Нейлоновая страсть

Чонгук становится у двери, ожидая плетущегося за ним Тэхена. Нервно дергает ногой, подгоняя. — Хватит дефилировать, здесь никого нет, кроме нас. — Нужно всегда выглядеть роскошно в таких местах, здесь есть камеры, — улыбается и медленно проводит карточкой, испытывая его терпение. Чонгук смотрит на него как на идиота, раздраженно переминаясь с ноги на ногу. — Открывай, — сжимает челюсть. Проходят наконец внутрь. Чон бросает обе их сумки на пуфик, достает зарядку от телефона и ищет розетку. Тэхен же тем временем с любопытством оглядывается, оценивая интерьер. — А у тебя губа — не дура. Один собирался в таких хоромах чилить? — разглядывает огромную люстру, строя важное выражение лица. Она стоит как его почка, не меньше. — Я в душ, — бросает, уходя с телефоном в защитном чехле. Тэхен щурится. — Зачем телефон с собой? — Чонгук останавливается, поворачиваясь к нему. — Хочу музыку послушать с вашего позволения, сонбэ, — язвит, захлопывая дверь ванной. Ким ухмыляется, корча лицо. Снимает плащик, семеня к кровати, и прыгает на нее, раскидывая руки. — Не жизнь, а шоколад, — потягивается, переворачиваясь на живот. Вспоминает и тут же набирает номер. — Да, Тэ. — Лиза, привет. Слушай, если Чонгук будет спрашивать про нашу общую бронь в отеле Плаза, скажи ему, что забыла меня внести, хорошо? — Хорошо, а что случилось? Вы поселились? — Да, все нормально. Просто если он будет спрашивать. — Поняла. — Отлично, спасибо, с меня кофе, — улыбается. — Ловлю на слове, — смеется девушка, отключая вызов. Тэхен оглядывается, находит пульт и включает плазму с кондиционером. Заказывает суши с диетическими салатами в номер, успевает обследовать террасу и залезть в мини-холодильник. — Чего ты там роешься как крот. — Заходит альфа, вытирая волосы полотенцем. Тэхен не отвлекается, продолжая копаться. — Здесь кроме газированных напитков только вода без газа. Даже сока ягодного нет, — тянет досадливо, выныривая из него, поднимает взгляд и давится воздухом. Альфа стоит к нему голой рельефной спиной, ставя телефон на зарядку. На бедрах одно только полотенце, задница выделяется мокрым контуром, выглядывают ямочки на пояснице, мокрый затылок, целиком забитый рукав, капли по линии позвонка… Омега сглатывает, закрывая холодильник, бесстыдно пялится, разглядывая все в мельчайших деталях. Хорошо, что он сделал лазер, было бы неловко тянуться за очками сейчас. Чонгук ставит телефон на тумбу, оборачиваясь, и натыкается на чужой блестящий взгляд. Смотрит в ответ, позволяя себя облизывать. Омега проходится глазами по его мокрой челке на лбу, проколотым ушам и серебряным подвескам на влажной шее. Медленно опускает глаза вниз. Облизывает сухие губы. Блять. — Все? Мне можно одеваться? — спрашивает насмешливо. Омега отвлекается, промаргиваясь. — Нет, — прокашливается. — Мне плевать, я одеваюсь. — Расстегивает рюкзак, доставая свои вещи. Выжидающе смотрит на Тэхена. Тот, в свою очередь, взгляд отводить не собирается. — Либо иди в душ, либо отвернись. — Кидает одежду на кровать. Омега фыркает. — Чего я там не видел, — строит непринужденное выражение лица, махнув рукой. — И не увидишь, иди в душ. — Это номер для одного человека, дай мне полотенце. — Позвони, и тебе принесут его, — раздражается, кидая рюкзак обратно. — Уже поздно, обслуживание закончилось. — Тэхен, — цедит, — иди в душ. Я принесу тебе это тупое полотенце. — Дай мне его сейчас, я привык с полотенцем в душ заходить, — делает серьезное выражение лица, невинно моргая. Чонгук сжимает челюсть. — Тогда отвернись, — повторяет на грани своего терпения. — Мне и так нормально, если тебе нет — ты отвернись, — пожимает плечами, будто это само собой разумеющееся. Альфа со злостью хватает свою одежду с кровати и нервно шагает в ванную. Тэхен ухмыляется, смотря ему вслед, как звонит телефон, оповещая о доставке еды. — Вот и суши приехали, — напевает, открывая дверь. Чонгук заходит в комнату одетый налегке: свободная черная борцовка и такие же штаны. Тэхен сидит в одном халате с чашкой салата в руках. — Когда заказать успел? — Снимает часы, кидая на тумбочку. — Как пришли, — пожимает плечами. — Я в душ. Чонгук оборачивается, не успевает поднять глаза, как застывает там, где шел. Тэхен бросает халат на маленький диван, абсолютно, абсолютно голый доставая свою сумочку с уходовой косметикой. Выпрямляется, вставая во весь рост. Позволяя себя разглядеть. Черные глаза непроизвольно проходятся по загорелой смуглой коже от острых ключиц до щиколоток с браслетом из колокольчиков на косточках. Альфа сжимает руки в карманах штанов, непроизвольно останавливаясь взглядом на… Выдыхает шумно, поднимая горящие глаза к талии. Слегка щурится, заметив маленькую татуировку под ребрами. Кажется, надпись. Сам не замечает, как ведомый любопытством шагает к нему, хватая за пояс. Тэхен резко выдыхает, покрываясь мурашками, не роняет и доли кислорода. Чонгук внимательно разглядывает слово на английском, от удивления поднимая брови. Прямо под ребрами с левой стороны бессовестно и вульгарно расположилась надпись: pornhub. Поднимает голову к омеге, оказываясь в паре сантиметрах от его лица. Тэхен смотрит с мучительным ожиданием и желанием в глазах. Чонгук реагирует на это. Не может не. Все еще. Все еще… Не отпускает, продолжая сильно сжимать талию, большим пальцем давя на татуировку. — Что значит «во время» тебя? — спрашивает низким голосом, охрипнув на мгновение. Тэхен сглатывает, смотрит в черные радужки, опуская взгляд на губы. — Значит, во время и после тебя, — отвечает тихо, застывая в шумной тишине, смутном пространстве, где их запахи смешиваются снова. Чонгук выдыхает, проходясь языком между сухими губами. Желание импульсом отдает по венам, заставляя тонуть в истоме. — Не имеешь права ревновать, — напоминает. — Не имею, — соглашается как загипнотизированный, не отрывая глаз от чужих губ. Чонгук делает то же самое. — И не будешь. — Буду. — Нет, — ухмыляется, жадно следя за его улыбкой. — Буду, — повторяет тихо, но упрямо, — потому что ты мой. — Никогда не был, — касается его родинки на конце носа своим носом, прикрывая глаза. Тэхен дышит тяжело, открывая рот, и, облизнув губы снова, сглатывает. — Всегда был. И останешься, — говорит уверенно, забираясь под борцовку, притягивая к себе за пояс. — Ничего не будет, — сам себе противореча, вжимает в себя, проходясь широкими ладонями по голой спине. — Хочешь меня, — утверждает с закрытыми глазами, наслаждаясь его близостью. Шумный выдох на двоих, и время застывает. Остается секундная абсолютная тишина. — Хочу. Сумочка падает на пол.