Наши любимые тайны.

Персонажи: Псковский/Новгородский. Примечание: Время действия - современность. Зарисовка является продолжением к этому фанфику - https://ficbook.net/readfic/2659974/33959763#part_content. Это был их первый вечер в доме, первая ночь на месте, которое должно их приютить на все лето, а может и немного дольше. Чтобы помочь, хоть как-то, ведь ничего другого они так и не смогли придумать. Псков бездумно смотрел в потолок, лениво моргая. Постепенно его клонило в сон, да и время уже было позднее, в общем доме они бы давно спали. А тут лежали, молча и бессмысленно, не делая ничего. - Эй...- ладонь лениво ткнулась в спину лежащего рядом, проводя костяшкой пальца по полоске голой кожи там, где задралась футболка. Новгород вздохнул, но не отозвался. - Псина, подай голос,- хмыкнул младший, довольный своей шуткой, и на этот раз ударил уже посильнее. Ладонь с хлопком приземлилась на правую, целую руку - звук эхом растаял в тишине большой квартиры. Новгород дернулся, но лишь снова вздохнул. И тоже перевернулся на спину, прекратив прятаться за собственной широкой спиной. - ... а что если я таким и останусь?..- его голос был на удивление смиренным и даже каким-то мёртвым. И тихим, настолько, что его можно было пропустить за слишком шумным выдохом. - Че?..- брат, как всегда, был далёк от философских размышлений. Он жил тем, что было здесь и сейчас, чудеса обдумывания наперед проявляя только в моменты боя. А сейчас, в тишине и покое, когда все было хорошо, парень просто не понимал, зачем думать о плохом. - Если рука не восстановится... Что я буду делать?- в отличие от Новгорода, который постоянно думал о том, что было и могло бы быть. Привычка из детства, ни раз помогавшая, но с годами это все больше и больше превращалось в самокопание. А ведь покопаться было в чем. - Ну, хер знает... Жить?- у Пскова было много простых ответов. Он протянул руку, пытаясь неловко нашарить чужую ладонь и сжать её в жесте поддержке. Но Новгород сам убрал руку, кладя её на живот. - Знаешь, тогда... В том центре... Иногда я просыпался, когда лекарства переставали действовать, а обезболивающие кончались. И моей первой мыслью всегда было: "Где он?"... "Почему он до сих пор не пришёл за мной?".. - Ну блин, сор- - Не перебивай. Я говорю это не в укор тебе...- вздохнул Новгород.- Я это к тому, что даже и не думал сбегать самому... У меня не было сил, да, но все же... Я слишком сильно надеюсь на тебя... А если... - Если я исчезну?- продолжил Псков, снова перебивая, но на этот раз брат не помешал ему. И только сжал кулак, согласно кивая, хоть и зная, что лежащий рядом на кровати этого все равно не увидит. - Ну, я не собираюсь в ближайшее время никуда валить. Так что можешь расслабиться,- легкомысленно отмахнулся он, усмехаясь и поворачивая голову на брата. Но тот продолжал смотреть вверх, как будто даже не дыша. Воцарилась неприятная, напрягающая тишина. - Эхх...- Псковщина шумно выдохнул, приподнимаясь с кряхтением и переворачиваясь, чтобы нависнуть над братом на выпрямленных руках. Новгород удивленно моргнул, а затем стал быстро тереть глаза. Одинокие слезинки в уголках глаз точно не придадут ему больше чести. - Эй...- Псков понизил голос до шепота, пробирающего прямо до костей, и старший невольно замер, глядя прямо в чужие глаза. - Я тут. И я не брошу тебя, слышишь, псина? Я обещал,- ладонь непривычно нежно коснулась щеки, поглаживая шершавыми и мозолистыми пальцами. Новгород вздрогнул, а затем залился краской, отводя взгляд. - Так что... Можешь и дальше надеяться на меня,- попытался младший перевести все в шутку, ехидно улыбаясь, но скрыть то, что он и сам считал это важным, все же не удалось. И Новгород улыбнулся в ответ, осторожно касаясь уцелевшей рукой чужой шеи и притягивая парня к себе. Поцелуй вышел нежным, непривычным, очень тихим. Псков прижался сверху, отвечая и стараясь делать это не так, как он привык. Без укусов и борьбы, позволяя ненадолго перехватить инициативу. Чтобы свободными ладонями шарить по знакомому до каждого шрама телу, чувствуя, как становится жарко. И брат позволял, зарываясь пальцами в отросшие светлые пряди и поглаживая их. Руки наткнулись на плечо, точнее на то, что было теперь вместо него, и Новгород машинально дернулся. Не от боли, конечно, а скорее от напоминания. - Если тебе противно...