Сказ о двух непохожих, но полюбивших друг друга

Противоположности притягиваются — без сомнения красивое, крылатое выражение, которое каждый слышал хоть раз. Синергия двух столь разных личностей притягательна — это безусловно. Оспорить и нельзя, когда их двоих — словно стоящих на разных краях — тянет друг к другу, будто судьбой предреченных. Но сказ о противоположностях гласит не только о взаимодополнении… …Обязательно должна быть ещё глава о непонимании, что вызвано такими сильными различиями. Ху Тао живая настолько, что иногда аж голова трещит от неё; Чжун Ли только дивиться остаётся, как в таком маленьком теле, в такой юной девушке столько необузданной энергии хранится. И всë выливается именно на него: Ху Тао будто бы желает затянуть Чжун Ли во все свои передряги — она почти что специально изматывает его терпение в попытке вытащить его из привычного омута сдержанного спокойствия, коим он так щедро одарён. Чжун Ли, конечно же — держаться будет. Злиться на возлюбленную за её слегка активный характер — незрело, глупо и абсолютно безрезультатно — они лишь беспричинно поссорятся. Но если для неё это радость… Он вовсе не скуп подарить ей крупицу счастья. Однако некоторое раздражение в глубинах облаченного в камень сердца кроется. Маленькая крупица, которая ничтожно тонет в абсолютной разумности Чжун Ли, но именно она заставляет его устало вздыхать каждый раз, когда Ху Тао вновь резко подрывается с места, и — без причины, без повода — хватает его под руку, бодрое «Эй, пойдëм прогуляемся!» бросает, и в сторону двери ведёт. Но Ху Тао не слепа, она чувствует: что-то не так. Слишком уж тяжело плечи Чжун Ли поднимаются, когда он вздыхает; слишком неловко он держит её руку в своей, а она — чувствует мимолëтную дрожь его пальцев. Сдержанность — определённо его особенная черта: Чжун Ли, наверное, самый спокойный человек, которого Ху Тао вообще знала за свою жизнь, и в связи с этим они столкнулись с определёнными… Препятствиями, когда дело касалось их граней. Ху Тао всегда неустанно стремилась вперёд, она схожа с крохотным, воздушным пламенем, языки которого невероятно резки; Чжун Ли же отставал — по своему подобию камня, лежачего на земле, ему просто не достигнуть живого огня. И эта каменная скорлупа, которой Чжун Ли всегда окружал себя, свои эмоции и действия, вызывала у Ху Тао краткую долю раздражения. Иногда они словно бы говорили на разных языках, не в силах понять друг друга. Слишком медленный. Нет, даже не так. Слишком. Медленный. Размеренный темп жизни Чжун Ли иногда настолько выводит Ху Тао из себя, что ей кажется, что они зазря остаются на месте. Впереди столько эмоций — столько возможностей, столько перспектив — но Чжун Ли просто плывёт по течению, словно бы дожидаясь, что всё придёт само… И это… Неприятным осадком ложилось на сердце Ху Тао. — Эй, Чжун Ли? Она зовёт осторожно, когда замечает, что Чжун Ли чуть ли не плетется за ней. — Да, любовь моя? В который раз он отвечает ей сладостным прозвищем: если бы не то огромное количество времени, которое они разделили, Ху Тао наверняка и не заметила бы ничего необычного. Но тяжкий вздох Чжун Ли на пару с отведённым в сторону янтарным взглядом выдавали всë. — Ты… Ты точно хочешь идти за город сегодня? Сила, с которой Ху Тао обхватывала запястье Чжун Ли, ослабла. Она посмотрела прямо на него в момент, когда его напряжённые плечи едва уловимо вздрогнули. — От тебя, по обычаю, чувства сложно таить. Чжун Ли сдержанно кивает, и в этот миг их сцепленные руки разъединяются. Они останавливаются посреди оживлённой улицы Ли Юэ, но увлечённые в эту секунду лишь друг другом. Ху Тао оборачивается и с долей тоски оглядывает Чжун Ли. Он вновь пострадал от её гиперактивности, но ничего в ответ не сказал. Ху Тао могла бы разозлиться из-за его медлительности — её действительно до невозможности вымораживает эта черта в Чжун Ли — однако… Вместо этого она лишь тихим голосом произносит: — Хочешь… Хочешь вернуться домой и выпить чаю? Просто посидим, побеседуем о чем-то, как ты любишь. И улыбается. Ху Тао неприятные чувства моментально душит в себе, оборачивая казалось бы неприятную на первый взгляд ситуацию в нечто куда более интересное для обоих. Часто Чжун Ли уступает Ху Тао и потакает её желаниям, но теперь — пришла её очередь делать шаг назад. Они ведь не дети малые, чтобы зазря цепляться за собственные различия. Спорить просто из-за того, что они разные, глупо и импульсивно — и абсолютно бессмысленно вредит отношениям. Компромисс — почти что всё равно, что балансировать на канате: но им двоим это удаётся необычайно хорошо.