Больше, чем дружба

Утро у Бяши началось далеко не лучшим образом. Поднявшись с жесткого дивана, он размял затекшую спину, умылся прохладной водой и принялся готовить завтрак себе и своей новой знакомой, которая всё ещё спала. Минут через пятнадцать на кухне раздалось размеренное шипение — Бяша стоял у плиты, внимательно следя, чтобы яичница не подгорела. Это было единственное блюдо, которое он умел готовить действительно вкусно, не опасаясь при этом за сохранность дома. Вскоре проснулась и девушка. Неторопливо заправив постель, она тихими шагами направилась в ванную, а затем, приведя себя в порядок, вышла на кухню. Увидев Бяшу, стоящего к ней спиной, она неслышно подкралась и схватила его за плечи. — Бу! — прошептала она ему на ухо и сразу же отпрыгнула назад, рассмеявшись от его реакции на этот детский выпад. — Маша, блин! Зачем так пугать? Я чуть не поседел от испуга, — вздрогнув, громко воскликнул парень. — Да что ты, Бяшечка, не сердись. Я же любя, — почти пропела она последние слова нежным, мелодичным голосом. — Пф-ф. Оставь своё «любя» для кого-нибудь другого… — Бяша явно собирался что-то добавить, но вдруг оборвал себя, уловив запах гари. Он быстро снял сковороду с огня, выключил конфорку и принялся отскребать слегка пригоревшую яичницу. — Ну прости, Бяш, — виновато протянула Марья. — Я же не знала, что у вас всё так легко пригорает, — добавила она уже полушепотом. — Ещё бы. Этой сковороде, наверное, лет шестьдесят. Маша промолчала. — Хотя знаешь, яичница всё равно получилась отличная. Меня вообще к плите не пускают. Не понимаю, почему? — задумавшись на секунду, произнесла рыжая. — Помню только, что это случилось после того, как у меня загорелась сковорода, прямо как в кулинарном шоу… Впрочем, неважно. Бяша не совсем понял, о каких шоу она говорит, но поблагодарил за комплимент и пообещал научить её готовить это простое блюдо. — Ладно, мне пора, — обречённо сказал Бяша. — Куда? Гулять? И без меня?! — встрепенулась девушка, начав мотать головой, будто пытаясь вспомнить, куда Бяша вечером отнёс её мокрые вещи. Однако почти сразу успокоилась, заметив их аккуратно сложенными неподалёку. — Да нет, в школу, — пробурчал он. — А-а… — разочарованно и немного тоскливо протянула синеглазая. — А ты разве не идёшь? — удивился Игорь. «Неужели она и про школу забыла?» — Э-э… С радостью бы, но есть проблемка… — Маша не успела договорить, как в дверь раздался громкий, настойчивый стук. — Кажется, это Ромыч, — Бяша подскочил к входной двери, которая дрожала под непрекращающимися ударами. — Да погоди ты, сейчас открою! За дверью и вправду стоял Рома. Мальчишки обменялись дружеским рукопожатием, и гость, разувшись, прошёл на кухню вместе с Бяшей. Маша к тому времени уже доела и принялась мыть посуду — пока ребята минут пять о чём-то оживлённо беседовали у порога. Судя по всему, Бяша делился с другом подробностями ситуации, не желая держать всё в себе. — Слушай, Маш, — обратился к ней Рома, — а тебе не хочется пойти с нами в школу? «Значит, всё-таки обо мне говорили. Но что им ответить?» — Я бы с удовольствием, но вы же сами понимаете — у меня нет ни документов, ни даже родителей. Может, они и есть, но я их не помню, — стараясь сгладить острые углы, объяснила она, сама толком не понимая, что происходит. — Э-э-э, ну и что? Как-нибудь разберёмся… наверное, — неуверенно произнёс Рома, но затем всё же согласился, что девушка права. Велев ей пока оставаться дома, он позвал Игоря, и они вдвоём молча ушли. Домыв посуду и начисто протерев все поверхности, Маша вытерла руки и только тогда заметила на подоконнике сложенную бумажку. Взяв её, она прочла написанное. Это был список дел по дому. «Серьёзно?» — мысленно удивилась она, и лёгкой, почти танцующей походкой направилась обратно к мягкой постели. Времени ещё много, а дел — совсем немного.

