Увидься с ними в первый раз,
столкнувшись взглядом не единожды
Жарко.
Под открытым небом было гораздо жарче, чем под кроном зелёных листьев могучих деревьев вокруг. Солнце не щадило никого, заставляя отчаянно желать возвращения слегка тёплой весны, что будто даже не успела наступить, как уже пропала. Твоё тело изнывало от температуры воздуха; хотелось просто лечь на эту протоптанную тысячами людьми тропинку, тихо мечтая о том, что вот-вот ты превратишься в саму льдинку, которой будет не страшно ни солнце, ни его все испепеляющие лучи, но ты держалась ровно. Стоя прямо, подобно самураю перед своим Господином, ты медленно осматривала новых для себя людей, что стояли прямо перед вашим армейским рядом в незамысловатой форме и позе. На вашем фоне они выглядели совершенно безмятежно, в то время как вы покорно ожидали одного единственного человека.
Ты прекрасно видела некоторые их недовольные лица, что совершенно не выражали какого-либо интереса в честь церемонии просвещения вас, и тебя в том числе, в отряды. В то же время это компенсировалось тем, что кто-то всё же улыбался вам, время от времени осматривая и будто запоминая каждую отличительную черту.
А у вас их было явно не так много, как у этих Хашира.
— Добрый день, дети мои
Мягкий тембр голоса тихо отозвался откуда-то сбоку, появившись неожиданно, словно из ниоткуда. По крайней мере, так казалось тебе. Все, за кого ты только могла ухватиться взглядом, встали в самый низкий поклон, выражая тем самым глубокое уважение и благодарность. Даже люди впереди тебя, которыми почему-то так восхищались твои коллеги, опустились на колено и склонили голову перед обладателем этого чарующего голоса. В такой позе становилось гораздо легче разглядеть их странные причёски и украшения на голове, что в свету солнца блестели самыми разными оттенками. Особенно сильно хотелось рассмотреть серебряную повязку этого высокого парня с такими же серебряными волосами.
Резко, в довольно грубой манере, тебя схватили за руку, насильно потянув вниз и заставив упасть на колени. Невольно ты даже ойкнула, недоумевающе посмотрев на человека в такой же форме, что и на тебе.
— Не стой, как истукан! — Тихо зашипел он, грозно смотря своими карими глазами тебе в душу.
Ты с ужасом осознаёшь, что осталась единственной стоять и с полминуты не кланялась, когда пришёл Господин. И всё бы ничего, если бы это был просто твой учитель, что наругался бы да забыл, но этого человека знал каждый, кто шёл в охотники. Даже ты.
—
Здравствуйте, Господин Ояката-сама
Произошло то, чего ты никак не ожидала: словно дожидаясь одного лишь твоего поклона, все охотники и твои коллеги единым гармоничным хором поприветствовали главу их организации. Все, кроме тебя, что непонимающе бросала свой взгляд куда угодно, но не на самого Господина. А тот человек, что и помог тебе сориентироваться и хотя бы чуть позже встать в поклон, нещадно пилил тебя гневным взглядом за твоё молчание и слегка ущипнул. Кажется, он собирается тебя хорошенько отчитать после собрания, да на глазах у каждого, заставляя всё твоё лицо гореть пунцовым огнём от стыда.
Хорошо, что оно прикрыто.
— Сегодня я собрал вас для того, чтобы по нашей старой традиции принять в отряды новых членов незаменимых для нас людей
Господин Ояката даже не обратил внимания на твою весьма грубую, хоть и случайно допущенную ошибку. Он был достаточно мудрым и добрым человеком, чтобы просто проигнорировать этот случай, чему ты была несказанно благодарна. Однако, именно из-за этого ты почувствовала ещё бóльшую вину, что валуном упала на твои слегка подрагивающие плечи.
— Без этих людей охотникам и Столпам было бы гораздо сложнее справляться с различными ежедневными задачами, — Господин слегка улыбнулся, осматривая всё также кланящихся мечников слева от себя, — или добираться до поместья после тяжёлых сражений с демонами. — Мельком посмотрев вправо, он начал проводить уже по вашим спинам узоры, одним лишь взглядом повторяя изгибы иероглифов на формах охотников. Ты была достаточно близка, чтобы боковым зрением заметить то, с какой нежностью и в то же время печалью он смотрел на вас, словно сочувствуя вашей судьбе.
У вашего Господина было достаточно большое сердце, чтобы в него вмещалась вся ваша организация. Там хватало места даже простым слугам, что помогали охотникам с различными бытовыми обязанностями и ухаживали за ними после их тяжёлых миссий — Какуши. Помнится, что один из твоих коллег говорил об одном собрании, которое было организовано исключительно ради почтения памяти погибшим Какуши во время неожиданного пробуждения тела демона прямо после прихода отряда чистки, несмотря на отсутствие у того головы. Тогда их стало заметно меньше, что достаточно сильно ударило по организации.
Рук ведь на каждого охотника не хватало.
《— Возможно, именно тогда и укрепилась эта традиция с церемонией просвещения Какуши в отряды организации. Хоть она и раньше существовала, но после того инцидента её начал открывать сам Господин》— резко вспомнив его слова, ты опустила свой взгляд, ныне не смея больше поднимать глаз на главу.
— Прошу вас, дети мои, встретить сегодня новых слуг организации с добротой и приветливостью
Твои коллеги постепенно начали вставать, лишая тебя возможности вновь среагировать медленнее всех. Парень рядом всё ещё незаметно поддерживал ткань твоей формы сбоку, подобно костылю помогая ориентироваться вокруг, однако злобный взгляд его глаз ныне испарился, вместо этого внимательно вникая словам Господина.
