Обелиск забвения

Горячие пески танцевали под вихри, окутавшие пустыню. Под палящим солнцем, дюны меняли свои очертания. На гладких песках можно было заметить следы от обуви. Сквозь непроглядную бурю шла одинокая фигурка, окутанная в белый плащ. Мужчина медленно шёл, выставив локоть вперёд, ведь мелкий песок сильно бил в глаза. Стоял день, жар обдавал еще сильней, а так же непробиваемая буря. Хайтам не знал что будет искать. Но тот шёл уверенно, ведь знал, что на кону стоит все. Идея этого проекта ему изначально показалась абсурдной, но когда тот наконец углубился сильнее… Осознал насколько он был рад, что взялся за него. Эти невероятно тёплые глаза Кавеха, стоили всего, что тот испытывает. Пустыня Фаракхет была закрытой, но с помощью друга и конечно самой Академии, тот с легкостью смог попасть туда. И когда он наконец прошёл сквозь арку скал, с которых обильно сыпался золотистый песок, тот ощутил все торжество этого места. Сила и мощь пустыни восхищала и в тоже время, пугала. Студент не знал чего ищет, но он знал… Что здесь непременно что-то будет. Что-то, что сможет помочь ему вернуть сны Сумерцам. — Архонты лишь знают, что это за место. — брезгливо выдохнул тот, разглядывая заброшенные палатки. — Должно же что-то быть… Среди ржавых и мятых ваз, щепок досок и лоскутов тканей, тот смог найти странную страницу какой-то книги. Бегло пройдясь по ней, тот узнал в листке ту сказку, что слышал от Кавеха. Всё-таки когда-то эта история рассказывалась людям. Хайтам не стал медлить, потому отправился на поиски остальных страниц. По дороге тот встречал странного рода таблички, расписанные древним языком. Тот уже знал множество мёртвых языков, но этот разгадать не мог. Хотя что-то было знакомым. И само место, казалось очень близким и приветливым в какой-то степени. Лишение сна стало участью жителей, но те благополучно о нем забыли. Пустыня Фаракхет имела обилие доказательств существования снов. Ведь тот постоянно проходил мимо скал, обрисованными рисунками. В них рассказывалось о цивилизации, что поклонялись богини, почитая это место и свою культуру. О том, как те бережно хранили сон каждого жителя и о том… Как быстро те все потеряли. Укутанный в белые одежды, Хайтам фотографировал все, что мог найти. Статуи, наскальные рисунки и вырванные страницы. В скором времени, тот их расшифрует и добавит как один из аргументов о существовании снов. Невзирая на усталость и жару, тот продолжал работать и думать об улыбке Кавеха. — Пора бы заканчивать… С головы никак не уходили знакомые ему губы, изогнутые в мягкой улыбке. Ему очень хотелось бы увидеть радость в тех алых глазах, дать ему то, что избавит его от печали. И это было в его силах. Поэтому каждая мысль о нем, даже самая короткая, давала сил и стремления.

