Я не могу тобой рисковать
20 декабря 2023 г., 19:40
Ты просто никому не говори, что видела мой мир изнутри.
Не все поймут, не все найдут в тебе себя.
Придут однажды, уйдут навсегда.
Не все оценят твой талант и характерный почерк,
И ты останешься для них так, одним из прочих.
***
Не знаю, что случилось с нашим городом, но уже два дня шли дожди. Прекрасные, тёплые осенние деньки сменились противными дождливыми. Хотя в дожде есть свои плюсы. По проспектам разлились глубокие мутные лужи. Я иногда навещал Антона и ходил в гараж. Я последнее время был отстранённый и пребывал в своих мыслях, из-за чего стал чаще препираться с мамой. Кстати, накануне Антон успел встретиться с одним из друзей, передавшим ему одежду. Дело за малым — получить от другого приятеля, который сейчас был в отъезде, деньги и документы. И вот сейчас я снова пришёл к Шастуну, чтобы принести ему поесть. — Ты всегда расфасовываешь по своим френдам ценные вещи? — спросил я, вынимая из пакета контейнеры с едой, которые захватил из дома. — Я не могу хранить деньги в своей квартире, — ответил Антон. Я с удивлением посмотрел на парня. В последнее время я уже не поражался, напоминая себе то и дело: «Арс, он странный! Очень странный! Ты не знаешь, что он натворил. Зачем ему помогать?» Парень приподнялся и заглянул в пакет: — Что у нас сегодня в меню? — Морковные котлеты, — «обрадовал» я Антона. — Фу! — поморщился он. — Я не успел утром ничего приготовить, — сердито проговорил я. Пока добрался до гаража, промок до нитки. Так торопился выскочить из дома, что оставил зонт… — с волос капала вода, — Конечно, мог взять еду у мамы — макароны с тушенкой. Но это бы вызвало у неё подозрения. Я ведь такое не ем… А она и так всё время торчит на кухне и удивляется, почему я вдруг готовлю, будто на двоих. И всё быстро съедаю. На улице такой дождь, я с этими пакетами… А ты… — Ладно, в следующий раз купи по дороге что-нибудь в «Макдоналдсе», — перебив меня, посоветовал Антон. Тем не менее парень открыл прозрачный контейнер и потянулся за одноразовой пластиковой вилкой. Я обиженно вздохнул, закусил губу и уселся на старый ободранный стул. — И зачем, спрашивается, я с тобой вожусь, Антон. Ты просто невыносим. Такой грубиян. Антон ничего не ответил, он продолжал жевать мою стряпню с задумчивым видом. — Там ещё булочки, термос с чёрным сладким чаем и вода, — угрюмо отозвался я. — Спасибо, — поблагодарил он. Ого, впервые вежливое слово от него. Приятно, — Но я не прошу тебя со мной возиться. — Я теперь буду переживать за тебя, всё-таки хочется помочь, — и чем же этот несносный парень мне понравился, я не знаю. — Что-то ты сегодня рано? Ты ушёл с последних уроков? Я кивнул. Пришлось уйти с последних двух уроков, потому что я бы не смог объяснить маме, почему задержусь. Да и вообще в последнее время я чаще стал врать и придумывать какие-то отмазки. Это всё общество Антона на меня влияет. Антон удивлёно взглянул на меня и потом с насмешкой произнёс. — Как же так, Арсений, прогульщиком стать захотел? Я зло посмотрел на него. — Я тут, кстати, в этом частном секторе нашёл общественную баню, — проговорил Антон, — Надоело умываться в тазу. — Ты бы особо не светился, — посоветовал я. — Здесь тухляк. Одни алкаши и подростки, — пожал плечами парень, — В город соваться по-прежнему опасно, а так… В этот момент на улице раздался пронзительный душераздирающий крик. На фоне хмурого неба и непогоды это было жутковато. Мы с Шастуном переглянулись. — Говорю ж, дети целыми днями по гаражам лазят, — ответил парень. Я подошёл к двери и плотнее закрыл её. В помещение тут же перестал проникать свежий грозовой воздух. И звук дождя больше до нас не доносился. Оглядел Антона. На нём была новая одежда, тёмно-зелёная футболка и потёртые синие джинсы. — Друг, который