Нам не стоит общаться

И снова перед глазами Мелькают те же станции, Становится тесно Уменьшается дистанция, Толкаются, Ведь свои дела самые важные, У всех корона, Но как обычно бумажная. Косые взгляды, Да, и это не странно. Кто-то мается, А кому-то на работу рано. И нет конца, Дорога дальше есть, Но нет посадки, Значит, я выйду здесь, Пройдусь пешком Да, мне не далеко, Главное, что не на месте Под крышей из облаков. Выход есть, но я не знаю, где мне выйти Туман, лишь бы в нём не остался я, Люди, вы не выходите, так пропустите, Может быть там будет моя станция?

***

       Я еще раз напоследок осмотрел номер. Вроде ничего не забыл… За спиной был мой рюкзак, в руках — Антона. Все еще надеялся, что он за ним вернется, и я смогу передать его лично… Но в гостиницу Шастун так и не пришел. В конце концов парень знает мой домашний адрес. В сумке лежал его выключенный телефон. Вернувшись в город, я обязательно куплю зарядное устройство и свяжусь с Лёшей. Скорее бы доехать до дома.        Я вышел из номера, сдал ключи на ресепшен под внимательным и сочувствующим взглядом парня с белозубой улыбкой. Разумеется, такой постоялец, как Шастун, ему хорошо запомнился…       Выбежал на крыльцо и поежился. Погода совсем испортилась. Ветер безжалостно трепал мои волосы. Вскоре к территории гостиницы подъехал старенький «Мерседес». Надо же, Дима приехал за мной на такси.       Дима, сидевший на переднем пассажирском сиденье, опустил стекло и приветливо помахал мне рукой.        Я быстро направился к машине, попутно снимая со спины рюкзак. Взглянул в окно на свое отражение. Глаза как щелочки, и нос от слез распух. Открыл дверку, юркнул на заднее сиденье… — Привет, — обернулся ко мне Дима. — Привет, — кратко отозвался я. Лицо Димы тут же сделалось озадаченным и жалостливым. Мой сегодняшний вид был для него непривычным. — Не буду спрашивать, как жизнь, — мрачно отозвался друг. — Ответь, ты хотя бы позавтракал?        Я постарался припомнить, когда в последний раз ел. Получалось, что перед заселением в гостиницу, когда еще беззаботно бродил по незнакомому городку и зашел по пути в одно кафе… — Поел, — кивнул я, — кажется, вчера утром.        Позов укоризненно покачал головой, мол, так дело не пойдет. — Уже больше суток прошло. — Но у меня, если честно, и аппетита нет… — начал вяло оправдываться я. — По пути заедем в магазин и что-нибудь купим перекусить, — заявил Дима. — Даже не обсуждается.        Я вяло улыбнулся и откинулся на спинку сиденья. Как только машина вырулила на проспект, меня тут же укачало. Сам не заметил, как быстро заснул. А проснулся, когда «Мерседес» стоял на месте и двери его были распахнуты настежь. Машина была припаркована на обочине не самой оживленной трассы. Время от времени с шорохом проносились машины. Димы в машине не было. Я испуганно начал озираться по сторонам, но тут в салон заглянул Дима. — Проснулся? — спросил он. — Скоро будем на месте. — Друг протянул мне два мокрых зеленых яблока. — А я вот яблочки тебе помыл.        Я улыбнулся, беря из рук парня яблоки. — У меня и чай в термосе есть, — суетился Дима. — Сейчас, минуточку!        Мне даже стало неудобно из-за того, что Дима так беспокоится. Я сел удобнее. Голова гудела. Не знаю, что повлияло на мою мигрень больше — бессонная ночь, бесконечные слезы или мрачные мысли, от которых я потихоньку сходил с ума.        Дима подал мне стаканчик с горячим чаем и кивнул в сторону рюкзака Антона. — Это… его вещи? — Да, — сказал я, и нижняя губа предательски задрожала. — Надеюсь, он за ними вернется. У меня есть ещё его телефон, но нет зарядного устройства. Он в поезде, скорее всего, его оставил.        Дима молчал, о чём-то сосредоточенно размышляя. Я продолжил: — Забытый смартфон и рюкзак — моя последняя надежда. Не знаю, как с ним связаться: ни адреса, ничего… — Значит, он пошел сдаваться? — перебил меня друг.        Я молча кивнул. — Кошмар! Как страшно, — зашептал он. — Представляешь, что будет? Они же и так разозлённые, столько времени его не могли найти… А тут он явится, и ни денег, ни товара. — Его ж сразу, — пробормотал Дима, — без суда и следствия.        В машину сел водитель. — Готово, подкачал! — Колесо спустило? — спросил я пересохшими губами. — Есть немножко, — смущенно улыбнулся водитель. — А вы чего сидите бледные как поганки? — И ничего мы не поганки, — откликнулся Позов. — Отвезите меня по этому адресу, — жалобно попросил я, называя адрес своего дома. — Ладно, Дим! — вздохнув, проговорил я и поспешил выйти из машины. — Ещё раз огромное спасибо. — Я тебе сам позвоню! — выкрикнул он, прежде чем я захлопнул за собой дверь. Друг понимал, что мне нужно побыть сейчас одному, поэтому поехал домой. А поговорим мы с ним потом.        Тот самый фонарь, под которым мы в один из вечеров стояли с Антоном, снова мигнул. Вдруг захотелось поднять с земли камень и запустить его в фонарь. Разбить его вдребезги, как свои воспоминания, чтобы никогда больше не беспокоил… Я задрал голову и посмотрел в темное окно Александры Марковны. Еще участкового вызовет.        Дома я, не включая свет, прошёл в свою комнату и прямо в одежде рухнул на кровать. Обнимая подушку, громко заплакал. Позже всё-таки удалось уснуть. Проснулся оттого, что меня начало знобить. Взяв плед, с головой укрылся.        Жар не отступал. Я просыпался несколько раз: и ночью, и под утро… Но из-за слабости тут же снова проваливался в глубокий сон. Сквозь него слышал, как несколько раз звонил телефон, но подняться с кровати не было сил. Всякий раз я засыпал с мыслью о том, что нужно поискать в квартире жаропонижающее или позвать на помощь Александру Марковну…

