Рыжики из Линчёпинга

      Макияж - это своего рода магия. А умение его делать сродни волшебству. Бренды выпускают все новые и новые чудеса косметики, чтобы женщина либо превратилась в красавицу, либо расцвела еще больше. Столько кисточек, палеток теней и румян, баночек и порошков некоторые женщины на себя тоннами наносят, чтобы быть неотразимее всех. И Агнете Аннике Саландер тоже хотелось сражать всех наповал.       Двенадцатилетняя дочь Лисбет стояла в ванной комнате в квартире родственников из Стокгольма, окружённая баночками и тюбиками с косметикой (подарок Моники на день рождения). Она всегда восхищалась яркими цветами и блеском, которые видела на страницах журналов, и решила создать свой собственный образ. Более того, ей не хотелось отставать от ровесниц. — Ну давай, Агнета... Это же не так сложно, - говорила себе девочка.       Она взяла ярко-розовую помаду и, не задумываясь, провела ею по губам, оставляя за собой неаккуратные следы. Затем она аккуратно нанесла тональный крем, но в итоге лицо младшей Саландер стало похожим на маску - слишком светлым на ее коже. — Как же они это делают? - мямлила Агнета.       Дочь Лисбет взяла кисточку и аккуратно попыталась растушевать румяна, но, похоже, вышло хуже, чем она думала. Она не заметила, как переборщила с количеством, и теперь ее щеки горели, как у куклы. — Наверное, слишком много.       Она добавила еще немного румян, но результат стал только ярче и неестественнее. Тушь для ресниц оставляла черные следы под глазами, словно младшая Саландер недавно вышла из драки. Агнета внимательно изучала отражение, пытаясь понять, что пошло не так. — Ну, это должно выглядеть красиво... Почему же я похожа на клоуна?       Младшая Саландер взяла пудреницу и начала хаотично наносить ее на лицо. В этот момент в ванную вошла Анника Джаннини. Она всегда была для Агнеты образцом стиля и уверенности. И девочке всегда хотелось ей подражать. Однако, в этот раз, как она уже поняла, ожидания тети не оправдались. — Агнета! - раздался голос Анники, с недоумением поглядевшей на племянницу. - Что ты делаешь?!       Девочка, не отрываясь от процесса, ответила с гордостью: — Я учусь! Хочу выглядеть, как все девочки в школе. Смотри, как я стараюсь!       Анника Джаннини подошла ближе, и еë глаза расширились от шока. Сестра Микаэля всегда была за естественную красоту и не понимала, зачем молодежи столько косметики. Она взяла Агнету за плечо и повернула ее к зеркалу, пытаясь подобрать слова. — Но ты же выглядишь, как... как... как персонаж из фильма ужасов!       Агнета смотрела на результат с некоторым смущением. Лицо ее сияло, как у карнавальной куклы. На еë лице были неуклюжие мазки помады, а тени для век выглядели так, будто их нанесли закрытыми глазами. Один глаз был подведен ярко-синим карандашом, а другой - зеленым. Нос выглядел так, будто его только что обмазали мукой. На щеках были видны следы румян, как будто она только что вернулась с зимней прогулки. — Это ведь не так сложно, как кажется!       Анника продолжала сокрушаться, стараясь сдержать смех: — Это же не научный эксперимент! Ты же почти не видна под всем этим! — Я... я просто пробую, - смущенно произнесла Агнета, не зная, куда прятать взгляд. - Все девочки в классе так делают. — Модным это назвать сложно, Агнета. Иногда меньше - значит, больше. Ты же не хочешь, чтобы все думали, что ты катастрофа? — Я просто хотела попробовать быть такой, как все.       Анника Джаннини положила руку на плечо девочки. От нее не ускользнули зачатки подросткового кризиса: самой ведь тоже когда-то было двенадцать лет. Всём подросткам хочется равняться на сверстников. Но сестра Микаэля в то же время не забывала, что мать Агнеты - не кто иная, как Лисбет Саландер (и вряд ли она затрагивала с дочерью вопрос о пользовании косметикой). С такой родословной и генетикой вписаться в коллектив не так просто, как хотелось бы. Но Анника и не пыталась переделать свою бывшую подзащитную, лишь направляла и давала советы. — Быть такой, как все, это не то, что делает тебя особенной. Ты не должна подстраиваться под других. Ты уникальна, и твоя красота заключается в том, чтобы быть собой. Давай я помогу тебе?       