Враг из прошлого

Друзья встретили зеленого ниндзя гораздо спокойнее, чем он ожидал. Ллойд искренне извинился перед всеми и пообещал больше никогда так не делать. Гармадон предложил команде пройти на капитанский мостик, дабы обсудить их дальнейшие действия, тем самым прерывая неловкое молчание, наступившее после слов сына. Лорд первым вступил в каюту, и сразу же застыл на месте. В ее центре стояла мама Ллойда. — Мисако? — произнес он изменившимся голосом. — Здравствуй, Гармадон, — мягко произнесла она, нисколько не удивляясь ни его появлению, ни его реакции. Монтгомери выглянул из-за его плеча. — Мама! Что ты здесь делаешь? — Я хотела проведать тебя, сынок, но вас не оказалось в монастыре. Я поняла, что вся команда ниндзя на “Даре Судьбы”, и поспешила на корабль. Меня подобрали минут десять назад. — Я так рад тебя видеть! — воскликнул ниндзя, заключая маму в объятия. Мисако с улыбкой провела рукой по его волосам и поцеловала в щеку. — Мы отправляемся на задание, — с досадой проговорил Ллойд. — Ву мне все рассказал. Я отправляюсь с вами. — Что?! — вскричал парень. — Мама, это невозможно! Это слишком опасно для тебя! — Я владею кружитсу не хуже тебя, милый, — спокойно ответила Мисако. — Можешь спросить у своего учителя. — Или у меня, — сказал Гармадон с ноткой обиды в голосе. — Да, Гармадон, или у тебя, — ответила она, потупив взгляд. Слова жены больно кольнули лорда, как он сам ни старался убедить себя в обратном. Зачем она упомянула Ву? Почему не его, отца Ллойда? Разве он не ближе зеленому ниндзя, чем его брат? Гармадон подошел к Ву, стоявшему поодаль ото всех. — И ты позволил ей пойти с нами сражаться с Акрониксом? — вполголоса спросил он, направив на сэнсэя свирепый взгляд. — Не в первых рядах, — сказал Ву. — К тому же, тебе самому известно, что Мисако может за себя постоять. — Да, — кивнул лорд. — Известно. — Мама, прошу, будь осторожна, — тихо проговорил Ллойд, беря ее за руку. Мисако одарила его материнской улыбкой. — За меня не волнуйся, сынок, — проговорила она. — Я умею рисковать обдуманно. Успокоившись, зеленый ниндзя изложил перед командой подробности их с Гармадоном плана. Эта идея была воспринята остальными не очень тепло. Некоторые даже горячо протестовали против такого рода действий. Особенно — Кай с Нией. Так как именно на них лежала задача добыть Клинок Отмотки Времени, то и в событиях, могущих произойти после того, как Акроникс его получит, они винили бы только себя. — Я не позволю сделать этого! — кричал мастер огня. — Клинок останется в Кипящем Море, и точка! — Брат, ты же сам говорил, что отдавать Акрониксу последний Клинок — чистое безумие, — напомнил сэнсэй Ву. — Мое мнение изменилось. — И что, мы доверимся тому, кто несколько раз пытался уничтожить Ниндзяго? — воскликнула Ния. — Именно это и будет доказательством того, что я помогу вам, — парировал темный лорд. — Если кто-то и может уничтожить Ниндзяго, так это я! — Да уж, все знают, что ты защищаешь это свое право слишком рьяно, — буркнул Джей. — Ния, отец уже помогал нам, — сказал Ллойд, вставая на его защиту. — Дважды. Гармадон посмотрел на него со смешанным чувством удивления и негодования, раздумывая, нужно ли ему поблагодарить сына, или он не нуждается в его помощи. В конце концов, он решил промолчать. — Может, идея не так уж и плоха, — сказал Коул. — Только как мы одолеем Акроникса с четырьмя Клинками? — Он может использовать одновременно только два, — ответил Ллойд. — Без брата он вполовину слабее, чем раньше, — подтвердил его отец. — Только вот из-за смерти Кракса