передал тебе чистые шмотки, — неуверенно начал я, — К нему приходили? Ну… Эти… Почему-то на языке крутилось слово «головорезы». — Приходили, — кивнул Антон. — Значит, тебя по-прежнему ищут? — И не перестанут искать, пока не найдут, — беспечно отозвался Шаст. Сказал об этом так просто, будто я спросил, идёт ли сегодня дождь на улице. — Есть два вопроса, которые мучают меня! — не выдержав, воскликнул я. — Кто твой отчим? И что же ты такого натворил, что он носом землю роет в поисках тебя? Подросток перестал жевать и с любопытством взглянул на меня. Дверь в гараж была теперь плотно закрыта, но мы услышали, как на улице гремит гром. — Скажем так, я взял одну очень дорогую вещь. — И спрятал? Куда? — спросил я, — Надеюсь, не в моей квартире… — на мгновение по спине пробежал холодок. — Этого тебе лучше не знать, — уклончиво ответил Антон. — Я и так подвергаю тебя, Арс, и твоего дружка — Диму, огромной опасности. Просто потому, что торчу в этом проклятом гараже целыми днями. Заберу деньги, документы и свалю из города. — Да, наверное, так будет лучше, — вздохнул я, подумав, что Шастун навсегда уедет, а я так и не узнаю его тайну… И его самого. — Мой отчим — Владимир Матвеев, — внезапно сообщил Антон. — Это который владелец местных ТРК? — припомнил я. — Ага, — ответил Шастун, отодвигая от себя пустой контейнер. Всё ведь съел. Больше выпендривался. — Неслабо! — присвистнул я, — Думал, что он законопослушный гражданин и честный предприниматель. Ты не носишь его фамилию? — Неа, — снова отозвался Антон. — А-а-а… — начал я, собираясь снова кое-что уточнить. — У тебя было два животрепещущих вопроса, — ответил Антон, — На один из них я ответил и, надеюсь, хотя бы немного унял твоё любопытство? По его тону я понял, что Шастун не потерпит возражений. — Ладно, — нахмурился я, поднимаясь со стула, — Не хочешь говорить — не надо. — Это для твоей же безопасности, Арсений. — Мне пора! — я с грохотом отодвинул стул и потянулся за посудой. — Мне ещё маме помогать, уроками заниматься… — начал перечислять я. Я принялся складывать контейнеры и термос в пакет. Антон продолжал сидеть, поглядывая на меня снизу вверх. — Есть ли в тебе недостатки, Попов? — спросил он. Я перестал греметь пластиковой посудой и уставился на одноклассника. — О чём ты? — Одни достоинства: умный, послушный, заботливый, ещё и отличник, и гордость семьи и учителей. И все тебя любят. — Ну если ты не шутишь, то спасибо, — в его голосе вроде усмешки не было. — Вот я, — пропустив мои слова мимо ушей, Антон продолжил, — Ленивый, грубый, порой трусливый… А ещё, как недавно выяснилось, вор. Ничем не лучше отчима. Я снова присел на край старого стула, который подо мной жалобно скрипнул. — Возможно, ты талантливый, — сказал я. — Возможно! — хрипло рассмеялся Антон, — Ты ведь не слышал ни одной моей песни. — Ты сам мне не хочешь их исполнить, — пожал я плечами, — А вообще, у меня есть своя теория на этот счет. Похоже, на улице поднялся сильный ветер. Дождь громче забарабанил в железные гаражные ворота. Антон продолжал внимательно на меня смотреть, подперев кулаком щёку. — Скучно любить за одни только достоинства, — сказал я, — Куда интереснее влюбляться в недостатки. С этими словами я, не ожидая от самого себя, протянул руку к Антону и провёл указательным пальцем по его брови. Парень даже не шелохнулся. Внимательно следил за моими действиями. — Вот тут… У тебя небольшой шрам. — Мама в детстве шваброй случайно заехала, — ответил Антон. Словно обжегшись, одёрнул руку, взял со стола пакет и снова поднялся на ноги. — Как видишь, ты не идеален, — ответил я, направляясь к двери. — Значит тебе нравятся мои недостатки? — Как знать, — я повёл бровью. Затем попрощался с одноклассником и выскочил под холодный дождь. Аккуратно