chapter 3
9 июля 2023 г., 18:33
Рико появляется уже на новой лошади — взвинченном черном жеребце с развевающейся гривой. Он не из тех, что умеют разговаривать. Кевин выглядит настолько опустошенным, насколько вообще может выглядеть осел.
Эндрю, который отправился в замок Рико посреди ночи и привел того до пробуждения Нила, выглядит уставшим. Даже измученным. Все станет гораздо проще, как только он уберется подальше от всех этих людей. Он не желает становиться инструментом в политических махинациях, не желает становится компаньоном принца, который слишком красив для него, не желает становится компаньоном осла, он хочет быть просто Эндрю и хочет быть в одиночестве, как ему всегда и нравилось.
— Я так понимаю, это Натаниэль, — говорит Рико, так и не спустившись с жеребца, но указывая на неподвижную фигуру Нила в нескольких метрах от него. Тот стоит прямо перед хижиной. — Барды не врали в своих мелодиях — он прекрасен. Монстр, ты отлично мне послужил.
— Документы. Сейчас же, — говорит Эндрю. Рико цыкает из-за отсутствия в нем вежливости, но тем не менее достает свиток, протягивая его так, чтобы Эндрю смог сам забрать тот из рук.
Эндрю разворачивает свиток и смотрит, — убеждаясь, что это действительно документ на болото и земли вокруг него — прежде чем свернуть его и сунуть себе за пояс. Затем он постукивает себя по скуле, прямо в том месте, где на лице у Рико изображен нож.
— Мы больше никогда не встретимся, — говорит Эндрю, — если ты дорожишь своим сердцем.
Рико морщится.
— Я уж точно тебя больше никогда не увижу, нет, — говорит он. Эндрю закатывает глаза. Он знает, что однажды Рико точно приведет свои войска, чтобы убить Эндрю за его недостойное поведение по отношению к нему, но все они умрут так же просто, как и умирали их предшественники.
Уходя, он останавливается прямо перед Кевином.
— Это было ужасно, Кевин, — говорит он на прощание. — Давай больше никогда не повторять ничего такого, — Кевин ничего не говорит в ответ, вместо этого уставившись на жеребца Рико с абсолютно опустошенным выражением на лице.
Эндрю хочет было уйти, чтобы Нил и Рико могли провести свое королевское знакомство наедине, но Нил останавливает его движением руки, его лицо осунулось и побледнело.
— Что все это значит? — тихо спрашивает Нил, полностью игнорируя мужчину на коне позади Эндрю.
— Это твое «долго и счастливо», — говорит Эндрю, избегая зрительного контакта. — И ты заставляешь его ждать.
— У нас ведь был еще один день, — настаивает Нил. — Ты не должен был так поступать.
— Мне показалось, что моя роль в твоей сказке подошла к концу, — говорит Эндрю, бросая взгляд на Нила. Он выглядит опустошенным. Эндрю не купился на такое.
— Я что-то натворил, — говорит Нил тихим, настойчивым голосом. — Я облажался, перешел черту.
— Я возвращаюсь домой, — говорит Эндрю, пытаясь уйти.
— Эндрю, — настаивает Нил, и в его голосе слышится что-то грубое. — Просто поговори со мной, мы можем все исправить.
— Не смотри на меня так, — говорит Эндрю, внезапно впадая в панику. Он не может слушать все это, он не будет — это бессмысленно, нечестно и унизительно по отношению к чувствам Эндрю.
— Как так, Эндрю, что такого я натворил? — спрашивает Нил. — Мы не должны…
— Никаких «нас» — нет, — перебивает Эндрю, его голос звучит резче, чем он намеревался. Нил вздрагивает. — А чего ты ожидал, Нил? Неужели ты думал, что я поеду вместе с тобой и буду твоей фрейлиной? Неужели ты правда думал, что они позволят монстру зайти в замок? Это была всего лишь работа.
— Я думал… — начинает Нил, но Эндрю не дает ему закончить.
— Ты думал неправильно. В смысле, взгляни на меня, а теперь попробуй сказать, что мы с тобой когда-нибудь сможем быть вместе, — Эндрю видит, как на лице Нила появляется осознание, быстро сменяющееся ужасом. — Ты был прав, Нил. Я выше этого.
Эндрю разворачивается и уходит прежде, чем Нил успевает сказать хоть что-нибудь еще, но последнее, каким он видит лицо Нила — бледное, преисполненное чувством вины, которая на века останется жить в нем.
