Рисунок

            ***

      Урок математики у Миссис Пакертон. Ларри старается не слушать ее монотонную речь и Сал, сидящий рядом, тоже. Джонсон плавными движениями ручки рисует своего друга. Он часто рисовал протезника, ему нравилась его необычная внешность. Даже его лицо, которое покрыто шрамами и рубцами. Он искренне не понимал Салли, когда тот говорил, что он урод. На когда-то белом листе блокнота теперь нарисован портрет Фишера. Шатен не решился рисовать Фишера без протеза, мало ли кто мог увидеть этот рисунок, а ему не хотелось доставлять другу проблем. Закончив штриховать все тени, Ларри тыкает Сала в бок ручкой. Протезник неохотно поднимает голову с парты, видимо, опять плохо спал ночью. Джонсон двигает блокнот на середину парты, ожидая реакции. У Салли округляются глаза, он внимательно рассматривает рисунок. Фишер крайне удивлен с какой точностью его нарисовал Ларри, он смог изобразить все детали, начиная с трещины на протезе, заканчивая недавно отстриженной пряди волос. Больше всего Фишера удивляло то, как быстро шатен смог его нарисовать.       — Вау, это очень красиво, — шепчет он. — Спасибо! — Ларри было приятно это слышать. Ему нравилось наблюдать за реакцией Сала, он всегда был искренним. Не зря же говорят, что глаза — зеркало души? Джонсону нравилось смотреть, как голубые глаза округлялись, а затем бегали по рисунку, стараясь запомнить каждую мелочь. — А ты не пробовал себя нарисовать? — через какое-то время спросил Сал.       — Нет, не думаю, что получится хороший рисунок, — они старались говорить как можно тише, чтобы злая Пакертон не начала кричать. Друзья почти легли на парту, лишь бы их не было видно и слышно.       — Попробуй, до звонка еще минут десять, хотя бы набросок успеешь сделать.       Ларри придвинул блокнот к себе, перевернул страницу с портретом Салли и уже на чистом листе, прямо ручкой начал обозначать контуры собственного лица. Фишер лег на парту, смотря за уверенными движениями друга. Не боясь испортить рисунок, Джонсон рисовал глаза, нос, губы без особых деталей и теней, он обязательно добавит их, но потом. Как только он закончил рисовать волосы, прозвенел звонок. Все одноклассники поднялись со своих мест, желая как можно скорее уйти отдыхать. Ларри закрыл блокнот, решив, что дорисует потом.       — Эй, Сал, ты вставать собираешься? — спросил он, глядя на все так же лежащего Фишера. — Я покурить хочу, ты со мной? — после этих слов, под тихий смех Джонсона, Сал встал и начал собирать свои вещи.

***

      Последним уроком была биология, очередная нудятина, по мнению Ларри и Салли. Сал вырисовывал линии черной ручкой на чистом листе тетради, рисовать что-то конкретное не было смысла, все равно не получилось бы. Джонсон слушал музыку в наушниках, лежа на парте, устал наверное. Теперь уже Фишер тыкает его ручкой. Ларри приподнимается и снимает один наушник.       — Можешь дать свой блокнот? — шепчет Сал, — Я порисую чуть чуть и отдам, — Ларри молча достает блокнот и отдает его другу, а после снова надевает наушник и ложится на парту лицом к окну.       Сал начинает листать блокнот, рассматривая каждый рисунок. Этот небольшой блокнот на пружинах Ларри всегда носил с собой, чтобы в любой момент сделать набросок чего-либо, а уже дома превратить набросок в произведение искусства. На первых листах были нарисованы кресты, звезды и одно сердечко, Джонсон изобразил их в своем стиле, необычно, но красиво. На следующих листах Фишер нашел еще одну необычную работу: паук с человеческим лицом. Это выглядело странно, непонятно и жутко. «И что только творится у него в голове?» — подумал Сал, бросив быстрый взгляд на друга. Пролистав еще несколько страниц, протезник увидел свой портрет, нарисованный сегодня, затем уже дорисованный на прошлых уроках портрет Ларри. Лист оторвался с пружин и просто лежал в блокноте. Сал осторожно, почти не создавая звуков, взял его и положил в свою тетрадь по биологии, а после закрыл и убрал в портфель. Не пойман — не вор. Это уже не первый рисунок, который протезник ворует. Ларри не замечал, а может и замечал, но ничего не говорил. Сал как ни в чем не бывало открывает чистый лист и начинает рисовать: палка, палка, огуречик, футболка с инициалами «SF», длинные волосы и получился Ларри Джонсон. Оценив свой рисунок на десять из десяти, Фишер закрывает блокнот и кладет его ближе к шатену. Он тоже лег на парту, ожидая звонок с последнего урока. Последнего на этой неделе.

***

      Ребята стояли на первом этаже апартаментов, разговаривали. Оба были уставшими, восемь уроков в школе их не пожалели.       — Можешь дать мне свои наушники, пожалуйста, — попросил Сал, сложив руки в умоляющем жесте.       — Да ладно, Салли, ты снова наушники потерял? — удивился Джонсон, но все равно полез в портфель, чтобы дать другу наушники.       — Да, нет, не знаю короче, — неоднозначно ответил Фишер. — Я просто не помню куда их положил, буду надеяться, что найду.       — Держи, — сказал Джонсон, протягивая Салу найденные в рюкзаке наушники.       — Спасибо, — тихо ответил он, заходя в лифт.

