Спаси меня

Сначала Дин думает, что все не так уж плохо. Охранники приносят Сэма обратно, в чем нет ничего удивительного после дня, проведенного с рыжим. Но потом Дин видит лицо Сэма, и все у него внутри обрывается. По крайней мере, Дин немного отдохнул. Его оставили в клетке на целый день, позволяя восстановиться после вчерашнего некоторое время, и он попытался спать столько, сколько смог. Они с Виктором провели довольно много времени, обмениваясь воспоминаниями о детстве, о том, как они попали сюда. Когда-то у Виктора был альфа, он был частью семьи в месте, о котором Дин никогда не слышал. Он сам называл себя супругом, это слово Дин смутно помнил из рассказов отца, когда тот объяснял, что омеги и альфы предназначены быть супругами, что однажды они встретят альф, которые будут о них заботиться. Их отец был альфой, это Дин еще знал. Даже когда черты лица стерлись из памяти, он помнил его запах, похожий на аромат теплой земли. Братья остались без отца, когда Дину было девять, и к сегодняшнему дню он уже полжизни провел без него. — Ты когда-нибудь слышал об ангелах? Дин напрягся. Конечно, он слышал истории про одетых в черное людей, которые приходят по ночам и спасают омег. Иногда у них клыки, иногда — крылья. Они забирают омег куда-то, где есть еда и кров, где омеги могут найти себе супругов и живут в собственных домах. Большей кучи дерьма Дин еще за всю свою жизнь не слышал. — Виктор, если ты хоть раз упомянешь эту ангельскую дрянь в присутствии Сэма, я тебя нахуй прикончу. Виктор внимательно посмотрел на Дина: — Ладно, Дин. Но, знаешь, я разного дерьма понаслушался, в разных местах. Немного надежды не повредит, так? Дин одарил Виктора сумрачным взглядом и повернулся к нему спиной, улегшись, чтобы поспать еще немного, пока Сэм не вернулся. Дин очень хорошо знал, как может повредить надежда. Он был здесь уже почти целый год, насколько он мог это оценить, по возможности стараясь следить за тем, сколько дней прошло. Поначалу Дин был одержим мыслями о том, как им выбраться отсюда; он держал Сэма, когда тот плакал, и обещал ему, что он найдет способ, как освободить их. Потом он увидел, на что они способны, что может произойти с Сэмом. Никто не придет, чтобы спасти их. Не бывает ангелов, с крыльями, и клыками, и волшебством, это все люди, обычные люди, которые не сделают ничего, кроме как причинят новую боль. Дин старался сделать жизнь для Сэма сносной и безжалостно глушил в себе голос, твердящий ему о свободе, о надежде на лучшую жизнь, о возвращении обратно в леса. О спасении. Он знал, что этого никогда не произойдет. Дин почти заснул, когда дверь клетки с пронзительным скрипом открылась. Потирая глаза, он поначалу улыбнулся, не видя кровоподтеков на Сэмми, может, сегодня все обошлось. Потом он увидел его лицо. Охранники швыряют Сэма на пол и поворачиваются к выходу. Один из них, высокий, который, насколько известно Дину, помогает Сэму время от времени, оборачивается и глазами указывает на что-то, после чего хватается за собственный пах, при этом его глаза бегают. Он выглядит почти извиняющимся, когда отворачивается и еле слышно бормочет: "Совсем затрахал". Охранникам запрещено разговаривать с ними. Дин не знает его имени, но узнаёт его, видел однажды, как он сунул Сэму немного еды, знает, что иногда он наблюдает за ними обоими и никогда не говорит никаких мерзостей, так что Дин не думает, что тот пошутил насчет траха. Он поворачивается к Сэму и осматривает его, Дина наполняет боль, когда он видит член Сэма. У Сэма стоит, стоит до боли, пенис опух и покраснел. Хуже всего выглядит щелка, красная и раздраженная, растянутая. Сэм жалобно стонет, стоит к ней прикоснуться. Дину известно, что это означает. Он притягивает Сэма ближе, закрывает глаза и целует его в шею, позволяя себе на секунду представить, как рыжий будет задыхаться в его руках в день, когда он его убьет. Медленно. Как долго рыжий совал в Сэма катетеры, насколько толстыми они были — все это Дину неизвестно, зато он знает, сколько боли они причинили Сэму, знает, что Сэм провел весь день связанным без возможности кончить, обезумевший от боли и гормонов в крови. Дин знает, что в его возбужденном и чувствительном состоянии оргазм причинит Сэму боль, но будет хуже, если он не кончит, поэтому Дин укладывает его на бок. — Шшш, Сэмми, все хорошо, — он вставляет в Сэма два пальца и раскрывает его, быстро и отстраненно, не останавливаясь, пока не выжимает Сэма досуха. Дин обхватывает Сэма и держит, пока тот не засыпает в слезах. иллюстрация "Сэм" - https://lh6.googleusercontent.com/-KG35OjNI57A/Uj5lQ0ugxlI/AAAAAAAAAO8/-xw7UZR52r4/w600-h300-no/RzRUm86I.gif