- пробормотал он, жарко выдыхая от уже пульсирующего в теле возбуждения. - Заткнись,- выдохнул Псков в поцелуй, наваливаясь на брата и прижимаясь теснее и ближе. Пальцы сомкнулись на новом шраме, поглаживая и уходя дальше, наверх, к чувствительной груди. Чтобы выбивать вместо глупых слов тихие стоны и просьбы. Все же долго быть нежным и медлительным Псков не умел. Знал, как партнёру нравится, умел это, но срывался от собственного нетерпения. И даже сейчас, хоть и пытался, но поцелуи то и дело переходили в укусы, а гладящие руки сжимали до синяков. Чтобы потом отпустить, снова виновато возвращаясь к размеренности и плавности. И Новгород таял от этого, таял от ощущений того, как брат старается ради него. Даже в таких мелочах и в такое время. - Весь горишь...- пробормотал он спутанно, водя одной рукой по чужой груди и отчаянно желая коснуться обеими. - Хах... Я такой, да...- самодовольно и жарко выдохнул Псков в чужие губы, поджимая пальцы на ногах от пробивающих по позвоночнику горячих искр. Ему тоже нравились ласки, как бы ни было сложно это признавать. Ладонь Новгорода опустилась ниже, гладя напряжённый живот нависшего над ним парня, а затем скользнула дальше. Было жарко и влажно, и в голове все помутилось от новой волны возбуждения и желания. И жаркое дыхание на ухо только сильнее подталкивало вперёд, к краю пропасти. Пальцы младшего тоже скользнули по члену, собирая влажную смазку и вызывая дрожь в лежащем теле, но затем скользнули ниже. И толкнулись в тело, вырвав удивлённый и чуть болезненный стон. - Ахуенно...- прижмурился от удовольствия Псков, осторожно толкаясь глубже. Его губы почти касались уха Новгорода, пуская по телу множество мурашек от дыхания, и это немного отвлекало. А затем он сам двинулся вперёд, тихо всхлипывая. Это не переходило ни во что большее, но парням хватало и этого. Чувства единения, на самом плотском и низком уровне, вместе с удовольствием и близостью. Новгород старался двигать рукой в такт с пальцами внутри него, и они будто покачивались на волнах наслаждения, упиваясь друг другом. Псков снова провел свободной рукой по чужой щеке, немного неловко утирая выступившие на этот раз от удовольствия слезинки. Старший всхлипнул, толкаясь вперёд и замирая от того, как где-то внизу живота все дрожит и сворачивается в тугой ком. - Ахх... Я так кончу сейчас...- прошептал он, запрокидывая голову и стараясь отдаться ощущениям полностью. Он мелко дрожал, поджимая ноги ближе к телу и сжимая их на чужих бёдрах. И пальцы внутри понятливо толкнулись глубже, вызывая сладкий всхлип и новую дрожь, а затем отстранились, лаская уже весь залитый смазкой член. Новгород не выдержал, отвлекаясь от брата и единственной свободной рукой вцепляясь в спину, оставляя красные полосы от ногтей и синяки - от пальцев. Тело било судорогой, заставляя все выплескиваться и выплескиваться в быстро движущуюся руку, и парень тихо стонал от удовольствия. Псков отстранился только тогда, когда старший откинулся назад на подушки, шумно дыша, словно после марафона. Его грудь быстро вздымалась, по животу стекали вязкие капли, пачкая кровать, но лицо будто светилось от счастья и от облегчения. - Хах, идиотина новгородская...- только выдохнул Псков, вытирая руку об уже замаранную футболку и отстраняясь. Собственное возбуждение кололо жаром, но брат выглядел скорее мёртвым, чем живым. И уж точно ни к чему не способным. - Ммф... Подожди, я...- но он честно попытался, приоткрывая налившиеся свинцом веки и пытаясь приподняться. Его только толкнули в грудь, роняя обратно на кровать. Псков просто закончил сам, глядя на весьма жаркое зрелище распластанного по кровати парня и вспоминая узость и пульсацию, с которыми он сжимал в себе пальцы. Конец быстро накрыл с головой, заставив шумно вдохнуть, чтобы подавить вырвавшийся стон. Новгород только тихо фыркнул. На него накатила сонливость, но когда кровать рядом промялась от веса упавшего на подушки брата, парень приоткрыл глаза. - Знаешь...- неожиданно подал голос Псков, вдыхая.- Если б это попали в меня... И я был бы там, а не ты... Наверное, проснувшись, я бы тоже сначала подумал что-то такое... "Где этот псина и почему он не забрал меня?"... Наверное, да. - Ха... Спасибо, братик,- улыбнулся Новгород, нашаривая чужую ладонь и сжимая её в знак благодарности. Пальцы чуть сжали обратно, а затем отпустили. - А теперь спать!.. - Эй-эй, а душ!.. Мы все грязные! - Та бля-я-я...