Четыре фазы восходящей Луны

Е Циньюй дал уйти Сяо Линю и Пан Ичжи, взяв все объяснения с Пянь Жань на себя. Лисица бунтовала, собиралась кинуться в погоню, но была бессильна перед уговорами Е Цинъюя. Она говорила себе, что ей было все равно как поступит Таньтай Цзинь с принцем Шэн и его наложницей, ей бы самой избавиться от яда и уйти из столицы. — Пянь Жань, он все равно обещал их отпустить. А если бы нарушил слово, то разве они должны отвечать за это? — уговаривал Е Цинъюй. — Сяо Линь уедет на юг и не будет бороться за трон. Пока люди довольны, ему все равно кто правит страной. — Таньтай Цзинь тебя в лепешку раскатает, — шипела Пянь Жань, оценивающе глядя на «Е Сиу». — У нас нет выбора. Ты сама знаешь, что он сходит с ума. Моя сестра умерла, а он даже ничего не сделал для Е Сиу. Ничего никому не сказал. Он несколько месяцев провел с окоченевшим трупом. А теперь я снова не могу похоронить свою сестру по всем правилам, потому что он заставил Пан Ичжи использовать ее тело, — гневался Е Цинъюй. — Если он поймет, что это не Лян Ю нам всем конец! — сквозь зубы сказала Пянь Жань. — Он Бог Демонов, Пянь Жань. Мы должны сделать все, чтобы уберечь простых людей, — сказал Е Цинъюй, побледневшей Пянь Жань. — Тогда у нас действительно нет выбора, — прошептала Пянь Жань. — Эй, сестрица! Я расскажу тебе, что нужно делать. Прежде всего ври, что в голове все мутно. Если будет допытываться, говори, что ничего не помнишь и вали все на ритуал и Пан Ичжи. Но главное улыбайся. Будь к нему внимательна и добра. Говори мягко, но не бойся и дерзнуть. Ах, и убери это выражение ненависти с лица. Не бойся его касаться. Ему, кажется, это нравилось. — Она постоянно с ним за локоть ходила. И называй его «А-Цзинь», — нахмурившись, сказал Е Циньюй, окунаясь в воспоминания, когда он думал, что видит и говорит с «Е Сиу». — Хорошо. Я постараюсь, — выдохнула Ли Сусу. Она все запомнила, но большее мужество ей требовалось, чтобы все это сделать. Кажется, было легче рискнуть жизнью и сойтись в бою с Богом-дьяволом, чем ходить с ним под ручку и мило улыбаться убийце ее семьи.

***

Нянь Байюй вошел в зал и посмотрел на собравшихся. Он только что был у Его Величества. Тот только очнулся, а уже хотел видеть девушку. Нянь Байюй сообщил ему о побеге Сяо Линя, Е Бинчан и Пан Ичжи, но Император лишь отмахнулся от этих новостей. — Его Величество хочет видеть госпожу, — сказал Нянь Байюй, приглашая Ли Сусу следовать за ним. После ухода Сяо Линя и Пан Ичжи, Е Цинъюй растолкал Нянь Байюя, объясняя ему «что произошло». Он сказал, что не смог остановить Сяо Линя и Пан Ичжи, что ушли с помощью заклинания. Он остался вне подозрений, хотя участвовал в сговоре с принцем и Пан Ичжи. И, конечно же, он ничего не сказал Главе Стражей теней про Ли Сусу. Нянь Байюй был предан Таньтай Цзиню, а Е Цинъюю пришлось снова отказаться от своих убеждений. — Иди и ничего не бойся. Помни, улыбайся, — дала последние напутствия шепотом Пянь Жань, подталкивая Ли Сусу к суровому Нянь Байюю.