Анника помогла племяннице смыть с лица "боевой" раскрас. Затем она достала из косметички, что лежала в шкафчике над раковиной, несколько косметических средств и показала, как правильно наносить тональный крем, подбирая оттенок, который идеально бы подходил к коже Агнеты. Сестра Микаэля объясняла каждое действие, и постепенно лицо племянницы начало обретать более естественный вид. — А что такого происходит у вас в школе, что ты так рано решила научиться пользоваться косметикой? - вдруг спросила женщина.       Агнета потупила взгляд. По учёбе она была одной из лучших в школе, поэтому многие ребята не упускали случая подловить её "странной" внешности и обозвать заучкой. Особенно это раздражало компанию Клары Ольсен, видевшую в младшей Саландер угрозу на пьедестале школьной иерархии. Иногда это доходило до рукоприкладства, последствия которого решались в медпункте или кабинете директора. — Просто все девочки в школе такие стильные. А я выгляжу, как... как... как библиотекарь.       Тетя Анника по-доброму рассмеялась: — Библиотекарь - это замечательная профессия! Знаешь, быть умной и отличаться от других - это гораздо лучше, чем следовать моде. И однажды рядом с тобой появится человек, который это оценит. — А популярные девчонки говорят, что я некрасивая. Из-за волос и глаз... Белоснежка с огненной шевелюрой. Так меня прозвали, - с горькой усмешкой парировала Агнета.       Конечно, Лисбет всегда учила детей постоять за себя, и Агнета этому совету внимала. Более того, за неё при случае заступался брат. Однако если в случае оскорблений в сторону мамы и Хольгера девочка с лёгкостью могла дать сдачи и попасть в кабинет директора (в худшем случае, конечно), то в из-за комментариев по поводу внешности было довольно обидно. Она видела, как в туалете на переменах девочки наносят макияж, и так однажды попалась на глаза Кларе Ольсен. Хоть школьная задира была тогда без своих подружек, её слова ("Лучше бы твой папа сперму в унитаз спустил, Агнета! А то понарожают всяких белоснежек с огненной шевелюрой и мозгом как у шимпанзе...") сильно задели младшую Саландер. С тех пор это прозвище к ней приклеилось. С тех пор дочь Лисбет стала читать инструкции по нанесению макияжа, так как хотела поправить свой внешний вид. — Агнета, твои рыжие волосы и голубые глаза - это твоя сила. Это твой уникальный штрих.       Анника на племянницу не могла нарадоваться и считала, что когда она вырастет, у неё не будет отбоя от поклонников. В ней гармонично сочетались мамины гены и гены Микаэля Блумквиста. Более того, Анника Джаннини считала, что в плане привлечения мужчин интеллект отбрасывать на задний план нельзя. Она видела фотографии класса, которые ей показывала Лисбет, и с уверенностью могла сказать, что Агнета на фоне накрашенных и пошедших в рост одноклассниц выглядела миловиднее всех. Младшая Саландер расплылась в улыбке: теперь она точно себе изменять не будет. — Спасибо, тетя. Я постараюсь быть собой. — Вот и отлично! - сказала Анника, обнимая племянницу. - Помни, что красота приходит изнутри, и главное - это быть собой. Ты прекрасна такой, какая есть, и не позволяй никому говорить обратное.       В этой гостиной началась новая глава в отношениях Агнеты с Анникой Джаннини, когда тетя и племянница вместе открывали мир красоты и самовыражения. А сама Саландер поняла, что настоящая красота заключается не в том, чтобы соответствовать чужим ожиданиям, а в умении принимать себя такой, какая есть.