Это любовь?

*** Ко дню выписки Паша украсил комнату нежно-розовыми шариками, разложил детские вещи в комод, выделив отдельный ящик, простерилизовал большое количество пустышек и бутылочек. В гостиной теперь стоял домик Эболы, в каждой комнате присутствовал увлажнитель воздуха, а в прихожей стояла небольшая коляска бежевого цвета. За три дня в родильном доме Оля понемногу привыкала к новой жизни, её даже не сильно беспокоили частые вставания, но всякий раз, когда Лию нужно было переодеть или запеленать, она тревожилась, опасаясь, что сделает что-нибудь неверно. И сейчас, когда ей предстояло надеть на крохотную девчонку слип и чепчик, руки будто бы не слушались. – Помочь? – спросила Марина, снимая медицинскую маску. – Буду признательна. – сухо, но по-доброму ответила Ольга. Марина ловко уложила внучку на пеленальный столик и через пять минут уже застёгивала кнопки на слипе. Оля же посмотрела на себя в зеркало и расстроилась: мало того, что не смогла справиться с простой задачей, так ещё и живот оставался висеть мешком и портил всю картину. Конечно, почти весь набранный за беременность вес ушёл, но живот всё ещё был объёмным и никуда уходить не спешил. Она застегнула бандаж, сверху надела чёрное сатиновое платье, замотала волосы в пучок и подошла к малышке. – В пакете должен быть конвертик, поищите? – наклоняться и приседать было неудобно, тело всё ещё болело, напоминая о недавнем событии, если о таком вообще невозможно будет забыть, всё-таки, роды были не из лёгких. Аверина положила конвертик рядом с малышкой, и Оля осторожно под её чутким руководством завернула в него дочку. – Какая же она красавица, вырастет, все мальчишки будут её! – не без восхищения произнесла Марина. Пока сложно было однозначно сказать, на кого похожа новорождённая девчонка, но глаза, без сомнений, ей достались от мамы — такие же лазурные и глубокие. – Боюсь, с нашим папой у них не будет никаких шансов. – отмахнулась Оля, провела по губам блеском и, крепко держа дочку, вышла в коридор. *** Паша стоял с букетом алых роз, нервно переминаясь с одной ноги на другую и обомлел, увидев сияющую улыбку супруги. – Спасибо за дочку. – тихо-тихо, чтобы не спугнуть счастье сказал Паша, забирая небольшой свёрток у жены. Лия уснула и дышала так тихо, что если бы она не причмокивала пустышкой, можно было бы подумать, что она кукла. – Без тебя и без твоей мамы мне было бы очень трудно, так что тебе спасибо. Ты такси вызвал, так по дому соскучилась… – Вызвал. Давай фото для семейного архива сделаем? – Быстро сделав селфи, Паша гордо зашагал вперёд, крепко-крепко прижимая Лию к себе. Марина Леонидовна проводила их взглядом, пожелав счастливого пути и удалилась прочь, хотя больше всего на свете она хотела целовать крошечную внучку, бесконечно её рассматривать и помогать в бытовых вопросах. Но жизнь решила иначе — у неё свой долг перед новыми жизнями. – Паш, ты только не ругайся… – с опаской сказала Оля, – давай машину купим? – Они разместили Лию в переноске, и Ольга каждую секунду смотрела на дочку, словно заворожённая, нежно поглаживая по пухловатым розовым щёчкам. Такси подъехало к подъезду, Павел помог жене выйти и аккуратно взял малышку на руки. – Паш? – Он не знал, что ей ответить, ведь и сам частенько задумывался о необходимости личного транспорта, к тому же в тайне от жены сдал на права. – Дождёмся маминого выходного и заедем в салон. – Я уже говорила тебе как сильно тебя люблю? – Он невесомо поцеловал Олину макушку и вскоре они поднялись в квартиру.