***
Дорога домой проходит гораздо быстрее, когда нет нужды бродить по сельской местности, выбирая живописные маршруты. До этого момента он и не понимал, как сильно отклонился от своего первоначального маршрута, и все ради того, чтобы увидеть, как загораются глаза Нила при виде мира, от которого он был так долго изолирован. Теперь же — без него — мир выглядит серым и мрачным. Пусть так, думает Эндрю, стараясь взять себя в руки. Мир серый и мрачный. Присутствие Нила было иллюзией, несбыточной мечтой, розовым пятном на мрачном стекле реальности. Без него будет лучше. Эндрю отчетливо понимает это. Наконец, после нескольких дней пути, он добирается до Колумбии, виноградные лианы обвиваются позади него, пока он прокладывает себе путь все глубже и глубже — в сердце самое болота, где его ждет дом с высоким и гордым знаком «Вход воспрещен». Единственное, почему можно сказать, что Рико здесь когда-то был — несколько потоптанных овощей в саду. Эндрю возвращается в свой дом и ему приходится вновь смириться с его пустотой. Маленькая часть него — та, которая впервые проснулась, когда он встретил Нила — беспокойно вертится в его груди, но затем тревожно утихает. Ночь еще не наступила, но Эндрю все равно направляется прямиком в спальню, совсем не обращая внимания на наполовину законченную картину с изображением цветущих виноградных лиан и незаконченную книгу на прикроватной тумбочке. Он падает на кровать, и его глаза немедленно закрываются. И после, дорогой читатель, наш монстр засыпает.***
Спустя три дня после возвращения домой Эндрю просыпается от своего тревожного сна из-за стука копыт в дверь. Он с тихим стоном вытаскивает себя из постели, потирая тыльной стороной ладони глаза. В последнее время он много спит. Было сложно заставить себя делать что-то другое. — Что ты здесь делаешь? — спрашивает Эндрю, открывая дверь своему наименее любимому представителю говорящих ослов. — Мне нужна твоя помощь, — говорит Кевин, запыхавшись, несколько оборванных лиан запутались у него в лапах. Эндрю тут же пытается захлопнуть перед ним дверь, но Кевин упирается копытом в дверной косяк, чтобы помешать ему. — Я думал, ты решил остаться в Эверморе со своим славным хозяином, Рико Морияма, Королем Ничего. — Я ему не нужен, — говорит Кевин. — Но это нормально! Я понял, что вы с Нилом были правы. Рико ужасно обращался со мной, и мне нравится быть ослом. Теперь я крепче и независимее. — Рад за тебя, — говорит Эндрю, безуспешно пытаясь снова закрыть дверь. — После того, как Рико и Нил уехали, я понятия не имел, что мне теперь делать, поэтому решил вернуться и спасти Тею, — продолжает Кевин. — Оказалось, что у нее и правда хороший характер, если узнать ее поближе. Это она помогла мне добраться сюда. — Рад за вас обоих, — говорит Эндрю. — А теперь оставь меня в покое. — Ты мог бы уделить мне секунду и просто выслушать? — спрашивает Кевин. — Жан прислал мне весточку. Нил выйдет замуж за Рико завтра днем. Внезапно Эндрю чувствует себя так, словно его пырнули ножом. — И что? — спрашивает он, сглатывая желчь. — И что? А сам ты как думаешь? — возмущенно спрашивает Кевин. — Ты ведь не идиот, Эндрю, ты прекрасно знаешь, что Рико хотел выйти замуж за Нила только по одной причине. Как ты думаешь, что он сделает с Нилом, когда церемония бракосочетания будет окончена, а он получит корону, о которой так долго грезил? — Это не моя проблема, — говорит Эндрю, оборачиваясь. — Нил может сам о себе позаботиться. — Ты, блять, издеваешься надо мной? — спрашивает Кевин. — Нет, Кевин, я не издеваюсь, — говорит Эндрю. — Если ты и Тея хотите пойти и спасти Нила — вперед, но не смейте вмешивать в это и меня. — Ты ведь это не всерьез, — говорит Кевин. — Вообще-то, всерьез, — говорит Эндрю. — Мы оба знаем, что он не нуждается во мне и не хочет, чтобы я его спасал. — Откуда ты взял все это? — спрашивает Кевин. — Ты определенно непростой человек, но ты ведь не жестокий. — Сказал осел монстру, — вставляет Эндрю. — Я думал, ты так быстро ушел, потому что поскорее хотел увидеть свое болото, — говорит Кевин, игнорируя его выпад, — но теперь я начинаю задаваться вопросом, не