***

Ли Сусу шла за мужчиной, осматривая коридоры дворца. «Соберись, Ли Сусу. Представь, что это игра. Он не Бог-дьявол, а простой смертный. Таньтай Цзинь. Он Таньтай Цзинь, а ты Лян Ю. Все просто. Нужно только улыбаться и не смотреть на него, если станет совсем противно» Нянь Байюй остановился у покоев Его Величества, предлагая девушке самой зайти. Ли Сусу неловко улыбнулась, делая шаг через порог. Это была самая обыкновенная комната. Никаких орудий пыток, крови или монстров, хотя Ли Сусу почти ожидала чего-то ужасного и мерзкого под стать Богу-дьяволу. А потом она увидела его. Таньтай Цзинь обернулся и не смог сказать ни слова. Горло сжалось, а зрение стало мутным. Лян Ю. Живая Лян Ю стояла перед ним. Переступала с ноги на ногу, дышала, смотрела украдкой. Ему понадобилось время, чтобы взять себя в руки. Он отвернулся, медленно откладывая книгу и пряча подрагивающие пальцы в длинных рукавах. — Ты помнишь меня? — спросил Таньтай Цзинь, поднимаясь и делая шаг навстречу девушке. — Да, — даже не соврала Ли Сусу, а неуверенная улыбка коснулась губ Таньтай Цзиня. Ли Сусу заставила себя стоять на месте, когда Бог-дьявол подошел совсем близко. Она опустила глаза в пол, чтобы только не смотреть на его лицо. Таньтай Цзинь же смотрел на покорно склоненную голову Лян Ю и на церемонно сложенные руки. — Действительно? — спросил Таньтай Цзинь, протягивая свои руки, чтобы взять руки Лян Ю. Мужчина задохнулся от этого прикосновения. Лян Ю была живая. Эти пальцы больше не были застывшей плотью. Они были теплые, мягкие и розовые. Таньтай Цзинь с восторгом рассматривал любимые руки, на которых знал каждую складочку, поэтому пропустил секундную дрожь Ли Сусу. Бессмертная боролась с презрением, желая вырвать свои руки из этого омерзительного капкана. Но приходилось терпеть и молчать. Так было нужно, чтобы втереться в доверие к Богу-дьяволу. Так было нужно, чтобы убить его. — Я помню тебя. Но в голове все мутно. Я многое не узнаю вокруг, — сказала Ли Сусу, придерживаясь того, что ей советовала демоническая лисица. Таньтай Цзинь поднял взгляд, но лицо Лян Ю было отрешенным, а взгляд снова был опущен. — Что ты помнишь? — спросил Таньтай Цзинь, поглаживая большими пальцами тыльную сторону рук девушки. — Все распывчато. Поместье Е, кажется какой-то фестиваль, принца Линь, — сказала Ли Сусу, сохраняя спокойствие в голосе. — Сяо Линя? — переспросил Таньтай Цзинь, нахмурившись. — Да, его, — кивнула Ли Сусу, мельком взглянул на недовольное выражение лица Таньтай Цзиня. — Так мало, — сказал Таньтай Цзинь, отпуская руки Ли Сусу. Девушка же забеспокоилась, что где-то оступилась и вся ее игра была очевидна фальшивой, так что собрала все мужество, чтобы позвать Бога-дьявола: — А-Цзинь. Таньтай Цзинь застыл на месте. От одного только звука этого голоса сердце понеслось вскачь. Мужчина приложил руку к груди, смаргивая влагу с глаз. — Повтори, — хрипло попросил Таньтай Цзинь. Для второго подобного подвига понадобилось не меньше мужества. Ли Сусу поджала губы и глубоко вздохнула, убеждая себя, что это необходимо для ее миссии. — А- Цзинь. Таньтай Цзинь стремительно развернулся и крепко обнял Лян Ю, не желая выпускать ее из рук. — Лян Ю, — прошептал Таньтай Цзинь, крепко зажмуриваясь, чтобы впитать в себя это тепло. Ли Сусу же смотрела в потолок отрешенным взглядом, прилагая все усилия чтобы подавить дрожь отвращения. Слезы сами брызнули из глаз девушки. Это было невыносимо, но она была решительно настроена вытерпеть все, только чтобы спасти будущее. «Отец, дядя, брат это так тяжело. Я видела, как вы умирали, а теперь сама нахожусь в руках этого чудовища. Но я выдержу. Я не подведу вас и покончу с Богом- дьяволом» — Лян Ю, — чуть отстранился Таньтай Цзинь, заметив дрожь девушки. Мужчина растерянно смотрел на слезы, что текли по щекам Ли Сусу, но принял их за радость от встречи. А Ли Сусу еще больше расплакалась, когда ее начали утешать. Она зажмурилась сильнее, пытаясь обмануть себя и забыть чей голос слышит и чьи пальцы стирают слезы с ее щек. Эти мягкие прикосновения ощущались ожогами на ее коже. Этот мягкий ненавистный голос, заполнял уши и вызывал тошноту. — Все будет хорошо. Ты больше не будешь страдать, Лян Ю, я обещаю. Просто будь рядом со мной. Просто будь рядом, — шептал Таньтай Цзинь, снова обнимая девушку и прикрывая глаза. Его искалеченное сердце снова билось. Он мог снова дышать полной грудью, что и делал. Он чувствовал себя живым, только когда рядом была она. И наконец-то его личный кошмар закончился. Ему было все равно куда скрылись Пан Ичжи, Сяо Линь и Е Бинчан. Ему было плевать и на целый мир, пока Лян Ю была в его руках. Она снова была рядом и никогда больше не уйдет. Браслеты Инь и Ян не позволят Лян Ю умереть. Она больше не уйдет. Он ни за что больше ее не потеряет. Ни за что не отпустит.