обходя лужи на раскисшей дороге, вышел из гаражного кооператива. По пути взглянул на экран смартфона, который тут же залило каплями. Всё это время телефон был в беззвучном режиме. Я уже миновал частный сектор, когда у одного из коттеджей заметил чёрный внедорожник. Точно такой же едва не наехал на меня несколько дней назад. Конечно, в большом городе их может быть сколько угодно, но я напрягся. А если это всё-таки тот самый, то почему он в такой катастрофической близости к гаражам? Мне сделалось не по себе. Несмотря на дождь, передняя водительская дверь была открыта. Я прижал к себе пакет с пустыми контейнерами и постарался проскользнуть мимо джипа как можно незаметнее. Но, едва я поравнялся с машиной, меня окликнули. — Эй, парень! Я резко развернулся, стараясь придать себе невозмутимый и гордый вид, насколько это возможно, когда по твоему лицу стекает дождевая вода. — Не подскажешь, как проехать к котельной? — у этого неприятного мужика, что выглядывал с водительского места, голос был противным и насмешливым. Зачем останавливать меня в такую непогоду? Видит же, что я без зонта. Мне показалось, что смотрит он слишком внимательно. — Нет, извините! — быстро ответил я и прибавил шаг. Чуть отойдя от автомобиля, я что есть духу припустил вдоль старых мокрых лип, огибая блестящие темные лужи.***
— В ближайшие четыре дня в городе ожидаются дожди. Кажется теплые деньки закончились окончательно, а осень вступила в свои права… Мужчина, который возился в соседнем гараже со своим мотоциклом, убавил громкость приемника. Дверь нашего гаража была распахнута настежь. Пока нет дождя надо, чтобы в гараже проветрилось. Я держал раскрытое карманное зеркальце перед Антоном и ждал, когда он побреется. — Значит, встречаешься сегодня со своим приятелем? — уточнил я. Неужели скоро все мытарства этого парня закончатся? Или это только начало? — Угу, — промычал Шастун, забавно вытянув лицо и проводя одноразовым станком между носом и верхней губой, — Он сегодня будет здесь проездом. Наконец-то! — А ты не мог оставить важные документы кому-то, кто чаще проводит время в городе? — резонно поинтересовался я. Антон только укоризненно взглянул на меня. Мол, какое тебе дело? Действительно, никакого. — Приятель придет сюда? — продолжил я допрос. — Нет, мы встретимся с ним в центре. — Шастун, ты с ума сошёл?! — воскликнул я, — Они тебя найдут! Парень поморщился. — Прошло столько времени… Конечно, они хотят вернуть вещицу, которую я у них… Хм, украл! — Антон закашлялся, — Но, по-моему, уже не рационально рассекать по улицам, ожидая, что я, на их счастье, выйду из-за угла и в знак приветствия помашу ручкой. Ясно же, что я залег на дно и появлюсь только у кого-то из друзей. К тому же сегодня выходной. В центре полно народу. Я просто смешаюсь с толпой. Я припомнил чёрную машину, которую видел у частного сектора, и похолодел, хотя, скорее всего, это просто совпадение. А у страха, как известно, глаза велики. — Значит, они караулят тебя у приятелей? — Вероятнее всего. Но никому, кроме меня, неизвестно, что дружище будет сегодня в городе. Антон полотенцем вытер с лица остатки белой пены. — И что же ты, вот так просто пойдешь? — озадачился я. — У меня есть бейсболка и темные очки. Я растерянно осмотрел его с ног до головы, а затем негромко рассмеялся. — Ты чего? — удивленно посмотрел на меня Шаст. — Надо было меня предупредить, я бы тебе мамино платье принёс, — проговорил я, сквозь смех, — Перевоплотился бы в цыпочку. — Ха-ха, вот умора! — отозвался Антон. Я демонстративно захлопнул перед его носом зеркальце и убрал в рюкзак. Наконец, Антон, надев кепку и темные очки, вышел из горожа, чтобы отправиться в центр, а я пошёл домой.***