заставило ли тебя уйти что-то другое. — Брось это, Кевин, — говорит Эндрю, внезапно почувствовав себя очень-очень уставшим. — Нет, не брошу, — заявляет Кевин, видимо, сегодня он будет более раздражающим, чем обычно. — Что произошло? В тот последний день у вас с Нилом все было просто чудесно, а ночью перед расставанием вы даже не разговаривали, а утром ты уже вел себя странно. — Откуда ты знаешь, что той ночью мы с Нилом не разговаривали? — спрашивает Эндрю. — Ну, потому что… — начинает Кевин, прежде чем резко остановиться. — Потому что с ним разговаривал ты? — спрашивает Эндрю, и в его глазах загорается пламя. — Обо мне? Кевин замирает. — Что именно ты услышал? — спрашивает он, и в его глазах появляется что-то похожее на страх, но больше — на раскаяние. — Прекрати это, — говорит Эндрю. — Послушай, ты правда не понимаешь… — начинает Кевин. — Я не хочу понимать, — перебивает Эндрю. — Ты был прав, когда вмешался. Нил не ведал, что творил, как и я. Мы больше никогда друг с другом не заговорим, и так будет лучше. И все, что ты теперь можешь сделать — начать жизнь с чистого листа или продолжить проживать эту, но теперь уже со своим новым другом-драконом, мы все должны двигаться дальше. — Так не будет лучше, я был не прав, когда вмешался, — говорит Кевин. — Ты и сам понимаешь, каково мне — признавать, что я ошибался. — Я не хочу ничего из этого слышать, — говорит Эндрю. — Рад за тебя, — восклицает Кевин. — А я не хочу говорить все это, но ты просто обязан выслушать меня. Прямо сейчас ты очень нужен Нилу. Мы очень нужны ему, все мы. Что-то щелкает внутри Эндрю. Он чувствует, как что-то темное и злое раскрывается в нем, словно бушующий зверь, который убил Дрейка, вырезал все семейство Спир, а после и всех людей, которых послали за ним. — О, так вот в чем все дело? — говорит Эндрю, обнажая зубы. — Теперь я понимаю. — О чем ты говоришь? — спрашивает Кевин. — Дело не в Ниле, и дело даже не во мне, — говорит Эндрю. — Дело в том, что ты хочешь, чтобы в тебе нуждались. Ты всегда должен быть полезен, ведь так, Кевин? Ты всего лишь инструмент, к тому же сломанный. Рико был твоим прежним хозяином, но теперь ты и ему не нужен, так что тебе нужен кто-нибудь новый. Нил — особа королевской крови, а я владею магией, наверное, тебе чудится, что вместе мы сможем превратить тебя в оружие, которым ты, по сути, и являешься. Внезапное появление, бешеный стук в мою дверь, страстные речи и все это глубокой ночью — ты делаешь это ради себя, ради того, чтобы разгневанный мужчина, к ногам которого ты бросился, смог заполучить тебя и дать тебе то, в чем ты так страстно нуждаешься. Ты жалок, Кевин. — Ох, серьезно? — спрашивает Кевин ровным и раздраженным тоном. — Так вот кем ты меня считаешь? — Со стороны ты кажешься именно таким, — говорит Эндрю. Кевин разражается смехом, коротко и пронзительно. — Знаешь что, Эндрю? — огрызается Кевин. — Да. Ты прав. Я неудачник. Я жалкий. Раньше я был боевым конем, а теперь я гребаный осел, я не нужен Рико, и тебе я тоже не нужен. Ты прав. Но я приблизительно не так жалок, как ты. И мне жаль тебя. — Ты думаешь, меня волнует, что ты… — Мне жаль тебя, ведь хоть ты и самый подлый, озлобленный, опасный сукин сын на свете, но благодаря какому-то чуду или самой судьбе ты смог убедить кого-то столь невероятного влюбиться в тебя, и потом ты отказался от него, потому что не знаешь, какого это — быть счастливым. — Нил не влюблен в меня… — Что бы ты там не услышал, это было вырвано из контекста… — Он принц… — Он проклят, тупой ты сукин сын, — огрызается Кевин, и Эндрю замолкает. — Ты хоть раз задумывался о его проклятии? Как оно отражается на Ниле? Как это может повлиять на его отношения? — Эндрю молчит. — Ох, ну конечно же, ты не думал об этом. Зачем тебе делать это? Ведь никто на свете не страдает больше тебя. Никто, кроме тебя, не знает, каково это — чувствовать себя отвратительным и напуганным. — Я не напуган, — протестует Эндрю, его голос звучит тихо даже для собственных ушей. — Так поэтому ты сбежал? — спрашивает Кевин. Эндрю свирепо смотрит на него, но это не производит никакого эффекта. — Слушай, завтра на рассвете мы с Теей улетим, чтобы спасти Нила. Мы будем недалеко от болота. Ты можешь полететь с нами, если захочешь. После этих слов Кевин бросается в сторону виноградных лиан, окружающих земли Эндрю, оставляя того в полном одиночестве на собственном болоте. Именно так, как он всегда и мечтал.***
