Find a reason to live for me

— Смотри, кто-то тоже гуляет. — сказал Акадза, глядя в окно и тяжело вздыхая. — Да, парочка прекрасная! Они красиво смотрятся вместе. Спортивный мужчина и элегантная девушка. — Мгм, а мы с тобой. Элегантный, но спортивный и высокий мужчина и я. — А ты? — А я просто я. Я — никто. Под меня хорошие прилагательные не найти. — Акадза! Это не так. Ты красивый, низкий, тоже спортивный кстати. — Насмешил. — А я что-то смешное сказал? — Очень. Ты серьëзно? Я — спортивный? — Потом придëм и посмотрим твой пресс. — Оо, я знаю чем это всë закончится. — Ой ой ой, сижу с больно умными! — Чего? Тц. Сейчас встану и как уйду от тебя. — розоволосый усмехнулся и перевëл взгляд на блондина, который за всë это время так и не поменял свою исходную улыбку на какую-то другую эмоцию. Архитектор взял его за руку и стал поглаживать по длинным и бледным пальцам. — Ты белый как мертвец. Так ночью страшно тебя в коридоре увидеть. — Вот поэтому в моей квартире в Москве и нет коридоров. Там одна большая комната. Понятно? — Понятно. — И кстати, если тебе было настолько страшно, то почему ты. Скажем так. Стал ухаживать за мной, когда я заболел. Дело то началось как раз ночью! — Потому что люблю тебя, дурак. — Что что? — с издëвкой спросил психолог, делая вид, будто не расслышал, поэтому подставляя руку к уху и немного наклоняясь через стол к собеседнику. — Что ты сказал? Я не расслышал. — Ich liebe dich so sehr. Verstanden oder nicht? — Что? — Доума, мягко говоря, находился в некотором шоке. — А теперь по-русски можно?.. — И этот человек живëт в Германии? Не верится. — Сояма засмеялся. — Временно, не забывай! Я могу только по-английски разговаривать, зато свободно. И вообще. Откуда ты знаешь немецкий? — Я выучил только эту фразу, пока был в самолëте. Больше я нихера не знаю, честно. — последовала новая волна хохота с его стороны, после чего и доктор тоже залился смехом. Прошло какое-то время. Парень объяснил значение фразы: «Я тебя люблю очень сильно. Понял или нет? " и научил этому и старшего. Они поели и теперь направлялись в кино. Там как раз шëл новый ужастик. — Я не пойду! Я в жизни такое смотреть не буду! — протестовал психолог, понимая, что потом не сможет нормально заснуть. — Да я рядом буду, не ссы! — пытался успокоить его Акадза, который любил пощекотать себе нервишки. — Если что, то ты сможешь прижаться ко мне. — Да не пойду я! Мне потом самому психологическая помощь потребуется. — Ну Доумочка, ну котëнок, ну пожалуйста. — уже умолял розоволосый, смотря в глаза высокого и треся за плечо. — Солнце. Ну пожалуйста. — Ааааа. Ты один не можешь пойти? — Одному скучно, а с тобой весело. Ну пожалуйста! Умоляю тебя, всë что угодно для тебя сделаю! Слышишь? — Слышу. Ладно, пойдëм уже. Но если я буду целую ночь трястись, то. Я буду тебя винить. — Ты будешь целую ночь винить меня в другом. Пойдëм. — В чëм? — А вот узнаешь. Сюрприз. — Ох, ладно. Весь фильм Доума прижимался к Акадзе. А когда пара вышла, то пациент сказал, смеясь: — Ты хоть не обмочился? Хахаха. — Очень смешно! Как можно смотреть то, где расчленяют людей и видно все органы?! Фу, мерзость какая. Да ещë и этот человек в маске таращился! Скримеры и вся эта жуть! — Ну всë, всë, больше на такое не пойдëм, обещаю. Фильм говно, вообще не было страшно. Эмоции не настоящие. И всë на немецком. Нахуй мы туда пошли? Блондин стоял в шоке, ведь до него дошло это только что. — То есть мы туда ещë зря пришли?! — Ну. Зато пообнимались и. — Ты мог меня просто попросить об объятиях! — Ты так трясся. Мне так было смешно. Теперь я знаю твоë слабое место. — Ну ты и мудак, друг мой! Доума недовольно пошëл вперëд, а Акадза, посмеиваясь, торопливо зашагал за ним. — Доума, стой! Погоди! Ты обиделся? Блондин молчал, пока его не догнали и не оттянули за руку, таким образом останавливая. — Да что с тобой? Ты обиделся? — Да, мне обидно. Всë? — Минутку. — крашеный притянулся на носочках и поцеловал блондина в губы, закрывая глаза. Через несколько секунд тот отстранился, вставая с носочков на всю стопу. — Так я загладил вину? Прости, что не сказал раньше. Просто хотел побыть с тобой и показать тебе, что ты тоже можешь быть под защитой у кого-то. Я. Понимаю, что в детстве такого у тебя сделать не получалось, так ведь, да? Доума. Я готов защитить тебя в любой момент. Я — рядом. Беловолосый долго и удивлëнно смотрел на младшего сверху вниз, прокручивая в голове эту фразу снова и снова. Не найдя ничего лучшего для ответа, тот резко подался вперëд, крепко обнимая Сояму. — Ты всегда будешь рядом? — Вечность.