Нейлоновая страсть

— Взрослые люди, — вскидывает руки Джесс, выводя обоих из медпункта. — Я же сказал, что случайно, — шипит Тэхен, зажимая раненую руку. — Заткнись, пока я тебе вторую не вывернул, — рявкает альфа, нервно шагая вперед с мешком льда на лбу. — Куда пошел, у вас сегодня планирование, — кричит вслед девушка. — Я с этим придурком работать не собираюсь, — орет в ответ, открывая машину. — Нас хоть довези до студии! — Сами добирайтесь, — хлопает дверью, оставляя пыль столбом за своим Маклареном. Тэхен присвистывает. — Вот характер, — чертыхается Гилберт, поворачиваясь к Тэхену. — Прости, Тэ. Он иногда неадекватный. — Да я привык давно, — машет здоровой рукой. — У меня моя недалеко припаркована, умеешь водить? — Умею, пошли, — вздыхает, поглаживая парня по спине. — Псих. — Не то слово.

***

— Нет, — отвечает мужчина, перебирая бумаги. — Я же говорил, что он будет его нахваливать, — вздыхает, откидываясь на спинку кресла. — Дело не в Шоне. Я и с Тэхеном поговорил тоже. Посмотрел его работы, портфолио. Парень невероятно креативный. К тому же никаких кровных связей ни с одним представителем администрации университета у него никогда не было, — чеканит, в упор смотря на Чонгука. — Ну, соврал немного. — Иди с глаз долой, бездельник. Расписание забито под завязку на три месяца вперед, а ты здесь херней страдаешь. — Это серьезная… — Чонгук! Вали на хрен отсюда!

***

Всеми силами, правдами-неправдами, шантажом и риском, но усадили альфу за общий стол, где сидели остальные ребята, а во главе стоял Тэхен у панорамной, распинаясь с перебинтованной рукой. И он сидит здесь, как идиот со льдом у шишки на лбу. — Так, начинаю я с вами, парни, потому что релиз вашего альбома запланирован на май. А это уже не за горами. Я прочел текст главного трека, прослушал запись, и пока пришла одна конкретная идея. — Поднимает со стола книгу. Чонгук щурится, разглядывая. Стонет внутри, закатывая глаза до небес. Он реально издевается. — Кто-нибудь из вас читал книгу «Демиан» Германа Гессе? — спрашивает, смотря на одного конкретного человека. Ребята переглядываются, отрицательно качая головой. Чонгук скрипит челюстью, смотря прямо. — Чонгук? — переводит дыхание, сжимая кулаки под столом. Медлит. — Читал, — говорит нехотя. — Вернее, мне читали. Голос немного подводит в конце, и он прокашливается, продолжая упрямо смотреть перед собой. Парни неловко поглядывают друг на друга из-за напряжения между этими двумя. Тэхен улыбается, кивая. — Хорошо. Расскажешь, в чем заключается ее основная идея? — Мы на уроке литературы? — психует. — Сам никак не справишься? — Чонгук, — осекает Намджун. Младший нервно передергивает плечами, снова отворачиваясь. — Это история взросления и становления юноши, который шаг за