Следующим утром, прямо перед рассветом, Эндрю выходит из своего дома и пробирается сквозь виноградные лианы, пока не обнаруживает массивную фиолетовую тушу спящего дракона и ослика, лежащего рядом с ней. — Ты пришел, — совершенно не удивленно говорит Кевин. — Какой сюрприз. — Ты был прав, — признает Эндрю. — Я вел себя как трус. — Все в порядке, — говорит Кевин. — Я сам тебе об этом и сказал. В этот момент Тея просыпается и тут же устремляет взгляд на Эндрю. — Монстр, — говорит она. — Дракон, — отвечает Эндрю. — Пожалуйста, постарайтесь поладить, — просит Кевин, прижимаясь головой к чешуйчатому бочку Теи. — Ты задел чувства Кевина, — продолжает Тея, прищурив глаза. — А ты поджарила его, — указывает Эндрю. — И то верно, — говорит Тея. Она выпрямляется, потягиваясь всем телом, ее фиолетовая чешуя мерцает от утренней росы. Тея — огромная. Она поворачивает голову до тех пор, пока не оказывается в нескольких сантиметров от лица Эндрю, глядя тому прямо в глаза. — Ты любишь Нила? По-настоящему? — Люблю, — говорит Эндрю. Бесполезно лгать драконам. Те всегда все знают. — Тогда ты единственный, кто может спасти его, — загадочно говорит Тея. — Забирайся ко мне на спину, монстр. Твоя истинная любовь уже тебя заждалась. — А где сяду я? — раздраженно спрашивает Кевин. — Я повезу тебя в своих челюстях, дорогой, — сообщает Тея. Кевин выглядит влюбленным. Ему идет.***
Полет проходит быстро. Мощные крылья Теи поднимают их над облачным покровом, Эндрю произносит заклинание, чтобы ветер соблаговолил им. Кевин и во время полета продолжает болтать, но ветер уносит все его слова прочь прежде, чем те достигают ушей Эндрю. Они достигают замка Эвермор в течение дня, паря в небесах прямо над ним. Эвермор больше похож на крепость, город, окруженный высокими каменными стенами, защищенный от всевозможных захватчиков. Его защитная магия настолько сильна, что Эндрю кажется, что он может почувствовать, как та обжигает его. Паря над крепостью, Эндрю видит большой каменный собор с большими витражными окнами. — Дайте-ка угадаю, — говорит Эндрю. — Свадьба пройдет там. — Так сказал Жан, — говорит Кевин. — Какой у нас план? — говорит Эндрю. — Если мы нападем прямо сейчас, они одолеют нас. Там много бойцов и большинство из приближенных к Рико людей — владеют магией, — говорит Кевин. — А стены защищены от магических атак. — Тогда, мы будем действовать незаметно, — говорит Эндрю. — Я прокрадусь внутрь, найду Нила, а потом вытащу нас обоих оттуда. — Ты сможешь забраться туда без меня? — ворчит Тея. — Забраться-то я смогу, — говорит Эндрю. — Но вот выбраться оттуда может быть проблемой. — И что помешает им убить тебя, когда они обнаружат тебя? — спрашивает Кевин. — Я возьму заложника, — говорит Эндрю. — Тея, когда окно разобьется вдребезги — считай, это сигнал для тебя. — Я буду ждать твоего сигнала, — отвечает она. — Действуй быстро. — Будь осторожен, — говорит Кевин, когда они бесшумно опускаются, чтобы высадить Эндрю за пределами городских стен. Эндрю спрыгивает со спины Теи, когда оказывается достаточно близко к земле, а затем дракон исчезает, снова растворяясь в облаках. Попасть в крепость оказывается несложно, капля ихора и заклинание невидимости делают свое дело. Эндрю пробирается сквозь толпу, наблюдая за тем, как гости и слуги Рико поднимаются к парящему над головами собору. Толпы людей движутся к центру крепости, многие из них разодеты в пышные одежды. Дворяне — должно быть, со всей страны — съехались на главное событие года. Эндрю проскальзывает между людьми, наблюдая за передвижениями охранников и гостей. Он замечает, что все гости собираются на специальных платформах, которые придворные маги поднимают прямо к большим парадным дверям собора с помощью левитации. Однако люди на платформах стоят слишком близко друг к другу, поэтому с