Четыре фазы восходящей Луны

— Свадьба? — не поверила Ли Сусу. — Да, Таньтай Цзинь приказал как можно скорее выбрать благоприятную дату, — кивнул Е Цинъюй. — Нет, — встала с места Ли Сусу, мотая головой. — Нет. Я не выйду за него. — Госпожа, ты его возлюбленная. Твой ответ должен быть положительным, — с усилием сказал Е Цинъюй. Ему и самому было тошно от всего, что происходило. Но они уже все увязли в этом. Он, Пянь Жань, Сяо Линь, Е Бинчан, Пан Ичжи, Ли Сусу они все были в сговоре против Бога-дьявола. Они придумали этот план и уже поздно было отступать. — Я посмотрю, что смогу сделать, чтобы максимально отдалить дату свадьбы. Пянь Жань также поможет уговорить Таньтай Цзиня не спешить. Вероятно она уже говорит с ним об этом, — сказал генерал Е, который в последнее время постоянно выглядел уставшим и осунувшимся. — Новостей от Пан Ичжи нет? — спросила Ли Сусу. — Нет, — покачал головой Е Циньюй, вставая с места. Ему все еще было так странно смотреть на Ли Сусу и осознавать, что это не Е Сиу стоит напротив него. Он не уберег свою сестру, а теперь толкает и эту девушку в объятия Таньтай Цзиня против ее воли.

***

— Лян Ю, — позвал Таньтай Цзинь, входя в покои девушки. — Я вернулся. На долю секунды ненависть вспыхнула в глазах Ли Сусу, но когда Таньтай Цзинь закрыл двери и обернулся его встречала уже улыбка. — А-Цзинь. Ты сегодня раньше освободился, — кивнула Ли Сусу, продолжая вышивать. Так у нее были заняты руки и был повод не смотреть и не касаться Таньтай Цзиня. — Да. Был повод, — немного улыбнулся мужчина, подходя и садясь близко к девушке, смотря на ее вышивку. — Лян Ю. — Да? — отозвалась Ли Сусу, делая вид, что полностью поглощена своим занятием. Но как же было сложно не обращать внимание на чужое дыхание у шеи, как было сложно не дернуться от ужаса, когда на ее плече уместился чужой подбородок. Таньтай Цзинь немного неуверенно положил руки на плечи Лян Ю. Он объявил, что хочет жениться, но после обсуждения всех формальностей с министрами, его остановила Пянь Жань. И кто бы знал, что лисица будет против его затеи. Таньтай Цзинь же думал только о том, что должен как можно быстрее жениться на Лян Ю, чтобы никто не смог обвинить их или сказать слово против их союза. Вот только лисица имела на этот счет свое мнение и заставила выслушать его. И как бы не было неловко признавать, пусть и только у себя в душе, но Пянь Жань была права. Лян Ю еще не восстановилась от ритуала, ее воспоминания об их жизни в поместье Е были смутными. Он не хотел никому признаваться, что боялся, что чувства Лян Ю ушли с ее воспоминаниями. Он хотел привязать ее к себе, чтобы та не смогла от него уйти. Но Пянь Жань была права. Это было неправильно по отношению к Лян Ю. Если она не помнит счастливые моменты прошлого между ними, то он должен создать новые, чтобы завоевать любовь Лян Ю снова. Ли Сусу боялась, что сейчас Таньтай Цзинь объявит о дате свадьбы. Но все оказалось еще хуже, когда она спиной чувствовала его так близко. Его руки гладили ее плечи мерными движениями вверх и вниз, а Ли Сусу сдерживалась изо всех сил, чтобы не вырваться из этих чудовищных объятий. — Я хочу позвать тебя на свидание, — сказал Таньтай Цзинь. — Куда? — хрипло переспросила Ли Сусу. — На свидание. Скоро в столице пройдет ежегодный фестиваль. Это местная традиция. Мы были на фестивале в Шэн, но так как твои воспоминания пострадали, то я подумал, что мы могли бы сходить на другой фестиваль. Проведем весело время, вместе делая покупки, угощая друг друга едой и наслаждаясь фестивалем. Как тебе? — спросил мягко Таньтай Цзинь, переживая об ответе Лян Ю. Ли Сусу же незаметно выдохнула и с улыбкой обернулась к Таньтай Цзиню, что все еще оставался непозволительно близко к ней. — Конечно, А-Цзинь. Ли Сусу сделала над собой усилие и посмотрела прямо в глаза Бога-дьявола. Непроглядно темные глаза с нежностью смотрели на нее, а на чужих губах появилась широкая улыбка. Казалось, враз холодное лицо осветилось светом, став совершенно непохожим на то, что Ли Сусу видела в своих кошмарах. «Это… Бог-дьявол? Он умеет улыбаться?» оторопело подумала Ли Сусу, удивленная до глубины души этой картиной. — Я рад, что ты согласилась, — кивнул Таньтай Цзинь, чувствуя себя самым счастливым человеком в мире. — Что такое? Почему ты так смотришь? — мягко спросил мужчина, у которого от любви и радости пело сердце, заметив странное выражение на лице Лян Ю. — Ты…улыбаешься, — неловко сказала Ли Сусу. — Конечно. Я ведь счастлив, что моя жена согласилась пойти со мной на свидание, — снова широко улыбнулся Таньтай Цзинь. — Тем более раньше ты говорила мне, что я красив, но если буду улыбаться, то равных мне не будет. — Ахах, — неловко отозвалась Ли Сусу на подобные игривые слова. — Но я пока не твоя жена. — Только «пока». Собирайся. Я зайду за тобой через пару часов. Фестиваль начинается сегодня вечером, мы не можем пропустить его открытие, — сказал Таньтай Цзинь, оставляя поцелуй на кисти Лян Ю. А Ли Сусу за всем этим напором и собственным шоком, совсем забыла о вышивке. И опять дрожь женских пальцев Таньтай Цзинь принял за волнение и удивление. — Увидимся вечером, — сказал Таньтай Цзинь, счастливый покидая покои Лян Ю. Ли Сусу торопливо вытерла руку о покрывало, передернув плечами. Рядом с Таньтай Цзинем всегда было холодно, а еловый запах теперь непременно ассоциировался с чем-то мерзким. «Лян Ю, кто же ты такая, что сумела приручить Бога-дьявола? Ты привязала его к себе так, что он даже после твоей смерти был не готов отпустить тебя. Но неужели Бог-дьявол способен любить? Нет, это не может быть любовью. Внутри него злая кость. Он не способен на светлые чувства. Это просто одержимость. Он даже не понял, что я не Лян Ю. Но это мне все же на руку. Поторопись, Пан Ичжи, притворяться доброй и милой с этим монстром в какой-то момент может оказаться выше моих сил»