За ужином мама мне напомнила. — Сынок, скоро конец четверти, не забывай про пятёрки. Я кивнул. — В конце концов ты уже взрослый и должен думать об оценках. А на осенних каникулах я тебя отправлю на дачу. Я снова кивнул. — Что-то случилось, Арсений? — спросила мама, заметив моё отстранённое поведение. — Ничего мам, я не голоден, извини. Пойду к себе, — всё-таки немного расстроился я из-за отъезда Антона. С ним было так прикольно, весело и всегда непредсказуемо. Даже сидеть в скучном гараже с ним было радостно. И немного пообщавщись с ним, я, наконец, смог увидеть его улыбку и сияющие глаза. Это так прекрасно. Он очень часто смеётся, а улыбка у него такая солнечная. Хотя в школе он её постоянно прячет за маской безразличия и злобы.***
Следующие несколько дней прошли без приключений. Мама уехала на дачу. Шастун обдумывал свой побег, я благополучно проставлял пятерки в журнал… К концу четверти в школе стали чаще писать контрольные. И вот ночью перед очередной контрольной мне не спалось. В последний раз так долго я ворочался, когда зачем-то пригласил в свою квартиру Антона. И с этого момента наше общение изменилось. И сейчас, конечно, беспокоила меня отнюдь не контрольная. Я до сих пор не мог отделаться от мысли, что мне нравится Антон. Его блестящие зелёные глаза и такая тёплая улыбка. Ну жил же я всё это время нормально, зачем мне встретился этот Шастун со своим скейтом? Я не мог понять, какие чувства испытываю к нему. Что это? Просто интерес к нему или симпатия? Или что-то большее? От этих мыслей становилось ещё хуже. Что за вещь такая это ваша любовь? Из-за неё пропадают аппетит и сон. Страдаешь от неё, как от серьёзной болезни, для лечения которой ещё не придуманы лекарства… А может это и не любовь. Я ведь не мог влюбиться в пацана? Или мог? Как же бесят эти мысли. Уснул я только под утро. И то выспаться не дал странный сон. В нём я будто пытался угнаться за Антоном, который ехал на скейте к пропасти над бушующим грозным морем. — Стой! — что есть мочи кричал я, — Не бросай меня, пожалуйста! — Он ушёл навсегда. Не вижу смысла здесь оставаться, — говорит Антон. — Да кто он-то? — плакал я, — Он ушёл, но я ведь остался! — Они все ушли, — качает головой Антон, — Я хочу к нему. К ним всем хочу. И к папе, и к маме… Я боюсь, что Антон сделает шаг в ту самую пропасть, и хватаю его за рукав. Но парень резко вырывает руку, теряет равновесие и летит вниз. Ещё ни разу мне не было так страшно во сне… Я закричал и вскочил с постели. Утреннее солнце освещало комнату. Через открытую форточку доносился птичий гомон. Я собрался и пошёл в школу. Сегодня тоже придётся уйти с последнего урока, чтобы попрощаться с Шастуном. Сегодня я весь день ходил мрачнее тучи, так мне Дима сказал. А ещё плюс ко всему меня к себе в кабинет вызвала классуха Полина Олеговна. Я зашел к ней в кабинет и уселся за первую парту. — Арсений, — начала она, — Объясни мне, пожалуйста, что с тобой не так? Я вопросительно взглянул на неё. — Какие у тебя проблемы? Почему у тебя за эти две недели упала успеваемость и появилось много пропущенных уроков? — я так и знал, что этот разговор когда-нибудь настанет. Я не знал, что сказать в своё оправдание, поэтому тупо молчал. — Я не знаю, что с моим классом происходит. Антон пропал, две недели уже от него никаких новостей, ещё у нас половина класса с гриппом свалилась, ты, единственный отличник класса уроки стал прогуливать. В чём проблема? Мне маме твоей звонить? Она уже явно злилась. — Не надо маме, пожалуйста, — жалобно пискнул я. Настроение было и так ужасное, с мамой ругаться не хотелось. — Я больше не буду, правда, — это было правдой. Антон сегодня уедет, а я снова возьмусь усердно за учёбу и уроки мне прогуливать не будет надобности. — Арсений, я от тебя такого не ожидала, — как меня бесят эти слова. А какого, спрашивается, фига, я должен вести себя, как ожидают другие? — Извините, — сказал я, сдерживая свою злость, — Можно идти? — спросил я. Не хотелось опоздать к отъезду Антона и не попрощаться с ним. Ну и почему этот парень занимает все мои мысли? — Ладно, иди, — смиренно сказала Полина Олеговна, — Но в следующий раз я звоню твоим родителям.***