большой вероятностью, если он попытается встать туда, его невидимость станет спорной. Он оглядывается по сторонам в поисках решения проблемы до тех пор, пока не видит, как охранник подлетает к собору без помощи мага. Эндрю начинает пристально наблюдать за местом, где только что стоял человек, он видит, как другой охранник занимает такую же позицию, а затем постукивает по нагруднику своих доспехов. Руна, изображенная на металле, загорается, и он взмывает в воздух с помощью магии левитации самого собора. Все дело в нагрудниках, решает Эндрю. Он пробирается чуть дальше сквозь толпу в поисках другого охранника, которого можно было бы схватить, когда тот останется один. Он оглядывается по сторонам в течение нескольких разочаровывающих минут, прежде чем видит, как один из охранников отделяется от своего напарника, вероятно, чтобы сходить отлить. Эндрю осторожно идет за ним, пока тот не остается совсем один в переулке, а затем шепчет заклинание немоты, начиная душить охранника сзади. Тот быстро теряет сознание, его губы беззвучно шевелятся, когда он безуспешно пытается позвать кого-нибудь на помощь. Эндрю снимает с него нагрудник и надевает на себя, прежде чем вернуться к платформам. Когда он снова оказывается под собором, то постукивает пальцами по нагруднику, активируя руну и взлетая ввысь. Как только перед глазами оказываются двери собора, магия внезапно перестает действовать и он остается висеть, подхватываемых лишь мощной магией, удерживающей собор в воздухе. Он решительно отказывается смотреть вниз. Если не смотреть, то и бояться будет нечего. Не смотреть вниз. Магии можно доверять, и он прекрасно ее ощущает. Он не станет смотреть вниз. Это было бы глупо. Он решает лишь раз опустить взгляд. Ошибка. Под его ногами лишь воздух, поэтому он может отчетливо увидеть, как все обитатели крепости перемещаются под ним, словно муравьи. Если бы он упал с такой высоты, никакая магия не спасла бы его от удара. Он заставляет себя перевести взгляд перед собой, вливаясь в ряды гостей, когда те входят в собор, чтобы стать свидетелями безбожного союза. Когда он попадает в собор, то удивленно моргает. Снаружи сооружение выглядело довольно большим, но внутри оно волшебным образом расширялось, становясь еще больше, буквально способным вместить сотни прихожан. Вдоль стен выстроились стражники, а сотни дворян в шелках, бархате и парче переговаривались между собой среди рядов. Эндрю сквозь толпу знати медленно пробирается вперед, стараясь оставаться невидимым. Он слышит сплетни, приглушенный шепот об «истинном наследнике» и «блестящей партии», которую сумел найти Рико, перешептывания о том, как долго, по мнению людей, сможет протянуть Натаниэль. Одни предполагают, что несколько месяцев, другие — часов. Но никто не пророчит ему больше года. — Пожалуйста, рассаживайтесь, — призывает священник. Музыканты, стоящие в углу, под витражом с изображением воронов в полете, начинают играть что-то мелодичное и романтичное. Рико выходит первым, он одет в идеально черный бархатный камзол и бриджи. Люди сразу же начинают шептаться о том, столько же монстров пришлось погубить Рико, чтобы заполучить столько черной ткани. Он останавливается чуть впереди от Эндрю, который стоит прямо возле священника. Наступает долгая пауза, во время которой Рико наслаждается завистью своих подданных. Затем музыканты сменяют песнь. Большие двери распахиваются, и заходит Нил, одетый в отлично сидящую на нем темно-синюю рубашку, подчеркивающую его глаза и расшитую маленькими бриллиантами, отражающими свет. Его бриджи начисто выбелены и плотно облегают икры. Он похож на ночное небо, на картину, изображающую космос. А еще он выглядит абсолютно несчастным — на его идеальном лице нет и тени улыбки, а под глазами залегли темные круги. Толпа благоговеет от его появления. Эндрю слышит бормотание о том, как сильно он похож на покойного короля Натана, о том, что во всех рассказах его красота была явно приуменьшена и о том, как же Рико повезло с ним. Эндрю хочется немедля схватить его и убежать, но он выжидает. Всему свое время. Нил идет через весь собор, позади него