***

Через час Маша встала, вновь аккуратно застелила кровать и быстро выполнила все поручения. Надев куртку, она от скуки решила выйти и осмотреть окрестности. Утро выдалось по-настоящему морозным. Тихий снег падал мягкими пушистыми хлопьями, укутывая землю белым покрывалом. Марья потирала замёрзшие руки, пытаясь согреть их дыханием, но это почти не помогало. Бродя по лесу, она неожиданно заметила впереди дом. Настоящее спасение от декабрьского холода! Он был точь-в-точь как у Антона: бревенчатый, обшитый досками, но заметно обветшавший от времени. Перейдя по скрипучему мостику, она подошла к двери и постучала. Ей открыла стройная темноволосая женщина — та самая, мама Антона. — Антона дома нет, приходи попозже, — быстро сказала она и уже собралась закрыть дверь, но Марья успела подставить ногу, не давая ей захлопнуться. — Простите, я не помню, как здесь оказалась. Совершенно ничего не помню. Не могли бы вы приютить меня на пару дней? Вдруг меня уже ищут родители или знакомые. Я не смогу одна в такой мороз! Пожалуйста, помогите! Я буду помогать по дому, много места не займу! — Карина замерла в ступоре. Потерявшийся ребёнок? Как она здесь очутилась и что вообще произошло? Она взяла Машу за руку и втянула её в тёплый дом, затем несколько минут молча и пристально разглядывала девочку. Марья тем временем стояла неподвижно, бледнея на глазах и стараясь дышать как можно тише, будто пытаясь слиться со стеной, лишь бы избежать этого тяжёлого, изучающего взгляда. — И правда, я тебя здесь впервые вижу. Хочешь сказать, что ты одна, ничего не помнишь и не знаешь, как сюда попала? — скептически протянула женщина, явно не веря рассказу. — Да, — коротко ответила та, перебивая её. — Но, если честно, я тут уже познакомилась с одним человеком. Он пустил меня на ночь. Так что… — неловко помялась рыжая на пороге. — Вы не могли бы мне помочь? Карина смотрела на Марью с недоверием и лёгким подозрением. — Посмотрим. Для начала: как тебя зовут? — спросила она. — Маша… — тихо прозвучало в ответ. — Ясно, — женщина вздохнула, и, видя, как ребёнок жмётся у порога, ей стало искренне жаль девочку. Она приняла решение. — Зови меня тётя Карина. — Хорошо, тётя Карина! — Маша лучезарно улыбнулась, явно не ожидая такого исхода. — Ладно, я помогу тебе, — твёрдо сказала мать Антона. — Поживёшь у нас. Может, даже в школу устрою, но с условием: будешь помогать мне по хозяйству, поняла? Ты хорошо готовишь? — Не-а, — слегка замялась она. — Но я отлично умею убираться! Вам же одной нелегко справляться с таким домом, да ещё и готовить на всю семью. Доверьте мне уборку, мытьё посуды, например. Только не стирку — с ней я не очень дружу, если честно, — весело протараторила девчушка. — Ну хорошо, снимай куртку, обувь поставь на полку. Боже, как же ты легко одета! — женщина округлила глаза, но быстро взяла себя в руки. — Покажу тебе дом и познакомлю с дочкой. Будешь спать с ней в одной комнате. Маша одобрительно кивнула и начала раздеваться. Сняв верхнюю одежду, рыжая огляделась, изучая обстановку, и тихо последовала за Кариной на второй этаж.

***

— Оленька? — Карина постучала в дверь и зашла в комнату. — Доброе утро, мам, — девочка сидела на мягком ковре, перед ней лежал альбом с наполовину законченным рисунком и коробка цветных карандашей. Женщина подошла к дочери, присела на корточки и мягко попросила её выслушать. Затем, поднявшись, она села на край кровати и похлопала по месту рядом, приглашая Олю присоединиться. Рассказав всё как есть, Карина внимательно посмотрела на загоревшееся личико дочки. — Ура! Мам, а где она? — взвизгнула от восторга Оля. — Маша, заходи, — Карина обернулась к двери, и в тот же миг в комнату робко вошла Марья. Оля соскочила с кровати и подбежала к новой знакомой. — Привет, я Оля. Давай дружить! — девочка сияла от счастья — наконец-то у неё может появиться подруга! — Конечно, давай! Меня зовут Маша, — девушка присела на корточки, чтобы оказаться с ребёнком на одном уровне. — Ура, спасибо, я очень-очень рада! — Оля стремительно обняла Машу, потом отпрянула и от восторга принялась хлопать в ладоши. — Пойдём рисовать? — Пойдём, — Оля счастливо пискнула и потянула рыжую за руку к расстеленному на полу альбому. Марья между тем разглядывала комнату. Больше всего её внимание привлёк старомодный телевизор — он показался ей непривычным, хотя такие же она видела и раньше. Затем взгляд упал на милого плюшевого медвежонка, сидевшего на подушке, и на керамическую копилку-свинку, разместившуюся на верхней полке справа. Карина с теплой улыбкой наблюдала за ними ещё несколько минут, а затем тихо вышла, прикрыв за собой дверь. Девочки проводили время за рисованием, и, судя по их оживлённым лицам, им было весело вместе, несмотря на разницу в возрасте.

***

Примерно в два часа дня снизу послышался звук открывающейся входной двери. Оля резко вскочила, случайно рассыпав баночку с карандашами. — Это Тоша! Он пришёл из школы! Бежим знакомить вас! — Девочка схватила Машу за руку и потащила за собой, та покорно последовала за ней. — Привет, Оль. Как дела? — спросил брат, заметив сестру на лестнице, и, сняв куртку, поспешил её обнять. Но что-то насторожило его сразу: он уловил движение выше — чей-то явно женский силуэт, но это не мама, так как от кухни доносился звук посуды. Странно, кто же это? Антон медленно отстранился от сестры и тихо, с удивлением прошептал ей на ухо: — Оля… Кто это?