шагом все дальше отходит от лицемерных норм общественной морали и все яснее открывает для себя глубинное темное «я» — свободное, неподвластное царящему вокруг добродетельному фарисейству, — говорит сам, перебирая свои бумаги. — Основной акцент на Демиане. Демиан является своеобразным проводником для главного героя, своей философией и гармонией между миром добра и зла, — замолкает, поднимая взгляд на команду. Все смотрят на него, кроме одного человека. — Демиан — вот концепт к вашему альбому. — Чонгук прыскает, откидывая голову на спинку. — Напомни, почему тебя взяли? — Хватит, — на этот раз шипит Джин, строго смотря на Чона. — Не суди книгу по обложке, — чеканит Тэхен, переводя на панораму презентацию и раздавая каждому по документу с их линией персонажа. — Первая локация: огромный исторический музей в центре города, сегодня я был там. Идеальное место для съемок подобного концепта. Вторая: крыша Калифорнии-плаза, не будем смешивать, там будет съемка отдельная. Третья локация: Юниверсал-Студиос Голливуд. Четвертая: возле самого знака. И пятая: Санта-Моника. Там будет проходить одна из важных частей клипа — взрыв, — заканчивает, оборачиваясь к ребятам. — В смысле, взрыв? — нервно посмеивается Чимин. — В прямом. Взрыв. — А с хромакеем никак? — спрашивает Джин. — Хромакей и так будет в большинстве кадров, но именно для этой части нужен качественный фрагмент. — Ты из ума выжил? — снова влезает Чонгук. — Это тебе полигон? — Я уже обговорил это с Шоном и с владельцами территории, все будет под контролем. — Ты вообще делал это раньше? — Я бы не предлагал, если бы не делал, — хмурится, начиная злиться. — Ты из Кореи или из мусорки, Чон Чонгук? Есть малейшее понятие о том, как делать качественную картинку? Ты думаешь, зеленый фон поставил и все, сложил ручки? — Мы не в Корее, — чеканит. — Это неважно, — шипит в ответ. — Ты должен выкладываться на все двести процентов, вне зависимости от того, в какой стране находишься. Тем более для артиста вашего уровня. Альфа замолкает, фыркая. Омега выпрямляется, смотря на остальных ребят. Те боязливо поглядывают на него, словив атмосферу университетского периода, когда Тэхен был президентом студсовета. — Ознакомьтесь с сюжетом, я вам провел максимально краткий курс предстоящей работы. Съемки начнутся через три дня. На месте быть вовремя, визажистам и стилистам мозги не делать, молча сидите, они вас красят и одевают. Без истерик. — Смотрит на конкретного человека. — Если у кого-то не получается, сообщаете заранее, мы снимаем эпизод с другим участником. Детали вышлю электронно. Задвигает стол, собирая бумаги и ноутбук одной рукой, Джин помогает, соскакивая с кресла. — Спасибо, хен. — Идет на выход, оставляя их одних. Парни сидят в тишине. — Пиздец.

