Горячий шоколад.

— С тобой лучше как-то. — Со мной все лучше, — Й закатывает глаза и насмешливо прищуривается, после чего уже не смотря на Пикчера, стоящего рядом, он руками в черных перчатках шарится по карманам красного пиджака. — Я же лучший. — Ты не понял, я… Про Клеви… С ним… такого не было. Я его люблю и всякое такое, но… — Пикчер, — Краткий неожиданно берет его лицо в свои руки, — стрельнешь мне?       Эти слова совсем выбили из Пикчера все мысли, поскольку хост дал ясно понять одним своим действием говоря: «не думай много об этом, это уже в прошлом». И ведь правда, Клеви уже в прошлом, Клеви уже не вернуть и почему-то от этой мысли ему до ужаса страшно и приятно. Он слишком привык к компании этого клубочка, но так же рад, что их судьбы разошлись. Ему тревожно от этого осознания, с какой эгоистичностью Пикчер позволяет себе смотреть на того, кто был когда-то ему дорог. Ему нежно оттого, что И Краткий не делает никакие выводы о нем из-за этого.       Нет и нет Клеви, и ведь правда.       Словно большой вязанный свитер их дружба давно дала брешь, проедена молью и не имеет и шанса на восстановление никакими крепкими нитками, а Пикчер все равно настойчиво и упорно не желал расстаться с такой привычной и полюбившейся ему вещью, упрямо носил её на себе, а тут с него его сорвали и открыли всему миру и приходится заново всему обучаться от общения и моды. На вещи, на людей, на дружбу. — У меня ванильные… — с сомнением протягивает парень с кудрявыми волосами цвета сладкой карамели. — Ты ж другие любишь. — Да по-о-ох как-то, мне всё твоё нравится!       И Краткий оказывается непозволительно близко сзади, приобнимает одной рукой парня и именно замешка со стороны обджекта позволила Й самостоятельно выхватить уже зажженную сигарету из тонких рук Пикчера, наплевав на нормы личного пространства и на все, на что ещё можно было бы наплевать, чтобы поспешно сунуть себе в рот под ультра-писк снизу. — Знаешь, нихуясе! Я б никому не поверил, что такой сладкий и хороший мальчик вдруг пристрастился к яду. Такой себе Клеви-заменитель, но ваниль… Тебе подходит. — Выплюнь! — Я тебя спасаю, не благодари, дурашка! — Й со смехом целует парня в затылок и с упоением наблюдает, как лицо с заметным веснушками напротив начинает краснеть от злости, а уже чуть позже, возможно, от смятения. А может сразу два в одном, тогда ещё лучше!       Й очень любит смущать.       Пикчер такой хороший мальчик, а тут курить вздумал. Он слишком хороший, должен же быть минус и это, несомненно, расстраивает, даже И Краткий почти сдерживает себя от невеселой улыбки.       Насчёт слов хоста о Клеви тот лишь сильнее хмурится. Да, этот пушистый комочек следил за ним каждую секунду и контролировал, чтобы не дай Суши Бог Пикчер натворил глупостей. Сам он в этом ничего не видел плохого, только другие давно заподозрили за этой дружбой что-то нездоровое. А как тут не заметить? Слишком добродушным и наивным Картиночным, который не может сказать «нет» — манипулируют, прибирают к рукам. Кажется, все догадывались, но ничего не делали. Жалкие обджекты. Й каждого бы исключил досрочно — эти мелкие твари вызывали одно призрение, он же про себя подметил, что даже неудивительно, почему Пикчер начал таким заниматься этим.       А ещё поклялся себе в том, что Пикчер поскорее покинет шоу, чтобы «друзья» не испортили его ещё больше. Пикчер таких «друзей» не заслуживает. Слабый щелчок возращает И Краткого из мыслей: оказывается, Пикчер умудрился уже зажечь вторую сигарету. Малиновые глаза внимательно следят, как он подносит к своим губам сигарету и обращает внимание на то, что Пикчер, затаив дыхание, откидывается назад на грудь хоста, тем самым сокращая расстояние между ними. Ощущение близости и вправду наполняют душу приятной истомой. — Не пойми меня неправильно. Не думал, что ты… — Умею, да. Я иногда когда думаю, там, вдохновляюсь… Иногда. Когда хочется. Настроение бывает такое... — Пикчер не успевает договорить, с испуганным писком вздрагивает, потому как ладони Й с неизъяснимой радостью сжимают обджекта в своих объятиях. Боже, он имеет свое мнение. Он делает, что захочет. А ещё он знает, что И Краткий его не осудит за такую вот пагубную привычку. Пикчер не скрывает ничего и не умалчивает. — Не оправдывайся. — Как скажешь... — Нет, ты не понял, — одарив обджекта серьезным взглядом он вдруг улыбается. — Делай, что хочешь. 《Ты не должен делать что-то, если это я тебе так сказал. Ты вообще не обязан повиноваться. Ну, не сейчас. Просто сказал, а ты уже подрываешься в на меня с таким уважением смотришь, ты хоть можешь не быть таким на минуту хотя бы? Просто будь собой. 》— эти слова застревают в горле комом, потому малиновый черт поспешно выдыхает дым. А есть ли смысл говорить?       Пикчер же не глупый. Он же должен понять. — ...И Краткий? — М-м?       Их взгляды сталкиваются. У Картиныча - решительный, у И Краткого - задумчивый и мрачный, и это поправимо. На носочках дотянувшись до чужого лица с щекотящими усами, Пикчер не долго думает, закрывает свои глаза и почти невесомо оставляет поцелуй на губах.       И Краткий ещё больше убежден: Пикчер обязательно будет спасён из этого места, где нет ничего более светлого, чем Пикчер - открытый, наивный, глупый, но его Пикчер. У его Пикчера появилась привычка ещё хуже, чем курение. Он влюбился в Й и не скрывает этого.       Какой же хороший мальчик. Отсутствие Клеви явно сказывается на нем хорошо. Интересно, а что будет с Пикчером, когда Й его заберёт ото всех?