***

      Когда я проснулся в очередной раз, за окном было уже совсем светло, а в моих ногах лежал Стас. — Ты что тут делаешь? — слабым голосом спросил я, испугавшись, что и брат окажется видением.        Стас открыл глаза и сел рядом со мной на кровати. — Наконец-то ты очнулся, — потрогал он ладонью мой лоб. — Геля ушла в аптеку купить все, что выписал врач. — Врач? — переспросил я. — Да, он приезжал ночью, ты не помнишь? — Если честно, отрывками… Помню, Геле давал телефон и просил купить к нему зарядное устройство… Но думал, это сон. Как вы сюда попали? — Нас твой друг вызвал, — ответил Стас. Я сразу понял, что он говорит о Диме. — Он сначала тебе звонил, потом в квартиру хотел попасть… — Наверное, я крепко спал, — ужаснулся я тут же. — А что сказал врач? — Ты перенес какой-то сильный стресс? — спросил Стас. — Просто больше никаких симптомов… Мама скоро будет, она как узнав в каком ты состоянии, сразу же бросила там своих партнёров и вылетела сюда. — Я удивленно захлопал глазами. Мне не послышалось? Мама впервые искренне беспокоится о моем состоянии? Почему мне в это не верится? — А как Александра Марковна тебя куриным бульоном кормила, тоже не помнишь? Хорошо, что у неё есть ключи.        Я покачал головой. — Мама тоже приедет сюда? — тут же спросил я. — Да, как только отделается от своих итальянцев, — недовольным голосом проговорил Стас. Чувства обожгли так, что стало трудно дышать. — Поспи ещё, — голос Стаса подозрительно дрогнул. — Ты будешь со мной? Ты никуда не уйдешь? — спросил я тихо. Стас нащупал мою руку и крепко сжал её.

