Ты хоть когда-то любил меня...?

Остался месяц до отпуска на островах, который подарил Намджун своему любимому мужу. Сокджин всё чаще замечал, что просто сидит и рассматривает эти билеты. Он так и не рассказал Чонгуку о них. Он не знает почему. Может, он не уверен в том, что это хорошее решение. После знакомства с Пэками, Тэмин и Джин встретились через три дня. После долгого и мучительно изнуряющего разговора с другом, Ким понял, что боится потерять Намджуна, боится совершить ошибку и ему нужно просто поговорить с ним и в первую очередь поговорить с собой, расставить приоритеты, понять, с кем и куда он хочет двигаться. Поэтому на три дня выходных Джин уехал к своим родителям. Чонгук, чтобы не скучать одному дома, поехал к Чимину с Мирэ. Их отношения развивались весьма быстро. Чимин сейчас проходит стадию «это моё». Чхве рассказала Чону о том, что Чимин ввязался в драку с каким-то байкером из-за того, что он спросил её номер, хотя она сказала, что занята. Пак правда тогда неплохо отхватил, но сердце красавицы всё же забрал с собой. Чонгук поделился о том, что имеет весьма серьёзные планы на Сокджина, поэтому сейчас копит деньги, чтобы отправиться с ним куда-нибудь. — Как насчёт Токио? — предложил Пак. — Не переводи свои мечты на других, — Чонгук закатил глаза. — Ты знаешь, куда он хотел бы слетать? — спросила Мирэ. — Знаю, что Сокджин очень хотел полететь на какие-то острова, но не уверен, какие именно. — Необитаемые, — сострил Чимин и получил подзатыльник от Чона, — Эй! Хочешь подраться? — Начинается, — Мирэ встала и начала убирать со стола после обеда. Парни в это время начали пытаться повалить друг друга, устраивая дружеский поединок. Поэтому через пару секунд Пак уже сидел верхом на Чонгуке и пытался не дать ему встать. Девушка лишь прошла мимо них, чтобы сесть на диван. — Смотрите, не возбудитесь, — сказала Мирэ. — Я уже, — Пак подмигнул Чонгуку, но тот воспользовался ситуацией и поменял их местами. Теперь Чимина прижимали к полу, а Чон предотвращал его попытки подняться. Они вдвоём поднялись и сели по обе стороны от девушки на диване. Чимин сразу заключил девушку в свои объятия, а Чонгук направил свой взгляд на телевизор. — Что с разводом? — как бы невзначай спросила Мирэ. — Всё сложно. — Сложно? — Чхве повернулась к другу, Пак лишь усмехнулся и повернулся к телевизору, — Гук, они разводятся уже, сколько? Третий месяц или больше? — Третий. — Ты не задумывался об этом? Что тебе на это говорит Джин? — Он сказал, что они с Намджуном сейчас пытаются прийти к мирному решению проблемы, — Чонгук опустил взгляд. Его самого уже напрягала эта тема. Да, он верил Сокджину, но каждый раз, когда разговор заходил об этом, старший уходил от темы или говорил, что они со вторым Кимом занимаются решением проблемы. Развестись можно за пару дней, да и Намджун кажется не против. Он мило ведёт себя с Чонгуком, работает как положено, даже спрашивал, как у них дела. Самым подозрительным был их последний разговор, когда Намджун спрашивал, когда Джин свободен. Естественно Чон сразу сказал, что он всегда занят, на что босс рассмеялся и уточнил, что спрашивает для назначения встречи для развода, так как Сокджин постоянно их пропускает или отменяет. Чонгук тогда очень долго и упорно думал. Но одному думать тяжело, поэтому он поделился этим с Паком. Тот сказал, что Джину нужен какой-то толчок в новую жизнь, потому что он просто не может в неё вступить, ведь развод – это новая глава. Чон прислушался к словам друга и задумался о путёвке на острова для Сокджина. Только они вдвоём. Это должно быть хорошим толчком в новую жизнь. — Ладно, надеюсь, он когда-нибудь разберётся с этим, — Мирэ вырвалась из объятий Пака и крепко прижалась к Чонгуку, поддерживая его. — А ты знал, на что копим мы? — заговорщически начал Чимин, приближаясь к ним. — Ну же, рассказывай, — Чонгук улыбнулся. — На…, — драматическая пауза, — своё кафе! Представляешь? — Вау, правда? — Гук посмотрел на друзей, — вы правда копите? — Ага, мечта Чимина наконец-то исполнится, — сказала девушка, поглядывая на своего парня, у которого от энтузиазма в глазах фейверки. — Это очень круто! Чимин, твоё кафе будет лучшим! — Эй! Наше кафе. Я тоже вкладываю туда свои деньги, — возмутилась девушка. — Конечно, конечно, — Пак схватил её за руку и потянул на себя, — мы ведь будем там работать. Ну, посмотри на нас. Мы уже выглядим, как лучшие работники месяца. Друзья рассмеялись, а потом Чимин описывал все свои идеи относительно кафе. Кажется, он даже пытался придумать дизайн, но у него плохо с рисованием, поэтому интерьером будет заниматься человек, знающий и понимающий, что такое дизайн – Чхве Мирэ. Не зря же она столько лет работала. В течение всего вечера они рисовали на планшете девушки какие-то немыслимые интерьеры и даже сделали кафе Чонгука. Там вместо обоев – Сокджин, на стенах висят его портреты, а на скатертях его лицо.

