Дивный Новый Рассвет

      Битва с богом разительно отличается от сражения с любым другим существом. Если демона или эфириала можно стереть из реальности навсегда, а человека убить, то вот божество никогда не умрёт. Вернее, рождённый смертным никогда не сможет уничтожить бога до конца. Всегда останется небольшая часть, которая восстановится в полноценную личность со временем. Неважно сколько пройдёт: десятки или десятки тысяч лет. Обычно боги умирают вместе со вселенной, в битвах против своих собратьев или их аватаров. Нет такого понятия как «богоубийца». Нет смертных, способных убить бога. Или это полубог, или это аватар, или небольшое божество. И не то, которое вознеслось, а которое родилось таким. У Вознесённых куда меньше возможностей для убийства богов. Оружие к примеру. — С последней встречи твои навыки улучшились…       Быстрый взмах клинком в левой руке прервал попытку Корваака выпустить в Кастора электрический разряд. Алая кровь упала на пол, а рана медленно затянулась. Бринель чуть нахмурился. В гонке на выносливость он определённо проиграет существу, что смогло тысячелетия провисеть в цепях и не потерять свою силу. «Самое сложное — смириться с тем фактом, что твоя победа — это всего лишь выигрыш времени, не более».       Предтеча нанёс удар, за которым последовал взрыв. Маг стремительно отпрыгнул назад. Корваак же стоял на месте, заклинания одно за другим слетали с его пальцев смертоносными плетениями. Пространство наполнилось пламенем и электрическими разрядами, а пол превратился в расплавленное и бурлящее месиво. Уклонение в таком случае становилось… Проблематичным. — Думаешь, всё будет как в прошлый раз?! Что сможешь найти нужный момент и закончить за один удар?!       Кастор прищурился и вцепился в камень одной из стен. В противоположную ударила молния, образовав большой кратер. Без нормальной возможности стоять, у мага не так много шансов для атаки магией. Бринель криво ухмыльнулся, покрепче сжав клинки. Рывок вперёд. Удар в открытый живот, пока Корваак выпускал сразу четыре заклинания. Лезвия вонзились в податливую плоть. Кровь хлынула на лаву, а сам Бринель вновь отпрыгнул на стену, вернувшись через тени. Бог лишь злобно оскалился и щёлкнул пальцами. Маг быстро переместился к потолку и воткнул в него свои клинки, что стало…       Фатальной ошибкой. Огненная змея врезалась ему прямо в туловище, смыкнув свои челюсти. Боль на мгновение заполнила разум, но маг быстро охладил себя вспышкой Олехры, попутно защищаясь от пламенного копья. Однако дыхание из-за огромной температуры восстановить быстро не получилось. «Он заставил потоки лавы за стеной двигаться, но ничего с ними не сделал. Значит обманка».       Кастор отправил пару десятков ледяных чакрамов в сторону Корваака, что разлетелись по непредсказуемым траекториям. Наполненные магией до предела, они столкнулись с телом бога. Часть из них приняли огненные стены, появившиеся вокруг Предтечи, но некоторые попали прямо в него: в ноги, в левую нижнюю руку и прямо в голову, отчего рёв боли раздался по дворцу. Лёд впился в кожу острыми осколками, а его холод прочувствовал даже Предтеча. — Ты думаешь…       Холодный водоворот мгновенно остудил пол, а несколько щупалец ударили Корваака, пока Кастор отправлял в сторону Предтечи россыпь ледяных клинков, перемешивая его с метательными ножами, создавая постоянный поток, чтобы не позволить божеству атаковать. Бог блокировал большинство атак, но из-за их частоты некоторые лезвия проникали в плоть. При этом кровь холодела, а движения чуть замедлялись, давая Кастору возможность уклониться от контратаки: огненного копья, электрической дуги, лавового сгустка и много другого, что могло за пару секунд сварить его или зажарить живьём. Маг прочнее людей и некоторых иных существ, но атаки бога он выдержит лишь несколько мгновений.

