Вес гравитации

      Заглушающие чары сработали, и никто в общежитии не проснулся от кошмара, приснившегося Гарри. Он надел очки, зашел в ванную и уставился на себя в зеркало. Лицо было бледным и вспотевшим, его волосы торчали во все стороны. Он убрал волосы со лба и уставился на шрам. Боль от шрама утихла почти сразу после того, как он проснулся. Шрам тоже не изменился.       Но всего несколько мгновений назад он горел, как будто кто-то прижал раскалённую добела кочергу к его лбу. А сон…       Гарри знал, что это было видение. На четвёртом курсе у него было несколько таких видений, но в прошлом шрам не реагировал. Впервые за год он почувствовал боль.       Часть Гарри хотела броситься в подземелья и найти Тома. Том смутно догадывался о связи между Гарри и Волдемортом, но ему определённо хотелось узнать подробности. Но другая часть Гарри хотела сохранить все в тайне. Он отдыхал последние недели, несмотря на ненависть других гриффиндорцев и сложные отношения с Роном, Гермионой и Джинни.       Том обвинил Гарри в том, что тот ставит квиддич выше борьбы с Волдемортом, но на самом деле Гарри просто хотел насладиться обществом любимых людей. Он не хотел воевать — он хотел, чтобы Том ходил на ужины с Сириусом и Римусом, а Рон обыгрывал Абраксаса в шахматы, пока Ева учила Гермиону вязать. Он хотел спокойной жизни в кругу друзей и крёстного.       Но Том рано или поздно узнает. А если Гарри ему не расскажет, Том будет в ярости.       Гарри выключил свет в ванной и прокрался обратно к своему сундуку, откуда достал плащ. Быстро проверив Карту Мародеров, он заметил, что Том сейчас в спальне и, вероятно, спит. В замке было тихо, когда Гарри прокрался в гостиную Слизерина.       В их общей комнате было так же пусто, как и в Гриффиндоре. Гарри старался не шуметь, входя в спальню для шестикурсников. Из-за балдахинов доносился храп. Несмотря на то, что в комнате появилось четыре новые кровати, она не казалась более тесной, чем раньше. Должно быть, её расширили, чтобы вместить больше студентов.       Подойдя к кровати Тома, Гарри снял с себя плащ. Он раздвинул ткань и пробрался внутрь. В тусклом свете он разглядел фигуру Тома. Тот спал на боку, засунув руку под подушку, вероятно, сжимая в ней палочку. Его лицо было расслабленным, волосы падали на подушку.       Гарри спустил одеяло и забрался под него, инстинктивно прикрыв лицо рукой, когда Том резко проснулся с палочкой в руке.       — Успокойся. Это всего лишь я, — прошипел Гарри. Том несколько раз моргнул, прежде чем расслабиться и сунуть палочку обратно под подушку.       — Что, чёрт возьми, ты делаешь? Разве ты не праздновал со львами? — Том подвинулся, освобождая место для Гарри. Гарри тут же прижался спиной к груди Тома, и паника, охватившая его, утихла, когда Том обнял его. Не получив ответа, Том продолжил расспрос.       — Плохой сон?       — Кажется, у меня было видение.       — Видение, — повторил Том. Сонливость исчезла из его голоса, а тело напряглось.       — О Волдеморте. Примерно то же самое, что было на четвёртом курсе.       — Что было на этот раз?       Гарри послушно повторил то, что увидел, не забыв упомянуть имена Пожирателей смерти, которых он узнал. Том ничего не ответил. Вероятно, он был глубоко погружён в свои мысли и вместо этого крепче прижал Гарри к себе. Они больше ничего не говорили и позволили тишине затянуться, пока сон не одолел их обоих.       Утром никто не удивился, увидев Гарри в общей гостиной. Абраксас пошутил, а Крэбб и Гойл что-то мрачно пробормотали по поводу его присутствия, пока Терон не пригрозил им физической расправой.       Гарри не хотелось идти в Большой зал на завтрак, поэтому они с Томом зашли на кухню и взяли перекус, прежде чем спуститься в Тайную комнату. Том даже не спросил, не хочет ли Гарри провести день за работой, а просто схватил его за локоть и потащил за собой.       Когда они пришли в свой кабинет в Тайной комнате, Том не обратил внимания на стол, заваленный информацией о крестражах. Вместо этого он достал другую стопку бумаг и заметок и протянул её Гарри.       — Что это? — спросил Гарри, принимая листы.       — Кажется, я нашёл способ избавиться от Тёмной метки. Проверь, прежде чем мы позовем младшего Малфоя для участия в ритуале.       