***

Сокджин вернулся и сразу направился в свою старую квартиру. Он позвонил в звонок и дверь открыл Намджун, что стоял с голым торсом в очках и с кружкой кофе в руках. Он осмотрел Джина, видимо не до конца веря, что перед ним действительно он, но потом пропустил мужчину внутрь. Они сели за барную стойку, Намджун принялся делать кофе для Джина. Пару минут старший молчал. Он сейчас чувствовал себя дома, спокойно. Намджун, что готовит с утра кофе, его растрёпанные волосы и очки. Он будет сидеть на диване, а Джин что-то оживлённо рассказывать. А Джун будто не слушает, хотя на самом деле отвечает на все вопросы и вникает в историю. — Что-то случилось? — наконец прервал тишину Ким младший. — Да, давай повременим с разводом. — Что так? — Джун усмехнулся и поставил кружку с кофе перед мужем. — Сейчас мне правда не до этого. Даже думать об этом не хочу. — Чем же ты так занят? — Намджун сел напротив, беря в руки свой телефон. — Я вообще-то лечу на острова через месяц, — Джин внимательно наблюдал за реакцией мужа, тот не отрывался от телефона. — С кем полетишь? С Чонгуком? — поднял глаза и смотрит прямо Джину в душу. — Конечно, у меня есть ещё варианты? — Джин дерзко посмотрел в ответ, опираясь на кулак, — или ты вдруг решил поехать со мной? — Намджун рассмеялся, и, наверное, это был самый лучший звук, который Джин слышал в последнее время. Низкий и хриплый смех ещё немного спящего Намджуна, который заставляет пробежать по телу дрожь и вызывает щекочущие ощущения в животе. — Нет, у меня всё ещё работа. Да и если я поеду, Чонгук данный жест не оценит. — Просто, давай разберёмся с этим позже. — Как скажешь. Кажется, Сокджин искал любой предлог, чтобы задержаться ещё, но решил, что должен уйти сейчас же. Поэтому он покинул квартиру Джуна и поехал домой.

***

Чонгук начал крепко обнимать Джина, поднимая и целуя куда угодно, в щёки, ключицы, шею. Джин лишь пытался отстраниться, на самом деле не особо сопротивляясь. Парень отнёс сумку Джина в спальню, а потом посадил мужчину на кухню, чтобы приготовить кофе. — Спасибо, я не хочу, — отказался Ким. — О, ладно, — Чонгук убрал кружку обратно, — как твои родители? — Неплохо. Я рассказывал им про тебя, а они начали спрашивать, почему ты не поехал. — Ты меня не звал, так бы я с радостью, — он уселся рядом с Джином, привычно опуская голову на плечо. — Хорошо, тогда в следующий раз я обязательно тебя возьму с собой. — Ура! — Чонгук спрыгнул со стула и начал забавно двигаться, из-за чего Джин начал громко смеяться, — хочешь поужинать в ресторане, хён? — спрашивал Чонгук, приближаясь. — А ты приглашаешь? — их беседа резко перешла в интимный шёпот между влюблёнными. — Конечно. Хочу порадовать тебя после долгой поездки, — парень начал разминать плечи Кима. — Ох, отлично. Я только за. — Тогда я забронирую столик, — прокричал Чонгук, убегая в спальню за телефоном.