Я подходил к гаражам. Где-то недалеко протяжно выла собака. Я подошёл к Димкиному гаражу под номером сорок восемь и, как ранее было условлено, постучал семь раз. Антон не открывал. Уснул, что ли? Я огляделся по сторонам, а затем полез в сумку за ключами. Отворив замок, проник в гараж. Там было темно и пахло одеколоном Шастуна. Он совсем недавно был здесь. Я пошарил рукой по стене, нащупал выключатель, нажал — ничего. Лампочка перегорела. Глаза не хотели привыкать к темноте, поэтому пришлось лезть в карман за телефоном. Включил фонарик и осмотрел помещение. Старая раскладушка в углу пустовала. Может, он вышел прогуляться? Тут же охватило волнение, и меня почему-то замутило. Я выключил фонарик и выскочил на улицу. Закрыв гараж дрожащими руками, двинулся вдоль пустой аллеи. Собака продолжала выть. У ворот гаражного кооператива заметил ту самую чёрную машину. Сердце от страха застучало ещё отчаяннее. Нет, таких совпадений не бывает! И всё-таки мне не зря приснился дурацкий сон. В сумерках я прокрался мимо машины вдоль кустов и выбежал на дорогу. Надеюсь, меня не заметили. Забежав за один из домов, я достал телефон и вызвал такси. За забором, чувствуя рядом чужака, надрывался пёс. Но я не мог отойти дальше от коттеджа, к которому заказал машину. Меня сковал страх. По дороге до дома я то и дело оглядывался, чем насторожил таксиста. — Парень, с тобой всё в порядке? — наконец спросил он. — Да-да! Всё отлично! — не слишком правдоподобно воскликнул я. Что толку смотреть в окно? В этот час в городе слишком много машин, и все жёлтые фары просто слились в одно слепящее пятно. — Будто за тобой кто-то гонится, — покачал головой водитель. — Вы шпионских фильмов пересмотрели? — усмехнулся я. — А сейчас время такое, неспокойное… — поглядывая на меня в зеркало заднего вида, проговорил таксист, — Всё, что угодно может случиться. И лучше никому не доверять. Если вы понимаете, о чём я… Его тон мне не понравился. Я понял, о чём он, и поэтому напрягся. Теперь и таксист показался мне подозрительным. До самого дома я больше не проронил ни слова. Уставившись в окно, размышлял, к чему это в итоге может привести. Моего домашнего адреса у них нет… Откуда? Если только они не следили за Антоном с самого первого дня нашего знакомства. А если не следили, то как вышли на гараж? Всё-таки засекли Шастуна в тот день в центре, а затем он сам вывел их к своему пристанищу? Известно ли им что-нибудь о том, кто именно помог парню? А если и Диме достанется? Мамочки, во что я втянул друга? И где, чёрт возьми, Антон? Судя по тому, что машину я заметил неподалеку от гаражей, они ждут, когда он появится на горизонте. А если они как раз его схватили, поэтому парня не было на месте? А вдруг они его упустили, знают мой адрес и решат меня пытать? О, пожалуй, это самая фантастическая и душераздирающая версия! От всех этих предположений закружилась голова… Когда машина затормозила у подъезда, я сунул таксисту деньги и выскочил из салона. Быстрым шагом направился к крыльцу, краем глаза заметив, как чёрная тень отделилась от высокого тополя, который рос у дома. Будут пытать — даже сказать нечего, ведь я правда ничегошеньки толком не знаю! В этот час двор был пуст. Над головой пару раз мигнул фонарь. Когда его уже, чёрт возьми, починят? Я поспешно начал искать ключи в кармане, надеясь быстро юркнуть в подъезд. Гремя связкой, приложил «таблетку». Ещё немного и буду в безопасности. Домофон пиликнул, я потянул на себя