайте не будем терять ни минуты и приступим к действию, — сказал он, стремительно подхватив Алексу под руку и направившись вперёд. Алекса, с трудом преодолевая внутреннее сопротивление, последовала за сеньором Соглиато, ощущая, как её ноги с неохотой начинают движение. По левую руку от неё, словно воплощение зловещего начала и пробуждения её самых потаённых желаний, шёл Ганнибал. Его обжигающий взор, казалось, проникал в саму глубину её сознания, заставляя её прилагать все усилия, чтобы сохранить хладнокровие и не поддаться искушению прикоснуться к запретному плоду. Выйдя на улицу, лицо Алексы вновь окутал свежий воздух Флоренции. Пока они шли по оживлённым улочкам старинного города, руководитель Каппони оживлённо рассказывал о различных слухах и новостях, а в мыслях Алексы накапливался образ Ганнибала, который за весь путь не проронил ни слова. Только Эреб и Соглиато говорили, а она исподтишка бросала косые взгляды, полные огня, на Ганнибала, который, в свою очередь, словно игнорировал её. Это начинало её выводить из себя. И хотя его цепкий взор коршуна она ощущала, стоило ей отвернуться… Дьявол. Знал бы он, что сейчас происходит у неё внутри, не выпендривался бы так. Вскоре они вошли в небольшой элегантный ресторанчик в стиле рококо. Их приветствовал официант с козьей бородкой и провёл внутрь. Он то и дело заглядывал в декольте Алексы, а она, сняв очки, вопросительно посмотрела на него, после чего он покраснел и быстро исчез. Эреб остановился напротив неё и с улыбкой решил отодвинуть стул. Однако ему не позволили: рука Ганнибала достигла дерева раньше, и Алекса заметила, как их руки соприкоснулись, а взгляды мужчин вступили в безмолвное противостояние. Эреб улыбнулся и опустил руку, затем Ганнибал учтиво отодвинул для Алексы стул. Она не смогла понять, какие отношения связывают Эреба и Ганнибала, и ей не терпелось это выяснить. Сам Ганнибал сел напротив, чтобы внимательно наблюдать за ней. — Сеньора Демачи, имели ли вы ранее возможность посетить Италию? — профессор Соглиато задал вопрос, ожидая услышать утвердительный ответ. Алекса кивнула.— Ваше описание нашего древнего города вызывает восхищение. В ваших статьях я нахожу глубокое уважение к греческой культуре и её отражению в римском контексте, что особенно ценно. — Я посетила Италию однажды, и это путешествие оставило неизгладимый след в моей душе, — Алекса произнесла, слегка пригубив вино. — Впечатления от того визита были столь сильны, что я решила, что Италия навсегда останется в моём сердце. Именно поэтому я с радостью приступаю к написанию о ней. — Ваши слова, мисс Демачи, весьма выразительны, — Эреб слегка наклонил голову, его взгляд был сосредоточен на лице Алексы. — Позвольте задать вам вопрос, который может показаться несколько бестактным: были ли вы в тот момент одни? Алекса не смутилась, её ответ был краток и точен: — Это действительно бестактный вопрос, такие вопросы, кажется, уже стали вашей визитной карточкой. Однако я отвечу: я находилась не одна, а в компании человека, который подарил мне бесценные воспоминания, — Алекса бросила короткий взгляд на Ганнибала, который, в свою очередь, внимательно наблюдал за ней, наслаждаясь моментом. — И кто же этот счастливчик, который был с вами? — продолжал Эреб, вертя в руке бокал. — Молодой человек… Любовник? — Нет, мой муж, — ответила она кратко и сделала глоток вина. Подняв взгляд, Алекса заметила, что её недавние собеседники удивлённо смотрят на неё. — О, как же повезло вашему мужу, он, вероятно, с нетерпением ждёт вашего возвращения в Америку… — начал Соглиато.Что ж, в голове Алексы загорелся план, полный сарказма. Интересно, как Ганнибал на него отреагирует. Она сделала невинный взгляд и с вздохом произнесла. — О нет, что вы, он предпочёл бегство. — Что, простите? — переспросил Соглиато, явно не уловив суть её ответа. — Как же так произошло? — Понимаете, у нас были разные жизненные приоритеты, и вот, представьте, он сбежал, заявив, что я не подхожу для семейной жизни, — ответила Алекса с лёгкой усмешкой, наблюдая за реакцией Ганнибала, в глазах которого мелькали искры ярости. — Мне кажется, мы просто не подходили друг другу. Ганнибал склонил голову, пряча явную усмешку, а потом резко поднял голову и повернулся на Алексу, чтобы лучше видетьее лицезреть.Его глаза загорелись, словно затягивая того в бездну подсознания.