***

Когда они собирались выходить из квартиры, Джин был неотразим. На нём был лёгкий, будто прозрачный коричневый пиджак, а внизу были красивые дорогие дизайнерские брюки. На пальцах снова были потрясающие кольца, а в ушах завораживающие серьги. Чонгуку потребовалось кажется пару лет, чтобы насладиться внешним видом своего парня. — Пошли? — с улыбкой спросил Джин. — Ага, — как болванчик кивнул Гук и прошёл к выходу из квартиры. Они спустились на парковку и сели в машину. Чонгук отвешивал Джину множество комплиментов, говоря слова, что оседали в сердце приятным согревающим чувством. Чон поделился тем, что сейчас активно работает над своей карьерой в инстаграмме. Его фанаты любят его работы и, благодаря социальной сети, у него даже появилось несколько клиентов. Джин поздравил парня, хваля его за усердие. — Ты действительно мастер своего дела. У тебя всегда хорошие фотографии, — Джин повернулся к Чонгуку, проводя языком по губам и растягивая их в улыбке, — я всё жду, чтобы мне поставили фотосессию с тобой. — Чёрт, хён, я ведь могу и возбудиться, — сказал Чонгук. — И что? У нас тут целая машина, — они рассмеялись, но Джин чуть убавил своё похотливое настроение. Когда они остановились на светофоре, Чонгук нагнулся к самому уху мужчины и прошептал. — Потерпи до вечера, детка. Я доставлю тебе божественное удовольствие, — облизнув ухо, Гук отстранился и снова сосредоточился на дороге. Теперь была очередь Джина напрячься. В ресторане они заняли отдалённый столик, чтобы спокойно поболтать. Сегодня на удивление, говорящим был Чон, а Джин молча наблюдал за ним. Ему противно от самого себя, но он представлял, как бы вёл себя Джун прямо сейчас. Он встряхнул головой, снова фокусируя взгляд на парне. Чонгук с искрами в глазах рассказывал о мечте Пака, к которой он идёт. Джин даже зарядился энергией Пака. На самом деле, Чимин очень целеустремлённый. Если он что-то хочет, он это получит. Если это его мечта, он разобьётся, но исполнит её. — А у тебя какая мечта, хён? — спросил Чонгук, забавно склоняя голову в бок. — Думаю, побывать в Новой Зеландии, — сейчас отличный момент, чтобы сказать своему парню о билетах, — и, кстати, — три недели на островах, вместе. Романтика и любовь искрятся в воздухе. — Да, хён? — младший смотрит на него заинтересованно. — Я..., — поездка поможет привести их отношения в норму, отпустить бывшего мужа, наконец-то перевернуть страницу, — я улетаю в командировку через месяц. — Что? Правда? И на сколько? — На три недели. — О, что ж, это…это долго, — Чонгук слегка поник, — а я не могу никак поехать с тобой? — Скорее всего, —нужно просто сказать «да», скажи «да», — нет. Не думаю, что получится. У тебя график забит, да и ещё под тебя билеты и место искать, — Чон понимающе промычал, покачав головой, а Джин внутри громко завопил от собственной слабости.

***

Чонгук лёг спать. Он действительно хотел порадовать своего хёна, расслабить его после выходных в одиночестве, подарить свою любовь, но Джин сказал, что устал и не хочет сегодня заниматься сексом. И вот сейчас младший уже видит десятый сон, а Ким стоит перед зеркалом в ванной и физически ощущает подступающую тревожность и, кажется, паническую атаку. Они бывали у Джуна довольно часто около трёх лет назад. Поэтому Сокджин представлял, что это. Боже. Почему он соврал Чонгуку? Он же так его любит и обожает, он готов на всё, чтобы Джин чувствовал комфортно. Почему Сокджин никак не разведётся, что его останавливает? Чувство неправильности происходящего, осознание ошибки, понимание, что их ссора была притянутой за уши и хватило бы простого разговора? Боже. Он запутался. Сильно запутался. Мужчина умыл лицо и снова посмотрел в зеркало. Он сделает Чону сюрприз. Расскажет, что это не командировка, а поездка на острова, ведь он любит Чонгука и хочет отдохнуть с ним. Но проходят дни, а Джин так и не нашёл идеального момента для этого. Зато каждый раз приходя в офис, он ловит себя на том, что следит за Джуном, пытается завязать диалог и испытывает колющее чувство в груди, когда видит, как некоторые флиртуют с ним, а он ещё и отвечает. Какого хрена? Сокджин настолько стал занят этим делом, что не заметил, как отдалился от Чонгука, особенно на работе. Каждый раз, когда младший подбегал к Киму, чтобы поцеловать его или просто обнять, Джин придумывал тысячу и одну причину, почему этого делать не стоит. Но на самом деле, была всего одна настоящая причина – их мог заметить Намджун. Почему-то это стало пугать Джина. Он думал о том, что, увидя их целующимися, мужчина не захочет поддерживать дружеские отношения с бывшим мужем. Чонгук всё чаще замечал как любовь всей его жизни, его ангел, идеальный хён провожает взглядом Намджуна, как всё чаще они проводят обед вместе, обсуждая что-то. Разум Гука буквально кричал о том, что Джин утекает от него, как вода сквозь пальцы, но сердце успокаивало его тем, что Сокджин бы не поступил так с любимым. Чонгук откладывал деньги, чтобы накопить на билеты и потрошил свои сбережения. Ему нужно совсем немного, чтобы исполнить мечту хёна хотя бы на пару дней. Он сделает его самым счастливым в благодарность за то, что Сокджин сделал самым счастливым его.