дверь… В это мгновение за ручку схватилась мужская рука, обдав мою скулу горячим дыханием. Я резко развернулся и ударил «тень» кулаком. — Господи, ты сумасшедший, Попов? — схватившись за нос, зашипел Антон. — Зачем ты подкрадываешься? — накинулся я на парня, выводя его на свет. — Хотел дверь придержать, — пропыхтел Шастун. — Скорее, напугать меня до смерти! Мы спустились с крыльца и остановились под уличным фонарем. Я обхватил лицо Антона руками и приподнялся на носочки, разглядывая его нос. Антон демонстративно шмыгнул. — Не ломай комедию, — поморщился я, — Всё в порядке. Хотя я тебе его и свернуть мог. — Ага, в трубочку, — негромко рассмеявшись, согласился Антон, — Я в курсе. Мне нравилось к нему прикасаться, но я всё же убрал руки от его лица. Ну и о чём я опять думаю?! Снова поднялся неприятный ветер. — Почему ты сбежал? — спросил я. — Я никуда не еду, — став серьезным, ответил Антон. — Что? Сдурел? — вполголоса снова начал я, — Как это не едешь? — Арс, я не могу так рисковать… — начал парень. — Да чем ты рискуешь? — сердился я. — Тобой не могу рисковать, — упрямо проговорил Антон. Я примолк. И не знал, что сказать. Даже рот от удивления приоткрыл. — Плохо дело, — вздохнул Шастун, — Серого избили, он еле ноги волочит. — Какого Серого? — растерялся я. — Нашего барабанщика. Который мне шмотки передал. — Избили из-за тебя? — Из-за барабанов, — мрачно отшутился парень, — Стучал громко в неположенное время. — Шастун! — нахмурился я. — Конечно, из-за меня! Подросток нервно взъерошил волосы. — Я в такое дерьмо всех втянул… — Так, может, просто стоит отдать вещь, которую ты украл? — резонно заметил я. — Нет, не могу! Арс, не могу! — Антон растерянно посмотрел мне в глаза. В тусклом свете фонаря лицо парня казалось мне ещё красивее. А эти зелёные глаза и веснушки… Ох, боже… — Не можешь так не можешь, — наконец проговорил я, — Но, раз они продолжают тебя искать, тем более нужно уезжать… — Они знают, что меня спас какой-то парень. И знают, что я прятался в гараже. — Откуда? Твой Серый всё-таки раскололся? — Сосед его по комнате в общаге меня сдал, — угрюмо ответил Антон, — Они и его припугнули, а он мне никто вообще… Вот и выдал. Он всегда уши греет и не в свои дела лезет… Сука! Я только головой покачал. — Без тебя никуда не уеду на каникулы! — сказал я твёрдыми голосом. Антон с удивлением посмотрел на меня. — Ты не понимаешь, — начал он, — При желании им или отчиму никакого труда не составит пробить информацию, куда я мог купить билет. — Кому «им»? — насторожился я. — Уже неважно! — Сразу они тебя не кинутся искать! — сбивчиво начал я, — Ты поедешь со мной на дачу на каникулы и какое-то время будешь в безопасности… — Да? А мои друзья будут в безопасности? — повысил голос Шастун. — Теперь они станут вести себя осторожнее! — горячо заверил я в ответ, — Ты сейчас им не можешь помочь. А там хотя бы у тебя будет время спокойно обдумать, как поступить дальше… Ветер гонял жёлтые листья по асфальту и трепал волосы Антона… — Без тебя я никуда не уеду! — упрямо повторил я. — Зачем тебе это? — искренне удивился Антон. Я пожал плечами. Знать бы самому, почему я никак не отстану от этого парня. Я же его даже толком не знаю, но чувствую, что он мне очень симпатизирует. — Как ты уже успел заметить, у меня всегда всё правильно, чётко и по расписанию… Захотелось выйти из зоны комфорта. Я всю жизнь летаю, почему бы разок не приложиться о землю, — сказал я на одном дыхании. — Смотри, не расшибись, — посоветовал Антон. — Постараюсь, — кивнул я. Мы замолчали. Листья продолжали падать на землю. — Мне даже ночевать до отъезда теперь негде, — проговорил Шастун. Я задрал голову и посмотрел на окна десятого этажа. Я взял Антона под локоть и потянул его к крыльцу. — Пойдём! У меня есть идея.