Твой взор зацепился за ту самую серебряную повязку на таких же серебряных волосах, хозяин которой неспешно выпрямился. Его рост поразил тебя до глубокого ужаса: он, казалось, был выше тебя вдвое, отчего одна лишь мысль о том, как в один прекрасный день тебе придётся обслуживать его отпугивала от этой тяжёлой работы. Хотелось прямо сейчас убежать домой.
Сбоку тебя вновь что-то ущипнуло, к счастью, не так сильно, как в прошлый раз. Ты в который раз за день посмотрела на парня с проницательными карими глазами, что всё так же строго шептал тебе не смотреть так на ваших новых хозяев, словно домашний скот на хищника. Ты изумилась, при чём в самом плохом смысле этого слова.
— «Хозяев? Теперь они наши хозяева?» — подумалось тебе, и ты снова посмотрела на охотников, медленно осматривая их с ног до головы и пытаясь изучить паттерн каждого по одному лишь выражению лица. Каждый выражал особенную черту характера даже собственным внешним видом, и, рассматривая стиль одежды каждого, параллельно пытаясь посчитать количество шрамов на их телах, ты чётко понимала, что далеко не с каждым и вовсе не сразу найдёшь общий язык. В конце-концов, тебе мешала собственная натура, не желавшая преклонять голову перед кем попало, однако новая работа, кажется, обязывает тебя подчиняться даже перед самыми не достойными того людьми.
Тебе не хотелось вновь кому-то служить.
Скромные хлопки рук вернули тебя с небес и ты поймала себя на том, что пытаешься разглядеть яркие украшения этого до боли высокого мужчины с широким оливковым хаори, небрежно накинутым на его мощные плечи и, словно вода с гор, лёгкими волнами ткани ниспадающим чуть-ли не до самой земли.
Его ладони, что наверняка были размером с твою голову, тихо ударялись друг об друга, однако ты была уверена, что бóльшую часть этого оглушительного хлопота издавали именно эти невероятно сильные руки.
Боковой взгляд быстро прошёлся по мечникам, особенно не задерживаясь ни на ком, и разглядывая их подобно пятнам детских красок — настолько яркие были их одёжки — кроме одного, что зацепил тебя своим отрешённым видом: молодой мужчина с глубокими синими глазами, что пусто смотрели в земь. Его руки даже не содрогнулись в банальное подобие радости встречи новых слуг. Казалось, что он и вовсе пришёл сюда поневоле.
Тебя уже в третий раз ущипнули за один и тот же бок, из-за чего слёзы наворачивались на глаза. Вполне себе возможно, что твой сердобольный коллега оставил тебе синяк прямо там, где не согнуться, не выпрямиться без лишнего напоминания об этом дне. Ныне ты смотрела исключительно на главу, боясь даже дышать, чтобы окончательно не лишиться кожи сбоку.
Глава организации неспешно повернулся всем телом к вам, поддерживаемый своей женой и легко улыбавшийся вам. Он выглядел так благородно, что по нему и нельзя было сказать о его ужасающей болезни, сокрушающей его с каждым днём лишь сильнее. Вполне себе возможно: не видь ты собственными глазами эту розоватую кожу на его лице, хаотично исписанную его же нездорово вздутыми венами — никогда бы не поверила, что сам Глава охотников на демонов находится на грани смерти. Да что там, ты и сейчас, глядя прямо ему в глаза, верила в это с большим трудом.
— Добро пожаловать в организацию, дорогие Какуши
И вы, всей группой из десятков и десятков людей, вставших в несколько рядов, полностью скрытые чёрной формой и поклявшиеся всем нутром помогать охотникам, встали в глубокий поклон, выражая всё своё уважение по отношению к Столпам. В этот раз, ты не осталась в стороне, чем была крупно вознаграждена — парень со злобными глазами наконец-то отпустил твою форму, не грозясь теперь крабьими клешнями схватить за кожу из-за любой малейшей ошибки. Ты выдохнула спокойно. Но не до конца.
— «Жара…» — с огорчением подумала ты, и исподлобья гневно глядела на огненный шар в небе, изо всех сил желая призвать сильнейший дождь да на весь день. Но ничего не вышло, конечно.
Сегодня, в один из самых волнительных дней за последние несколько лет твоей жизни, солнце сверкало самыми яркими своими лучами, а прохладный ветерок, словно издеваясь, так ни разу и не собирался даже шелохнуться. И при всём при этом на тебе была самая закрытая одежда, которую ты когда-либо вообще носила в своей жизни.
— «Что же,» — подумалось тебе, — «этот день уже стал насыщенным на события. Учитывая то, что Гото просто так мне не простит моих ошибок.»
Бросив последний взгляд на коллегу с карими глазами, ты вздохнула, не зная даже, что может быть хуже: гореть заживо прямо под горячим солнцем в этой форме или сгорать со стыда от монологов старшего товарища. И что ещё хуже, они ведь не безосновательны.
— «Радует хотя-бы то, что кроме него, похоже, никто этого и не заметил,» — ты оглядела ближайшие лица, преклонно стоявшие перед мечниками, и лишь после посмотрела прямиком вперёд, столкнувшись с ехидным взглядом мужчины с интереснейшим рисунком на одном из глаз. Кажется, это у него была та злосчастная повязка, на которую ты то и дело отвлекалась.
— «Проклятье», — удрученно опустила голову ты, — «ладно, он всё равно не запомнит мельчайшие отличия во внешности Какуши, когда мы все прикрыты подобно Мико, если не сильнее»
И ты попыталась спрятаться за низким поклоном, в котором твои ноги начали слегка подрагивать, а голову возжелала спрятать глубоко в земле, подобясь червяку.
Какой же сегодня, однако, тяжёлый день. Молись, чтобы не было так же тяжело ежедневно.