***

Сегодня у журнала важное мероприятие. Их пригласили сюда для заведения хороших дружеских отношений с крупными партнёрами и возможным пиаром. Из журнала были приглашены естественно главный редактор журнала, около четырёх крупных моделей, у которых был контракт с изданием, в их число, конечно же, входил Джин, около трёх главных журналистов и парочка ребят с камерами. Чонгук также входил в число приглашённых гостей. Он был известным фотографом, поэтому был достаточно желанным посетителем данного мероприятия. Здесь была и церемония награждения журналистов за лучшую статью, награда за лучшую фотосъёмку, которую забрал Чонгук, и множество других премий. Младший после всех мероприятий хотел найти Джина, но тот был в другом зале, как главная звезда издательства, а вместе с ним везде ходил главный редактор, так было уже давно, все привыкли, никто ещё не знал о скором разводе пары. Потому Намджун сидел рядом с Джином и разговаривал с одним из спонсоров, что был по совместительству хорошим знакомым Джуна. Они выпили немного, но достаточно, чтобы начинать отпускать плоские шуточки в сторону друг друга. Чонгук разговаривал с некоторыми знакомыми и людьми, что хотели подружиться с Чоном. Парень постоянно поглядывал на часы и даже пару раз пытался дозвониться Сокджину, на что тот лишь сбрасывал звонки, а потом отправил сообщение со словами: «Потерпи немного, мы тут ещё решаем всякие мега важные штуки :) Поедем домой вместе» Чонгук доверял Джину, а потому больше его не тревожил. Джин в это время затаскивал Джуна в кабинку туалета дорого элитного ресторана. Им повезло, здесь это были целые комнаты. Джун протолкнул старшего в кабинку, закрывая дверь на защёлку и сразу же, поворачиваясь обратно к Киму. Он скинул куртку Джина на пол, а после начал спешно вытягивать рубашку из его брюк, покрывая ключицы поцелуями, вдыхая такой родной и манящий запах. — Я так скучал по тебе, любимый, — в ответ раздался только стон старшего, — я так хочу тебя прямо сейчас. Я так ужасно скучал. — Я тоже, Джун-и, — прижимаясь к телу младшего, простонал Джин, прикрывая глаза. Вокруг них была не самая романтическая обстановка, в кабинке было ужасно жарко, но хотя бы запах был приятным, хотя это последнее, на что они обращали внимание. Джин начал расстёгивать ремень на брюках Джуна, запуская руку под бельё. Ким младший был уже сильно возбуждён, желая более близкого контакта, поэтому Ким старший начал медленно водить ладонью по члену, наращивая темп, упиваясь стонами Намджуна, которых он так давно не слышал, он чувствовал себя всемогущим, когда этот мужчина стонал из-за него. Джун отодвинулся, вынимая руку мужа из трусов, нагибаясь к его шее, оставляя лёгкие поцелуи. — У тебя есть что-то с собой? — спросил бархатным хриплым голосом Намджун. — Ах...Да, в куртке...Давай быстрее, — Джун наклонился к соскам Джина, начиная их облизывать, а потом опускаясь вниз, чтобы достать из куртки смазку и презерватив. — Ты что готовился? — У меня вообще-то есть парен…, — Джин не успел договорить, как Ким младший вдавил его в стену, упираясь в ягодицы своим стояком. — Не пизди, думаю, ты просто пытался отвлечься, а тут так удачно подвернулся мальчишка, что влюблён в тебя, — говорил Джун, в то время как спускал штаны с мужа и открывая бутылочку со смазкой, — ты просто упивался его любовью и чувствами, которых тебе не хватало со мной, — не смотря на грозный тон Намджуна, он медленно ввёл первый палец, начиная двигаться, — хотя ты мог просто поговорить со мной, потому что я работал ради тебя и твоего отпуска мечты, не обращая внимания на то, как делаю тебе больно, — второй палец, — но я люблю тебя. Ты это знаешь, я это знаю. Ты значишь для меня очень много, Джини. Я люблю тебя. И я, блять, тебя больше не отпущу, — третий палец. — Боже, Джун, давай быстрее, — Джин стонал на всю уборную, поддаваясь ягодицами назад. — Сейчас, думаю ты уже готов, — сказал Джун, вынимая пальцы и раскрывая упаковку презерватива, раскатывая его по всей длине, — я люблю тебя, — он входит на половину, замирая и давая мужу привыкнуть, в это же время оставляя поцелуи на его спине. — Можешь уже двигаться, — прошептал Сокджин, сжимая ладони в кулаки и упираясь ногтями в них. Джин начинает медленно двигаться, наращивая темп и выбивая из Сокджина сладкие для собственных ушей стоны. Голова Джина была пуста и задержала лишь мысль о том, что ему сейчас просто ахуенно хорошо. Он чувствует себя потрясающе. Лучше, чем кто бы там ни был. Джун двигается быстрее, они уже оба издают громкие стоны и, возможно, кто-то уже их слышал, но, если честно, совершенно плевать. Никто не обламает им этот потрясающий секс. — Я сейчас...я близко…, — между стонами тяжело выговорил Ким младший. — Да, я…ох...я тоже…скоро. Джун двигался быстрее и быстрее, старший крепко зажмурил глаза, чувствуя подступающую разрядку. Намджун схватил член мужа и принялся водить по нему ладонью, из-за чего Джин упёрся руками в стену и с громким стоном кончил через пару секунд. Рука мужчины была запачкана, как и брюки Сокджина. Перед глазами ничего не видно, только искры и разливающееся по телу чувство спокойствия и полного удовлетворения. Джун кончил через пару секунд, излившись в презерватив, выходя из Джина и сразу снимая его. Он выкинул всё в мусорку и облокотился о холодную плитку кабинки. Им нужно пару минут, чтобы прийти в себя. Ким старший упёрся головой в плечо мужа, пытаясь отойти от оргазма. Через пару минут Джун помог ему одеться, прикрыл пятно как смог, но практически сразу увёл Сокджина к машине, чтобы отвезти домой. Старший написал Чонгуку о том, что появились дела и уехал. Он не мог сейчас появится перед Чонгуком в таком виде и поехать домой тоже, но они с Намджуном не будут больше трахаться. Это точно. Он уверен.