***

Только распустившиеся бутоны цветов вновь украшали волосы Кавеха. Влажные, золотистые локоны слегка вились, что придавало небрежной, но сильной притягательности. Хайтам не отрывал рук от макушки блондина, все больше и больше вплетая ароматные цветы, чтобы улучшить всю композицию. — Не знал, что у тебя столь огромный интерес к моим волосам. — усмехнулся Кавех, приподнимаясь чтобы чмокнуть того в нос. — А я думаю, твою шею хорошо украсит наш жемчуг… Таким же цветом как твои волосы. Студент слегка улыбнулся, обнимая того. Наконец усадив его по удобнее, тот вновь заметил, как его хвост быстро усыхает, обращаясь в ноги. Теперь на его коленях восседал прекрасный мужчина… Обнаженный. Это вызвало у того хитрый прищур. Студент пошарил рукой корзину с фруктами, где завернул одну из своих рубашек. — Очень продуманно с твоей стороны. — подметил блондин, целуя его губы. — Цветы, фрукты… Вино. У людей это называется свиданием? — Именно. — прижался носом в его шею, вдыхая свежий аромат цветов и морских песков. Рубашка была полностью распахнута, что вовсе их не смущало. Кавех довольный, зарылся рукой в волосы студента, прижимаясь ближе. Хайтам аккуратно поднялся на ноги, подхватывая любовника. Тот прошёлся пару шагами до высокой лозины, создавшая своими листьями некую затворь. Свободной рукой тот отодвинул свисающие ветви, пробираясь под зелёный купол. Мелкие светлячки танцевали под ветками дерева, освещая все. Под ногами тот почувствовал мягкий и слегка влажный мох, обсыпанный листьями. Конечно Хайтам заранее позаботился обо всем, потому Кавех мог заметить лепестки разных цветов, усыпанные внизу. Студент аккуратно приземлился на эдакую простынь листьев, укладывая блондина на спину. Не смотря на всю умелость Кавеха, тот не очень хорошо мог передвигаться на ногах, потому Хайтам с радостью помогал ему. Губ этого ангельского создания, коснулась очень сладкая улыбка, манящая студента ближе. — Не знал, что ты тут все обустроил. — положил руки тому на плечи. — Однако не привычно с ними… — кивнул на свои ноги, слегка разгибая одну коленку. — Со временем научишься. — аккуратно чмокнул того в висок, проводя ладонью по его рёбрам и пупку. Руки Кавеха чуть сжали плечи, а после послышался тяжелый вздох. Эта лесная атмосфера очень грела, а особенно присутствие этого человека. Сейчас он ощущал странную истому наслаждения и лёгкое желание большего. Хайтам чуть выпрямился, избавляясь от рубашки, не отрывая глаз от рубинового взгляда Кавеха. У них не было дикого желания друг друга, сильного возбуждения, они наслаждались каждым мгновением друг друга. Каждый их вздох, взгляд и сантиметр уже наполнял обоих гаммой чувств. Просто компания друг друга приводила их в неописуемый восторг. Казалось они могли слиться в единую частичку, настолько те дополняли друг друга. — Все же… Люди прекрасны. Но ты, — притянул студента ближе. — прекраснее всего на этом свете. И снова сладкий поцелуй, горящий. Руки вновь зарываются в пшеничные волосы, от чего пара, ещё влажных цветов, падает на одеяло мха. Уже жадно упиваясь поцелуем друг друга, те исследовали руками каждую клеточку тела. Внутри стало разгораться новое чувство. Очень яркое и горячее, а ещё больше, нарастающее с каждым мгновением. Кавеху эти ощущения были совсем неизвестными, но почему-то с Хайтамом, такими сладкими и тёплыми. Пальцы мужчины аккуратно спускались вниз, обхватывая Кавеха и чуть сжимая. Потому разом последовал лёгкий, нежный стон. Губы медленно блуждали о накалившуюся грудь блондина, захватывая бусинки на груди губами. Пальцы Кавеха аккуратно сжимали макушку Хайтама, зарываясь все глубже и глубже. — Люди здесь так чувствительны. — вздохнул златовласый, ощущая тёплую руку внизу. Сам студент уже изнывал от тяжести в штанах, а так же пересохшего горла. Но дрожащее тело Кавеха сводило с ума. Тот был мягок и аккуратен, не спешил. Пальцы медленно пронеслись чуть ниже, обводя, плотно сжатое, колечко. И снова те ощущали биение сердц друг друга, что синхронизировались. Головы их опустели, как и мысли испарились, осталось лишь влечение. Желание друг друга… Легкое мычание со стороны Кавеха слегка пробудило Хайтама от забвения, когда пальцы слегка просочились внутрь. Ноги того подрагивали, чуть сильнее разводясь. Вновь студент обсыпал шею и ключицы отрывистыми поцелуями, уже глубже вбираясь внутрь. Гул леса дополняли не сильно громкие мычания блондина, утопавшего в томном наслаждении. Сам же тот все сильнее ощутил насколько сильно возбуждён и изнывает от предвкушения. Истома била по нему, все глубже вбирая пальцы студента. Стало ещё жарче, рубашка облепляла его спину. Высшей точкой стало легкое движение пальцев, что чуть растягивало, уже менее напряжённое, кольцо. Глаза зажмурились, а щеки все сильнее пылали. — Расслабься… — выдохнул Хайтам, вновь целуя того за ухом. — Ты дрожишь… Кавех слышал все через пелену, ведь ничто кроме пальцев внутри его так сильно не волновало. Все внимание было сосредоточено лишь на них, а какие-либо моральные мысли отходили на второй план. Блондин дрогнул, когда пальцы медленно освободились от этих «пут». Туман в глазах немного растворялся, лишь свет этих бирюзовых бусин не давал тому утонуть сильнее в чувствах. Руками студент не быстро спустил штаны, наконец прекращая ощущать это тяжёлое давление. Руки слегка дрожали, мысли путались между собой, но силуэт этого ангельского лица, все так же оставался четким. Руки легли на его бёдра, сжимая их. Кавех поддаваясь движению, лишь сильнее расставил коленки, позволяя разглядеть себя. Руки его сжимали толстый мох, а кончики ног дыбом впивались вниз. Студент склонился сильнее над ним, оглядывая изнывающее лицо, что заставило его улыбнуться. Кавех только и томился в ожидании и наконец ощутил его. Выделившаяся влага студента обволокла отверстие, давая легко проникнуть внутрь. Жалобное мычание звонко понеслось по всему лесу, заставляя Хайтама замереть. Наконец тот ощутил это сильное давление внутри и жар. Раскрыв глаза, Кавех жадно глотал воздух ртом, смотря прямо в эти тёплые и туманные глаза. Улыбка озарила лицо блондина. Наконец он беззвучно, губами что-то сказала Хайтаму, что сподвигло того продолжить начатое. Выгнутая спина Кавеха, его протяжный вздох, все только сильнее раззадорило студента. И тогда Кавех ощутил как внутри становилось все теснее и теснее. Хватая губами его вздохи, Хайтам замер, сосредотачивая его внимание на себе. Кавех неуклюже блуждал руками по его спине, впиваясь когтями в кожу. Студент крепче прижимался к нему, одурманенный запахом лилий. Почти все цветы осыпались, оставляя в волосах лишь небольшие лепестки, а звенящие ракушки, дрожали вместе с ним. Освободив губы, блондина вжали в тёплый мох, наконец продвигаясь внутрь. Очень звонкие и чарующие стоны ударялись об деревья, камни и пруд, создавая эхо. Хайтам одурманенный наслаждением, наращивал силу и темп, не давая тому сделать более глубокого вдоха. Что до Кавеха… Удивительная дрожь внутри и горящие толчки, придавали безумную истому. Все это в разы усиливала эта непривычность, в нижней части туловища. Едва тот научился ходить, а уже принимает внутрь человека. Перед глазами обоих метались искры, уши улавливали каждый вдох и стон друг друга, пальцы сжимали до слабых гематом, а губы жадно тянулись и вплетались в поцелуй. До чего же застало врасплох Кавеха сам пик наслаждения и тот уже ощущал свой влажный и липкий живот. Когда Хайтам наконец издал чуть более протяжный вздох. Внутри будто все распирало, горело ещё сильнее, а так же было… Невероятно влажно. Ещё пару движений и тот наконец замер. Сбивчивое дыхание обоих опаляло друг друга. И когда те встретились взглядами… Вновь ощутили это странное тепло в груди. Слишком сладкое и зыбкое. Как и желание прижаться посильней.

