Дивный Новый Рассвет

«Любопытство сгубило не только кошку и Варвару, но и ещё много кого. А твоё способно даже бога свести в могилу», — причитал Ддрайг, пока Кастор переодевался. Свою футболку с изображением частицы космоса он сменил на тёмно-синюю рубашку. Любимые домашние шорты (которые дракон называл длинными трусами) маг сменил на джинсы. А вместо огромных и высоких домашних тапок в виде лап, Бринель надел тёмные ботинки. Вдобавок он накинул сверху лёгкую куртку, чтобы не выглядеть на фоне обычных людей странным. Всё-таки сейчас было относительно холодно. Кастору же такая погода нравилась. — Любопытство не порок, не грех и не преступление, пока оно не вредит кому-либо, кроме тебя, — объяснил простую истину ящерице маг, закрывая дом на замок. Возможно, его район и безопасен, но доверять призрачной безопасности он не намеревался. Конечно, дом под завязку забит различными защитными кругами и чарами — спасибо инквизиторам и их знаниям — но входную дверь маг не трогал. На всякий случай. «И если оно не связано с политикой демонов». — Даже если и так, то я не планирую погружаться в это. Впрочем… — Кастор задумался, чуть нахмурившись. «Что "впрочем"? Ты сам говорил, что не хочешь проблем и желаешь спокойной жизни, но при этом сам лезешь!» — воскликнул Ддрайг. На его аргумент у Бринеля ответа не было. Всё-таки его любопытство куда сильнее любого чувства самосохранения или логики. Качество, что он успел выработать за годы общения со своим близким другом. Плохо это или хорошо — вопрос десятый. И ответа на этот вопрос парень искать не собирался. — Политический брак всегда преследует определённые цели. И эти цели могут мне не понравится, и тогда… «Бл*ть, Кастор! Почему я тут пытаюсь быть голосом разума?!» — недовольно пробурчал дракон. — «Не лезь ты в эту трясину!» — Тогда я сделаю так, чтобы этого брака не было. В частности, если этот брак ради создания наследников. Мне не нужны демоны и с силой Гремори, и с силой пока неизвестного демона. «Демонам очень сложно зачать ребёнка! Пройдёт лет сто, не меньше!» — И? Это усиление демонов, которые уж точно не переполнены сочувствием к людям или желанием стать союзником.       Или хотя бы нейтралитетом. Их контракты, их фигуры — всё это раздражало и злило Бринеля. Человечество не игрушка и не источник ресурсов для их маленьких войн и конфликтов между домами. Почему-то это звучит слишком знакомо. И почему-то ему пришлось подавлять желание убить пару тысяч демонов. «Ты хотел сказать "сотню", не так ли?»       Кастор ничего не ответил на вопрос дракона. Потому что ответа у него не имелось. По крайней мере того, который удовлетворил бы ящерицу. А объяснять на протяжении нескольких дней тот факт, что так действовать ему подсказывает душа и сердце, не было никакого желания. Стоило добавить также, что Ддрайг не заслужил вербальной пытки за своё поведение. Пока он не ведёт себя как Кеша (тот самый стример, играющий за Нуну и страдающий от психологических отклонений), Кастор не станет наказывать ящерицу. Пока что.