***

Отношения между Чонгуком и Сокджином замерли. Первый не понимал, что стало причиной, но ужасно расстроился. Сокджин сказал, что должен переехать обратно к себе в квартиру без объяснения причины, но продолжал убеждать, что между ними всё хорошо. Он целовал Чонгука, но не в губы, он обнимал Чонгука, но не крепко, он говорил с Чонгуком, но будто был не с ним. Ни о какой сексуальной близости и речи быть не может. Джин просто не подпускает его к себе. Мирэ заявляет, что Сокджин просто хочет с ним расстаться и ужасно переживает за друга, на что Чонгук кричит, защищая своего ангела, ссорясь с человеком, который был рядом всегда. Она пытается образумить Чона и убедить, но он не верит, не хочет верить. — Да очнись ты, Чон! Ты в упор не замечаешь, что происходит. Он бросит тебя, а ты будешь страдать, — кричит Чхве. — Он ни за что так не поступит! Будет ли тебя бросать человек, который ещё вчера говорил, что любит тебя? — спрашивает Чон. — Блять, да! Да, будет. А ты будешь страдать. Он просто конченная мразь, которая использовала тебя! — Да как ты…Что ты, — Чонгук был в ярости, он был в шаге от того, чтобы убить Мирэ собственными руками. — Успокойся, — Пак скрутил Чонгука, смотря на него, — Чон, открой глаза. Ты не чужой человек и дорог нам, поэтому и говорим тебе об этом. Посмотри на неё, — Мирэ стояла в слезах. Она прекрасно понимала, что будет. Что после разрыва её друг замкнётся в себе, он слишком любит Джина, чтобы осознать тот факт, что не нужен ему. Она так любит Чонгука и так не хочет наблюдать за его страданиями. Она чувствует себя бесполезной. Она ничего не может с этим сделать. — Пожалуйста, умоляю, Чонгук, открой глаза! Да он не могу развестись четыре месяца. При обоюдном желании партнёров это делается за день. Чимин рассказал мне о том, что тебе сказал Намджун. Он сам и оттягивал бракоразводный процесс, Чон! Умоляю, посмотри правде в глаза. — Тебе никогда не нравился Джин, — сквозь зубы проговорил Чонгук, — ты всегда относилась к нему предвзято, хотя я с распростёртыми объятиями принял твоего Чимина. — Перегибаешь, Чон, — Чимин снова пытался образумить друга. — Перегибаю? Я перегибаю? Да пошли вы! Два придурка, тебе всегда было на меня плевать. Это потому что я не встречался с тобой? — со злостью выплёвывал в лицо девушке слова Чонгук. — Не говори так…, — шёпотом произнесла Мирэ, не веря словам друга, — я люблю тебя. Ты моя семья, Чонгук. — Я никогда не был твоей семьёй, тебе просто похуй на меня. Нашла себе парня и хочешь мне дерьмо сделать, — Мирэ опустилась на пол, начиная рыдать. — Всё, Чон, проваливай нахуй, — Чимин потянул парня за куртку, вытаскивая в коридор из квартиры, — вернёшься, когда поймёшь, что ошибся в словах или когда этот придурок тебя бросит, — он уже хотел закрыть дверь, но остановился, чтобы сказать, — хотя нет, если он тебя бросит, справляйся с этим дерьмом один, — дверь в квартиру громко хлопнула, разделяя Чонгука и обитателей квартиры. — Отлично! Ну и идите нахуй! — крикнул Чонгук, в душе чувствуя какое-то отчаяние. Он развернулся и ушёл подальше от этой квартиры. Пак подошёл к девушке, крепко прижимая её к себе. Он гладил её по волосам и нежно сцеловывал горькие слёзы обиды и боли на щеках. — Всё будет хорошо, малыш. Я рядом, ты можешь не сдерживаться, — Мирэ громко зарыдала, крича от боли, что разрывала её грудь и потери человека, который значил для неё даже больше, чем родители. Неужели она правда давала усомниться в их дружбе, неужели правда не замечала, как делает ему больно. — Я просто дура! — в истерике говорила девушка. — Нет, ты не виновата. Даже не думай. Он просто ослеплён чувствами. Он одумается, вот увидишь, — он укачивал девушку на руках, мягко целуя в макушку, — всё будет хорошо, обещаю.

***

Уже придя домой и залезши в ванную, Чонгук понял, что натворил. Он буквально разрушил самое драгоценное в своей жизни. То, что сдвигало любовь и чувства к Сокджину на второе место, это дружба с Мирэ, а с недавнего времени и с Паком. Прошло не так много времени, но они уже прикипели друг к другу, и не раз оказывали помощь в нужный момент. Чон сидел под душем, пытаясь упорядочить мысли, но в голове только красными буквами слово «долбоёб». Чонгук расплакался. Он давно так сильно не плакал. Лет пять. Последний раз, когда ему сказали, что Мирэ сбила машина, и она в больнице. За время пути Чон придумал тысячу исходов событий, но всё оказалось куда лучше, девушка просто сломала руку и всё. Тогда Чонгук плакал очень сильно, боясь, что придя в больницу его встретит врач и отведёт на нижние этажи больницы, чтобы подтвердить, что труп действительно Чхве Мирэ. А сейчас Чонгук потерял её, собственноручно оборвал связь. Он такой придурок. Ему было больно. Ужасно больно. Он идиот.