Чертов дьявол… — Может быть, стоило просто поговорить с вашим мужем? Алекса посмотрела на него, и их взгляды скрестились, как клинки в смертельной схватке, где оба могли потерпеть поражение. — Он не обладает нужной дедукцией для этого… Она не закончила мысль. Ганнибал хрипло рассмеялся, и Алекса едва заметно вздрогнула. Он поднял бокал, и его лицо озарилось насмешливой улыбкой. — За вашего «не дедуктивного» супруга, — он опрокинул бокал и осушил его, поглотив кровавый напиток. Алекса завороженно наблюдала за его лицом, стремясь запечатлеть каждую деталь, каждое его место. Она хотела воссоздать его образ в своем дворце памяти, в который давно не возвращалась. — Мисс Демачи, — раздался голос Соглиато, мягко прерывая медитативное состояние Алексы. Она медленно повернула голову в его сторону, словно выходя из транса. — Вы уже определились с местом своего временного проживания? — Я остановилась в отеле «Portrait Firenze — Lungarno Collection», — ответила Алекса, деликатно касаясь горлышка своего бокала кончиком пальца. — О, вам будет сложно добраться до Каппони, — воскликнул Соглиато. — Я бы хотел, чтобы вы завтра поприсутствовали на встрече наших руководителей. Вам не стоит там ночевать, лучше переберитесь в отель в палаццо. Учитывая сложившуюся ситуацию, можно предположить, что доктор Фелл не будет возражать против данного предложения, поскольку он недавно обосновался в указанной локации.— он повернулся к Ганнибалу, который, черт возьми, расплылся в довольной улыбке. Единственный, кто не разделял его счастья, это Эреб, который сидел в углу, словно мрачная тень. Алекса всем своим существом чувствовала, что тот сжал челюсти. Но что ему нужно от нее и почему он так реагирует… — Нет, я не думаю, что это хорошая идея, — начала Алекса. Чертова лицемерка… Конечно, она хотела быть с Ганнибалом, хотела поскорее обвить его своими руками и прижаться к его телу. Но все не так просто. Она еще не успела договорить, как ее слова оборвал голос Ганнибала, который крутил бокал вина в правой руке. — Буду рад, если сеньора Демачи посетит меня, — он произнес эти слова с такой уверенностью, словно уже заранее знал ее ответ, словно поймал ее в ловушку. — Но мои вещи остались в отеле, — возразила Алекса. Да, детка, не сдавайся, как говорится, попытка не пытка. — Не стоит беспокоиться, я пришлю людей, и к вечеру всё будет готово, — заверил ее Соглиато, добродушно улыбаясь. Алекса изогнула губы в улыбке и взглянула на Ганнибала. Их взгляды встретились, и на мгновение мир вокруг перестал существовать. Они были похожи на два смертельных танца, исполняя танго смерти. Было неизвестно, кто одержит верх в этом поединке. Интерес, напряжение, но кто первый набросится друг на друга, прежде чем весь мир падет прахом? Кто первый покажет свое возрождение и, главное, жажду, которая скрывалась в глубине их душ.

***

Представьте, что когда вы начинаете осознавать, что близость вновь стала осязаемой, что вы можете дотронуться друг до друга и ощутить тепло кожи, внутри вас возникает странная неуверенность. Она сковывает тело, словно невидимые оковы, превращая вас в беспомощного, замедленного зомби. Алексе же не нужно представлять. Как только мистер Соглиато помахал ей на прощание, она осталась наедине с Ганнибалом. Эреб, стоявший рядом, ждал такси, но Алексе это было безразлично. Ее мысли были поглощены им, человеком, который оставался удивительно спокойным, словно ничего необычного не происходило. Словно они были вместе всегда. Словно ничего не было. — Нам пора, — произнес Ганнибал одними губами и наклонился к ней. Алекса завороженно смотрела за его движениями, и на секунду ей показалось, что сейчас он коснется своими губами ее, но он лишь убрал выбившуюся прядь за ухо. Его дыхание обожгло ухо Алексе. Он коротко кивнул Эребу, который, отложив телефон, подошел к ним. — Уже уходите? Я пока подожду такси, — произнес Эреб, продолжая набирать что-то в телефоне. — Спасибо за встречу, мисс Демачи. Было очень приятно, надеюсь, мы увидимся снова, — Эреб улыбнулся искренней, почти дружелюбной улыбкой. Алекса натянуто улыбнулась в ответ. И кивнула. — Мисс Демачи, нам пора, скоро стемнеет. До встречи, мистер Эреб, — произнес безэмоциональным голосом Ганнибал. Когда она ощутила прикосновение его ладони на своей талии, её мир на мгновение остановился. Время замерло, и она позволила себе раствориться в этом мгновении. В этот момент всё вокруг исчезло, осталась лишь эта рука, ведущая её за собой. Ганнибал резко развернулся и быстрым шагом направился прочь. Алекса последовала за ним, ощущая на себе пристальный взгляд Эреба, который пронизывал её насквозь, словно пытаясь проникнуть в самые потаённые уголки её души. Тем временем её подвели к серебристому «Бентли», и дверь машины открылась перед ней. Она молча села внутрь, и они с Ганнибалом погрузились в тишину. Алекса уставилась в свои колени, ощущая, как внутри неё всё дрожит от неизвестности. Прошло пять лет, и теперь он казался ей чужим, далёким. От этой мысли ярость подступила к горлу. Она не хотела, чтобы он был далёк, она жаждала его близости, его полной уверенности в ней.И это бесило С одной стороны, она мечтала о встрече с ним, с другой — не знала, чего ожидать. Ганнибал, с которым она когда-то делила одну постель, был другим человеком. В его взгляде присутствовало то, чего она боялась. Это была неутолимая жажда. Но жажда чего? В один момент Алекса подумала: «А если он ее убьет?» Есть ли все годы разлуки для него так серьезно, если он решится и убьет ее? Она невольно поежилась при одной мысли, от этого ей стало не по себе. Нет, Ганнибал никогда так не поступит. Правда же?