***

— Охрененно, конечно. Я всё понимаю, но Кастор не упомянул, что к нему в гости захаживают… Такие личности. Я только прибралась, так что никаких драк, иначе будете перед Кастором отчитываться. — Рейналь-сан… — Пойдём, Асия. Нужно подобрать тебе одежду получше.       Офис нейтрально посмотрела вслед двум ушедшим и склонила голову набок. Она так и не поняла, почему блондинка жалуется и пытается остаться в доме, а брюнетка толкает ту и говорит, что той нужно больше одежды. «Зачем? Мне и одного платья хватает».       Дракон Бесконечности лениво повернула голову к двум другим особям женского пола, что сидели за столом и бурили друг друга взглядами. Сама же богиня сидела на диване и поедала печенье, которое она взяла у Кастора с полки. Он снова станет пилить её взглядом и объяснять час, что нельзя брать чужое. Но разве это чужое? Офис, благодаря помощи очкарика из Героев… как это? «Донатит» на «стримах» мага, поэтому это и её печенье тоже. Всё честно. — И хватает же некоторым наглости приходить сюда. — Ты довольня самокритична.       Демон нахмурилась, кошка чуть слышно зашипела, а Офис переводила взгляд с одной на другую. Она не понимала причину раздражения и злости этих самок, поэтому молча продолжала наблюдать. Хлеб и зрелища? Печенье точно есть. — Ты ведь понимаешь, что я могу тебя арестовать, да? — Я зняю, что ты этого не сделаешь, — хитро улыбнулась женщина с кошачьими ушами и двумя хвостами. Демон на это только фыркнула и сложила руки под грудью. — Иначе Кастор вас двоих побьёт и выгонит отсюда, — произнесла Офис нейтральным голосом, чем привлекла к себе внимание. Но ей было всё равно — она флегматично поедала печенье, никак не отреагировав на два взгляда, что сфокусировались на ней. Дракон Бесконечности молча смяла пустую упаковку, выкинула в мусорное ведро и взяла новую пачку. — Дя? А ты откуда такое знаешь? — кошка состроила кошачье выражение лица, пока Серафолл по какой-то причине вздохнула. — Она тут часто появляется и сидит рядом с Кастором, — решила ответить демоница, состроив недовольное лицо. — Дочь, любовница, родственник? — взгляд кошкообразной стал куда более заинтересованным. Офис нейтрально на ту посмотрела. — Жена, — спокойно ответила девушка и открыла новую пачку печенья. На её слова обе вторженки лишь рассмеялись, но дракон не обиделась. Кастор говорил, что слова редко помогают избавиться от надоедливой мошкары в виде нежелательных личностей вокруг. В таком случае помогает демонстрация силы, но Офис не хотела, чтобы Бринель ругался на неё. Ей неприятно. — Посмеялись и хватит, — демон снова хмуро посмотрела на ёкая, который в ответ только вскинула бровь и усмехнулась. — Зачем ты здесь вообще? — Я могу задать тебе тот же вопрос, Владыкя Дямонов. «Кошка издевается», — констатировала Офис, смотря на хитрое лицо ёкая и раздражённое демона.       Дракон развернулась и уткнулась в телевизор, посчитав разговор двух самок неинтересным. Они могут пытаться делить территорию Кастора как угодно, но именно он будет решать, кто останется. Или останется ли вообще. «Если бы эти крикливые самки знали, что тут у Кастора на стенах», — подумала она, посмотрев на те. Руны, отличные от скандинавских, переплетались в странные рисунки, что укоренились внутри. Так ещё и маскировка на уровне: никаких ощущений, никаких следов. Искусная работа. «Но почему?» — девушка откусила кусок печенья и недовольно надулась. Если он настолько сильный и опытный маг, то почему Кастор не хочет помогать с Красным? Она ведь предлагала деньги, влияние и силу. Но ему ничего не нужно, кроме этой непонятной простой жизни. Разве она проста? Библейский всегда говорил, что жизнь — вещь крайне сложная, а у людей ещё и коротка. — Да я тебя сейчас!..       Офис флегматично посмотрела на стол, что улетел в стену и разлетелся на щепки. Защита, что стояла в доме, сработала мгновенно, покрыв всю комнату льдом. Демон и кошка мгновенно превратились в статуи, но были живыми — глаза выражают крайнюю степень удивления. Дракон же молча расколола свой лёд всплеском силы. Не самым слабым, что доказывает силу и способности Бринеля. Этот человек достиг вершин, до которых и некоторые боги не добираются. — Холодно, — констатировала Офис. — Это… Это что такое, вашу мать?! — кто-то очень эмоционально отреагировал на ледяную дверь, которую простой магией или силой не пробить. Если только ты не Офис, как любил говорить Ддрайг. Ну, да. Она есть она. Поэтому девушка, встав с ледяного дивана, подошла к двери и расколола её ударом кулака. Падшая, что стояла за ней, удивлённо посмотрела на дракона. — Ну охренеть… — протянула крылатая с таким видом, словно из неё выкачали все силы. Блондинка стояла позади и смотрела на замороженную часть дома с шоком в глазах.