охранник, который якобы должен защитить его в случае чего, но на самом деле, тот следит за тем, чтобы принц не сбежал. С другой стороны, как Нил может сбежать с собора, который парит в небе? Рико загнал его в ловушку. Но, к счастью, он не предусмотрел, что у Эндрю есть дракон. Нил медленно бредет в сторону священника, и есть в его взгляде нечто отсутствующее. Он терпеливо стоит, а на его лице нет и следа эмоций. Эндрю хочется ущипнуть его, просто чтобы заставить отреагировать. Священник начинает свою речь, а Эндрю вголос с ним начинает шептать заклинание, чтобы оградить Нила от любого сопутствующего ущерба, который может последовать после того, как Эндрю начнет действовать. К тому моменту, когда священник закончит свою проповедь, Нила могут хоть заколоть, отравить и поджечь, он все равно останется в добром здравии. — А теперь, прежде чем мы скрепим этот союз, — говорит священник, — есть ли среди вас те, кто может привести веские причины, по которым лорд Рико Морияма и принц Натаниэль Веснински не могут вступить в брак, скажите об этом сейчас либо замолчите навечно. Эндрю сбрасывает свою невидимость, хватает Нила сзади и приставляет нож к его шее. — Рико, я не хотел помешать, — заявляет Эндрю, отступая к дальнему окну, — но мне кажется, нам стоит обсудить условия нашей сделки. У меня создалось стойкое ощущение, что я не получил должной компенсации за приложенные усилия по организации этой свадьбы. Гости кричат и взвизгивают от страха и потрясения, а охранники, выстроившиеся вдоль стен, немедленно хватаются за оружия, приближаясь к Эндрю. Рико вытаскивает собственный клинок, подходя сбоку, он намерен нанести удар. — Не так быстро, — говорит Эндрю, поднося нож чуть ближе к подбородку Нила. Он встречается взглядом с Рико. — Если ты или твои стражники сделаете хоть шаг в мою сторону, я убью твоего принца, и кто тогда сделает тебя королем? — Всем стоять! — командует Рико, останавливая приближающихся стражников. — Эндрю? — говорит Нил, и в его голосе слышится потрясение и испуг. Эндрю слегка вздрагивает от того, как сильно Нил потерял к нему доверие. — Следуй моему примеру, — бормочет Эндрю. Тея будет ждать их неподалеку, все, что ему нужно сделать — разбить окно. — Ты не можешь выйти замуж за Рико, Нил, он… — Ты жив? — говорит Нил, прерывая предупреждение Эндрю. В его вопросе слышится приглушенная скорбь. Эндрю останавливается, моргая. — Да? — Черт, — тихо ругается Нил. — Эндрю, мне так жаль, я собирался пойти и отыскать тебя, клянусь. Я уже был готов уйти, но внезапно появились все эти стражники, а потом Рико сказал мне… — Все в порядке, — говорит Эндрю, теперь уже и сам сбитый с толку. — Я и не ждал, что ты… — Он сказал, что ты мертв, — говорит Нил, и в его словах вспыхивает новая волна ярости. — Он сказал, что твое болото загорелось после того, как пришла разъяренная толпа. Сказал, что ты погиб во время пожара, сказал… — Нил, заткнись, — резко шипит Эндрю, глядя наверх — несколько стражников сумели взобраться по стенам, чтобы атаковать сверху. Нил замолкает. — Я не ждал, что ты придешь за мной, и если даже обученные бойцы не смогли убить меня, то что можно говорить об обычной толпе. Ты не можешь выйти замуж за Рико, потому что он попытается убить тебя сегодня же ночью. — Я уже знаю это, — говорит Нил мягким и удивленным голосом. — О, — говорит Эндрю, слегка утихомириваясь. — Тогда в чем заключался твой план? — Убить его первым, — как ни в чем не бывало говорит Нил. Эндрю промаргивается. Боже, он так скучал по Нилу. — Нам нужно выбираться отсюда, — говорит Эндрю, прижимаясь спиной к стенам собора. — И желательно до захода солнца, — говорит Нил. — Не уверен, что это возможно, — говорит Эндрю, разворачиваясь и смотря в западное окно прямо за своей спиной — солнце уже садится за горизонт, а небо окрашивается нежно-розовыми и темно-пурпурными красками. Он разворачивается обратно и видит, что пока он смотрел в окно, стражники приблизились к ним. Он вонзает свой клинок в кожу Нила — крайне осторожно, не допуская появление крови, стражники останавливаются. — Черт, — говорит Нил. — Как думаешь, сколько у нас