он еще и вдвое злее, чем раньше! — воскликнул Джей. — Думаю, это обстоятельство компенсирует отсутствие у него дополнительной пары рук! Ву тяжело вздохнул. Если бы он в том бою с близнецами действовал иначе, возможно, сейчас все было бы по-другому. — Принимая во внимание все обстоятельства, вероятность того, что мы сможем в открытом бою одолеть Акроникса нашим теперешним составом, составляет 3,2 %, — быстро произвел расчеты Зейн. — Годится, — кивнул Гармадон. — Нет, не годится! — прервала Ния. — Неужели вся эта заварушка из-за одной Харуми? Все повернулись к Ллойду, растерянно взиравшему на мастера воды. — Давай, Ллойд, скажи нам! — воскликнула она. — Нельзя же дать ей погибнуть! — оправдывался зеленый ниндзя. — Мы ведь не убийцы. Я знаю, что она в свое время натворила кучу ужасных вещей, но мы не можем… уподобляться ей. Последние слова дались ему очень тяжело. Теперь пришла очередь Нии вытаращиться на него. Такого ответа она не ожидала от Ллойда, и давить дальше на и так многострадального паренька Смит не решилась. Да она и не хотела расстраивать его старые раны, всего лишь хотела разобраться в том, что зеленый ниндзя чувствует к бывшей принцессе, чтобы помочь ему пережить все это, как и все. Просто чаще всего ненависть к Харуми брала верх. Неожиданно сэнсэй Ву пришел ему на помощь. — Ллойд прав, Ния. Мы не можем позволить Акрониксу убивать кого бы то ни было. Зеленый ниндзя бросил на учителя благодарный взгляд. — К тому же, то, что Акроникс выжил — моя вина, — продолжал сэнсэй. — Если бы я убил обоих братьев, сейчас не было бы этого спора. Значит, я и должен взять на себя всю ответственность. Ния совсем растерялась. Самоотверженность Ву поразила даже Гармадона. — Что вы, мастер… — пролепетала Смит. — Вы ни в чем не виноваты!.. Растроганная девушка подошла к учителю и обняла его. Ву не смог сдержать улыбку. — Спасибо, Ния, — сказал он. — Спасибо!.. Ниндзя обступили их. Мастер воды отступила от сэнсэя, вытерла мокрые глаза и, всхлипывая, прильнула к Джею. — Да, сэнсэй! — сказал мастер молнии. — Ваш враг — наш враг. К тому же, у нас есть с ним личные счеты. — И мы одолеем его вместе, — заверил мастера Ллойд. — Вы сами сказали: мы команда! Все усиленно закивали. Ву с благодарностью оглядел команду ниндзя. Гармадон, глядя на эту сцену, почувствовал странное щипание в горле. Это была странная картина: команда ниндзя во главе со своим сэнсэем в одной части комнаты, а в другой, в нескольких шагах от них, — темный лорд Гармадон, которому хоть и были чужды их светлые чувства, но который все же собирался сражаться на их стороне. Возможно, он начинал понимать их. Может, даже хотел стать к ним ближе, сказать что-нибудь, но выказывать эмоции было не в его стиле. — Чего стоим? — спросил он. — Время не ждет. — Встретимся с Акрониксом лицом к лицу! — воодушевленно подхватил Ллойд. — Другого такого шанса может и не представиться. Что скажете, сэнсэй? Тот задумался. — Действительно, племянник, ты прав. Битва мастеров стихий должна наконец завершиться. Но остается один вопрос. — Он повернулся к мастерам огня и воды. — Кай, Ния! Без вас нам не справиться. Брат с сестрой переглянулись. — Конечно, сэнсэй Ву! — воскликнул Кай. — Победим Акроникса вместе! — Мы с вами! — сказала Ния. Мастер удовлетворенно кивнул. — Тогда вперед! — воскликнул Гармадон. — Солнце уже восходит! — Летим к Кипящему Морю! — сказал сэнсэй. — На всех парусах! П.И.В.В.Ж. перевела корабль на новый курс и включила оба двигателя на полную мощность. “Дар Судьбы” помчался навстречу восходящему солнцу.

