Физкультура

Хозяин проснулся испуганным и растерянным, будто просыпал жизнь. Сердце ещё билось, отходя от кошмарного сна, но, казалось, без сна оставаться было куда кошмарнее. Девичка ещё спала, по всей видимости алкогольные приключения сильно утомили её. Глеба вдруг неведомой силой потянуло заглянуть ей в лицо. Он изогнулся над Ней, свесив кудри: её обличие было совсем юно, черты мягкие, струящиеся и лёгкие, ровно такие, как её энергичные, но не резкие движения. Вероятно, сквозь сон Она заметила, что нечто преграждает ей былой поток света из окна, из-за чего и рефлекторно проснулась. Перед глазами стоял Он. Как вчера: манящий и притягательный своей загадочной порочностью и вместе с тем неизведанным обаянием и харизмой. Вьющиеся волосы, выверенные, как художником, черты лица и измученный взгляд леденящих глаз. Казалось, весь Он был создан человеком, с самого начала влюблённым в него. Птичка не справилась с чувствами и принялась активно расцеловывать мужчину. Хозяин оторопел, ему не хотелось и, спокойно разрывая поцелуй, он аккуратно схватил её за запястья, чтобы избежать возможной экзекуции. Его растерянность моментально отразилась и на Её лице, но было в нём и что-то горько сожалеющее. На несколько секунд в воздухе повисло напряжённое молчание, Глеб подбирал слова, теряя взгляд в простыне. Наконец тишина была убита. – Извини, пожалуйста. Я не должен был тебя трогать. Я знаю, что ничего не изменю, поэтому просто хочу, чтобы ты простила меня... Слова давались ему очень тяжело, тягуче выходя или прерывисто выпадая из его уст. Потому птичка отсекла продолжение мысли и завопила, навязывая свои истеричные переживания. – Что?! Да что ты... Ты!.. Ты хочешь сказать, что тебе не понравилось, да? Я так и знала... – лицо Её быстро искривилось в плаче и уже скоро орошалось сверкающими каплями. Девушка тихонько захныкала, периодически выдавливая слёзы, чтобы те свободно скатывались по лицу, и силилась вырвать руки. Перед Ним открылся совершенно неожиданный портрет: раскрасневшиеся блестящие глазки на сияющем лице, окаймлённые длинными подкрученными ресницами и тонкими бровями, алеющие и вздрагивающие влажные губы между двумя впалыми щеками... Она была практически красавица, вчера Он видел её совсем не такой. Это она? Это физкультура? Что-то внутри замолкло и переменилось в непонятную сторону. Запястья, которые доселе неизменно находились в Его крепких руках, Глеб ловко развёл в стороны и с тем же неизвестным исступлением свалил Её обратно на подушку. Всё было быстро. От птички хозяин отпрянул уже в агонии. В непостижимом страдании Он отвёл солоновеющий взгляд к окну и постарался сладить дыхание, нарушенное не столь физической нагрузкой, сколько бичующим течением мыслей. Прошло леденящих несколько минут. – Слушай, деточка, ехала бы ты отсюда. Такси я оплачу.