времени? — Минута, может быть, две, — говорит Эндрю. Лицо Нила искажается гримасой, и он отступает назад, прижимаясь к телу Эндрю, так что теперь они оба прижимаются к оконному стеклу. Рико бросается вперед, но Эндрю метает другой клинок в его сторону, удерживая на расстоянии. — Нил? — спрашивает Эндрю. — Черт, — говорит Нил, — мы опоздали. Внезапно его лицо снова искажается, а все его тело видоизменяется. Кожа покрывается рябью, и сам он издает резкий звук из-за дискомфорта, который он испытывает при трансформации. Эндрю роняет нож, но остается стоять рядом, пытаясь убедиться, что он не нанесет никакого дополнительного урона, Нил спотыкается и его всего трясет. Все остальные наблюдают за происходящим с широко раскрытыми глазами, опуская оружие и становясь свидетелями происходящих с ним изменений, его резких движений и приглушенных звуков боли. Трансформация занимает несколько долгих секунд, и когда она заканчивается, Нил кардинально меняется. Там, где раньше была светлая и ровная кожа, теперь она бледная как кость, покрытая красными пятнистыми шрамами, которые разлеглись на его руках, расползаясь от груди к шее и щекам, спиралью поднимаясь к линии роста волос. Раньше его волосы были теплого каштанового оттенка, теперь же они стали цвета запекшейся крови — спутанные и темные. Его глаза больше не цвета моря, они льдисто-голубые, ледяные и холодные. Теперь в его внешности появилась порочность, опасная ярость, перекликающаяся со всеми острыми моментами, которые Эндрю замечал и под его обезоруживающей внешностью. Одним словом, он выглядит чудовищно. — Боже правый, — произносит Рико откуда-то позади них, совершенно ошеломленный. — Он тоже чудовище. — Черт, — произносит Эндрю так, словно это слово вырвалось у него прямо из живота, низко и гортанно. — Знаю, — говорит Нил с болью в голосе, — я отвратителен. Это мое проклятие, ты никогда не должен был видеть меня таким… Эндрю уже рядом, его руки уже тянутся к его лицу, и это единственное предупреждение, которое получает Нил, прежде чем Эндрю притягивает его к себе для поцелуя. Нилу требуется два вдоха, прежде чем ответить на поцелуй. Хорошо. Волшебно. Несмотря на все чудовищные черты Нила, его губы мягкие, а сам он теплый и податливый, он целуется с полной отдачей, но не требовательно. Руки поднимаются, чтобы запутаться в волосах Эндрю, и он издает тихие изголодавшиеся звуки, выводящие Эндрю из себя и заставляющие его опустить руки на талию Нила, крепко сжимая. Кожа Нила становится все горячее и горячее по мере того, как длится поцелуй, пока прижиматься к нему не становится практически больно, Эндрю не отстраняется. Кожа Нила начинает обжигать, и Эндрю открывает глаза, чтобы увидеть, как с ребристой кожи Нила срываются искры, окружая их обоих золотистой дымкой. У Эндрю свербит в носу из-за магии такой мощи. Золотые искры окутывают тело Нила, бешено вращаясь вокруг него, пока Эндрю и вовсе не перестает его видеть из-за слепящего света. Он снова закрывает глаза, но остается рядом, даже когда ударная волна распространяется от них по остальной части собора, разбивая все окна вдребезги. Затем весь жар и свет испаряются, словно их никогда и не было. Эндрю задерживает дыхание, когда видит Нила — он все еще в своей новой чудовищной форме. — Что, черт возьми, это было? — Эндрю дышит прямо в губы Нила. — Поцелуй истинной любви, — шепчет в ответ Нил с улыбкой на своем поразительном лице. Улыбка тускнеет, когда он опускает взгляд на свои руки. — Но предполагалось, что он снимет проклятие. Я должен был снова стать красивым. Эндрю прижимается своим лбом ко лбу Нила. — Не глупи. Ты и так красивый. Нил промаргивается, глядя на него со слезами в глазах, а затем улыбается и снова целует. — Святые Небеса, — в ужасе произносит Рико. — Кто-то немедленно должен остановить это извращение! Стража, атакуйте! Принца пощадите, но монстра нужно убить! — Они оба монстры, — кричат ему в ответ. Эндрю отстраняется от Нила, оставляя свои руки на талии Нила. — На секунду я даже забыл, что он здесь, — говорит Нил, когда стражники в доспехах и шлемах в форме ворона подступают со всех сторон. — Я тоже, — говорит