АВА

Снег и ветер за окном нагоняли желание взять книгу, тёплый плед и чашку горячего чая. Я сидела напротив Андрея, немного стеснительно держа руки на коленях. Он о чем-то увлеченно думал, рассматривая что-то перед собой. Я уже хотела начать с ним разговор, как он будто услышал мои мысли и поднялся с кресла. Он прошёл к барной стойке и открыл шкафчик средних размеров, доставая бутылку дорогого коньяка. Я посмотрела на него с недоумением и заправила прядь за ухо, опуская глаза. Он будто на автомате открыл её, попутно доставая бокал. Он еще раз бросил в меня взгляд, возможно решая достать еще один, однако он взял только для себя и налил содержимое бутылки в бокал. Я посмотрела на него весьма не наигранным взглядом, когда он прошел и сел обратно в своё кресло – Что ты постоянно пьешь, Андрей? – не выдержав, наконец спросила я – Коньяк. Весьма не дешевый, и название соответствующие – отрешенно ответил он и улыбнулся – Не то, что мой братец. Пьет какое-то гавно в дешевых барах напротив Дома Культуры – И все же. В чем прелесть постоянного калсарикянни? – Постой, разве я хожу в нижнем белье? – Однако это не меняет действенного тобой метода успокоить себя – Справедливо. Но я бы предпочел оставаться любителем, нежели запущенным аристократом коньячной крови – сказать по правде, мне стало не приятно. Он так спокойно рассуждал на тему собственного алкоголизма, что я даже немного опешила "В чем прелесть этих постоянных запоев? Не понятно…" – Я никогда не понимала прелести алкоголя. Что он такого делает, что вы беспрекословно употребляете знатную бутылку… – я не знала названия, поэтому резко замолчала, заглядывая в его карие глаза – Родекса – подсказал он и отпил из своего коньячного бокала – Знатную бутылку Родекса? Что за дурацкие названия? – брезгливо бросила я и облокотилась в кресле, чувствуя себя полноправной хозяйкой этой гостинной. Его шоколадные глаза рассматривали меня из-под такой же широкой полу-блондинистой челки. Если у Вадима был чистый блонд, то у Андрея они были на пару тонов темнее, будто пепел смешали с русым и вылили на его блондинистую голову. В общей сложности у него были чуть-светлые русые густые волосы, которые были темнее волос брата на пару тонов. Мало того, что у них отличался цвет волос, у них отличались и глаза. У Вадима они небесно-голубые, будто стеклянные, в то время как у Андрея они были шоколадно-карие, цвет весенней коры дуба с примесью каштановых проблесков, будто сама природа пролила шоколад на его глаза. Они загадочные и глубокие. В них можно смотреть часами, выискивая ответы на интересующие тебя вопросы. Это весьма редкое явление, когда у блондинов, пускай и темноватых, такого цвета глаза. Это так же редко как у рыжего темно-серые, как у меня. Можно сказать, мы с ним сходились своей уникальностью и остроумием, поскольку я не думала, что он знает значение слова "калсарикянни". – Ты знаешь, это порой успокаивает не только нервы, но и душу. Ты думаешь, мне легко с братом, с которым мы постоянно цапаемся? У меня нет ни малейшего желания с ним пререкаться, однако порой это просто необходимо – в его словах читалась неоспоримая усталость и вселенская печаль. Будто то, что он говорит - единственное оправдание их с братом действительности. – И как же ты пришёл к финскому способу снятия стресса? – Ну, я не совсем калсарикянни, поскольку хожу в одежде и не ухожу в бесконечные запои, однако схожесть тоже есть. Я удивлен, что ты так хорошо разбираешься в алкоголе – Не говори ерунды. Я в нем не разбираюсь. Я просто знаю научные объяснения твоего занятия, поскольку вижу его не в первый раз. Хотя, ты мог бы рассказать мне об этом виде коньяка. Если ты не против, конечно – Как я могу быть против, если я говорю с очень умной, красивой и высоко-морально-устойчивой девушкой? Это честь для меня – он подмигнул и улыбнулся. Я лишь смущенно улыбнулась в ответ и заправила прядь за ухо, которая так вовремя вылилась из основной прически – Малышка. Вадим, кстати тебя часто так называет, когда никого нет рядом. Я пару раз слышал, как он называл твое имя, после чего следовало слово "Малышка". Может он говорил не о тебе, но сам факт этого все же есть, и я с ним солидарен – Что? – улыбка сменилась на недоумение. Мысли разного рода начали лезть в мою голову, не давая нормально соображать, однако я сумела взять себя в руки – Ничего. Потом расскажу подробнее. Ты всё ещё хочешь послушать про то, что у меня сейчас в руке? – он покрутил бокал в руках и игриво посмотрел мне в глаза – Всенепременнейше – ответила я и