***

На следующий день Чонгук выглядел плохо, поэтому ему потребовалось лишнее время с утра, чтобы привести себя в порядок. Приехав на работу, он первым делом направился в гримёрку, где должен был быть Джин. Постучав, он открыл дверь и увидел Джина и Намджуна. Тот что-то пробубнил и сказал, что ему пора. Чон сел на стул напротив старшего и принялся его рассматривать. — Где вчера был вечером? — вместо приветствия и слов любви задал вопрос Чон. — Я? Эм, — Джин вчера смотрел какое-то шоу по телеку с Джуном, — гулял вечером, а потом был дома. — Ты был нужен мне вчера, — вот так в лоб. Сегодня младший максимально уязвим, у него нет нужной поддержки, он потерял важного человека, а его парень даже не отвечает. — Я...прости меня, я оставил телефон дома, — Джин опустил взгляд, но уже через секунду к его груди прижался Чонгук, начиная тихо плакать. Ким бы даже не догадался об этом, если бы не намокающее пятно на футболке, — эй, ты чего? Гук, что-то произошло? — Да, я плохой друг. Джин начал перебирать волосы парня и прикусил губу. Он пытался подбодрить и поддержать младшего, хоть и не знал суть проблемы. Он уверен, что случилось что-то действительно плохое, потому что Чонгук достаточно сильный морально. — Эй, хочешь сегодня проведём целый день вместе? — с улыбкой спросил Сокджин. — Правда? — Ага. Ты и я. Сходим куда-нибудь. А вечером будем играть в приставку, — Чон не дал ему закончить, целуя Джина в губы с нежностью и отчаянием. Старший пообещал, что будет рядом. Это всё, что ему сейчас нужно.