Эндрю. Две арбалетные стрелы пролетают мимо их лиц. Одна даже попадает в Нила, разлетаясь в стороны, когда соприкасается с одним из многочисленных защитных заклинаний Эндрю. — Мы сможем отбиться, — говорит Нил. — Я использовал жетон, чтобы связаться с Лисами еще до начала свадьбы. Они ждут моего сигнала, чтобы нанести удар. Эндрю ухмыляется. — Они нам не понадобятся, — отвечает он как раз в тот момент, когда в разбитом окне появляется огромный дракон — темный, неповоротливый и наводящий ужас. Маленький ослик радостно скачет у него на спине. — Ты привел с собой Тею! — говорит Нил с неподдельным восторгом, заглядывая в разбитое окно. — О, черт, — говорит Рико, прежде чем столб пламени накрывает его и большинство его стражников. Крики и завывания наполняют комнату, когда все гости перелезают друг через друга в попытке спастись, выбегают из собора только для того, чтобы свалиться вниз. Нил и Эндрю не обращают на это никакого внимания, глядя друг другу в глаза, пока пламя поглощает собор. — Когда она закончит с ними, сможет доставить тебя куда захочешь, — предлагает Эндрю. Нил улыбается. — Что насчет дома? — предлагает он, и Эндрю нутром чует, что Нил имеет в виду его болото. — Дом — звучит прекрасно, — мечтательно произносит Эндрю, перекрывая собой хор из визжащих придворных и запаха тающей плоти. Нил вздыхает и наклоняется, чтобы снова поцеловать Эндрю, а потом еще раз, и еще, и еще.***
Первое, что делают Эндрю и Нил, когда добираются до болота, — идут к светлячкам. Они идут рука об руку сквозь виноградные лианы прямо на поляну, где Нил расстилает для них плед. Эндрю притаскивает валун и с помощью заклинаний придает ему такую форму, чтобы на него можно было с легкостью опереться, наблюдая за танцующими над водой светлячками. Нил сидит, прижимаясь спиной к груди Эндрю, а их руки и ноги переплетены. Солнце низко опускается за горизонт, Нил напрягается всем телом, прежде чем вспомнить — он больше не проклят. Эндрю прижимается губами к шраму на плече Нила и позволяя жару от прикосновения поглотить его. Нил напевает что-то незамысловатое прямо в губы Эндрю, еще ближе прижимаясь и проводя рукой по его предплечью. Сумерки сгущаются под их обоюдное молчание, светлячки постепенно загораются, начиная танцевать над водной гладью и возле Нила, отбрасывая странные тени на его больше не гладкую кожу. Эндрю наблюдает за тем, как благоговение и восторг постепенно отражаются на лице Нила, когда светлячки сплетаются и расходятся в разные стороны, создавая светящиеся узоры. — Это прекрасно, — говорит Нил. — Теперь не смей говорить, что я никогда не водил тебя в какое-нибудь классное место, — бормочет Эндрю ему в спину, Нил откидывается назад и ловит губы Эндрю своими, Эндрю буквально может ощутить вкус его смеха. Так они и засыпают — прижавшись друг к другу, пока светлячки прославляют их союз. Им снится сон о мире, похожем на их собственный, наполненном магией, тайной и друг другом. Они просыпаются от утреннего солнечного света, ласкающего их лица. — Доброе утро, спящая красавица, — говорит Нил, когда Эндрю просыпается, его голос отдает теплом и искренностью. Эндрю наклоняется, чтобы поцеловать его, и отчасти для того, чтобы заткнуть его прекрасный рот. — Чем займемся сегодня? — прямо в губы спрашивает Эндрю, когда он отстраняется, чтобы глотнуть воздух, который, оказывается, ему совсем и не нужен. Нил принимает задумчивый вид. Есть куча вариантов. Они могут исследовать разные болота, те, что Эндрю прежде игнорировал. Нилу также интересно заняться живописью и он уже интересовался книгами о магии, которые есть у Эндрю. Они могут отправиться в замок, который Тея, Жан и Кевин выбрали себе в качестве убежища для всех говорящих животных. А еще они в любое время могут присоединиться к Лисам и их проделкам, и Нил совершенно точно хочет однажды сделать это. — Что насчет того, чтобы жить долго и счастливо? — наконец спрашивает Нил. — Думаю, у нас может получится, — со всей серьезностью заявляет Эндрю, прежде чем Нил покрывает его лицо быстрыми восторженными поцелуями. И да, дорогой читатель, у них, и правда, все получается.
