В плену фантазии

Возвращение Адама Агата восприняла спокойно, хоть где-то и маячило такое же лицо, как у ее муженька, отношения у них были хорошие, и Альберт все чаще слышал, как в доме витает «сестренка». Снова зазвучал смех и негромкие разговоры на кухне, под перестук фарфоровых чашек и вазочек с печеньем. Адам был первым, кто поддержал Агату в ее новом доме, Якова она откровенно побаивалась, к Альберту относилась с большой настороженностью, словно между ними не было никаких уговоров, лишь Адам с его шутками и искрометной улыбкой, помог этому зверьку выбраться из норки и отрастить зубки. — Почему я вообще должна идти с тобой на этот прием? – Агата уже устала спорить с мужем, спускаясь по лестнице. Альберт, что не снял свой официальный костюм, спускался следом, от рабочего дня осталась небольшая растрепанность волос и усталый взгляд. — Ты моя супруга, - напомнил он. — Любишь ты об этом потрепаться, - фыркнула девушка. Новак же пропустил эти слова мимо ушей, привыкнув к ним, как к фоновому шуму. — И твое положение подразумевает тот факт, что ты должна меня сопровождать. — Ты можешь сказать, что я заболела, сломала ногу, - и словно в подтверждение своих слов, или кто-то свыше решил проучить эту «нехочуху», она споткнулась на последней ступеньке. — Если я когда-нибудь решусь пойти в казино, - Альберт ловко подхватил жену. — Возьму тебя с собой, пророческие слова слишком быстро сбываются. За разговором они плавно перемещаются на кухню, где витают чудесные запахи запеченных овощей. На белой столешнице расположились помидоры, остатки моркови и репчатого лука и большая половина главного продукта сезона – тыква. Адам, приветливо помахав им лопаткой, стоял у плиты, помешивая свое варево. Даже фартук повязал, чтобы войти в роль настоящей хозяйки. — Откуда в нашем доме тыква? - переводит разговор с жены на брата Альберт, скидывая пиджак на стул. — Золушка просила тебе передать, не успела воспользоваться и решила вернуть, чтобы возместить расходы, - подал голос его брат. Агата подошла ближе, заглядывая через плечо, в их доме на кухне кто-то хозяйничал редко и по большому настроению, они прекрасно обходились доставкой, хотя Альберт все чаще думал о том, что стоит нанять кухарку, а девушка отвечала, что это скорее для статуса, чем реальной пользы. — Ты умеешь готовить тыквенный суп? К крем-супам она относилась с большой осторожностью, редко где удавалось найти что-то стоящее и по-настоящему вкусное, кто-то из поваров не угадывал с количеством сливок, кто-то со свежестью овощей. Альберт подхватил со стола помидор черри, и недолго думая, сунул его в рот. — Фамильный рецепт Лады, - отвечает Адам, вливая сливки, и слишком сосредоточенный на процессе. Альберт и Агата виновато переглядываются, девушка кладет руку ему на плечо, в знак напоминания, что они здесь и готовы его поддержать. Каждый из них знал, что слова были не нужны, их было сказано уже достаточно, чтобы они успели истрепаться. — Я сделаю тосты с сыром. — Может, посмотрим какой-нибудь фильм? Давно мы так не сидели, по-семейному, - предлагает Адам, скрыв свое желание не провести этот ужин в одиночестве. Здесь бы скорее подошло слово никогда, обычно их разговоры проходили с таким же официозом за столом в гостиной, откуда каждый разбредался со своими мыслями. Альберт достает тарелку из шкафа и ставит перед Агатой, куда она выкладывает ломтики хлеба, движения отработанные до автоматизма, почти идеальный семейный тандем. — Только не ужастик, - тут же отвечает Альберт. — Боишься, что кошмары замучают? - не сдерживает Агата и открывая упаковку с сыром. — Конечно, в таком случае мне придется прийти к тебе в кровать, дорогая, чтобы было не так страшно. Я уже согласен на фильм ужасов, - довольный собой, отвечает Альберт, потягавшись за ножом. В уютной гостиной Агата оказывается зажата между двумя братьями, точно мягкая игрушка, ей едва удается выиграть себе немного пространства, чтобы работать ложкой. Суп, на удивление, оказывается вкусным, пряным и согревающим, не смотря на отопление в большом доме было холодновато, особенно для души. За выбор фильма они воюют всю дорого до гостиной, Альберт настаивает на очередном артхаусе, Адам протестует и предлагает выбрать мультфильм от Бёртона, что хорошо вписывается в осеннюю атмосферу. В борьбе за пульт побеждает Агата, став единственной, чьи руки не были зажаты подносом и щелкает им, пока братья продолжают отстаивать свою точку зрения. — Чарли и шоколадная фабрика? Ты серьезно? Это даже не осенняя атмосфера, у них вообще зима! - фыркает Адам. — Я не буду смотреть этот фильм с Джонни Деппом. — Не смотри, и сделай одолжение, захвати с собой братца, у меня будет шикарный вечер, - улыбнулся Агата, обмокнув сырный тост в вязкий суп. — Я специально останусь, чтобы стереть эту довольную улыбку с твоего лица, - бурчит Адам. — А я не собираюсь уходить, - подал голос Альберт, удобнее устраиваясь на диване. — Как я могу отказаться от твоей компании, любовь моя? Агата закатила глаза, отказав себе в желание кинуть пультом в дорогого мужа, и уставилась на экран. Пустые тарелки быстро оказывается на журнальном столике, кулинарный талант Адам демонстрирует не так часто, но довольно метко, каждый раз точно в цель. Альберт тянется за пледом, чтобы укрыть ноги Агаты, которая стала клевать носом после чашки чая. Девушка снова шипит, но каждый не оскал, это попытки маленького котенка, и Новака подобное только забавляет. С притяжением сна она борется не долго, и позволяет своей голове спокойно устроиться на плече законного супруга. Рука Альберта невольно перемещается на ее плечо, он убеждает самого себя, что это просто рефлекс. — Почти семейная идиллия, - произносит Адам на титрах, едва слышно, чтобы не разбудить Агату. Альберт кивает, не найдя подходящих слов. Будить ее и возвращаться в собственную спальню не хочется, кажется, он провел бы целую жизнь вот так на диване, ощущая тяжесть ее тела на своем плече. — Хотелось бы, чтобы бы это было по настоящему, - неожиданно для себя произносит Альберт. — А это сейчас фарс? – удивленно ответил Адам, потянувшись за тарелкой. — Скорее побочный эффект, - вздохнул его брат. Тарелки так и остались нетронутыми. Адам, когда-то давно, поклялся, что не позволит себе забираться в головы родных людей, но иногда ему хотелось знать – о чем думает его братец? — За любовь надо бороться, здесь мало того, что она твоя жена. — Думаешь, я сам этого не знаю? – Альберт не огрызался, это факт, который был известен всем в этом доме. — Тогда уже возьми себя в руки и начни что-то делать, иначе я сам найду ей любовника, понятно?