***

      Кастор смотрел на всех членов оккультного клуба нейтрально. Нет, это ложь. Он смотрел с большим интересом, потому что вся эта ситуация интриговала. Как и присутствие здесь высокой сереброволосой женщины, одетой в форму приличной горничной, которая работает, а не занимается непотребством с хозяином дома. Демон, конечно же, иначе и быть не могло. Притом сильный. По крайней мере превосходящая все «фигуры» вместе взятых, а судя по току энергии, искуснее самой Гремори. Принцесса сидела мрачная, как рассвет на его родине, а остальные её «члены семьи» были напряжены. — Да? — рингтон в виде хорошей сольной игры на скрипке привлёк внимание демонов. Кастор же молча прикрыл глаза, когда услышал краткий рассказ Рейналь о том, что случилось дома. «Тупые бабищи…» — разочарованно протянул дракон. Бринель с этим мог только согласиться. Чтобы активировать защиту столом, пнув его достаточно сильно… — Нужно будет понизить чувствительность защиты, когда вернусь домой, — вслух произнёс маг, убирая телефон в карман куртки. — У тебя дома стоит защита? — изогнула бровь Риас. Остальные её слуги посмотрели на него с удивлением. Кроме Акено. Та выглядела… Странно. И лучше ему не понимать её взглядов: его мозг и так не самый здоровый в этом мире. — Достаточно мощная, чтобы заставить непрошеных гостей замёрзнуть, — не насмерть. Потому что Кастору станут интересны причины проникновения в его дом. В случае чего противника всегда можно заморозить снова. Уже насмерть. — Спасибо, что сообщил об этом, — саркастично протянула Гремори, покачав головой. Бринель не стал говорить о том, что в тот день демонице просто повезло. Теперь же никто в его дом не попадёт без разрешения. Никто. Ситуация с Левиафан и Курокой доказали ему, что гости — это хорошо, но только когда дома ты. — Скажи, Кастор… — начала говорить Риас, но её прервал треск огня. Очередная печать очередного демонического дома отпечаталась в мозгу Бринеля, который молча начал разбрызгивать освежитель воздуха. Акено удивлённо похлопала глазами, а затем захихикала, приложив ладонь ко рту. Киба усмехнулся, а Конеко же (беловолосая ученица первого года старшей школы, от которой несёт той же энергией, что и от Куроки. Интересно…) флегматично поедала торт. Целый торт, Кастор не ошибся. «Офис бы подралась с Конеко за последний кусок». «Ты опять интерес словил. Когда-нибудь твоя жопа словит член или меч». — Человеческий мир… — новоприбывший блондин в костюме цвета малины смахнул с плеча невидимую пыль. От него буквально несло высокомерием. — И почему этот мир принадлежит таким варварам? «Жалкий, инфантильный, слабый и дегенеративный плод аборта, который не выбросили лишь из жалости и действий высших сил, что в тот день оказались настолько пьяны, что позволили тебе появится на свет, несмотря на мольбы матери не делать этого, чтобы её мертворождённый ребёнок не страдал из-за своего уродства и морального разложения из-за воспитания, равного нулю, ведь ты оказался не нужен даже собственному отцу, который точно вышел за молоком или сигаретами и не вернулся, всё-таки мало кто остался воспитывать бы такого уродца, но у твоей матери невероятно доброе сердце, не позволившее бросить такую отрыжку вселенной». «Самый добрый и позитивный игрок Лиги Легенд», — добавил в заключение Ддрайг, пока Кастор пытался не убить этого наглого демона.