Горячий шоколад.

      Один приходит домой поздно, другой ждёт его до утра не смыкая глаз. Один говорит первым же делом, переступая порог квартиры с внушительным пакетом, из которого веет аромат сладостей: — Может поцелуемся наконец?       Другой, избегая ответа и не показывая своего предвкушения, опускает и отводит нерешительно взгляд. Приходится отвлечься на то, каким интересным узором сложились складки на красном пиджаке, точно как шифр на сказочном непонятном языке, как пуговицы поблескивают в тусклом свечении лампы. Только сейчас Пикчер отвлекается и замечает, что Й начинает расстегивать на себе рубашку, сразу во что руки обджекта вмешались, снова застегнув все пуговицы обратно, и на этот раз - неправильно. Тот ничего в ответ на это говорит. Ждёт. Потом взгляд обджекта продолжает неумолимо подниматься вверх, все выше и выше. Галстук-бабочка покосилась на бок, да сам И Краткий выглядит растрепанно и устало, сразу видно - бежал все лестничные пролеты, не смея терзать себя ожиданием перед встречей с одним очень важным человечком.       И вот перед ним стоит этот очень важный человечек, не меньше него уставший и сонный, вот-вот оба сваляться с ног, но настойчиво не сдвигаются с места.       Й продолжает смотреть на него и почти выжигает в нем дыру, может же утверждать с полной уверенностью, что Пикчер не сорвётся с места, не испугается, не сбежит. Да кто от хоста когда-либо сбегал? Никто. Даже тех, кого Й прогонял - все равно возвращаются обратно по воле случая. Он упорно продолжает врать своими рубиновыми узкими зрачками, что, черт возьми, не волнуется. Пикчер слишком мягкотелый, чтобы сказать "нет" и все, но в его "можно"(потому как обджект не скажет прямо "да", стесняется, что ли...) И Краткий хочет постараться найти что-то помимо покорности приказам.       Хочет, чтобы оба этого хотели.       Он знает, чего ожидать, ведь попросту не мог усомниться в Пикчере, но сам мялся на пороге, как последний идиот, будто обджект действительно способен развернуться от него, отказаться и самому уйти в открытую дверь. 《Такого не будет》 — успокаивает свое сердцебиение хост. Слишком хорошо он знает обджекта.       Тот специально расстягивает момент.       В итоге минутные мучения Й вознаграждаются, Пикчер больше себя не может сдерживать, сам впервые тянется к чужому лицу, но пока только руками, говорит тем самым: "я тоже скучал".       Он правда не отталкивает, не злится, не кричит, и не потому что стыдно, потому что просто не хочет. Обычно Картиныч ведет себя сдержанно, не прикасается к нему в приципе, ему тяжело подолгу глядеть в глаза хоста - кажется, тогда затягивает бесповоротно и без возможности выбраться. Он в них утопает и пьянеет, похлеще  чем от красного вина, потому и замирает перед И Кратким, не зная, шутит тот или нет.       В который раз, как в первый...       Что-то произошло. От нежных прикосновений сердце замирает в неземном блаженстве, будто раньше такого никогда не было и не происходило с ними, расстояние между их лицами сокращается. Й как всегда вскруживает голову и сносит ее к чертям, словно сомневается, вскружил ли Пикчеру голову достаточно. Сдерживаемое желание подарить жадный поцелуй так и хочет вырваться наружу, осуществиться, поэтому обджект наклоняет к себе хоста и шепчет слова с сердечным трепетом: — Устал ты. —  голос его сам подрагивает с еле заметно даёт хрипотцы. — А ещё рубашку не так застегнул... Извини, я глупый. — Да... Вообще, правильно. А зачем? Вообще снять надо.       Пикчер закрывает глаза, мысленно проклинает себя за неловкость, за не знание в очередной раз, куда девать руки и глупо улыбается. — Придурок. — хмыкает и улыбается совсем по-доброму. Раздеваться прям с порога не очень и романтично, знаете ли. Это смущающе... — Ах! — тело обджекта неожиданно поднимают над полом, кружат, словно Й и так ему вскружил голову недостаточно, произносит: — Моё сердце... Пикчер, как ты мог?! Я тебя ни за что что прощу, разве можно так, Пикч...       Не договаривает. Никто не мог себе даже вообразить, что такой, как он, сможет проявить такую инициативу, нагло заткнув через смазанный, но те не менее желанный поцелуй. Руки с щек перемещаются на шею.Пикчер отказывается открывать глаза, потому что боиться, что если их откроет - все исчезнет.       