I'll be with you

      ─ Вообще, беспредел какой-то, ─ снова вздохнул Сынмин, отпивая еще один глоток какого-то сока из кружки, ─ вроде все и ясно, как день, а все равно ничего не понятно.       Минхо грустно кивнул. Он, можно сказать, снова навязался этим чудесным субботним днем на дружеское обсуждение всех последних событий, но Сынмин даже не возражал, с удовольствием дав Ли побыть с ними и подумать над произошедшим. Чонин был не в восторге, но никаких претензий не высказал.       ─ Все-таки хорошо, что ты подговорил его тогда жаловаться на жизнь в дневник, ─ сказал Минхо, ─ это хоть немного приоткрывает завесу идиотизма, который происходит.       ─ Он просто заколебал ныть обо всем нам обоим, ─ пожал плечами Сынмин, ─ но теперь это сыграло нам на руку.       Он казался каким-то задумчивым. Не скрытным, как до этого, а именно задумчивым. Словно какая-то мысль грызла его мозги, не давая ему расслабиться. Сынмин поднял глаза на Минхо, и, уловив вопрос в его взгляде, тихо сказал:       ─ То есть, Джефферсону было меня жаль?       ─ Вроде того, ─ кивнул Ли, ─ нет, в том, что он совершенно адекватен в рамках человека с прогрессирующей деменцией, я не сомневался. Он совершенно нормальный, просто слишком доверчивый. Он планировал дать тебе время и написать заявление по собственному желанию, но что-то пошло не так.       Парень хмыкнул в ответ на его слова, опустив взгляд.       ─ Что ж, ситуация складывается на удивление хорошо. Почти так же, как я предположил изначально, ─ вздохнул он, ─ разве что одна деталь мне покою не дает.       ─ Это какая же?       ─ Конкретизация, ─ буркнул Сынмин, ─ я думал, что Сынг просто сказал что-то вроде того, что они учились вместе, просто много лет прошло, и Джефферсон его подзабыл. А тут… удивительно, как всплыла эта ситуация с Алексом Уайтом. Вот он при тебе когда-то упоминал каких-то друзей со студенческих лет?       Минхо задумался, с неохотой признавая, что слишком уж удачно влез этот самый Алекс в это дело. При всей своей болтливости, Джефферсон никогда не рассказывал ничего о своей молодости, а учитывая то, что фотография с этим самым Алексом стояла в его доме в рамке, этот человек что-то для него значил.       ─ С другой стороны, ─ возразил он, ─ он вообще мало говорил о том, что с ним было раньше, только о своих дедовских болячках и неприятной молодежи по соседству. Может, поэтому мы и пропустили этого самого Алекса из его речи? Он и про свою бывшую жену ничего не говорил, кроме того, что она, ну, была…       ─ В твоих словах есть смысл, ─ признал Сынмин, ─ но все равно это странно. Если мы об этом ничего не знали, то как Сынг-то это мог знать? Случаи суицида в девяностых редкостью не были, так что просто наткнуться на это дело он точно не мог. Он каким-то образом это узнал, чтобы притвориться этим самым Алексом Уайтом, и это напрягает.       ─ Мы просто никогда не спрашивали Джефферсона о его прошлом, ─ парировал Ли, ─ если бы его спросили, я думаю, он бы рассказал. Подсел к нему один из посыльных Сынга, спросил, мол, почему у вас друзей нет? А он и отвечает: был, да вот помер тридцать лет назад.       ─ Ты прямо так это и видишь? ─ скептически приподнял бровь его собеседник, ─ по мне, звучит не особо правдоподобно.       ─ Но чисто теоретически, это возможно, ─ твердо ответил Минхо, ─ не будешь же ты думать, что Сынг и есть пропавший Алекс Уайт?       Сынмин заметно смутился при последней фразе, прервавшись на половине готового ответа.       ─ Серьезно? ─ простонал Ли, ─ да вы просто издеваетесь надо мной!       ─ Вы? ─ поинтересовался Сынмин, ─ Джисон тоже так думает?       ─ Черт побери, да! ─ буркнул Минхо, скрестив руки на груди, ─ это бредятина чуть ли не больше, чем та теория, которую предлагаю я! У Джефферсона не было друзей, и завести диалог он мог на любую тему, которую ему бы подкинули.       ─ Ладно, допустим, ─ сдался Сынмин, ─ в конце концов, твой вариант событий тоже имеет право быть. Но это, честно говоря, ничего нам не дает, кроме того, что мы и так до этого знали…       Его речь оказалась прервана внезапным падением чего-то за дверью со стороны комнаты Чонина. Парни обернулись, но знакомый голос нервно сообщил:       ─ Все в порядке, не парьтесь!       ─ Хорошо, ─ вздохнул Сынмин, ─ он все еще не хочет ничего рассказывать, ─ тихо добавил он, повернувшись к Минхо, ─ хотя я все больше чувствую, что он что-то скрывает.       Ли лишь пожал плечами, печально приподняв брови. Помолчав с полминуты, он спросил:       ─ Важный вопрос… мы же похороним Джефферсона, когда найдем? У него, кроме нас, никого нет, судя по всему…       Сынмин прикусил губу, вжавшись в спинку кресла:       ─ Ты все-таки уверен в том, что он мертв?       ─ А что с ним еще может быть? ─ парировал Минхо, ─ что еще можно было сделать, чтобы привести к его пустому дому и полной пропаже отовсюду?       ─ Нет, ну будь у меня Джефферсон в заложниках, я бы тоже долго не держал его живым, ─ невозмутимо заметил Сынмин, ─ но тем не менее… хотя да, ты прав.       ─ А я о чем, ─ вздохнул Ли, ─ похороны ─ штука дорогая… а хотелось бы все-таки сделать Джефферсону что-то более-менее стоящее. В конце концов, он был хорошим человеком.       Его собеседник нахмурился, обдумывая ответ. Оба они прекрасно понимали, что хотя бы приемлемые похороны им явно не по карману, а достаточно верующий Джефферсон точно бы не хотел быть кремированным.       ─ Печально выходит, ─ пробормотал Сынмин, ─ нет, я, конечно, придумаю, как сэкономить и где взять денег, но мы влезем в долги, едва нашли новую работу…       ─ И я о том же, ─ буркнул Минхо, ─ нет, мы, конечно, можем просто закопать его за пределами кладбища и потратиться только на гроб, может, на какое-нибудь простенькое надгробие. Тоже не дешево, конечно, но все-таки…       ─ Я знаю, где можно взять дешевый гроб, ─ внезапно вылез из своей комнаты Чонин.       ─ Позвольте поинтересоваться, откуда? ─ покосился на него Сынмин.       ─ У каждого должны быть свои секреты, ─ буркнул Чонин, ─ однако, сейчас это вам должно понадобиться. Он, конечно, будет далек от произведения искусства, но, подозреваю, этому вашему Джефферсону уже плевать на то, где он будет лежать… а насчет надгробия что-нибудь придумаем.       ─ Печально все это, ─ вздохнул Минхо, ─ но я серьезно говорю, надо об этом задуматься сейчас, чтобы не думать об этом уже при наличии трупа.       ─ Учитывая то, что, по твоим же словам судя, Джефферсон мертв уже минимум неделю, можно смело сказать, что похороны могут уже и не понадобиться, ─ мрачно хмыкнул Чонин, ─ но ты прав, лучше об этом задуматься заранее.       ─ Вообще да, думаю, что Сынг не держит тело Джефферсона в качестве трофея, но на случай, если он совсем поехавший, ─ пробормотал Сынмин, ─ проще говоря, я понимаю, почему ты об этом задумался, Минхо.       ─ Хорошо, мы примерно все продумали, ─ буркнул тот, ─ в любом случае, спасибо, что отнесся с пониманием.       Сынмин кивнул, слабо улыбнувшись:       ─ Ты, все-таки, всегда нравился Джефферсону серьезным подходом к ситуации, не правда ли?       ─ Возможно, ─ вздохнул Минхо, искренне сомневаясь, что тот он, которого знал Джефферсон, все еще сидит перед Сынмином.       ─ Что ж, что-то ситуация становится какой-то чересчур напряженной, ─ резко поднялся Сынмин, ─ такие разговоры нас доведут окончательно.       ─ Ты прав, ─ охотно откликнулся Ли, ─ а то и так жить тяжело, а тут еще и о похоронах думать…       Чонин вздохнул, хмуро поджав плечи и смотря куда-то в стену. Он действительно казался более напряженным, если это вообще возможно.       ─ Ты что-то хотел сказать? ─ уточнил Минхо, надеясь, что это может сработать.       ─ Нет, ─ поспешно помотал головой тот, ─ точнее… кофе будешь?       Минхо внутренне скривился от перспективы снова пить эту жижу, но, к счастью, понял, что Чонин использует эту фразу, чтобы поговорить с ним наедине, поэтому кивнул и через силу улыбнулся:       ─ Почему бы и нет?       Тот радостно вздохнул, направляясь на кухню. Мысленно смирившись со своей внутренней гибелью, Минхо направился за ним.       Тот полез в шкаф за кружкой, пока Ли осмотрелся на кухне. На ней мало что поменялось с его последнего визита, разве что на холодильнике появилась небольшая бумажка со знакомым мелким почерком, который он точно где-то видел. На ней были написаны два телефонных номера и адрес, подписанные: Бан Чан и Бан Джисон.        ─ Кстати, он не Бан Джисон, ─ усмехнулся Минхо, ─ он Хан Джисон. Они не братья.       Чонин оглянулся на него, с любопытством приподнимая бровь:       ─ Погоди, Хан?       ─ Ага, ─ кивнул Ли, ─ а что, тебе знакома эта фамилия?       ─ Видел эту фамилию в некоторых документах, ─ протянул тот, вытаскивая кружки и засыпая в них кофе, ─ не то, чтобы она была очень редкой, но все же.       ─ Что за документы? ─ поинтересовался Минхо, искренне надеясь получить сейчас еще какую-нибудь информацию.       ─ Какие-то финансовые контракты, честно говоря, не помню, ─ признался Чонин, пододвигая к нему кружку, ─ я в этом не разбираюсь.       Минхо вспомнил, что родители Джисона незадолго до своего исчезновения заключали сделку с Сынгом. Это еще раз подтверждало, что Чонин, скорее всего, является его сыном. Но стоило ли об этом спрашивать? Вдруг это лишь спугнет его?       ─ Однако, не думаю, что это важно, ─ поспешно добавил Чонин, увидев задумчивость во взгляде Минхо, ─ может, просто однофамильцы.       ─ Наверное, ─ пожал плечами Ли, решив не продолжать эту тему.       Чонин нахмурился, размешивая кофе в своей кружке и, сделав глубокий вдох, резко поднял на Минхо глаза:       ─ Как бы ты отнесся, если бы я сказал тебе, что угрозы тебе приходят не от Сынга?       ─ С чего ты это взял? ─ скептически хмыкнул Ли.       ─ Нет, как бы ты отнесся?       Ли задумался на несколько секунд, после чего неуверенно ответил:       ─ Я бы удивился. А еще… мне бы стало интересно, кто это тогда был?       Чонин вздохнул, опустив взгляд в кружку и пробормотав:       ─ Просто я все думаю… что скоро я готов буду все рассказать. Просто нужно кое-что подготовить. Ради своей безопасности, понимаешь?       ─ Я понимаю, ─ кивнул Минхо, ─ я подожду. ***       Не мог Минхо уже ждать.       Фразы Чонина мешались в голове, пока Ли сидел на кровати и пялился на череп, чувствуя себя в каком-то роде Гамлетом. Это все было очень странно…       Изначально он не мог воспринимать Чонина никак иначе, кроме как запуганную, доведенную до состояния шока жертву, которая не может и рта раскрыть, чтобы не бояться быть жестоко убитой. Однако, сейчас картина начала складываться совсем не в этом ключе.       