***

Чонгук хочет утопиться. — Просто вдохни в легкие, — снова пробует Ким, показывая, как это делать. — Нельзя заменить меня Чимином? Он курит больше, чем дышит, — тыкает рукой на Пака с перевязанными глазами. — Нет, у каждого своя роль, никого не будем менять. Ни разу не курил, что ли? — хлопает по бедрам обреченно. — А должен был? — огрызается, психуя. — Иди сюда, спортсмен хренов, — подзывает, вбирая в легкие зеленый дым. Чонгук морщится, не торопясь приближаться. — Зачем? — Тот подходит сам, хватая его за шею и вдыхая дым ему в рот. Чонгук застывает, впериваясь взглядом в омегу. В сантиметре от своего лица. Тот быстро зажимает ему рот, давая знак оператору, и поворачивается снова к нему. — Держи во рту, выдыхай красиво, как я показывал, — хлопает в ладони, отбегая от камеры. — Один, два, три, начали! — выпускает дым, поднимая голову. Перед глазами до сих пор его лицо в сантиметре от своего. Бред. — Снято! Следующий кадр! Прыжки с террасы, взрывы возле фонтана, провалы между этажами со страховкой, грим, сцены с органом… Все разъезжаются в три ночи.

***

— Ты совсем ебнулся? — орет, не стесняясь в выражениях. — Чонгук! — снова встревает Намджун. — Что? Это не ты сейчас полетишь с 52 этажа! — Ты с надежной страховкой, — терпеливо объясняет Ким. — Ты меня ненавидишь, я понял, — кивает злобно. — Я подобрал эту сцену для тебя, потому что знаю твое влечение к адреналину, хватит притворяться. Ты и с сотого полетишь, у тебя нет страха высоты, — утверждает Ким. Чонгук раздраженно толкается языком в щеку, упираясь руками в бока. — Если не хочешь, можем заменить сцену, конечно, — пожимает плечами Тэхен, строя невинный взгляд. Чонгук цыкает на него, корча рожу. — Если не хочешь, можем заменить сцену… — повторяет писклявым голосом. — Если я сорвусь, я тебя прикончу с того света. — Не сорвешься, все под контролем, — улыбается. — Крышей поехал со своими клипами, — ворчит, пока его крепят на страховые тросы. Прыгнул. Потом сам просился прыгнуть снова, пока остальные снимают свои сцены. — Больше бурчал, — качает головой Тэхен, улыбаясь. — Как будто я не знаю тебя.

***

Взрыв раздается снова, пугая до чертиков участников, которых снимают прямо на фоне. Всех, кроме Чонгука. — Думал, будет более устрашающе, — говорит спокойно, смотря отснятый материал. — Гонишь? Я чуть в штаны не наложил! — возмущается Джин. — Начали! — снова голос Тэхена на фоне. — Хах, — усмехается, оценивая кадры на записи, — эффектно вышло. — Еще бы. Ким знает свое дело. Оборачивается на названного. — Снимаем в такт битам. Камера отдаляется-приближается, я снова объяснять это должен?! — возмущается в рупор. — Не разочаровывайте меня, парни. Хмыкает. Не поспоришь.

***

Насыщенная неделя проходит, клип готовится к релизу, Шон попискивает в восторге от конечного варианта монтажа. Группа не спит ночами, готовясь к выступлению сначала на «One the show», для BBC, потом на Coachella-fest. И мировой тур длиною в месяц. Все проходит в бешеном темпе, но ребята, привыкшие к такому ритму жизни, чувствуют себя вполне нормально. — Я могу на своей, — настаивает Чонгук, нервно переводя глаза с одного на другого. — У меня всего два места, — пожимает плечами Тэхен. — Мне это не нужно, — рычит. — Чонгук, лучше на машине Тэхена. Твой Макларен привлекает слишком много внимания. Тебя засекут мгновенно, — предупреждает Эрик — организатор. — Я просто сяду с ребятами, в чем проблема? — Они уехали уже, проснись. Мы ведь раньше времени едем, в запасе еще неделя до лайва. Да и чего ты упираешься? Тэхен тебя с ветерком довезет, 72 мили всего. Тэхен кивает, невинно смотря на Чонгука. Альфа с подозрением смотрит на него. — Я не поеду с ним в одной тачке. — Как знаешь, можешь билет на самолет взять, пролететь три минуты, заплатить две тысячи баксов, чтобы в аэропорту тебя раздавили твои же фанаты, — пожимает плечами омега, мило улыбаясь. — Давай, Гук, не тяни время, — уходит Ван. Чонгук поворачивается к Киму, хватая омегу за локоть. — Ты специально это делаешь? — цедит сквозь зубы. Тэхен невинно хлопает глазами, строя недоуменное выражение лица. — Что именно? — Не выводи меня, бестия. Я тебя знаю, — шипит. — Я всего лишь протягиваю руку помощи, — пожимает плечами. Чонгук кивает нервно, грубо отпуская локоть. — Уверен, так и есть, — раздраженно кидает рюкзак в багажник кабриолета, злобно косясь на довольного парня. — Хватит лыбиться как придурок. — Ах, счастье привалило. Если бы твои фанатки знали, с кем я еду сегодня до Долины… — Строит мечтательное выражение лица, складывая ладошки у груди. Чонгук морщится, корча рожу. — С радостью бы наблюдал, как они рвут тебя на части, — громко захлопывает крышку, запрыгивая в салон. — Эй! Понежнее нельзя? — возмущается, садясь за руль. — Заткнись и не отсвечивай. Иначе не замечу и прихлопну по дороге, — складывает руки на груди, съезжая на сиденье и прикрывая глаза от усталости. — Какие мы злые, — напевает под нос, заводя машину. Веселая будет поездка.