***

Они гуляли по парку, Джин рассказывал что-то незначительное, поддерживал Чонгука, а тот просто растворялся в мужчине, получал его любовь и заботу, поддержку, которая сейчас так важна. Они пробыли в парке целый день, даже побили боксёрскую грушу, чуть не оставив там все свои деньги. Ближе к вечеру «парочка» направилась домой. Там Джин приготовил ужин, проконтролировал, чтобы Чонгук поел, а потом парни пересели к телевизору, играя в приставку. Так прошла чуть ли не вся ночь. Около четырёх часов утра, а Чонгук ужасно хочет чипсы. Поэтому он тянет уже сонного Сокджина за собой в круглосуточный магазин. Там они берут три пачки чипсов и направляются в сторону дома. Чонгук резко остановился и посмотрел на старшего. — Пошли в парк. — Ты серьёзно? — Сокджин рассмеялся. — Да. Я серьёзно. — Ох, ну, давай сходим. Только следи, чтобы я не уснул. Они медленно шли вдоль пруда в парке. Народу не было, а потому Чон наслаждался тишиной, спокойствием и отсутствием суеты. Они сели на лавочку. Джин положил голову на плечо младшего, а телефон положил к себе на колени. Чонгук же сложил пачки чипсов в другую сторону, открывая лишь одну. Сокджин прикрывает глаза, расслабляясь, а Чонгук напряжённо думает. Так сосредоточенно и сильно, что будь возможность, его голова бы разорвалась. Через минут десять такого сидения телефон Джина загудел уведомлением. Это сообщение. Сообщение от Намджуна: «Я поменял билеты. Поэтому полетим на следующей неделе. Я как раз разберусь с работой, чтобы спокойно уйти на три недели. Твои фотоссесии я уже перенёс. Так что можешь радоваться. Твою мечту мы будем исполнять вдвоём». Чонгук напряжённо смотрит на экран телефона, который затухает через пятнадцать секунд. — Какую мечту ты будешь исполнять с Намджуном? — спокойно проговорил Чонгук, но Джин уже заснул, поэтому младший дёрнул плечом, из-за чего Ким резко подскочил, осматриваясь. Он перевёл недовольный взгляд на Чонгука, — я спросил: какую мечту ты будешь исполнять с Намджуном? — повторил он уже более грозным тоном. — Что? О чём ты? — Сокджин смотрит на него, не понимая о чём речь. Чонгук как-то отчаянно усмехнулся. — Ты оглох, Джин? Что у вас за мечта с твоим бывшим? Хотя нет, подожди, он им не стал. Это всё ещё твой муж, — было заметно, как вся кровь моментально отлила от лица Джина, — я идиот. — Послушай, Гук-а, всё не совсем так. Мы просто… — Она была права, а я просто слепое влюблённое до одури уёбище, — Чонгук резко вскочил, оттягивая волосы на голове. — Чонгук, я.. — Ответь честно, прошу тебя. Ты съехал из-за Джуна? — Я… — Ответь, — Чонгук смотрел на него с каким-то отчаянием и в то же время надеждой. — Да, — Ким опустил взгляд вниз. — Ахаха, господи, — Чон отвернулся, поднимая голову вверх, начинает капать. Кажется сейчас пойдёт дождь. Но Чонгук ебал это. Ему плевать. Он стоит и еле сдерживает слёзы, — ты не давал мне поцеловать себя, обнимать и избегал из-за своего мужа? — Да, — эмоции, которые отражались на лице Чонгука вызывали лишь отчаяние и боль в области груди. Он был разбит. Он всегда выбирал человека, несмотря ни на что, который никогда бы не выбрал его. Он и вправду был ослеплён. Джин не любил его. Он просто придурок, который очень вовремя сделал первый шаг. — Когда это случилось? Когда я потерял тебя? — Чон взглянул на Джина, который начинал слегка намокать из-за начавшегося дождя, — что он сделал? Ты же жаловался на него! Почему ты опять с ним? — Потому что я эгоист и любитель драмы, — Джин посмотрел на парня, — в то время, как я мог спокойно всё обсудить с ним и прийти к соглашению, я выбрал мучить трёх человек. Я люблю его, Гук. — А меня...