***

       Несколько дней подряд мне снился один и тот же сон — водопад, расположенный в лесу недалеко от заброшенной усадьбы. Мы приезжали к нему ещё несколько раз. Днём сюда почти не проникал солнечный свет, вокруг царил торжественный полумрак. Слышался только грохот водопада и моего сердца. Оно стучало отчаянно, стонало, сладостно замирало всякий раз, когда Антон находился так близко… как в тот момент. Взявшись за руки, мы забежали под тугие холодные струи воды. В голове всё смешалось. Это волнующе: чувствовать улыбку на губах, ласкающих твои ключицы и шею. И сверху, помимо струй воды, на тебя обрушивается счастье…       Я проснулся оттого, что в горле совсем пересохло. Быстро выбрался из-под одеяла. Дверь скрипнула слишком громко, я даже поморщился от досады. В темном коридоре меня уже поджидала мама. Я, испугавшись, вздрогнул. — Зачем ты поднялся? — взволнованно спросила она. — Водички попить, — проговорил я. — Ложись в постель! — сказала мама. — Я принесу. — Мам, ну перестань! — смутился я. — Мне уже лучше. Я не болен. — Давай-давай, — притянув меня к себе и чмокнув в лоб, проговорила мама. — Ты еще совсем слаб. Я не узнал маму. Откуда такая нежность? Это потому что все эти дни мы с ней не общались, и она очень волновалась и соскучилась? Но я знал, как только я выздровлю, она начнёт ругаться. Такова уж мама. Но пока надо наслаждаться её заботой.        Я долго ворочался в ожидании, когда в моей комнате вновь появится мама. Вскоре дверь приоткрылась. — Не спишь? — шепнула мама. — Нет, — ответил я, включая светильник.        Я жадно пил холодную воду большими глотками. — Не торопись, — сказала мама, — скоро и аппетит появится. Хорошо, что ты дома. Прости меня, Арсений, с этими разъездами… Как я всё это допустила? — Не вини себя, — предупредил я. — Хорошо, отдыхай, — сказала мама, погасив светильник. Неслышно вышла из комнаты.

***

      Моё самочувствие приходило в норму и через три дня температура которая была под 39.0 спала, и сейчас стали немного появляться силы.       Мы сидели ужинали. Я, мама, Геля и Стас. Брат с сестрой собирались побыть у нас до тех пор, пока я не выздоровею. Ведь мама на работе весь день и за мной по её словам должен кто-то ухаживать. Мне стало стыдно за то, что я заставил всю мою семью так волноваться за меня. Но именно сейчас мне было хорошо — когда мы все вместе сидели за столом и непринуждённо болтали, и мама от меня ничего не требовала, кроме как побольше кушать.       После ужина ко мне подошла Геля и попросила отойти с ней с разговором. — Ну? — нетерпеливо спросил я. — Я знаю, ты не следишь за новостями… — начала неуверенным голосом Ангелина. — И что там в новостях? — У меня внезапно похолодели пальцы. — Отчима Антона застрелили ещё неделю назад, — глухо продолжила Геля. — А сегодня я прочитала, что в ходе расследования оперативники вышли на тот наркопритон. В дачном поселке, куда вы с Антоном ездили… — А Антон? С ним что? — Там так скупо об этом сообщается… В интересах следствия. И все новости пока состоят из сухих пресс-релизов ФСБ, — сбивчиво продолжила Геля. — Про Антона ни слова. Клянусь, я от тебя ничего не скрываю.        Я молчал, склонив голову. — Может, ему удалось сбежать? — с надеждой в голосе спросила Геля. — Всё может быть, — пожал я плечами.

***

       Мы зарядили телефон Антона… По номеру, с которого со мной связался Лёша, я не смог дозвониться: абонент вне зоны доступа. Смартфон с временной сим-картой, которую купил Шастун, был пуст. Никаких других контактов. На память мне остались пара наших совместных селфи, да рифмованные строчки в заметках. Которые я сразу заучил наизусть.