***

      Дворец сотрясался и осыпался из-за взрывов и температурных перепадов, что происходили внутри. Сражение Кастора с Корвааком становилось интенсивнее с каждой минутой. Яростнее. Злее. Ненавистнее. Каждый удар, каждое заклинание стремилось убить свою цель. Уничтожить. Стереть. С лица Предтечи не слезала гримаса ярости и гнева, а вечно спокойное лицо Кастора сменилось на напряжённое и раздражённое. Они оба желали смерти друг друга по разным причинам и так же свирепо стремились к своей цели.       Удар кулака Корваака отправил Кастора в полёт, во время которого маг отправил в полёт ледяное копьё, вонзившееся в левый бок и разорвавшееся на острые осколки. Ледяной чакрам столкнулся с огненным, вызвав очередной взрыв, который окутал полуразрушенный зал паром. Кастор пользовался небольшими передышками, чтобы пневмой затянуть ранения и восстановить силы, но ресурсы у организма не вечные, поэтому каждый раз эффективность падала. Корваак же в такие моменты отправлял во все стороны лавовые потоки, чтобы выцепить мага. Но тот защищался Зеркалом, которое не раз спасло его в этой битве.       Лезвие двух мечей вонзилось в правое плечо бога, а затем они ушли вниз, отрезая верхнюю правую руку божества. Атака сверху окупила себя, позволив отобрать одну возможность для нападения. Корваак взревел от боли и ярости, схватил Бринеля и отправил того в полёт прямо в стену. Сгруппировавшись, тот оттолкнулся от неё, но зашипел, когда поток лавы ударил прямо по его ногам. Пневма в очередной раз спасла его от смертельных ожогов, но оставшаяся боль никуда не делась. Броня достойно выдерживала удары, но Кастор чувствовал, как от количества магии вокруг чары на ней начинали истощаться и искажаться.       Очередная стычка. Очередной обмен ударами. Очередная попытка вырвать победу у другого. Удар в спину из невидимости заблокирован богато украшенным наручем на левой верхней руке. Украшение покрылось трещинами, но смогло выдержать мощный удар. Ответная атака потоком огня была заблокирована толстой ледяной стеной. Пар снова начал заполнять зал, но Корваак взмахом единственной правой руки поднял ветер, который очистил область. «Паттерн его поведения изменился...» — подумал Кастор, заблокировав очередной удар, но в этот раз куска потолка. Сжав зубы, он отбросил снаряд в сторону, приготовившись уклонятся от очередного удара. Который не последовал. — Ты что-то задумал. — И это заставило тебя остановиться, — криво усмехнулся Корваак, а затем хлёсткий удар огненной плетью отправил Бринеля прямо в стену. Половина ребёр треснули, а левая рука опасливо хрустнула. Пневма, втянутая практически сразу, зарастила кости, но боль никуда не делась. Изменение поведения Корваака, а также использование большего количества мозгов… Выманивание. Заманивание. Впрочем, они лишь разминались. — О, теперь ты серьёзен? — Кастор приземлился на окаменевшую лаву и размял плечи, что отдалось неприятной болью. Предтеча на это поднял отрубленную руку и приложил к обрубку. А затем спокойно сжал кулак. — Верно.       Разрезы для глаз в броне Бринеля засветились голубым светом, руны на броне под действием знакомой силы обновились и наполнились энергией. Мечи повторили за доспехами, а два больших круга, состоящие из бритвенно-острых лезвий, появились слева и справа от мага, который направил острия клинков прямо на бога. Ледяная буря поднялась вокруг Бринеля, пока огненная поднималась вокруг Предтечи. Эта реальность начала буквально скрипеть от той силы, которая высвободилась в столкновении двух стихий. Маг мог слышать, как рвалась ткань мира, как существа в панике пытаются сбежать от этой катастрофы. Краем глаза Кастор видел, как различные твари, что не принадлежат этому миру, в панике убегали, чуть ли не спотыкаясь. Ни демоны, ни эфириалы. Гротескные порождения пространства между мирами, в чьих инстинктах нет ничего, кроме зачистки. Убить всех, кто не принадлежит их роду. Искажённым и некогда жившим в других мирах.       Пневма растеклась по телу после очередного вдоха. Совсем скоро кислорода для дыхания не останется, как и воздуха в целом, поэтому необходимо заканчивать быстрее. Шаг и удар, и отступление. Небольшая рана на груди Корваака — маленькая победа. А из маленьких побед складывается одна большая. Кастор вновь устремился вперёд через тени, чтобы стремительно атаковать и отступить. Небольшой укол или порез, а затем обратно, чтобы не попасть под контратаку Предтечи. Тот в ответ на стремительный ураган отвечал не менее яростными атаками, что включали в себя огонь, электричество, ветер и даже телекинез. Последнего Кастор раньше у бога не видел, поэтому сейчас судорожно восстанавливал ровное дыхание после удара камня по спине.       