Такая себе традиция: покупать сладости и на кухне встречать рассвет с кружечками кофе-чая. Знаете, сладости как никогда поднимают настроение, особенно после долгого и мучительного рабочего дня. Пикчер, вот, любит сладости в любом виде, хотя раньше ему запрещал Клеви есть много сладкого, а И Краткий ему сам и приносит. Знает, что булочка с корицей и мёдом любимая у Картиныча. Вот хост на сладкое не особо любитель, хотя сожрать шоколад килограммами не прочь, но никакой шоколад, никакая булочка с корицей не сравнится с той сладостной истомой, когда они подолгу стоят и просто молча обнимаются, а ещё Й, в точности, как маленький ребёнок, спрашивает: "хочешь поцеловаться?" впервые. Обычно не думает, сразу приступает к действиям, а тут они дома и в руках Й уже нет пакета с любимыми леденцами и пирожными, они оказались на комоде у дверного прохода, потому что до сих пор так и не покинули прихожей.       Это те редкие моменты, когда Й затыкается, не выглядит злым или не желает задеть. В эти моменты, кажется, все на мгновение прекращает свой ход, тиканье часов отходит на задний план и уже не раздражают, шум на улице не имеет никакого значения. Й - устал. А ещё соскучился. Пикчер - тоже.       Они слишком устают в последнее время. — Ты как щеночек. Ждёшь. Ты меня не жди, я ж вернусь, куда денусь? — Да, — совсем не "да", Пикчер врунишка. Он точно не уснёт не дождавшись Й и совсем не из-за сладостей.       Усы щекотят... но кому не плевать?       В голове гуляют люди, их движения - силуэт желаний, а их чувства - граница света и тьмы. Глаза говорят лучше слов и поэтому именно глаза мы запоминаем лучше всего, а дальше - пустота. А Й не особо сладкоежка, но у Пикчера глаза цвета мёда и это затягивает и опьяняет, похлеще упивания солнечным лучам. Он охватывал своим взглядом его целиком. Пикчер, в отличие от него, не беспокоиться о мятых вещах, пропитан запахом весеннего рассвета и персикового чая, а также приторной ванили и мёда.       Спокойный взгляд, в котором читается отголосок влюблённости и светлая тоска по тому, что уже прошло и не вернётся. И Краткого уже не интересовали прочие обджекты и симболары, когда перед ним с виду такой непримечательный и пустой предмет, а на самом деле... Держать солнце в своих руках интересный опыт. Никто не знает, какого-то это, кроме Й.       Пикчер затмевает своей простотой. Лучи его слабые, но греют кончики пальцев и добираются до души. И Краткому по душе не спокойствие, ему наоборот больше нравится быть в центре внимания в центре какой-то движухи - с обджектом же такого никогда не будет и он уже смирился. Пикчер даже боиться банально смотреть на него, куда там! Вот дурашка, думает, что если закрыть глаза, то резко станет невидимым...       Они добираются до кухни, точнее, идёт-то И Краткий, а Пикчер так, на его руках за компанию вместе с купленными сладостями. — А давай вальс? — Пять утра. Ты танцевать не умеешь, дурень. — А ты научишь?       Пикчер молчит. Ну а почему нет? Танцы дают ту энергию, которую не даёт ни что, через танец можно рассказать и дать почувствовать себя... — Только не кричи сильно, если на ногу наступлю. Ну и не бей, если что. Ну и... Держи меня и все. Это все, что надо. 《Солнце》, — окончательно расслабившись с усмешкой убеждается Й и прижимает голову обджекта к своей груди, на сдавленный писк "ну не так же, я ничего не вижу!". Есть же другая звезда, ярче солнца... Или нет? Или наоборот тускнее. В любом случае Пикчер - явно какая-то звезда, с виду, как и все звезды, но что-то в нем есть...       ...Какой же маленький дурачок этот Пикчер. Такой наивный, глупый, стеснительный. К таким существам Й тянет как магнитом, вот к примеру Ёши. Они с Пикчером похожи, что забавно... — Но я соскучился. — Да, ещё ты спросил, можно ли поцеловаться. Хотел сказать... Можно.

* * *

      На город опустился покров тумана и проходя по улице, какой-то  мимо проходящий обджект заметил пару, танцующую лёгкими движениями где-то высоко в окне квартиры многоэтажки. Он улыбнётся своим мыслям и отвернётся, пройдёт мимо, даже не узнав, что оба в пять утра спорят, кто первый полетит в окно из-за постоянных ошибок и упрёков, что оба не так и хороши и танцы вообще не для них. Лучше говорить не танцами, а глазами. А лучше не глазами, а словами - вот так банально.       А лучше бы целовались до утра как маленькие дети, а не фигнёй такой страдали...       Ну это так, шутки. Добрые.