В плену фантазии

Беременность Алекс стало для них приятным событием, но тяжелым испытанием. Весь первый триместр девушка мучилась от токсикоза, и проводила довольно много времени под присмотром врачей, из-за угрозы выкидыша. Август перенёс всю свою деятельность в рамки ноутбука, и обосновался в палате жены, собираясь разделить с ней все невзгоды беременности, и ломал голову над тем, как предложить ей парные роды. — Тебе не обязательно торчать здесь все время, – вымученно улыбнулась Алекс. После очередной капельницы с препаратами ей хотелось только спать, хоть врач и убеждал ее, что в первом триместре – это нормальное явление. — Кто сказал тебе такую глупость, дорогая? – Хольт поцеловал её руку, с грустью смотря на сгиб её локтя, на котором не было живого места. Если бы он только мог как-то облегчить ее состояние. – Никто из них не достоин моего внимания больше, чем вы. Их малышка, Август с самого начало был уверен, что у них дочь, хоть Алекс и настояла над тем, чтобы оформить детскую в нейтральных цветах, решила отпраздновать свой день рождения раньше времени, напугав и маму, и папу, и консилиум врачей. Хольт нервно расхаживал по коридору, пытаясь успокоиться, но перед глазами стояло испуганное лицо Алекс, когда ее увозили в операционную и кровь на больничной простыне. Он прекрасно отдавал себя отчёт, что при скачке электричества врачи не смогут оказать должную помощь, но ожидать приговора за дверью было невыносимо. Спустя время врач сообщил, что операция прошла успешно, лёгкие малышки раскрыта, но кое-какое это время ей лучше провести под наблюдением, и пропустили его в реанимацию к жене. — Шрам будет, – тихо произнесла Алекс, когда увидела мужа. — Ты мой герой, Алекс, а герои имеют шрамы, – он коснулся губами ее щеки, почувствовав слезы, сколько всего она стерпела, пока муж томился за дверью. — Если хочешь, я найду лучшего пластического хирурга. Каждый шрам имеет свою историю, а этот шрам подарил нам Аву . — Ты видел её? – спросила девушка, хватаясь за руку мужа, в её голосе звучали слёзы. Август покачал головой, он и сам пытался не разрыдаться. — Малышкой занимаются врачи, как только будет возможность её увидеть, я этим воспользуюсь. — С ней все будет хорошо? Надежда. Самое хрупкое создание в этом мире. — И с ней, и с тобой, а теперь отдыхай, тебе нужно силы. К дочери его пустили через несколько часов, все это время Хольт сидел у постели Алекс, держа ее за руку, только так они могли помочь друг другу успокоиться. — Привет, Ава, – тихо произнёс Август, кладя руку поверх кувеза. – Такая красивая, как мама, и такая же сильная. Контакт с ребёнком пока не разрешили, врачи наблюдают за её способностями к терморегуляции. Алекс, перед тем как заснуть, назвала её смешным русским словом – торопыжка, теперь Августу предстояло выучиться его выговаривать. — Я люблю тебя, наша принцесса, и мама тебя очень любит, – Хольт погладил кувез, ему даже показалось, что на этих словах Ава улыбнулась, пусть и для ее возраста это невозможное действие. Мужчина сделал пару фотографий: для Алекс, которая пока не может дойти до дочери, и для Мико, которая волновалась на другом конце планеты. Август отправил фотографии сестре, и палец замер уткнувшись в контакт отца, звонок от которого не заставил себя долго ждать. — Да? – несмотря на ситуацию, Хольт был рад, что с его девочками всё хорошо, может быть Ава станет ключом к перемирию между ним и отцом. — Я считал тебя не настолько глупым, – раздался голос Фердинанда. — Надеюсь, ты хотя бы додумался провести тест ДНК — О чем ты? – Август ожидал услышать слова поздравления, поддержки, все, что говорят родные люди в такой ситуации, а сейчас ему казалось, что отец разговаривает с кем-то другим, попутно набрав его номер, обычная практика в их семье. — Твоя дочь слишком светлая, – недовольно произнёс он, и скорее всего, закатил глаза, снова собираясь отчитать сына, как маленького ребёнка. — Ты настолько занят своей работой, что уже не замечаешь очевидных вещей, неужели это русская не могла нагулять ребёнка? Хольт почувствовал, как накаляется воздух, и с какой силой сжимается его рука на телефоне, пока отец вещал об оленях и рогах. — Ты все жизнь твердил, что всем от меня нужны только деньги, а теперь еще и .. – договорить Августу не дал отец, перебирая его. — Да, так и есть, теперь это русская разведётся с тобой, и повесит на шею чужого ребёнка. Браво. — Закрой свой рот, – сорвался на крик Август, по всему коридору заискрились провода. — Не смей так говорить про мою жену и мою дочь, и никогда, слышишь, никогда, не смей к ним подходить. Ты только что потерял право называться ее дедом. К Августу тут же подбежали с маской, кровь струилась по волевому подбородку, пачкая пиджак, гнев концентрировался во всем его теле. — Если бы мама не умерла, она должна была бы уйти от тебя. Он сбросил звонок и нервно зашагал по коридору, прижав к лицу маску. Фердинанд никогда не высказывал тёплых чувств к его супруге, русская, без достойной фамилии, для него она была хорошенькой картинкой, не более, и часто повторял сыну, что с такими проводят вечер, но никак не женятся. При подготовке к свадьбе мужчина настаивал на брачном контракте, чтобы эта русская не оставила его сына ни с чем. Август мог многое стерпеть в свой адрес, но не в адрес Алекс и Авы. В верности супруги он был уверен больше, чем в самом себе и законах Ньютона. – Сэр? – голос Отто звучит, будто под слоем воды, лишь тогда Август понял, насколько он зол. — Усилить охрану, – в его голосе звучали стальные нотки. – За безопасность Авы, отвечаешь лично, ни под каким предлогом не пускать моего отца к ней. Август замер перед дверью палаты, скидывая с себя запачканный пиджак, интересно, после его рождения отец тоже делал тест ДНК и поэтому так ненавидел, что со всеми дефектами Август все равно оказался его сыном? Хольт толкнул дверь вперёд. Алекс уже не спала, перед ней появился столик с тарелкой, в палате ощутимо пахло бульоном. — Время обеда? – мужчина тепло улыбнулся, при взгляде на супругу, в его сердце не осталось место для злости, только безграничная любовь, которую она принесла в его никчемную жизнь. — Да, врачи настояли, я бы обошлась водой, – устало ответила девушка. — Тебе нужны силы, – Хольт сел рядом и взял ложку. – Хоть немного, хорошо? — Ты слишком рано начал тренироваться в помощи прикорма для Авы, – на лице Алекс появилась улыбка. Август, услышав имя дочери, просиял, как обычно говорила его супруга – как начищенный самовар. — Пять ложек и покажу тебе фотографию Авы. — Это шантаж? – сил спорить у Алекс не было, а вот возмутится хоть отбавляй. — Ни в коем случае, любовь моя, – улыбнулся Август, зачерпнув первую ложку бульона.