Земля тряслась, а дворец давно обратился в кучу камня и текущей лавы, что мешало Бринелю стоять на ногах. Конечно, он может выдержать высокие температуры, но не когда лава переполнена энергией Корваака. В таком случае она его просто растворит. — Надоедливое насекомое, — проворчал Предтеча, когда очередной росчерк клинков ранил его правое плечо. Вдохнуть пневму, наполнить магией холодные клинки, прыгнуть через тени, ударить и отступить, чтобы выпустить пару десятков снарядов, а также уклониться от очередного потока лавы или раскалённого камня… Или молнии. Или огненной стрелы, что летела со скоростью, о которой местные порождения магии могли только мечтать. Кастор медленно выдохнул и нахмурился. Его атаки оставляли раны, покрытые льдом, на теле Предтечи, но тот и не думал выдыхаться. Его атаки становились только быстрее и быстрее, а вместе с этим ткань реальности рвалась всё сильнее. Воздух начинал уходить в пустоту, а шанс переноса боя в открытый космос рос геометрически.       Свободное пространство заливало электричеством, лавой, огнём, камнями, деревьями и льдом. Уклонение и блокирование атак при помощи контрзаклинаний или Зеркала, к которым привык Кастор, начинали подводить. От самых смертоносных атак ему удавалось уходить, но от других? Его броня начинала медленно, но верно терять свою целостность, а пневма становилась практически неэффективна. Несколько бутылей лечебного зелья уже были выпиты, как и пара энергетических. Постоянное использование заклинаний, а также усиление собственного тела до предела давали о себе знать в виде истощения. Впрочем… Ресурсы организма не бесконечны.       Духи Клинков бешено вращались и летали по полю боя, пытаясь порезать Корваака, который в ответ выпустил собственные вихри пламени и электричества, что преследовали Кастора. Но маг уничтожал их по мере возможности при помощи ответных заклинаний, тратя на это дополнительные ресурсы. Но это уже влилось в общую картину боя: Корваак атакует по площади различными способами, а Бринель избегает этого и атакует в ответ быстрыми росчерками и веерами ледяных ножей, а также водоворотами, хотя их эффективность оставляет желать лучшего. Щупальца быстро уходят из-за высокой температуры вокруг Корваака, что неудивительно — сам Бринель уже чувствует множественные ожоги по своему телу. Зелья заживляют их, но каждый раз эффективность падает.       Удар за ударом, заклинание за заклинанием. Они обменивались атаками, не обращая никакого внимания на окружение. Огонь сталкивался со льдом, образуя пар, который мгновенно исчезал, чтобы его сменил ещё один. Клинки впивались в плоть божества, языки пламени обжигали мага даже сквозь защиту брони. Корваак лишился пары глаз и ещё одной руки, но ярость его атак не уменьшилась, а только возросла. Затраты энергии стали колоссальными, а запас его зелий начал заканчиваться. Ножи давно закончились и расплавились где-то в этом океане лавы. Весь мир божества давно превратился в преисподнюю, где сгорали и слуги бога, и вторженцы из разломов.       Очередная стычка. Очередной обмен атаками. Очередной разрыв ткани реальности и их переноса в космос… Резкая потеря гравитации и воздуха выбило из Кастора весь баланс и ритм, отчего тот не успел отреагировать на сближение Корваака. — Попался, — оскалился бог, показав окровавленные зубы.       Он схватил мага, а затем одним движением рук оторвал правую руку и ногу Кастору. Боль на мгновение затопила разум, но маг отреагировал и использовал вспышку Олехры, заморозив Корваака. На жалкие доли секунды, но этого хватило, чтобы живой рукой начертить руну прямо на лбу у бога. Предтеча поступил глупо, решив совершить эту явно самоубийственную атаку. Может быть тело Бринеля и неспособно нормально существовать в космосе из-за отсутствия гравитации и необходимости в дыхании. Но магия? Такая близость к космосу усиливала её до невероятных уровней. — Ах ты… — только и успел произнести бог после разморозки, прежде чем его снова мгновенно заморозило.       В этот раз насмерть. Мгновенный перепад температур, ранения и небольшие кусочки льда, что остались под зажившей кожей Предтечи. Зачарованный лёд, что усиливает любые заклинания в небольшом радиусе. Эффект накопительный, поэтому сотни маленьких порезов с небольшими осколками стали мощным катализатором. Можно назвать это уменьшенной версией ритуала, который он использовал в Каирне. — Жаль, что это лишь временная мера. Всегда найдутся исследователи, что найдут искру Корваака, чтобы снова разжечь это Жестокое Солнце… — Не люблю цикличность. — Бог Бесконечности не любит циклы… — Кастор попытался усмехнуться, но почему-то не смог. Он вообще чувствовал, что с его челюстью что-то не так. Но броня поддерживала его тело в более-менее целом состоянии… — Домой? — девушка склонила голову набок и чуть-чуть улыбнулась, отчего Бринель похлопал глазами. Зря. Стало больно. — Да. Только заберу свои конечности…       Маг мысленно вздохнул. Разговаривать при помощи мыслей всегда было несколько… Неприятно, но выбора в вакууме нет. «В прошлый раз он оставил на мне пару ожогов и царапин… Старею».