В плену фантазии

Аня сразу влюбилась в это имение, еще до свадьбы, когда Олег привез будущую невесту знакомиться с владениями. Серёжа деловито ходил между слуг, интересуясь делами, и чтобы те не отвлекали влюбленных друг от друга. Волков показал ей сад, а затем, как-то смущаясь, указал на окна и произнес. — А там спальня, - и добавил, пытаясь скрыть румянец на щеках. — Наша будущая спальня. Воронова смущенно улыбнулась, до торжества оставалось всего пару недель, и как бы не хотел Сергей провести все помпезно и с царским лоском, Олег напомнил, что это их свадьба, и лишнего внимания им не хочется. Волков осторожно берет ее за ту руку, на которой разместилось кольцо, что когда-то принадлежало его матери. Отец взял с него обещание, что он подарит его той девушке, в которой будут видеть свою судьбу, тогда Олегу было семь, и он не понимал, что это значит, зато теперь понял, когда впервые встретился с этим ангельским взглядом. — Позволишь выбрать мне занавески? - тихо спросила Аня. Улыбка Олега стала более уверенной. — Конечно, только Сергею не говори, иначе он тут же притащит тебе французские ткани, и отказаться от такого подарка мы не сможем. — Эй, идите сюда! - будущий император размахивал руками у летней беседки. — Тут ватрушек к вашему приезду напекли, я две уже съел! Аня улыбнулась, она уже поняла, что Сергей всегда будет близкой частью их жизни. Олег потянул ее к столу, где уже дымился самовар, и пахло травами. — Анечка, кушай, - Разумовский двинул к ней тарелку. — Ты такая худенькая, ты хоть ешь или все предсвадебные нервы? — Спасибо, Сергей, - она взяла ватрушку. — Пахнет восхитительно. Серёжа запретил ей, как и Олегу, обращаться к нему по титулу, лишь на официальных приемах, где ему приходилось строить серьезную личность и вникать в царские дела. Дядя смотрел на него с пониманием, но не забывал упомянуть, что придет время и ему придется оставить позади детские шалости, на что Разумовский лишь желал долгих лет императору. В доме Аня не сразу почувствовала себя хозяйкой, немного странно было привыкать к большому дому и количеству прислуги. Олег приставил к ней Прохора, к которому относился почти по отечески, наказал следить за молодой женой и во всем ей помогать, когда уезжал по государственным делам. Прохор рассказывал ей про семейство Волковых, про отца Олега - хорошего офицера, который погиб по сражение, про его мать, которая пережила супруга всего на год и как говорили тогда, скончалась от тоски. — У Олега глаза матери, - произнесла Аня, рассматривая портрет почившей свекрови. Иногда раны Олега ноют на погоду, в госпитале Рубинштейн считал, что его спасло какое-то чудо, за которое он теперь вынужден платить. Тогда было проще справиться, заботливые медсестры тут же бежали с морфием, но Вениамин Самуилович предупредил – частить с этим нельзя, если он не хочет закончить плохо. Волков мечется по кровати, пока Аня прикладывает к его лбу холодный компресс, в попытке ослабить его страдания. — Воду надо сменить, - бросает она слуге, который, кажется, прикорнул под стоны хозяина. — Анна Павловна.. — Живее, - прикрикивает молодая госпожа, и он тут же подскакивает, чудом не роняя на себя миску. Аня не любит плакать при слугах, да что там, при Олеге не позволяя проронить себе слезинки, только старый Прохор видел ее слезы, смешанные с любовью. — Анна Павловна, - мягко произносит он, забирая из ее рук компресс. — Идите в соседнюю комнату, вздремнуть бы вам. Девушка качает головой, сжимая руку супруга, словно у нее могут отнять этот бесценный дар. Как она может уйти, когда Олег так сильно нуждается в ней? Нет, Прохору она доверяла, но в клятве перед Господом она обещала быть с Олегом и в горе и в радости, в болезни и здравии. Аня провела рукой по взмокшему лбу мужа, лихорадка скоро пойдет на спад, она в этом уверена. — Я останусь здесь. Пусть принесут больше льда. Мужчина вздыхает со слабой улыбкой, как же так совпало, что их хозяин нашел себе жену с таким же характером, который так долго прятался за ее большими глазами. Гроза утихает только к утру, а вместе с ней и Олег, наконец-то, забывается сном. Аня еще долго вслушивается в его дыхание, наблюдает, как мирно вздымается грудная клетка мужа, и лишь тогда позволяет себе успокоиться. Она скидывает верхнюю накидку, донести ее до кресла сил нет, поэтому Аня бросает ее в ногах и, наконец-то, кладет голову на подушку, забываясь сном. Утром Аню будет нежной взгляд, скользящий по ее щекам вперемешку с загрубевшими пальцами. Волков дает ей прийти в себя, прежде, чем завести первый утренний диалог. — Снова не дал тебе поспать, - виновато произносит Олег, касаясь губами ее ладони. — Ничего, вспомнила работу, - она сонно улыбается, касаясь его бледной щеки. — Как ты себя чувствуешь? — Гораздо лучше, душа моя, спасибо. Девушка лишь кивает, и двигается ближе, смешивая свои светлые волосы с его смуглой кожей. Такие ночи бывают у них периодами, и Олег чувствует свою вину, что заставляет супругу так переживать, другой жизни он хотел для Ани, за свою работу в клинике Рубинштейна она видела достаточно страданий. — Не думай об этом, - просит его супруга, касаясь нежными ладонями его пальцев, которые Олег тут же переплетает со своими. — Главное, чтобы в порядке и боли отступили. Я напишу Вениамину Самуиловичу, в прошлый раз он советовал поехать в Минеральные Воды на источники, не пора ли прислушаться к его совету? Олег знает, что Аня всеми возможными способами пытается облегчить его боль, но больше всего ему не хочется, чтобы она положила целую жизнь на его спасение, все должно быть наоборот, и заботу о себе он воспринимал что-то из рук вон. Девушка поднялась, заглядывая ему в глаза. — Олеж? — Что? – прохрипел мужчина, эти глаза смотрели на него с нежностью, как и в тот раз, когда он пришел в себя в госпитале, когда уже и не надеялся остаться живым, только теперь к этим чувствам добавилась любовь. — Я попрошу принести завтрак сюда, тебе отдохнуть, что думаешь о курином бульоне? — Только с тобой, душа моя, - он тепло улыбнулся. — Я люблю тебя. Сейчас в голове крутились слова Серёжи, что если он упустит это девушку, то уже никогда не будет счастлив, потому что никогда не видел, что бы его друг смотрел на кого-то с таким обожанием, влюбленный Олег это что-то новое и неизведанное. Да и Аня ему понравилась, о ее семье он успел узнать многое и торжественно преподнёс эти сведения Олегу. — Я люблю тебя, - вторит девушка. — И сегодня ты пообещаешь слушать меня. — Всегда, душа моя, всегда.