ты когда-нибудь любил меня...? — Чонгук смотрел на Джина в слезах, это видно даже под дождём. Джин молчал, а Чонгук сначала хрипло засмеялся, а потом зарыдал. — Я так люблю тебя, Джин. Ты буквально богом для меня являешься. Я дарил тебе любовь и своё внимание, потому что ты этого достоин! Я так радовался, когда ты сказал, что мы встречаемся утром на кухне. Я был так счастлив, когда просыпался, а на соседней стороне кровати лежал ты, такой сонный и милый. Я был так счастлив, когда ты прогибался от моих касаний и стонал от моих действий. Я был так счастлив, когда понравился твоим друзьям, — он остановился и сел на землю, — я был счастлив всегда, когда ты был рядом. Но оказывается, что ты никогда не был счастлив рядом со мной… — Нет, Чонгук, это… — Ты никогда не любил меня, Джин, — он смотрел на него с улыбкой человека, которого в следующий раз ты увидишь на фотографии рядом с вазой, наполненной прахом, — тебе было плевать, в то время как я жил тобой. Я поссорился и потерял человека, который был со мной всегда из-за тебя. Я защищал тебя! — он кричал так громко, что его голос срывался на хрип, — за что ты так со мной? Зачем ты начал со мной встречаться? Зачем? — Джин смотрел на парня, которого он разрушил и плакал сам, он сломал его, разрушил. — Я хотел быть любимым. — Ты придурок, хён. Но знаешь, что самое обидное? — он поднял голову и посмотрел на хёна с улыбкой, — я не ненавижу тебя, я ненавижу себя. Я самое отвратительное создание на планете. Буквально хочу вырвать себе сердце, чтобы оно никогда больше не стучало. — Гук, я не…, — Джин попытался обнять парня, чтобы успокоить. — Иди, Джин. Иди домой. Намджун будет переживать, — всё ещё улыбаясь, говорил парень, вставая с асфальта. — Нет, я не брошу тебя! — они оба промокли, Джину тоже приходилось кричать из-за сильного шума дождя. — Джин, иди домой. Ты простынешь, меня потом накажет босс. — Я… — Умоляю Джин. Исчезни. Прошу. Оставь меня. — Нет, я не могу. — Можешь, ты можешь. Уйди прямо сейчас, пожалуйста. Из уважения к моим чувствам. Хорошо? — Сокджин кивнул, проглатывая слёзы и пытаясь не разрыдаться. Он развернулся и пошёл в противоположную от Чона сторону, но всё равно услышал брошенное вслед: «Я люблю тебя, хён».

***

Когда в дверь постучали, сначала никто не услышал, так как внутри квартиры все спали. Но после более настойчивого стука по двери все проснулись. Пак сказал девушке остаться в комнате, а сам пошёл к двери. Он посмотрел в глазок, после чего открыл дверь, запуская внутрь квартиры нарушителя сна. На пороге появился насквозь промокший Чонгук. Он упал на колени и громко зарыдал. На звуки из спальни выбежала девушка, переживая за своего парня, но заметив на полу громко плачущего Чона, упала рядом с ним, хватая его лицо руками и поднимая. Из глаз девушки потекли слёзы, а она сама начала бессмысленно бормотать что-то вроде «Всё будет хорошо» или «Мы справимся, Чонгук», но самым важным для него было «Мы рядом, Гук, мы рядом».