Everybody loves Loki

- Скучно, - проговорил себе под нос Локи и зевнул. Вид с его балкона открывался просто замечательный, но он нисколько не радовал глаз бога огня. Он смог бы по памяти нарисовать этот вид со всеми деталями – настолько прочно этот образ засел в его голове. Но душа коварного Аса требовала сейчас отнюдь не искусства. Он терпеть не мог долгое и нудное прозябание, он ненавидел длинные скучные разговоры, и уж более всего он не любил предаваться меланхолическим настроениям, сетовать о былых временах и вообще погружаться в какие-либо воспоминания, будь они хорошими или плохими. Сейчас ему хотелось жить одним днем. И непременно сегодняшним. Локи не знал, чем себя занять. Тор в очередной раз укатил куда-то в Йотунхейм сражаться с великанами, хотя те в последнее время вели себя тихо и никакой угрозы не представляли. Локи с ним ехать не пожелал и уже начинал об этом жалеть. - Он, конечно, тот еще дурень, - говорил сам себе Ас, - но приключения на филейную часть всегда находит. Эх, пожалуй, стоило все-таки отправиться с ним, да присмотреть за братцем. Под словом «присмотреть» он, разумеется, не подразумевал ничего хорошего. Когда речь идет о Локи, «присмотреть» скорее означает «подлить масла в огонь» или «наломать тех же дров, что Тор, но немного изящнее». В любом случае такую перспективу он находил куда более привлекательной, чем домашнее самозаточение. Локи насупился – вот чем ему теперь заняться? Один давно махнул на него рукой, да и беседа со стариком его нисколько не радовала. Фригга – с ней можно было поговорить, но сейчас у Локи было не то настроение. Хеймдалль. Хеймдалль отличный слушатель и… никакой собеседник. С тем же успехом можно было попробовать поговорить с кубком вина. Нет, с кубком, пожалуй, даже интереснее. Локи продолжал бесцельно глазеть со своего балкона на то, что происходило внизу. В одно мгновение его взгляд изменился, а скучающее выражение лица преобразилось. Теперь его лицо выражало забавную смесь из задора, озорства и нетерпения, с которым обычно дети Мидгарда открывают рождественские подарки. Внизу, тихо шурша одеянием необычайной красоты, подобно дуновению весеннего ветерка, вышел в сад самый прекрасный из богов, самый добрый и бесконечно милый бог весны Бальдр. - Бальдр, - в восторге прошептал Локи, - ты-то мне и нужен. Как прекрасно было известно коварному Асу, едва ли нашелся бы кто-то в Асгарде, кто смог бы устоять перед его чарами. Пусть тайно, пусть далеко не платонически, но Локи любили все. Если, конечно, вожделение можно было назвать любовью, в которую бог огня, к слову, никогда сам не верил. Бальдр – бог весны и всеобщий любимец был исключением. Он всегда держался от Локи на приличном расстоянии, почти никогда не заговаривал с ним первым, хотя всегда был крайне дружелюбен. Вряд ли можно было найти кого-то, кто переплюнул бы этого «слащавого», как иногда называл его Локи, в понимании и сострадании. Бальдр был скромен, и скромность эта порой граничила с некоторой застенчивостью, которая богам Асгарда никогда не была свойственна. Локи это раздражало. Не потому, что некоторые считали Бальдра красивее его, а потому что набор этих качеств он рассматривал, как нелепое сочетание несвойственной мужчинам нежности и опять-таки какой-то «немужской» привлекательности. Но больше всего его задевал тот факт, что, в отличие от остальных обитателей Асгарда, вечно юный бог весны был тем, кто не бросил в сторону Локи ни одного пошлого или просто косого взгляда. Бальдр напоминал ту пустоту, тот пробел на полке его коллекции, который каждый день мозолил ему глаза. К слову, Бальдр был женат на богине Нанне. Они были чудесной парой, образцом семейной идиллии, но Локи это было совершенно неинтересно. Ему было абсолютно плевать как на Нанну, так и на их с Бальдром сына Форсети. В данный момент коварного Аса интересовал исключительно сам бог весны. Поэтому, недолго думая, Локи быстро спустился в сад. - Птичек слушаешь? – послышалось за спиной у Бальдра, но он повернулся так, будто ждал Локи и обезоруживающе улыбнулся. - Не только, - ответил он и поднял вверх указательный палец, жестом заставляя прислушаться, - слышишь? - Что я должен услышать? – пожал плечами Локи. - Тихий ветерок, шорох молодой листвы, трепет крыльев бабочки и сопение маленького бельчонка вон на той ветке, - перечислил Бальдр и снова улыбнулся. - Да, Бальдр, это просто замечательно, - поспешно ответил бог огня, будто заранее пытаясь отвязаться от последующих нудных разговоров о шелесте травинок и о том, как чихают зайчики, - но, по правде сказать, у меня к тебе есть просьба. Не поможешь? Отзывчивый и слегка наивный Бальдр сразу же согласился, даже не выслушав суть просьбы. Локи был ему как брат, а разве брат станет просить о чем-то непристойном? «Еще как станет, если брат – Локи», - хором ответили бы все жертвы предыдущих экспериментов коварного Аса, имей они возможность присутствовать при этом разговоре. Но их рядом не было, а потому Локи по порядку