Академия Некромантии и Менталистики

      Абсолютно каждый человек в детстве был уверен, что он будущий маг. Каждому казалось, что вот-вот желанный дар проявит себя — пушистый одуванчик случайно воспламенится под мимолетным взглядом, водная гладь всколыхнётся или падение камешка остановится на мгновение.       Причина этого желания у шестилетнего ребенка крылась в самой природе магии — в контроле над природными силами. Однако чем старше становился ребенок — тем яснее становилось и ему, что такой дар обеспечивает не просто хлеб, но и статус, наследие и, в некоторых случаях, власть.       Одно дело свободные волшебники, которые не гнушались взяться за мелкую работенку, подлечить местных или даже выступать в составе цирка. Другое дело — маг. Волшебник, наделенный печатью Магистериума. Эта печать давала права на что угодно, кроме измены императору.       Магами, в свою очередь, становились только выпускники Академии Некромантии и Менталистики, успешно сдавшие какой-то сложный загадочный экзамен. И тогда Магистериум признавал выпускника своим членом. Маги служили главам городов и республик, состояли в составе высших эшелонов имперской армии и, само собой, некоторые окружали самого Императора и министров в качестве приближенных — не то советников, не то телохранителей.       Лиам Сэмби тоже мечтал стать магом. Он рос в семье сапожника на самых задворках Империи и сколько помнил — пытался извлечь из себя какое-нибудь волшебство. Он часами гипнотизировал воду в стакане, огонь в камине, листья, камни, птиц. Чем старше становился, тем сильнее это утомляло его мать.       «Хватит отлынивать от работы!» — говорила она.       «Хватит пялиться в никуда!»       «Хватит уже, ты не маг, давно пора это признать!»       Но Лиам не находил себе места. Он знал, что с ним что-то не так, что он другой, просто магия отчего-то отказывалась обнаруживаться. В двенадцать лет он пристал с расспросами к странствующему магу-целителю, продающему кольца, которые, якобы, жглись, если против владельца замыслили что-то неладное. Волшебник бахвалился тем, что почти закончил Академию, но ушел, так как там «всё куплено».       — А расскажите, пожалуйста, что делать, если ничего не получается? — спросил Лиам.       — Ну, если в твоем возрасте не получается, то никогда и не получится, — хмыкнул волшебник. — Я в твоем возрасте уже разжигал камин не поведя и бровью.       Лиам поблагодарил, а потом целую неделю не видел мира из-за пелены слез.       «Как так… Ну как же так…» — спрашивал он, не находя ответа.       Так проходили годы. Лиам по крупицам собирал информацию. Он узнал, что в столице живут Смотрители Академии. Смотрители получали сведения о юных волшебниках через отчеты городских управ. Оказывается, родители одаренного ребенка шли сначала в городскую управу, потом дожидались приезда Смотрителей и показывали им своё талантливое чадо. Если дар присутствовал — ребенок получал пропуск в Академию, сертификат Найденного. Если ты найден — то уже не потеряешься. В год шестнадцатилетия тебя заберут, останься ты верен своему желанию учиться.

***

      На дворе стоял знойный июль. Этим утром, в день своего шестнадцатилетия, Лиам был намерен предпринять последнюю попытку поговорить с родителями.       — Опять ты за своё, — вздохнула мать, уже не скрывая чувства жалости к сыну, — ну прими ты уже бесталанность как данность. Мы бы и рады о тебе заявить, да только ведь позориться не хочется. Ну что я скажу, Лиам? Что у тебя хорошая память? Только и всего?       — Она не просто хорошая, она потрясающая, — настаивал Лиам, — я же рассказывал сто раз, что помню абсолютно всё!       — Этого не может быть, — ответила мать.       — Может! Потому что я волшебник! — воскликнул Лиам. На глаза наворачивались слезы.       — Ну и что это за волшебство такое? — спросила мать.       Лиама затрясло.       — Не знаю! Но это точно оно! Я должен стать магом! Если ты не пойдешь в управу, я поеду в столицу! Сам!       Мать только хмыкнула:       — Ну и вперед, позорься, раз такое дело. Тебе, балде, уже шестнадцать, так что давай, езжай!       Отец все это время молчал, но сейчас на него посмотрели оба. Он достал мешочек с деньгами и выложил на стол две золотые монеты.       — Пусть это будет цена, которую надо заплатить, чтобы ты бросил третировать мать, — хмуро сказал он. — Отработаешь их в моей мастерской. Понял?       Лиам посмотрел на деньги. Внутри все перевернулось. Упорное желание переубедить родителей все это время не давало почувствовать настоящий страх. А теперь Лиаму стало страшно. Что если он предстанет перед Смотрителем и ему скажут ровно то же самое? Сглотнув, Лиам неуверенно соскреб монеты в ладонь.       — Спасибо, отец, — еле слышно прошептал он.

