Горячий шоколад.

      Вот Пикчер не любит придираться, всегда старается обнулить для себя важность злых слов, брошенных в свой адрес, потому что... ну разве какие-то оскарбления имеют значение?       Он глотает обиду, чтобы она, не дай Суши Бог, вырвалась наружу, а Й остается таким же запредельно упрямым и непереносимым. Упертым, вредным, гордым, злым и противным. Вот ради чего? Вот он скажет что-то колкое и тут же отшутится: "цени мои "иди нахуй", я маме даже так не говорил ни разу". Мысль о том, что от Пикчера он не отделывается фразами наподобие: "мы найдём общий язык, если свой прикусишь", в отличие от других, которые слышат эти слова на постоянной основе, успокаивает. Но не настолько, что "иди нахуй" его не заставляло изводится до белой горячки. И ведь И Краткий останется с ним, смеяться сверху вниз. Вот другие могли потешиться над слабостью обджекта, но и Краткий никому не позволяет и присекает на корню, если видит возможных обидчиков, а если себе - то пожалуйста.       Й же у нас сильный. К примеру его никто и семь секунд вытерпеть не может, а он себя всю жизнь терпит. Пикчер думает, что ему тоже нужно терпеть, но в горле предательски неприятно саднит, потому что голос хоста произносит отчетливо: — Картиныч, иди нахуй.       Й же у нас хештег манипулятор, хештег кукловод, хештег всевидящий хуй. Хуй ещё тот, всевидящий - можно уже поспорить. Он же у нас не смог из взгляда Пикчера, что ему не плевать, куда его посылают, а именно - кто его посылает. Ему не все равно. Он не забывает те обидные слова, они всегда отпечатываюся где-то на подкорке, а ведь хост поверил в то, что Картиныч сильный и продолжит невозмутимо и хладнокровно терпеть, ничего не сказав в ответ и безнадежно поджав губы.       Пикчер всего-навсего улыбнется сдержанно на посыл, отведет взгляд и не будет знать, что на это ответить. Знает, что обижаться на это не стоит и огорчаться по мелочам нет смысла, не стоит зацикливать на этом внимание и принимать близко к сердцу. Это ведь просто слова.       Обычные, черт возьми, слова. Заурядные и избитые кем только можно, но ведь можно говорить что-то приятнее! Будто мало где еще затеряется эта малиновая пакостная буковка "й" в слове из трех букв, раз он решает вести себя соответствующе своему образу даже при нем, при своём же обджекте. Например, если слово тоже из трех букв - чай. Чай вот тёплый, но сразу к нему не стоит прикасаться. И Краткий тоже может обжечь... Одним касанием. Есть ещё слово "йод", там вообще "й" стоит самой первой. Ходят легенды, что йод помогает получше всяких подорожников и Пикчер знает, почему. Потому что слово "йод" возглавляет буква "й", это сразу же делает слово самым лучшим. Вот у Пикчера любимое слово - май. Такое нежное, весенне и цветущее. А ещё есть слово "рай"... — Картинка, ты не понял? Или повторить? 《"Рай". Скажи "рай"》— усердно повторяет, как мантру, и лишь сильнее жмурится. — Ладно, дурачок. Иди сюда. — тот не успел раскрыть глаза, но представляет, как хост закатывает глаза, раскручивает ус на пальце и одну руку протягивает в сторону обджекта. Пикчер открывает глаза и, да, так и есть. Все-таки сдвинуться с места боязно. Хочется кричать от безнадежности, но сейчас он всего-то молча нависает над И Кратким и смотрит сверху вниз на малиновую макушку с некоторым оцепенением, по-прежнему заслоняя собой свет, такой необходимый каждым лучиком, чтобы дописать какие-то ненавистные бумаги на столе И Краткого. Пикчер хотел помочь, а на него снова ругаются. — Угу.       Все-таки поманить его одним пальцем - легкотня. Он приближается вплотную, склоняется над Й и обнимает совсем неуверенно, мельком поглядывая на неразборчивое содержимое бумаг.       В этот самый момент обджект решил, что больше не будет терпеть, либо сейчас, либо никогда! — А еще ты что скажешь? — Ну, можешь нахуй пойти... Рай - вот что его ждет. Видимо кое-кто точно сегодня умрет...