***

Ллойд напряженно вглядывался в карту на мониторе пульта управления, имитируя бурную мозговую деятельность, но его глаза то и дело предательски соскальзывали на часы. Все были чем-то заняты: Зейн и П.И.В.В.Ж. копались в бортовом компьютере, Коул с Джеем тренировались на верхней палубе, Кай и Ния готовились к погружению в Кипящее Море (по дороге они заглянули к ним домой, чтобы забрать Клинок Дракона, необходимый для преодоления барьера), сэнсэй Ву удалился к себе для медитации. Только один Ллойд не находил себе места. Мисако видела, как он подавлен и растерян. Надо было поговорить с ним. Она знала, как неохотно сын будет говорить с ней о Харуми, но ему определенно станет легче, когда он выговориться. Нужно попытаться. Она подошла к Ллойду и окликнула его. Ниндзя вздрогнул, услышав голос матери. Все это время он знал, что она обязательно подойдет, чтобы завязать с ним разговор, и с ужасом ждал этого момента. — Да, мама? — отозвался парень, отрываясь от своего занятия. — Как ты себя чувствуешь, сынок? — ласково спросила Мисако, решив подойти к сути разговора издалека. Ллойд вымученно улыбнулся. Черт возьми, как он может себя чувствовать? — Я в порядке, мам, — ответил он. — Честно, со мной все хорошо. С этим его “честно” фраза звучала еще неправдоподобнее. Мисако провела рукой по волосам сына. — Милый, я просто хочу помочь тебе, — тихо проговорила она. — Можешь мне не верить, но иногда моральная поддержка гораздо важнее физической. Ллойд опустил в пол виноватый взгляд и почувствовал, как по лицу разливается краска. Он уже не воспринимал разговор с мамой в штыки, как раньше, но ему все равно было ужасно неловко. Ллойд привык в одиночку справляться со всеми переживаниями. Он — ниндзя, да к тому же капитан команды. Он должен являть собой пример физической и моральной несокрушимости. Имеет ли лидер право на эмоции? Чувства? — Переживаешь перед боем? — спросила Мисако. Парень некоторое время обдумывал, что сказать. — Ты ведь не на этот вопрос хочешь узнать ответ, правда? — произнес он. — Нет, не на этот, — вздохнула мама. Они замолчали. Ллойд старался не смотреть на Мисако, чтобы она не увидела его растерянности. — Ты хотел лететь один? — спросила она. — Так мне сказали. — Да, хотел. —За Клинком? Ниндзя кивнул. — Ты… Она тебе все еще нравится, правда? — Мама! — воскликнул парень, побоявшись такого слишком прямого вопроса. Зря он решился откровенничать, ох как зря! — Прости, прости, сынок, — сказала Мисако примирительным тоном. — Прошу, не обижайся на меня. — Да нет, ничего. Снова наступило молчание. — Ты только не подумай, что я тебя осуждаю, — произнесла она. — В твоем возрасте девчонки могут вскружить голову. Ллойд чуть не задохнулся от этих слов. — Мама, я ниндзя! — воскликнул он. — Я не могу позволить себе обращать внимание на каких-то там девчонок! Мисако с удивлением посмотрела на него. — Милый, то, что ты ниндзя, не лишает тебя права быть человеком. К тому же, неужели ты сомневаешься в своих друзьях, в своей семье, в том, что мы поддержим тебя в трудную минуту? Ллойд не ответил. Он почему-то всегда смотрел на этот вопрос по-другому, не хотел показывать своих слабостей и обременять друзей своими проблемами. Мама ему словно раскрыла глаза. Мисако продолжала вопросительно смотреть на него, и он выдавил из себя: — Нет, конечно, нет. Я знаю, что могу на вас положиться. Прости. — Я просто переживаю за тебя, — продолжала она. — Знаю, что ты все равно сделаешь по-своему, но… Не пойми меня неправильно, Харуми, она… — Да, она ужасный человек, — утвердительно кивнул