***

      Дорога в огромный город-столицу Варнадир заняла три дня. Путешествуя на перекладных от города к городу и почти не останавливаясь на ночлег, Лиам ступил на столичную брусчатку, когда было уже далеко за полночь. Он был голоден, сильно устал от бесконечной тряски повозок и понятия не имел, где найти Смотрителей.       И если ночью Варнадир казался огромным мирным гигантом, то дневной шум, столпотворение на широких улицах и равнодушные лица превратили город в многоликого бесконечного монстра. Хорошо, что юный путешественник был бедно одет и не бросался в глаза — иначе обокрали бы.       — Я ищу Смотрителей Академии, — Лиам обратился к хозяйке постоялого двора, в котором остановился, — вы, случайно, не знаете, где их найти?       — О, мальчоночка, ты, выходит, будущий маг? — хитро прищурилась в ответ полная рыжая женщина.       — Не уверен, — кисло улыбнулся Лиам, — но хотелось бы думать, что да.       — «Хотелось бы думать, что да», — хохотнула хозяйка. — Извини, дорогой, я не знаю, но на рынке часто ходят всякие волшебники, которые норовят надуть туристов. Можешь спросить у них. А до рынка тебя любой извозчик довезет.       Он вышел на проезжую улицу и огляделся. Неподалеку стояла карета извозчика, но через дорогу Лиам приметил лавку архивариуса.       В лавках такого рода продавались книги с рецептами, глобусы, чистые пергаменты, чернила и все, что так или иначе связано с ученой деятельностью и грамотой.       — А есть ли у вас карта Варнадира? — спросил Лиам у продавца.       Бородатый старичок кивнул и развернул перед ним большую карту.       — Пять серебряных, — сказал он.       — А… вот как… — улыбнулся Лиам, внимательно рассматривая карту, — и где же тут ваша лавка?       — Вот она, — указал архивариус дом на карте.       — А где, например, рынок? — спросил Лиам.       — Вот он, — хмыкнул старик, постучав по пятачку рыночной площади.       — Спасибо, вы мне очень помогли, — снова улыбнулся Лиам и вышел из лавки, оставив старика недоумевать.       С картой в голове можно было смело идти пешком совершенно куда угодно. Один раз рассмотреть — и, считай, навсегда в памяти. Лиам точно знал, что простые люди так не могут. Это придало ему сил, и он расправил плечи, игнорируя страх.       На рынке Лиам заметил между рядами с овощами и фруктами столпотворение людей.       — Чудеса менталистики, подходите, люди добрые! Чудеса менталистики, магии души, магии иллюзий, магии времени, магии ваших сокровенных мечтаний! — раздавался голос молодого волшебника.       Лиам кое-как протиснулся и увидел парня лет восемнадцати, который продавал маленькие скляночки со светящейся жидкостью.       — Эликсир исполнения желаний, всего один золотой за пару, — приговаривал волшебник.       То, что пузырьки светились, очень сильно подогревало интерес.       — А правда сбудутся? — спрашивали люди.       — Сбудутся всенепременно! Но пить надо прямо сейчас, а то магия выветрится!       Перебивать процесс продажи Лиам не хотел. Он сомневался в том, что эта жидкость способна исполнять желания, но слово «менталистика» слышал впервые. Звучало как-то, что могут преподавать в…       — Видите это кольцо? Видите эту печать? Это печать Академии! — продавец всем демонстрировал перстень с гербом Академии. — Вы думаете, я пройдоха какой-то? Я маг! Самый настоящий маг! Магия для народа! Подходите, покупайте, магия желаний, чудеса менталистики…       Лиам отошел. Ему было неловко отвлекать человека от работы и задавать свой вопрос при всех. Поэтому он стал тоскливо слоняться вокруг да около, чтобы подойти, когда покупателей будет поменьше.       Через час все эликсиры были выкуплены.       — Приходите завтра, кто не успел! — сказал волшебник и стал собирать свой чемоданчик.       Лиам подскочил, унимая дрожь в голосе, и спросил, стараясь не думать о своем страхе:       — Извините, я ищу Смотрителей Академии, вы, случайно, не знаете, где они?       Волшебник внимательно посмотрел и усмехнулся:       — Зачем тебе к ним, если у тебя нет дара?       Лиам задохнулся от ужаса. Неужели этот маг увидел отсутствие в Лиаме магии?       — Я… я…       — Академия не так хороша, как ты думаешь, но если тебе смертельно нужно, то иди в Магистериум. Его видно даже отсюда, — волшебник показал на острый пик башни вдали и хохотнул: — Если тебя вообще на порог пустят.       — Спасибо, — стушевался Лиам. — А что такое «менталистика»?       — Да так, — фыркнул волшебник, — одна профанация. Ну, бывай!       На этих словах он ушел, молниеносно теряясь в толпе.