Рыжики из Линчёпинга

      Этот день был одним из самых счастливых в жизни Лисбет Саландер. Конечно, вопрос счастья для неё был самым сложным. Ей было трудно найти ответ на вопрос об этом светлом чувстве ещё с детства, и со временем одиночество стало для неё просто раем. Последним светлым, положительным чувством в её жизни были сначала влюблённость в Микаэля, потом дружба, потом снова откуда-то ни возьмись взявшаяся влюблённость. В своем чувстве к Блумквисту Лисбет разочаровалась дважды, во второй раз... сильнее что ли. Она бы, вероятнее всего, помогла Микаэлю, если бы он попросил. Саландер и помогала ему (отвечала на его электронные письма), но тут был скорее профессиональный, чем личный интерес. В этот раз переболеть Чёртовым Калле Блумквистом было сложнее, чем когда она стала свидетелем его прогулки с Эрикой Бергер ближе к Рождеству.       Раньше она бы назвала счастьем свои тусовки в клубах, встречи с Мими, работу у Арманского, снятие ограничений в дееспособности - всё, что было до рождения детей. Последнее она бы действительно могла назвать счастьем. И с этим мог сравниться только недавний миг с приятным послевкусием. Это был выпускной её детей. Так как Хольгер отправился в бар с несколькими парнями из класса, Лисбет осталась с Агнетой. — О чём задумалась? - спросила Саландер девушка, сцепив руки в замок и чуть подавшись вперёд.       Лисбет вернулась в реальность. Её прекрасная восемнадцатилетняя дочка начала пить недавно принесённый кофе. До этого она делилась с мамой впечатлениями о своём выпускном вечере. Агнета получила неистовое удовольствие от поездки по городу на грузовике с фотографией маленькой себя. Девушка готова была кричать от радости окончания гимназии. Теперь она была почти в полной степени независима от матери. Но с другой стороны ей было немного жаль. Агнета-младшая будет скучать по подругами, с которыми попадала в различные казусы и передряги на протяжении учёбы. Даже с Кларой Ольсен ей удалось пообщаться по-человечески, без издевательств и ответного рукоприкладства. И с её подпевалами общение прошло более-менее гладко. Всё-таки они не настолько отвратительные личности, какими двойняшки их считали. — Ни о чём. Просто до сих пор не верится, что... — Что я выросла? - с лёгким оттенком сарказма спросила Агнета. - Мам, мы уже с тобой это обсуждали. Я занималась самообороной, немного умею работать с компьютером благодаря тебе... — Я не об этом. Только сейчас понимаю, что хотела бы повернуть время вспять на восемнадцать лет назад.       Агнета Анника Саландер с непониманием смотрела на мать. Она, конечно, привыкла к некоторым странностям мамы. Мать могла вспыхнуть без причины, могла быть отстранённой, подолгу сидела за компьютером и порой ела мало (и часто неправильно). Но о чувствах Лисбет с ней не часто не говорила. Такая откровенность матери была удивительна для Агнеты. — Так... Ты уже решила, куда будешь поступать? - решила перевести тему разговора Лисбет, начав пить свой кофе.       Агнета кивнула с доброй усмешкой. Ей хотелось поговорить с матерью о своём решении. Она не назвала бы себя маминой дочкой, но любое мнение Лисбет имело для неё значение. Любое, даже негативное. То, что принимала её тётя Анника, могло не понравиться маме. — Я рассматриваю Лундский и Уппсальский университеты. Тётя одобрила мой выбор, хотя расстроилась, что я не намерена учиться в Стокгольме. — Ты не передумала насчёт специальности? - со скепсисом спросила Лисбет свою дочь.       Агнета помотала головой перед тем, как откусить от булочки с корицей. Она точно решила, что поступит на юридический факультет. Ей всегда нравились рассказы из рабочей деятельности тёти Анники. Её завораживали мамины истории о том, как она проучивала мужчин, которые мерзко обращаются с женщинами. Агнете хотелось защищать людей от любой несправедливости, а в рамках закона это могли делать только юристы. — В Лунде живёт твоя тётя. Если ты поедешь туда, я буду за тебя вполне спокойна. — Мам, тётя Эллен установит свои правила в доме, а ты говоришь, что будешь вполне спокойна? - усмехнулась Агнета.       Лисбет пожала плечами. Уж кто, а её старшая сестра могла навести в доме порядок. Эллен была очень дотошной и могла придраться к любой мелочи. Как бы то ни было, это помогло Агнете стать скрипачным виртуозом. — В Стокгольме ты бы была рядом с тётей Анникой и её семьёй, - продолжала рассуждать Лисбет. — Мам... — Я хочу, чтобы ты была в безопасности, когда будешь учиться в другом городе. Это не шутки, - отчеканила Саландер-старшая.       Агнета вздохнула. Она догадывалась, что мать просто не хочет её отпускать. Сама Лисбет, конечно, понимала, что её дочь захочет уехать из Линчёпинга, но хотела, чтобы рядом был кто-то из близких. Агнета продолжила разговор: — Уппсальский университет считается одним из лучших в стране... — Там психиатрическая клиника Святого Стефана. — Я здорова, мам, - выдохнула Саландер-младшая. — Ты такая же, как и твой брат. — Вот видишь, я в таком случае буду с ним. Мы же семья, - с улыбкой сделала вывод Агнета.       Лисбет понимала, что спорить со столь своенравным ребёнком бесполезно (хоть она и совершеннолетняя), а потому ответила: — В любом случае, это твоя жизнь. За ваше с братом взросление.       Мать и дочь со смехом чокнулись чашками кофе. Каждой хотелось впитать в себя предпоследний момент атмосферы семейного счастья. Время летит очень быстро. Не успеваешь оглянуться, как приходит момент вступления во взрослую жизнь.