Второе дыхание

      К концу недели Сокджину стало лучше. Юнги теперь не мог относиться к нему, как прежде. Теперь он откровенно залипал, когда Сокджин выходил к доске с докладом или выступлением, нервно реагировал на каждое мимолетное и случайное касание. В столовке за обедом глазами подсознательно искал Сокджина. Чем-то это было похоже на охоту. Юнги чувствовал себя жертвой, но вел как настоящий хищник, выслеживающий добычу.       На выходных Сокджин заходил в комнату к Юнги, сказал, что не обязательно как-то отвечать на чувства, что он всё понимает и тому подобное. По Сокджину было видно, что он уже просто устал скрывать что-то. После признания с его плеч словно Эльбрус скинули. После разговора Юнги стало легче. На следующей неделе в отношениях между Юнги и Сокджином царил комфорт. Они не делали ничего необычного, даже не сказать, что стали больше времени проводить вместе. Но Юнги решил пересесть с последней парты к Сокджину на первую. А Сокджин стал иногда подкармливать Юнги печеньками.       - Ты похож на кота.       - М? – издал звук Юнги, держа во рту печеньку.       - Кис, кис, иди сюда, я тебя покормлю, - хихикал Сокджин.       На это Юнги ничего не мог сказать, так как жевал, но рукой треснул Сокджина по спине, чтобы неповадно было так шутить. Еще через неделю состоялся форум, на котором участвовал Сокджин в качестве лектора. Он был хорош, когда выступал. Форум был в другом городе, так что эту неделю они не виделись.       После форума как раз начались практические занятия, Юнги весь свой фокус внимания кинул на учебу. Ему хотелось уже со второго курса начать писать научные статьи. Он бы и сейчас хотел бы поработать над какой-нибудь темой, но преподы говорили, что сначала надо отучиться первый курс, получить необходимый минимум знаний, фундамент, на котором будет строиться дальнейшая научная деятельность.       Да и как-то на фоне Сокджина не хотелось отставать. В каком-то из многочисленных разговоров Сокджин упомянул, что хотел бы преподавать в университете, читать лекции перед студентами. Юнги как-то не задумывался до этого момента о том, чего он хочет после универа. Ему нравилось только одно в этой жизни – литература. Поэтому он поступил на филфак. Он просто наслаждался тем, что может более углубленно изучать то, что ему нравится. Тогда-то Юнги и подумал, что для него литература как вечный объект изучения. Делиться знаниями, безусловно, круто, но основой своего существования омега видел в научной деятельности.       Сокджин же в свою очередь обожал отвечать на парах с докладами, потому что всегда радовался восхищенному взгляду Юнги, устремленного в этот момент только на него. Быть в центре внимания для человека, которого любишь, истинное счастье. Но и когда альфа выступал где-то помимо своей группы, ему нравилось чувство значимости. Словно он светлячок, ведущий за собой нуждающихся путников.       Так два лучший студента группы, сами не замечая того, стали друг для друга опорой. О признании Сокджина знали только близкие друзья Юнги и Сокджина. Иногда они подшучивали над «недопарочкой», но учеба стала отнимать больше времени, а Юнги с Сокджином не давали повода для шуток. Остальные знакомые не заметили никаких изменений.       Потом у Сокджина начался гон, а Юнги любезно отдал еще одну свою рубашку в качестве помощи. Так что еще одна неделя прошла без происшествий.       - Я не знаю, могу ли я о таком спрашивать, но, когда у тебя вообще течка проходит? Ты говорил, что она не приносит тебе неудобств, но я не думал, что она вообще никак не проявляется… - после окончания гона неуверенно спросил Сокджин у Юнги.       - В этом месяце за два дня до твоего гона закончилась. Я просто пью самые слабенькие лекарства, и они блокируют запах. У каждого всё индивидуально. У меня повышенная возбудимость возникает только если я не контролирую свой запах. Но чтобы его заблочить мне не приходится прилагать титанических усилий. А без своего обостренного во время течки запаха я чувствую себя как обычно.       - Хотел бы я провести с тобой время в … в это время… - Сокджин не договорил, но и так было понятно, что он имеет в виду.       Юнги на такие слова отреагировал спокойно, но где-то глубоко в душе тепло разлилось по внутренностям. Чем больше они общались, тем проще стало даваться обсуждение такие личных тем как гон и течка. Тем комфортнее им было молчать в компании друг друга. Да и в целом стало проще доверять самые сокровенные мысли.       Доверие и уважение стали основой комфортных отношений между Юнги и Сокджином.