***

— На этом мой проект закончен. — уверено и звонко огласил студент. Аудитория была погружена в глубокую тишину. Мудрецы и учёные недоуменно оглядывали друг друга. Конечно те были готовы к, не самому привычному, формату. Но они нисколько не ожидали такой серьезности по отношению к… К сказкам. И все же аудитория озарилась одним хлопком. — Да, тематика была для тебя вовсе не привычной. И мы все просили подойти к ней со всей ответственностью. — подметил тот, вставая с места. — Я хочу отметить, что аргументы и факты имеют историческое происхождение. Ведь всем известно о твоем походе в пустыню. — Именно. — скрестил руки на груди, оглядывая всех присутствующих. — Хочу уверить вас всех, в том, что сама суть снов не бессмысленна. Ведь никому не секрет, что в детстве мы все видели их. И проведя исследования, я пришёл к единственному выводу — каждый из нас начинает забывать о снах. Аудиторию вновь повергло молчание. Лишь довольная улыбка мудреца была направлена в сторону ученика. Хайтам только мог недоверчиво выгнуть бровь и снова получить серию хлопков. Лёгкий смех и старик подходит к нему ближе, ставя руку тому на плечо. — Проект сдан. Молодец. — звонко ответил тот, уже оборачиваясь на публику. Тот все же ощущал странное чувство внутри. Непонимание. Неуверенность. Он не думал, что все могло пройти настолько легко и быстро. Остальные ученные не сильно спорили с решением, но было отчётливо видно их неуверенность. Однако после защиты, тот наконец остался наедине с мудрецом. — Я знал, что ты справишься. — уселся за стол, приступая к своей работе и поглядывая на недоумевающего студента. — Когда-то я прогуливался по заброшенному этажу Даэны и наткнулся на книгу. Очередная сказка, одна из тысячи таких же, чтоб были брошены там. Там говорилось о мальчике, что путешествовал во сне… Занятная история. — Вы знали… — медленно прошептал Хайтам. — Поняли, что всё-таки они есть. Мудрец улыбнулся, поправляя очки. Его взгляд метнулся на полку, где виднелся корешок старенькой книжки. — После прочтения, меня настигло странное чувство. Я начал изучать это и так же пришёл к той истории пустыни. — вытянул из полок стола какую-то тонкую книжку. — А потом наконец нашёл вот это. Все что мы оба так рьяно собирали и изучали, все было описано тут. — на это студент лишь похлопал глазами. — Ко мне вернулась память о снах… Я знал что ты сможешь все сам расставить по местам. Это было хорошей идеей вернуть былое величие Вахуман и наконец показать Сумерцам, чего они лишились. Тот не мог подобрать слов. Ведь изначально его втянули в хитрый план. Где исход был одним. В какой-то степени тот почувствовал забаву от того, насколько это был предсказуемо. Однако губы растянулись в довольной улыбке и благодарности. Он никогда не придавал значения такому понятию, как «судьба». Но после осознания, как все эти действия, желание и ум, привели его к тому… Что тот обрёл. Это слово имело большее для него значение.

***

И снова знакомый щебет птиц сопровождал Хайтама, несущего знакомую ему корзину. Непроглядное небо накрывали пуховые облака, а палящее солнце, блестело на глади ручья. Вдали сверкал знакомый ему силуэт. Невероятной красоты блондин, облачённый лишь в одну белесую рубаху, восседающий на камне. Тот радостно обмакивал ноги в очень мелкую речку, звонко смеясь. Ноги студента сами понесли его чуть быстрее, чтобы поставить корзину на ближайший булыжник и подхватить настолько любимого Кавеха. Дни текут так же, как и вода в ручье. А чувства и любовь, подобно солнцу, не прекращают своего блеска. И даже разделявшие друг друга целые миры и время… Одно останется неизменным: — Ты моё всё!