Ты – давно запрещённый наркотик

      Часы пробили без пятнадцати восемь, когда Союз подошёл ко входу в главный холл. Из окна виднелось, как дежурный администратор собирала свою рабочую сумку. По расписанию, она работает до семи, при том что большинство работников уходят раньше. Без пяти восемь вышел Хрущёв.       –Милослава выйдет через пару минут. –Быстро и безразлично кинул он, будто расстроенный чем-то. Хотя такое поведение Союза не удивило, скорее всего просто его нереальные мечты не смогли воплотить в реальность.       Так у Алексея было с каждым: каждый был сказочник, рассказывающий людям про невозможное, но тогда он правда в это верил, затуманенный какими-то иллюзиями. С Никитой всё стало немного легче: не было тотального контроля, как раньше.       Кажется, что-то время прошло и раны залечились, но стоит немного притухнуть боли, как что-нибудь незначительное снова напоминает об неприятном и заставляет почувствовать всё с новой силой. Союз теперь часто забывался на собраниях, отвлекался.       Ему последние две ночи снилась Жасмина, но она только стояла в каком-то редком лесу, стояла и смотрела на него, ничего не говорив. Чуть раньше снилась сестра из сорок пятого, точно такая же, какую он видел ее в последний раз – худая и измождённая, в порванных, но дорогих одеждах. Он не любил ее вспоминать, но каждый год невольно приходилось, стоило приехать в гости ее сыну.              Август был чудесным ребенком. Синеглазый мальчишка совсем не был похож на своего отца ни характером, ни внешностью, а больше походил на маму. В нем видели будущее Германии – светлое и развитое, где нет места злу и тревогам. Каждые полгода мальчик гостил у Союза, и сам мужчина с нетерпением его ждал. Именно он стал той отрезвляющей точкой и неким успокоительным для умирающей послевоенной души Союза.       Милослава аккуратно прикрыла дверь, попрощавшись с администратором, и вышла немного измученная, но, увидев Союза, повеселела.       –Снова здравствуйте, –заправив непослушные волосы за ухо, Милослава протянула ему руку.       –Добрый вечер.              Они пожали друг другу руки и безмолвно отошли в сторону, чтобы не стоять под дверями. Вид у девушки и правда немного отличался от дневного: накрашенные глаза слипались от усталости, а плечи и спина были сгорбленные от тяжёлой сумки, которую, казалось, она не снимала все эти часы.       –Давайте я помогу, – предложил ей Союз, на что Мила непонимающе на него поглядела. Алексей указал ладонью на ее плечо и уточнил: –С сумкой.       –Если Вам не сложно...       –Не сложно, поверьте. – Союз взял сумку и удивился, насколько она тяжёлая, будто там была пара булыжников, а не папка с документами.       –Спасибо.       Улицы большого города горели яркими огнями круглосуточно, особенно в столице. В вечернее время всё больше людей выходят прогуляться после работы и учебы, чтобы насладиться яркими огоньками на улице и прохладным, апрельским ветром. СССР тоже начал выходить по вечерам, но его прогулки заканчиваются лишь посиделкам у себя во дворе вместе с Огоньком. В целом, компания не плохая, не на что жаловаться.       –Кстати, как Ваше собрание с Никитой? –Будто в невзначай спросил Лёша, ведь что может такого удумать генсек, даже не сказав воплощению? Милослава из-за его вопроса посерьезничала, опустила взгляд на руки и нервно их заламала.       –Да так, ничего особенного... Это касается агрономических вопросов, новые способы выращивания растений.       –Значит, новые способы, – на веснушчатом лице Союза появилась непонятная гримаса. –Ясно.       Они шли пару минут молча и девушке показалось, что Алексей охладел и разозлился после ее слов. Он резко отвернулся в сторону, стараясь скрыть свое разочарование, поэтому Мила решилась поменять тему, как обычно делают с малознакомыми людьми в неловкой ситуации. Только сейчас она заметила в руках у мужчины небольшой свёрток бумаги, откуда выглядывали цветы, и, незаметно для себя, засмотрелась на него. Союз уловил ее взгляд и подхватился, через мгновение яркие розы оказались возле лица Милославы.       –Это Вам, – рука девушки уже была на газете. –Решил, что в честь нашего знакомства будет верно подарить что-нибудь.       Зелёные глаза сначала ошарашенно, а потом внимательно начали разглядывать букет после того, как он оказался у нее в руках. Всё было сделано очень аккуратно: семь бутонов покрывала новая белоснежная газета, а внизу был завязан небольшой бантик из гладкой атласной ленты синего цвета.       –Ого, – удивление оказалось самой первой эмоцией. У Алексея немного подкосились ноги, ведь стало совсем непонятно: нравится ей или нет. –Ничего себе. Какая красота!       Улыбнувшись, Мила случайно подпрыгнула и сжала подарок сильнее, но, опомнившись, вернула былую сдержанность. За пару часов, как они знакомы, ее мимолётная искренность чем-то подкупила.       –Спасибо Вам огромное. Пребольшое спасибо, дякую!       Наверное, всё-таки каждая девушка, а может и не только, любит цветы – они всегда подсознательно считаются знаком внимание, и даже больше вызывают радость не то, что они красивые или вкуснопахнующие, а то, что человек купил или собрал их именно для тебя с целью порадовать, ведь это значит, что он готов потратить на них свои деньги и время только для того, чтобы увидеть улыбку.       