села в кресле ровно, облокачиваясь назад и кладя ногу на ногу. Руки мирно лежали на животе в замке, а в глазах была пустота – Итак… – он замолчал на пару секунд, возможно собирая достаточно сведений для моего алкогольного просвещения – У меня в руках коньяк, выдерживаемый семейным бизнесом месье РепльЕвэа из родины этого алкоголя - Франции. Он был выведен хозяином практически случайно, когда он забыл о допустимой температуре его продукта. Сначала он назывался его фамилией, однако позже, в 1872 он получил название "Родекс" из-за свадьбы его сестры Жоржетты с герцогом Родесом. Однако позже, когда коньячный завод начал набирать силу, муж сестры стал требовать на него права, ведь его фамилия курировала в названии. Тогда, месье Репльевэа добавил в название одну букву, что положило конец бесконечным судам за право на завод. Так появился коньяк, под названием "Родекс", который был рождён в 1869 и имел название фамилии владельца – Я была потрясена. Создавалось впечатление, что он специально изучал историю своего любимого алкоголя тщательнее, чем русский в школе. Я сидела в кресле, пытаясь не двигаться. Мне действительно было интересно слушать его рассказ, поэтому я старалась его не перебивать – В Россию этот коньяк попал в 1894, когда российский император Александр III и французский президент Сади Карно ратифицировали военную конвенцию 1892 г. Алкоголь, дорогие сигары, ткани, камни и другие драгоценности были подарены России в честь перемирия. Среди другого элитного алкоголя и оказался этот красавец. России больше пришёлся по душе Арарат, что кстати, является одногодкой Родекса. Но как по мне, Род лучше всех – он наконец замолчал и с улыбкой повертев бокал в руках, посмотрел на меня своими карими глазами. Что можно сказать обо мне? Я сидела, в шоке переваривая его первоклассный урок истории алкоголя. Мало того, что он рассказал мне о самом коньяке, так он ещё и вплел сюда истории России и Франции, рассказал о становлении этого поила в России, так еще и про себя упомянул. Потрясающе – Что ж… – наконец выдавила я и прочистила горло – Это весьма… занимательный рассказ – я виновато улыбнулась – Откуда ты столько об этом знаешь? – В свои 21 я знаю гораздо больше, чем могло бы показаться. Когда я часами сидел в библиотеках во время учёбы в институте, я прошерстил литературу от классики до фантастики, от ужасов до мелодрам и от истории до сегодняшнего дня. Я читал все, что попадалось мне под руку. Это было довольно интересно с одной стороны, однако мой белый братец так не считал. Ему больше нравились технологии в то время, вместо того, чтобы изучать подаренные древностью источники знаний – Андрей потряс меня до глубины души. У него была идеально поставлена речь, он был очень начитанный и рассудительный. Его харизма и красноречие порой вводили в диссонанс, однако я тоже старалась не держать в стороне – Кстати о нём. Я бы хотел послушать чужое мнение о своем непревзойденно братце полу-еврейской внешности. Что ты думаешь о нём? – я кое-как удержалась, чтобы не залить гостиную оглушительным хохотом, от его чертовски-смешного сравнения Вадима с евреями.Это вполне последовательно, учитывая насколько он любит отвечать вопросом на вопрос и деньги – Что именно ты хочешь услышать? – я не особо хотела косить под дурочку, однако в этой ситуации это было необходимо – Твое отношение к нему. Я его вижу мелким представителем семейства "сухоносого" примата с отвратительной привычкой отвечать вопросом на вопрос в абсолютно некорректных ситуациях. Да, я люблю его, но т.к. я живу с ним 19 лет я знаю о нём гораздо больше, нежели допустим ты. Вы просто учитесь вместе, а я живу с ним в одном доме – в его голосе прозвучали нотки сожаления и вселенской грусти. Я даже на секунду подумала, что он жалеет, что у него есть брат, однако быстро одернула себя, ведь он не волен распоряжаться чужой жизнью. Я перевела на него глаза и потерла тыльную сторону ладони большим пальцем другой руки, обдумывая ответ на его вопрос. С одной стороны я знала, что скажу ему, ведь ненавидела Вадима половиной своей чёрной души, с другой же, я была в отчаянии: почему мне жаль его? Почему я чувствую сожаление к человеку, который чуть не лишил меня девичьей чести в пустом кабинете педагогического учреждения? Вездесущая глупость. Однако это так. Порой люди не принимают простой истины из-за собственных убеждений, но иногда нужно смотреть на вещи объективно. Я тяжело вздохнула и протерев глаза руками посмотрела на Андрея, в полной готовности ответить на поставленный им вопрос…