парень. — Я буду держаться от нее подальше. — Именно поэтому ты летел спасать ее? — М-а-а-а-м! — безнадежно протянул Ллойд, поняв, что от матери он не сможет скрыть своих истинных чувств. Мисако обняла сына за плечи и посмотрела ему в глаза. — Сынок, я не буду заставлять тебя не поступать так, как ты захочешь, — сказала она. — Позволь только дать тебе совет. Ты очень хороший человек, Ллойд. Прошу, не дай никому сбить себя с пути. Ниндзя слабо кивнул. — Я постараюсь. Спасибо, мама. Он обнял Мисако. Ллойду и правда стало легче. Через некоторое время она оставила сына и покинула капитанский мостик, сославшись на то, что ей необходимо выбрать оружие перед предстоящим боем. Она прошла мимо жилых кают и остановилась у кладовки. — Мисако, — раздался позади голос Гармадона. Женщину удивил неуверенный тон, с которым он обратился к ней. Она обернулась к мужу. — Да? Гармадон подошел к ней ближе, опустив голову. Ему было трудно подобрать слова. Мисако была единственным человеком, с которым он не знал, как вести себя. Помявшись немного, он наконец проговорил: — Как ты? Она недоумевающе посмотрела на него. — Что? — недовольно спросил Гармадон. — Я не могу узнать, как у тебя дела? — Можешь, конечно. Я в порядке. — Гм… А… как там Ллойд? Она воззрилась на мужа с еще большим удивлением. — Почему бы тебе не спросить об этом его самого? — предложила Мисако. — Но ты же его мать! — А ты — отец! Гармадон рассеянно замолчал. — Он мне не доверяет, — сказал он. — Когда он увидел тебя, то так обрадовался… А меня будто и видеть не хотел. — И тебя это тревожит? — с надеждой спросила Мисако. — Как бы мне не было неприятно этого признавать, но да. — Что ж, это… хорошо. Ты волнуешься за сына. Это правильно. Гармадон нахмурился, услышав, что он “волнуется” за Ллойда, но ничего не сказал. — Но лучше спроси об этом его самого. — Говорю же, он меня сторонится, — раздраженно сказал лорд. — А ты вообще пробовал заговорить с ним? — Нет, это совершенно невозможно! — А с чего ты решил, что он будет разговаривать с тобой, если ты только то и делаешь, что прожигаешь его свирепым взглядом? Мальчику нужен отец, Гармадон! Прояви к нему заботу, любовь, окажи поддержку! Это твой сын! Лорд задумчиво посмотрел вдаль. — Давно прошли те времена, когда я был просто человеком, чьи помыслы отравлял яд Великого Поглотителя, текущий в его жилах, — сказал он. — Думаешь, в моем сердце осталось место заботе и любви? Теперь я — Они, мною движет первозданное зло, засевшее в самом сознании, и искоренить его оттуда уже невозможно. Его слова испугали Мисако, но она не потеряла присутствия духа. — Не все Они творят только зло. Вспомни Мистаке. Гармадон поморщился при упоминании о демоне, которого ему довелось собственноручно лишить жизни. — Она — исключение, — сказал лорд. — Или, вернее, ошибка. Я не такой. — А что, если я скажу, что верю в тебя? Что скрывать, иногда и она очень хотела, чтобы Гармадон стал прежним. Видеть его Они Мисако было тем больнее, что она знала, каким ее муж был, пока его не поглотило зло. Но она знала, что вернуть Гармадона полностью будет невозможно, и старалась не поддаваться этим грезам. И никому об этом не рассказывала. Лорд изумленно посмотрел на нее. — Да… — произнес Гармадон после недолгого молчания. — Ты всегда была ко мне добра, Мисако, даже когда я этого не заслуживал. Меня всегда поражала твоя доброта и самоотверженность. Спасибо тебе. Она кивнула. — Иди и поговори с Ллойдом. Он этого не говорит, но ты ему очень нужен. Лорд медленно побрел на капитанский мостик, заведя руки за спину и в