Хотя всегда есть неприятная обратная сторона медали: например сделать подарок, чтобы откупится за сделанную провинность или холодное отношение, чтобы "очистить" свою совесть. После осознания этого становится больнее всего.       –А вы откуда? – незамедлительно задал вопрос Алексей, услышав в конце непривычное "дякую", которое разве что можно было услышать в УССР, и то, не во всех городах.       –Из Киева. – Также быстро ответила Мила, и Союз понял, отчего не слышал такого имени раньше: у него совсем нет времени разъезжать по разным республикам, даже посещать их столицы выходит не так часто, как того хотелось бы.       –А что вас привело в Москву?       Они неспеша шли во время разговора и не заметили, что забрели на ту же дорожку возле реки, на которой и встретились. Ночью здесь горели фонари, а под почти каждым из них стояли лавочка. Людей здесь гуляло не много, отчего большинство мест было свободно. На одну из таких лавочек решили присесть Союз вместе с Милославой. Молодые люди в основном приходили сюда поговорить, послушать тихий шум воды и выпить кофе в таком же спокойном кафе неподалеку.       –Это связано с учебой. Меня, как одного из лучших студентов, порекомендовали от университета на практику сюда. На самом деле, я в городе меньше недели.       –Ого, я очень за Вас рад. Это большое достижение. Как вам здесь? Скучаете?       Немного поломав пальцы, Милослава грустно улыбнулась и продолжила:       –У меня много родственников по всей стране, и тут не исключение. С ними создаётся ощущение, будто и не уезжала, все очень рады за меня. И семья ужасно рада, хотя пишут, чтобы почаще навещала их. А вы откуда?       –Я? – растерянно пробормотал Алексей, не ожидая подобного вопроса. Сложно сказать, откуда страна. –Я... Из Санкт-Петербурга, то есть Ленинграда.       –Тоже приезжий? А давно живёте в столице? По вам не скажешь.       –Хах, с 17 лет. – Ляпнул Союз, не задумываясь, но тут же спохватился. –В плане...       –В плане тоже не так давно, по сути. – Перебив, продолжила Милослава, составляя выдуманную историю жизни Союза за него. –Наверное, вы переехали тоже из-за учебы?       –Верно. В прошлом году закончил университет и решил остаться в столице, ведь в Ленинграде меня никто не ждёт. Здесь много возможностей. – Врал СССР, не краснея.       –Ох, мне жаль. Я б не смогла так.       –Как?       –В одиночество.       Какое меткое оказалось попадание, что ненадолго воплощение потерялось, не находя что можно ответить. Милослава вдруг покраснела, осознав, что ляпнула, и не нашла ничего лучше, чем просто извиниться.       Но такой конфуз не отбил желание пообщаться ещё, только на более нейтральные темы: о разном климате, погоде, культуре, архитектуре...       Даже когда температура резко опустилась до плюс пяти, Союз лишь любезно предложил даме свое пальто и они прошлись до кафе, посидели ещё немного там и решили разойтись, ведь стрелка часов уже приближалась к одиннадцати.       –Я на машине, могу отвезти. – Любезно предложила страна, когда они дошли до парковки. –Вам далеко?       –Нет, в пятнадцати минутах ходьбы. Я могу и сама пройтись.       –Тогда на машине в пяти минутах езды, мне действительно не сложно и будет более спокойно, всё-таки я вас так задержал.              Не сказать, что Милослава нравилась идея идти самой по темной улице и без теплой одежды, поэтому она согласилась.       Дом, в котором временно поселили девушку, оказался девятиэтажным новым зданием, где почти не горели окна, ведь закончили строительство тоже недавно. Как было известно, дом передали в распоряжение одному из университетов, поэтому Милославу и поселили сюда.       Девушка любезно попрощалась с Алексеем и пошла к подъезду, наблюдая за уехавшей машиной до тех пор, пока та не пропала за поворотом.       В целом, Миле действительно тут нравилось: ее заметили и отправили в столицу, чтобы раскрыть свой потенциал, ещё поселив в хорошую квартиру, а не в общежитие, как раньше. У нее рядом есть родственники, готовые ее поддержать, но даже так она чувствует некую тоску, ведь переезжать всегда трудно и больно, особенно, когда ты вспоминаешь счастливые моменты из родного дома. Но разве выходит честно, что она грустит и печалиться из-за всего этого, когда есть люди, не имеющие даже одного человека для поддержки? Она точно поняла, что у Алексея действительно никого нет, когда услышала фразу "меня никто не ждёт", да и люди с семьёй хотя бы раз, да упомянут тот факт, что она у них есть. "Или я себя накручиваю, а у него есть родные? Мне нужно просто меньше об этом думать, я не могу судить от одной прогулки с ним. Хотя он очень непонятно отреагировал, когда я сказала про одиночество. Ну надо же было мне такое ляпнуть, не подумав!"       За окном уже царствовала ночь, когда Милослава всё крутилась в постели и не могла остановить навязчивые мысли о семье, доме и Союзе. Он её зацепил этим, недосказанностью, ведь больше болтала она, а если мужчина и говорил про что-то, то это были известные факты о города или науке.       –Мне точно нужно ещё раз с ним встретиться. – Сказала вслух девушка, вылезая из под одеяла и засматриваясь на букет из роз и тюльпанов, что стоял в вазе на подоконнике. В эту ночь ей так и не удалось уснуть.