Скрытный, ничего никогда не говорящий Ян Чонин, который все-все знает, но не выдает ни слова, руководствуясь лишь жаждой выжить в этом жестоком мире… или нет?       Надо же, как странно выходит: очевидная связь с Ян Сынгом, то ли родственная, то ли финансовая, которую Чонин вообще никак не комментирует. Может ли быть так, что Чонин лишь прикрывается несносным ублюдком Сынгом, проворачивая за его широкой спиной свои делишки?       Одного в этой теории не было ─ мотива. Чонину было просто незачем это делать.       С другой стороны, Сынмин ─ его хороший знакомый, и у них могут быть какие-то терки, о которых Минхо просто-напросто не знает, а Ли нужно было заткнуть, чтобы они с Джисоном никуда не лезли.       Но почему тогда Джисону не приходят угрозы?       Не успел Минхо об этом подумать, как его телефон разразился громким звонком. Он включил экран, увидев имя, о котором успел подумать всего две минуты до этого:       ─ Привет, Джисон, что случилось?       ─ Минхо, пожалуйста, можешь приехать?       Ли застыл на месте. Такого дрожащего, нервного и испуганного тона он от Хана не слышал никогда до этого. Казалось, будто он сейчас расплачется или закричит. К черту подозрительного Чонина, к черту все, но кто довел до такого состояния Джисона?       ─ Да, конечно, но что случилось? ─ снова спросил он, на ходу натягивая куртку и кое-как надевая кроссовки.       ─ Я не знаю, до Чана ли добрались или до меня, но в любом случае я один… и мне очень страшно. Мне нужен хоть кто-то, ─ прохрипел в трубку Джисон, пока Минхо уже вышел из дома.       ─ Буду через несколько минут, жди, ─ вздохнул он, кладя трубку и ускоряясь, ─ о господи.       В принципе, он уже понял все, что ему требовалось понять. Главное, что он знал на все сто процентов ─ кто-то посмел угрожать Джисону. А это значит, что пришло время для него стать человеком, который утешит и поддержит.

***

      Минхо даже не успел понять, как он сумел так быстро добраться до Джисона, но он стоял на крыльце очень скоро. Тот открыл ему, слишком бледный для своего обычного состояния.       ─ Я в курсе, насколько глупо это звучит, но…       ─ Мне все равно, это не глупо, ─ отрезал Минхо, направляясь за Ханом, ─ что там?       На стекле как всегда заваленной комнаты Хана висела записка. Она была уже более традиционной: буквы, вырезанные из журналов, выкладывали из себя слова: “Вам не стоило лезть во все это. Вы никогда не можете быть уверены в том, что сумеете вернуться назад.”       ─ Это не глупо, ─ повторил Минхо, просовывая руку за стекло и сдирая записку, ─ так, пока ты можешь вспомнить, ─ его тон стал гораздо мягче, когда он подошел к Хану и осторожно приобнял его, ─ где ты был, пока записку кто-то приклеил?       ─ На кухне, ─ пробормотал Джисон все еще таким тоном, словно он в двух шагах от того, чтобы заплакать, ─ я не знаю, что случилось, почему я не заметил его?       ─ Ну тихо, тихо, ─ прошептал Минхо, прижимая Хана к себе, ─ то есть, ты ничего не видел и не слышал, да?       ─ Угу, ─ тихо сказал Джисон, обнимая Ли, ─ что мне делать? Я… это так невинно по сравнению с тем, что было с тобой, Чонином и Сынмином… но мне все равно так страшно!       ─ Это нормально, что тебе страшно, ─ заверил его Минхо, ─ было бы гораздо хуже, если бы тебе не было страшно, правда? ─ спросил он самым ласковым тоном, на который был способен, ─ сейчас ты успокоишься… возможно, немного поспишь… и все будет хорошо. Я буду с тобой, Джисон.