***

Ли Сусу никогда не была на фестивале, поэтому интересовалась всем вокруг. Но приятное впечатление портил Таньтай Цзинь, что не отходил от нее ни на шаг. На чтобы не упал ее взгляд, он все порывался купить, спрашивая что ей больше всего нравится. А Ли Сусу хотела бы забыть о его присутствии рядом хоть ненадолго. Но Бог-дьявол не давал ей отойти от себя далеко. Его рука постоянно стремилась держать ее руку, так что Ли Сусу приходилось каждый раз придумывать новый повод, чтобы расцепить их руки. Выезд большой платформы и представление вокруг стал для Ли Сусу необходимым ей перерывом. Так она думала, пока предсказатель не указал на нее, приглашая поучаствовать в представлении. Она должна была сыграть роль Света, божественного духа. А потом предсказатель указал на Таньтай Цзиня. Он должен был сыграть Тьму. Его выбрали на роль Бога-дьявола. И наконец-то все встало на свои места. Маски на их лицах и оружие в руках. Вот кем они были. Непримиримыми врагами. Тьма пыталась уничтожить мир, а Свет противостоял ей. И исход был всегда одинаков. Добро побеждало Зло. Таньтай Цзинь раскинул руки, выпуская из рук меч, согласно своей роли, сдаваясь на милость победителя. А Ли Сусу так жалела, что меч в ее руках был бутафорским. Но она со всей своей душевной болью и надеждой сделала последний выпад вперед, нацеливаясь на сердце Бога-дьявола. Но меч в ее руках был ненастоящим, таким же как и это представление. Толпа взорвалась криками и аплодисментами, а Ли Сусу чувствовала себя обманутой. Таньтай Цзинь снял маску, улыбаясь ей, а Ли Сусу видела перед собой только Бога-дьявола, которого она должна была убить, чтобы спасти мир.