***

      Сал сидел за рабочим столом без протеза, улыбался и добавлял детали в портрет Ларри. Розовым текстовыделителем он рисовал небольшие сердечки на чистых местах листа. Салли заглядывается на Джонсона. Салу стыдно. Но черт возьми, как на этого очаровательного человека можно не заглядываться?! Он же до головокружения красив! Фишер убирает рисунок в ящик стола, берет наушники и падает на кровать, утопая в собственных мыслях.       В это время в подвале сидит озадаченный Джонсон и смотрит на свой блокнот, из которого пропал еще один рисунок. Учитывая то, что Ларри не особо следит за своим блокнотом, то рисунок мог просто где-то выпасть, или его могла стащить какая-нибудь девочка с параллели. «Если Сал захотел взять мой рисунок, он бы спросил» — думал шатен, не осознавая всего коварства друга. Но в блокноте появилась новая работа, нарисованная Фишером, которая очень понравилась шатену.       Смирившись с утратой очередного рисунка, Ларри решил опять нарисовать автопортрет. Он достал небольшой холст и поставил его на мольберт. У него много свободного времени, чтобы нарисовать себя в идеале. Слишком самовлюбленно? Плевать.

***

      Суббота. Час дня. Ларри, который проснулся минут двадцать назад, ехал на четвертый этаж. У них с Салом слишком близкая дружба: они могут ходить друг другу в гости без приглашения, поскольку всегда рады видеть друг друга.       Джонсон негромко стучит в дверь, и, через пару секунд слышит приближающиеся шаги. Дверь открывается, на шатена смотрит растрепанный Сал.       — Привет, — говорит Ларри и заходит в квартиру. — Я тебя не разбудил?              — Да нет, я давно проснулся, но с кровати не вставал, — ответил Салли, так и не поздоровавшись в ответ. — Чай будешь? — спросил он, проходя на кухню.       — Давай кофе, — проговорил шатен и сел за стол, ожидая свой напиток. — Ты свои наушники нашел? — спросил Ларри, искренне переживая за очередную потерянную вещь. Сал любил куда-то класть вещи, а потом не находить их. Таким образом канцелярия, резинки для волос и наушники вечно терялись и только в редких случаях находились.       — Если честно, — начал Фишер, — Я даже не пытался их искать, — сказал он и взял только что вскипевший чайник.       — Я не удивлен, — спокойно ответил шатен.       Салли повернулся к Ларри спиной, открыл шкафчик, в котором должно было быть кофе и застыл на месте. Он недолго стоял без движений, смотря на то, что было в шкафчике.       — Хочешь удивлю? — спросил протезник, так и не повернувшись к другу, услышав в ответ «Ну, попробуй», он что-то достал из шкафчика и повернулся. Сал, глупо улыбаясь, держал в протянутой руке свои потерянные наушники. Ларри молча осмотрел его с ног до головы, а через несколько секунд они оба рассмеялись.       — Мне очень интересно, как они там оказались? — успокоившись, спросил Джонсон.       — Ага, мне тоже.

      ***

Салли удобно устроился на кровати, кружка теплого чая стояла на прикроватной

тумбочке. Ларри сидел на стуле, за рабочим столом. Ребята непринужденно разговаривали обо всем: о школе, о приближающихся каникулах, о родителях, о планах на завтра.       — Раз уж ты нашел свои наушники, — неловко начал Ларри, — Отдай мне мои, пожалуйста.       — Прости, совсем забыл, — сказал Фишер, делая глоток чая, — Возьми в ящике, в столе, — Салу было лень встать с кровати и достать наушники.       Ларри открыл ящик стола, в глаза сразу же бросились родные наушники. Он достает их и видит знакомый рисунок. Под наушниками лежал его автопортрет, Джонсон замер на секунду, а после достал свой рисунок из ящика, под которым лежали и другие потерянные работы. Шатен внимательно осматривал свой же рисунок и понимал, что подрисованные Салом сердечки не просто так. Фишер смотрел на озадаченного Ларри и кусал нижнюю губу, проклиная себя за свою забывчивость.       — Ларри? — осторожно позвал его голубоволосый. — Все хорошо? — спросил он, уже представляя, что будет делать, если Джонсон его пошлёт.       Ларри ничего не говорил. Он положил рисунок на стол, рядом с наушниками и встал со стула, подходя к кровати. Сал молчал, понимая, что никакие отмазки не помогут, он поставил почти пустую кружку с чаем на тумбочку и ждал, когда шатен подойдет ближе и ударит. Джонсон сел на кровать и взглянул на Фишера, который со страхом в глазах наблюдал за любым действием друга. Сал не увидел в глазах шатена ни ненависти, ни злости, это его удивило, теперь он совершенно не знал чего ожидать.        Ларри протянул свою руку и аккуратно коснулся лица Фишера, который растеряно смотрел на шатена и ничего не понимал. Сердце протезника начало стучать с бешенной скоростью и, казалось, что вот-вот оно остановится навсегда. Джонсон приближался, и когда между их лицами осталось лишь пару сантиметров, он взглянул в глаза Салу, ища в них ответ на немой вопрос. Ребята касаются губами, слегка приоткрыв рот. Ларри второй рукой обхватывает лицо Салли, притягивая его еще ближе. Фишер обнимает шатена за шею. Поцелуй был нежным, легким и до безумия приятным.       — Ларри, я… — пытается сказать Сал, перебираясь к Джонсону на колени, не перестав обнимать его за шею.       — Тише, — говорит Ларри, гладя его рукой по спине, — Я тоже, Сал, я тоже.