Гарри пролистал страницы, рассматривая сложные схемы и делая пометки.       — Ты хочешь устроить все как можно скорее?       — Сегодня было бы идеально. Если твой сон вещий, то Драко Малфой скоро окажется в очень сложной ситуации. Нам нужно убедиться, что он верен нам, а не Волдеморту.       — Хорошо, тогда на ритуал может уйти час или два.       — У нас есть время. Я начну подготовку. Не думаю, что ты найдёшь много ошибок.       Гарри сел за стол, а Том направился к полке, на которой были разложены всевозможные ингредиенты и принадлежности. Том начал копить всё это с начала учебного года, воруя из кабинета зельеварения, у одноклассников и заказывая через совиную почту (на деньги Гарри).       Как и на всех записях Тома, почерк был аккуратным, хотя и немного неразборчивым. Он часто указывал, из каких книг он почерпнул информацию, и Гарри приходилось листать несколько больших томов, чтобы убедиться, что Том использует правильные сведения.       Ритуал выглядел неаккуратно: мел, кровь, грязь, — но Гарри не заметил ничего подозрительного. Тем не менее он внимательно изучил каждую запись, понимая, что любая ошибка с их стороны может привести к тому, что Драко пострадает или Волдеморт узнает, что они делают.       Громкий взрыв, раздавшийся в дальней части комнаты, отвлёк Гарри от его мыслей. Он встал и поспешил в более тёмные и мрачные места — туда, где они с Томом не прибирались. Вода плескалась вокруг его ботинок, а через каждые несколько шагов попадались кости мелких животных.       — Том?! — позвал Гарри, и его голос эхом разнёсся по помещению.       — Здесь, — крикнул Том в ответ. Гарри успокоился, услышав голос Тома.       Слизеринец стоял в большом туннеле, пол вокруг него был усеян подпалинами. Над ним парили несколько светящихся шаров, освещая пространство. Кости и обломки, покрывавшие большую часть пола в комнате, были убраны, и теперь там было чисто и просторно.       — Что ты делаешь? — спросил Гарри.       — Подготавливаю место для ритуала.       — Взрывая все вокруг?       — Я выпускаю пар.       — Ну ладно…       Том, похоже, не горел желанием вдаваться в подробности, поэтому Гарри решил сменить тему.       — Я просмотрел твои записи. Кажется, всё в порядке. Мы сможем провести ритуал сегодня, если Драко будет свободен.       Пока Гарри говорил, по туннелю пробежала крыса. Том поднял палочку, и от крысы осталась лишь обугленная дыра, сопровождаемая хлопком и яркой жёлтой вспышкой.       — Мерлин, Том!       — Это проклятие крепитации. Я давно хотел его опробовать.       — Ну, его не стоит испытывать на людях, — сказал Гарри. Том лишь хмыкнул в ответ, перебирая пальцами палочку.       — Разве ты не должен пойти за Драко? — спросил Том.       — Я могу. Ты собираешься попросить по-хорошему?       — Вероятно, нет.       — Матч по квиддичу окончен. Я весь день помогал тебе с нашими проектами. Почему ты сейчас злишься на меня? — наконец спросил Гарри.       Том наконец повернулся и посмотрел Гарри прямо в глаза.       — Я на тебя не злюсь.       — Тогда почему ты злишься?       На секунду Гарри показалось, что Том снова замолчит и откажется отвечать. Но потом парень вздохнул.       — Мне не нравится, что Волдеморт у тебя в голове.       — Мне это тоже не нравится, но я не собираюсь устраивать кровавую бойню с крысами.       — Иди за Драко.       Гарри демонстративно закатил глаза и зашагал прочь. Это не было ссорой — просто напряжение нарастало, но этого было достаточно, чтобы вывести его из себя. Ему не нравилось, когда Том был не в духе. Особенно когда Том отказывался объяснять причину. Оставалось надеяться, что ритуал пройдёт успешно и всё вернётся на круги своя.       Гарри не знал, который сейчас час, поэтому решил сначала заглянуть в Большой зал и проверить, там ли Драко, а потом уже идти в подземелья. Воскресный завтрак был неспешным, студенты приходили по мере того, как шло утро. Несмотря на то, что уже почти наступил полдень, несколько студентов всё ещё сидели за столами, завтракали и обсуждали вчерашний матч по квиддичу.       Драко не было за столом Слизерина, но, когда Гарри повернулся, чтобы уйти, кто-то окликнул его по имени.       — Вот ты где, Гарри! — воскликнула Гермиона. Она бросилась к нему, а Рон последовал за ней. Они оба выглядели не слишком довольными. — Мы тебя повсюду искали!       — Тебя не было в постели, когда я проснулся, — сказал Рон. — Никто в Гриффиндоре тебя не видел.       — У меня были проблемы со сном.       — И что, ты просто ушёл? — спросил Рон. В его голосе послышалось раздражение.       — Да, так и было. Не понимаю, в чём проблема. — Гарри устал от недосыпа и был на взводе из-за поведения Тома. Меньше всего ему хотелось иметь дело с раздражённым Роном.       Гермиона, почувствовав нарастающую враждебность, вмешалась.       — Мы просто волновались за тебя, Гарри. Ты исчез, и мы забеспокоились. Может, в следующий раз оставишь записку?       Гарри тут же почувствовал себя ужасно.       — Так и сделаю, — пообещал он. — Мне правда жаль, что никого не предупредил. Я не подумал.       Рон наконец расслабился.       — Всё в порядке, дружище. Не хочешь присоединиться к нам за завтраком? Э-э-э, обедом?       — Извините, я ищу Драко.       — Зачем он тебе? — спросил Рон.       Гарри уже собирался ответить, когда мимо него, громко хихикая и краснея, прошла группа гриффиндорок.       — Просто работаем вместе над проектом, — пробормотал Гарри. Он повернулся, чтобы уйти, намереваясь поискать Драко в гостиной, но споткнулся о стоявшую перед ним девушку.       — О, прости!       Гарри протянул руку, чтобы поддержать её. На ней была мантия Гриффиндора, и она показалась ему смутно знакомой. Может быть, она училась на одном курсе с Джинни? Хотя она могла быть и младше.       — Всё в порядке. На самом деле я как раз хотела с тобой поговорить. Ты вчера отлично сыграл.       — Спасибо. Эм, прости, как тебя зовут? — не удержался от вопроса Гарри.       — Ромильда Вейн, — она похлопала ресницами. — Гриффиндору повезло, что ты вернулась в команду.       — Верно, — Гарри оглянулся через плечо на Рона и Гермиону. — Увидимся за ужином, да?       — А ты расскажешь нам, как прошёл твой день, — ответила Гермиона таким тоном, что стало ясно: это было не предложение.       Гарри обошёл Вейн и наконец спустился в гостиную Слизерина. Он поймал на себе несколько холодных взглядов слизеринцев, которые всё ещё были расстроены из-за матча, но никто не осмелился с ним заговорить.       Драко сидел с Абраксасом и Альфардом, разложив на столе пергамент для занятий. Все они подняли головы, когда Гарри подошёл.       — Привет, Гарри, — поздоровался Альфард. — Не хочешь начать писать эссе по трансфигурации? Мне бы не помешала помощь, а Абраксас не даёт мне списывать.       — Списывание не помогает, это обман, — ответил Абраксас.       — Возможно позже. Вообще-то я здесь из-за Драко. Том хочет с ним встретиться.       Все трое переглянулись, и Драко стал ещё бледнее, чем обычно.       — Что ж, было приятно познакомиться с тобой, Драко, — сказал Альфард, хлопая Драко по плечу.       — Альфард! — упрекнул его Абраксас. — Я уверен, с ним всё будет в порядке!       Альфард пристально посмотрел на Драко.       — Если дела пойдут плохо, просто спрячься за Гарри. Я всегда так делаю, когда Том злится на меня.       — Том не злится на Драко, — сказал Гарри, слегка покривив душой. — Это просто для проекта.       — Проект, — повторил Драко, и его глаза расширились. — О. Сейчас?       — Да, сейчас.       Драко поспешил собрать свои вещи, прежде чем понял, что проще просто оставить их на столе. Он выглядел напряжённым, но Гарри не знал, как помочь ему расслабиться. Гарри повёл его в женский туалет, пытаясь придумать, что сказать Малфою. До прошлого года они никогда не были друзьями и даже не проявляли друг к другу доброты. И хотя Драко много времени проводил со слизеринцами из прошлого, они с Гарри никогда не оставались наедине.       — Куда мы направляемся? — наконец спросил Драко, нарушая молчание.       — Тайная комната.       — Тайная комната? Ты имеешь в виду ту самую Тайную комнату? — Драко, похоже, был на грани паники.       — Да, а теперь говори тише. Василиск уже мёртв, так что тебе нужно беспокоиться только о Томе.       — Он нашел способ избавиться от ЭТОГО? — спросил Драко, многозначительно взглянув на свою левую руку.       — Том думает, что нашёл компромисс. Нам нужно это проверить. Он объяснит подробнее.       Они подошли к женской уборной, и Гарри собрался войти, но Драко схватил его за руку.       — Ты не можешь туда войти!       — Вход там, — ответил Гарри, вырываясь из хватки Драко.       — Вход в Тайную комнату находится в женском туалете? — спросил Драко.       — Это был не мой выбор. Я не знаю, о чём думал Салазар Слизерин, — Гарри покачал головой. — Всё должно быть в порядке. Это туалет Плаксы Миртл, так что девочки там бывают редко.       — Вы с Реддлом часто пробираетесь в женские туалеты? — спросил Драко. Его голос слегка дрожал, он пытался скрыть волнение, пока Гарри подводил их к раковине и шипел на изображение змеи. Раковина опустилась, открыв потайной вход в Тайную комнату.       — Только чтобы выбраться из замка. После тебя. — Гарри указал на дыру, и Драко уставился на него так, словно тот совсем спятил.       — Я туда не прыгну!       — Что ж, тогда твоя маленькая татуировка останется с тобой навсегда.       Драко нахмурился.       — Ты первый.       — Ладно.       Гарри пожал плечами и шагнул в трубу. Она выплюнула его в туннеле, и через мгновение появился явно взволнованный Драко. Он отряхнул мантию и огляделся.       — Так это и есть Тайная комната? — В его голосе слышалось лёгкое разочарование, как будто он ожидал, что наследие Салазара Слизерина окажется не таким мрачным. В этом году Гарри довольно хорошо ладил с Драко, но в глубине души тот всё ещё оставался слизеринцем до мозга костей.       — Да. Мы с Томом сделали небольшой ремонт. Раньше здесь было больше костей.       Насколько было известно Гарри, в Тайной комнате не было человеческих костей. Но Драко не нужно было об этом знать.       Том и Гарри заранее обсудили все «за» и «против» приглашения других в Тайную комнату. В конце концов, это было их личное пространство. Но Том и Гарри были единственными обладателями дара парселтанга в замке, поэтому, хотя о Тайной комнате знали многие, войти в неё можно было только с разрешения Тома или Гарри. Тем не менее они не хотели объявлять о местонахождении Тайной комнаты на всю школу. Драко был исключением.       Гарри повёл Драко туда, где оставил Тома. Реддл стоял в большом зале, скрестив руки на груди, и смотрел на руны, нарисованные мелом на полу.       — Нашёл Драко, — без всякой необходимости объявил Гарри.       — Ты долго возился. Что случилось? — Драко вздрогнул от шипения Тома, в чём, вероятно, и заключалась суть.       — Постоянно натыкался на людей, которые хотели поговорить. Ничего примечательного.       — Драко Малфой, — сказал Том, переходя на обычный английский. — Ты всё ещё хочешь избавиться от своей Тёмной метки?       — Да, милорд.       Гарри фыркнул. Он никогда не понимал, почему Том хотел, чтобы люди обращались к нему с таким нелепым титулом. Одно дело, когда «лордом» называли Волдеморта, взрослого змееподобного мужчину, но слышать, как так обращаются к шестнадцатилетнему парню, было просто смешно. Тем не менее Драко был не единственным, кто до сих пор использовал этот титул. Терон и Абраксас оба обращались так к Тому наедине.       — Мы разработали ритуал, который должен изменить верность Метки с Лорда Волдеморта на меня, — продолжил Том. — Это должно быть безболезненно для тебя и незаметно для него.       — Какую верность вы от меня потребуете? — нерешительно спросил Драко.       — Я смогу призвать тебя в любой момент и причинить тебе боль, если ты меня подведешь. Если ты дашь мне клятву или обещание, ты должен будешь выполнить их в меру своих возможностей, а если ты когда-нибудь предашь меня, то сильно пострадаешь.       И без того бледное лицо Драко побледнело ещё сильнее. Гарри закатил глаза.       — Том не сможет причинить тебе вред, пока ты учишься в Хогвартсе, Драко, — сказал он. — Он дал замку клятву не причинять вреда ученикам. Если он нарушит её, то лишится статуса беженца, и Министерство с радостью возьмёт его под стражу.       Том сердито посмотрел на Гарри, но решил не обращать на него внимания, как будто тот ничего не говорил.       — Я считаю, что это справедливый обмен. Лорд Волдеморт ненадёжен, нестабилен, слишком эмоционален и не видит реальности той жизни, которую он для себя создал. Я гораздо более безопасный союзник в грядущем конфликте.       — Согласен, милорд, — сказал Драко, слегка поклонившись.       — Тогда начнём.       