задумчивости опустив голову. Мисако взяла из кладовки катану и, выждав, пока муж отойдет на десять шагов, пошла за ним следом. Гармадон прошествовал к пульту управления и остановился позади сына. — Ллойд, —позвал он. Ниндзя резко обернулся и с подозрением взглянул на отца. — Да? — Не возражаешь, если я постою здесь? — Нет, — медленно ответил парень. Лорд стал с левой стороны от него, делая вид, что смотрит на карту. Поведение отца совершенно сбило Ллойда с толку. Они помолчали пару минут. Монтгомери не решался задавать вопросов, а Гармадон собирался с мыслями. — Как у тебя дела, сын? — спросил он. Ллойд покосился на него с еще большим недоверием. — Что?.. Отец, что происходит? Зачем ты спрашиваешь? — Просто хочу узнать, как у тебя дела, — терпеливо пояснил Гармадон, хотя реакция сына его неприятно удивила. Парень оглянулся по сторонам, как бы желая узнать, что могло заставить лорда тьмы вести себя так неестественно. У входа в каюту он заметил Мисако, издали наблюдавшую за их разговором. — Тебя мама надоумила? — резко спросил он. — Да нет же, Ллойд! — воскликнул Гармадон. — Мне действительно интересно! Почему ты мне не веришь?! — Прости, — смягчился ниндзя. — Просто я на взводе из-за всех этих событий. Снова наступило молчание. Ллойда крайне удивило такое странное поведение отца, и он лихорадочно старался найти ему объяснение. Он подумал о том, как же ужасно, что попытка отца проявить заботу вызвала у него только настороженность, но такова была жестокая реальность. Тот же, со своей стороны, пытался найти подходящие слова, чтобы хоть как-то вернуть себе расположение сына. Увы, они оба обнаружили, что совершенно разучились говорить друг с другом, кроме как в ситуациях, предполагающих вынужденное оказание взаимопомощи. Напряжение между ними начало нарастать. Нужно было как-то выруливать из этого неловкого положения. — Я просто хочу сказать, — произнес лорд, — что ты можешь рассчитывать на меня… сын. Ллойд в смятении опустил взгляд в пол. — Хорошо, — тихо сказал он. — Я понял. Спасибо. Гармадон постоял несколько секунд в надежде, что парень скажет еще что-нибудь, но Ллойд не поднимал глаз. Лорд вышел из каюты. Зеленый ниндзя выждал несколько минут, чтобы удостовериться, что отец не вернется. Затем решительным шагом направился к Мисако, стараясь не замечать вопросительных взглядов, которые исподтишка бросали на него члены команды. — Это ты его заставила? — прошипел парень, вплотную приблизившись к матери. Мисако вкратце пересказала Ллойду их с Гармадоном разговор. Ниндзя изменился в лице. Честно говоря, он не ожидал, что отец захочет сблизиться с ним. После всех их злоключений это было что-то из области фантастики. И теперь, когда Гармадон искренне попытался завязать с ним разговор, Ллойд испугался, что его холодность может оттолкнуть отца, и почувствовал себя виноватым. Он обессиленно закрыл лицо руками. — Ах, отец! — простонал парень. Мисако обняла сына за плечи. — Мама, что же мне делать?! Его охватил страх. Ллойд дико боялся лишиться возможности наконец-то вернуть себе отца — настоящего отца, того самого, которого он когда-то называл папой. Он чувствовал, что это сводит его с ума. Мисако поцеловала его в макушку. — Не волнуйся, сынок, — утешительно сказала она. — Не переживай, все будет хорошо. Твой отец гораздо лучше, чем ты думаешь. И чем он сам думает о себе. Я знаю. Ллойд тяжело вздохнул. Ему безумно хотелось верить, что отец сможет когда-нибудь стать прежним, если не внешне, то хотя бы внутренне. П.И.В.В.Ж. сообщила, что “Дар Судьбы” приближается к Кипящему Морю.