изложил суть своей просьбы: - Я немного порылся в нашей библиотеке накануне и нашел там нечто очень занимательное. Одно очень полезное заклинание. - Вот как? Какое же? – заинтересовался Бальдр. - Ну, оно… - Локи теребил манжету, придумывая что-то убедительное в ответ. – Оно очень полезное. Возможно, поможет нам навсегда оградить себя от набегов великанов. Бог весны, которому всегда претила даже мысль о войнах, в момент просиял. - Это же замечательно! Можешь рассчитывать на любую помощь! «Именно на «любую» помощь я и буду рассчитывать, мой ненаглядный пацифист», - мысленно ухмыльнулся Локи, потирая ладони. Когда они поднялись в покои бога огня, Локи тихо прикрыл за ними дверь. - Где заклинание? - Здесь, оно где-то здесь, - поспешно ответил коварный Ас и, незаметно наколдовав небольшой свиток пергамента, продемонстрировал его гостю, - вот он. - Можно посмотреть? - Нет! – вскрикнул Локи и мастерски изобразил смущение. – Я не могу пока тебе показать. Дело в том… дело в том… Я позвал тебя сюда потому, что… - Скажи мне, Локи, не стесняйся, - участливо произнес Бальдр. О, как сейчас прекрасно выглядел Бальдр! Локи считал его своим единственным соперником в красоте. Как соблазнительно выглядел этот изгиб шеи, когда он склонил голову на бок, вглядываясь своими полными сопереживания голубыми, как само весеннее небо, глазами в хмурые черты лица огненного Аса. Его волосы были цвета шоколада. Локи, бывая в Мидгарде, не раз пробовал шоколад, и он, надо сказать, пришелся ему по вкусу. Когда он смотрел на локоны Бальдра, ему казалось, что они непременно должны источать легкий аромат шоколада. Такой юный, такой стройный. Трудно было поверить, что у этого чуда уже есть жена и сын. - Я не могу, - ответил Локи и стыдливо потупил взор. Притворство – его конек. - Я же сказал, что ты можешь рассчитывать на любую мою помощь, - ответил бог весны и осторожно взял Локи за руку. Он все еще не замечал ловушку. Его ладонь была теплой и мягкой, как и весь ее хозяин. Огненному Асу это прикосновение нравилось, но останавливаться на этом он не собирался. Он пригласил его вовсе не за ручки держаться. - Бальдр, - начал он, взглянув ему в глаза, - для заклинания мне не хватает всего одного ингредиента. Мне нужен поцелуй бога весны. Юноша поначалу отпрянул. На этот раз крайнее смущение, за которым не без удовольствия наблюдал исподлобья Локи, отобразилось уже на лице весеннего бога. Как яблоки на солнце наливаются красным, так залились красной краской и щеки Бальдра. Такого сильного смущения не ожидал даже Локи. Но надавить еще немного все же стоило. - Я пойму, если ты откажешь мне, я прошу слишком многого… - Нет! – вскричал юный бог весны. – Ты такой добрый, я и не знал, что тебя так беспокоит мир. Я один, только я один, и Тор, возможно, верил в твою доброту. Я дам тебе то, чего ты хочешь. Смущение Бальдра было настолько неподдельным, что, умей Локи плакать от умиления, он бы прослезился. Но он только ухмылялся собственным мыслям. «А дело-то проще некуда». Он осторожно взял лицо Бальдра в свои руки и провел большим пальцем правой руки по его губам. От этого прикосновения бог весны зажмурился. Сомнения отпали. Бальдр не был исключением, он, как и все, давно находился под призрачными чарами головокружительного коварства и обаяния огненного бога. «Прости, малыш, но сегодня я разобью твое сердечко». Локи осторожно поцеловал Бальдра, постепенно углубляя поцелуй. Бог весны не сопротивлялся, хотя временами казалось, что ему не хватает воздуха. Когда наконец, Локи отстранился, Бальдр проговорил: - Это все? – и тут же, не давая возможности ответить, шумно выдохнул и проговорил: - Нет, не все! Случилось то, на что так рассчитывал коварный Ас – Бальдр попался, он ничем не отличался от других. Бог весны впился в такие желанные губы Локи, а тот в свою очередь не стал медлить: подхватив вечно юного Бальдра за бедра, он отнес его на свою кровать. Когда Бальдр проснулся, он поймал на себе взгляд улыбающегося Локи. Он лежал рядом на боку, подперев рукой голову и облокотившись о подушку. - Заклинание сработает? – поинтересовался милейший из богов. - Заклинание? Какое заклинание? – проговорил Локи, улыбаясь еще шире. На лице весеннего бога отразилось недоумение. А затем осознание. Как же поздно пришло это осознание! Как наивен он был, как мог так легко поддаться… Недаром ведь он так избегал коварного Аса все это время, так боялся сделать хоть один шаг ему навстречу. К горлу подкатил комок, на глаза навернулись слезы. Он метнул быстрый взгляд на стол, где лежал свиток с мнимым заклинанием, и в ту же секунду он растворился в воздухе. Очередная иллюзия бессердечного Локи. Бальдр впервые в жизни испытал ненависть. Нет, не к Локи, к себе. Это он поддался, это он предал свою семью ради иллюзии. Весенний бог вскочил с кровати и, быстро одевшись, выскочил из покоев Локи так же стремительно, как ветер врывается в распахнутое окно. Раздражающая пустота на полке трофеев коварного Аса заполнилась.