Хотя Тёмная метка не была связана с кровью Волдеморта, она была связана с кровью Драко, поэтому им нужно было смешать образцы его крови с каким-то особым зельем, прежде чем нанести на пол ещё несколько рунических знаков. Как только были нанесены новые знаки, пол начал слабо светиться, и Гарри почувствовал, как вокруг них закружилась магия. Он отошёл в сторону, позволив Драко и Тому завершить ритуал самостоятельно.       Ритуалы были традиционной формой магии, которая вышла из моды после того, как были открыты новые заклинания и зелья. Они требовали много времени и терпения, и их нужно было менять в зависимости от малейших изменений. Но когда дело касалось магии крови или души, ритуалы были лучшим выбором.       Но это не значит, что они нравились Гарри. Он старался не обращать особого внимания на слова, которые произносил Том, или на используемые зелья. Несмотря на то, что они находились в совершенно разных местах, всё это слишком сильно напоминало ему кладбище. А после тех снов, которые ему снились…       — Готово, — объявил Том.       Магия в комнате затихла, а символы на полу исчезали. Том и Драко по-прежнему стояли на месте и выглядели как ни в чём не бывало.       Драко закатал рукав и посмотрел на Тёмную метку. Она выглядела как обычно, но, когда Том протянул руку и коснулся кожи вокруг неё, метка скрутилась и сдвинулась.       — Спасибо, — выдохнул Драко. — Спасибо.       — Если ты кому-нибудь расскажешь о Тайной комнате, твоё тело найдут за пределами Хогвартса, таинственным образом выпотрошенным.       — Понятно, — сказал Драко. Эта угроза казалась ничтожной по сравнению с тем, что он пережил под гнётом Волдеморта. Он повернулся к Гарри. — Поттер, спасибо тебе.       — Не нужно говорить об этом с таким выражением лица.       На губах Драко появилась искренняя улыбка.       — Говорить тебе что-то приятное всегда будет больно.       — Убирайся, — сказал Том.       Гарри проводил Драко до выхода, а затем вернулся в кабинет, где скрылся Том. Несмотря на успех ритуала, Том выглядел расстроенным. Он нахмурился и ссутулился в кресле. Том никогда не сутулился.       (За исключением тех случаев, когда он сидел в приюте на кровати, читал книгу и был без рубашки, потому что из-за летней жары всё здание превратилось в сауну. Он так расслабился во время их второго совместного лета, так радовался тому, что может просто сидеть рядом с Гарри).       Эта картина вызвала у Гарри волну ностальгии, и он решил отвлечь Тома от того, что творилось у него в голове. Он подошёл и сел Реддлу на колени.       Том поднял на него взгляд, слегка удивившись, когда Гарри пригладил его волосы. Ему нравились волосы Тома. Они всегда были такими идеальными, даже когда были растрёпаны.       — Я могу вам помочь? — с усмешкой спросил Том.       — Не знаю. Ты собираешься рассказать мне, что тебя так отвлекает?       Слизеринец нахмурился.       — Мне казалось, мы уже говорили об этом.       — Нет, я спросил тебя об этом, а ты отмахнулся. Но что бы это ни было, ты явно обеспокоен.       Гарри наклонился вперёд, и их лбы почти соприкоснулись. Руки Тома расслабленно лежали на бёдрах Гарри. Кресло было трансфигурировано с расчётом на одного человека, поэтому Гарри было довольно неудобно сидеть верхом на Томе, но он не обращал внимания на дискомфорт и сосредоточился на этих тёмно-карих глазах.       — С чего ты взял, что заслуживаешь знать, что творится у меня в голове? — спросил Том.       Он откинул голову на спинку стула, отвернувшись от Гарри.       — Ты путешествовал во времени ради меня.       — И ты думаешь, что это что-то значит?       — Я знаю, что для тебя это что-то значит.       — То, что ты кажешься мне более терпимым, чем остальные идиоты-студенты, не означает, что я хочу делиться с тобой каждой своей мыслью.       — Я просто пытаюсь помочь, — сказал Гарри, начиная защищаться. Он не знал, почему Том так раздражён и почему он весь день был сам не свой, но ему это начало надоедать.       — Может, тебе стоит смириться с тем, что мне не нужна твоя помощь, Чудо-мальчик. Я вполне способен справиться со своими проблемами и заботами без твоего вмешательства.       Гарри слез с колен Тома.       — Хорошо. Тогда наслаждайся одиночеством.       — Я так и сделаю.       Гарри хмуро посмотрел на него, пытаясь скрыть боль, которая нарастала внутри. Он не был уверен, что сможет сказать что-то ещё, поэтому развернулся на каблуках и оставил Тома одного, как тот и хотел.