Helluva Doom

Флинн вышел из офиса и сразу утонул в гуще Имп-Сити. Улица ревела, мигала, воняла жареным мясом, бензином и дешёвыми духами. Солнце Ада жгло даже сквозь красный смог, но он не чувствовал жары: броня держала температуру идеально. Люди (точнее, демоны) расступались перед ним, будто чувствовали, что лучше не подходить близко. Кто-то шарахался в сторону, кто-то просто замирал и провожал взглядом эту двухметровую зелёную машину, от которой веяло холодом и старой кровью. Он не обращал внимания. Ему просто нужно было понять, что это за место и как здесь всё устроено. Через несколько кварталов взгляд зацепился за огромную неоновую вывеску: «Закусочная Дьявола» — три этажа, рога на крыше, гигантский вертел с целым быком, который крутился над входом, источая аппетитный дым. Флинн толкнул тяжёлую дверь и шагнул внутрь. В зале было тесно и шумно: бесы, суккубы, черти всех мастей жрали, пили, орали друг на друга. Но стоило ему появиться, как гул начал стихать, будто кто-то медленно прикручивал громкость. Адские твари чувствовали. Не разумом — инстинктом. Давление. Тяжёлое, почти физическое. Некоторые начали дрожать, не понимая почему. Двое за соседним столиком внезапно вспомнили, что у них «срочные дела», и выскочили наружу, не доев. Флинн прошёл в самый дальний угол, сел спиной к стене, как привык ещё с Марса, и остался ждать. Официант подошёл минут через пять. Молодой бес, рожки дрожали, но держался парень достойно. — Здравствуйте… вот меню… чего желаете отведать в нашем ресторане? — голос почти не дрогнул. Флинн молча ткнул пальцем в пункт 666. Официант сглотнул: — Филе Люцифера в кровавом соусе… необычный выбор. Сейчас принесём. И испарился так быстро, что чуть не опрокинул поднос у соседнего столика. Еда пришла ещё быстрее: огромный кусок мяса, тёмно-красный, с хрустящей корочкой, щедро политый густым кровавым соусом, от которого шёл тёплый металлический запах. Флинн убедился, что никто не смотрит, приподнял шлем, и взял вилку. Первый прокол в мясо — и тут же грохот. Выстрел. Пуля пролетела через весь зал, отрикошетила от стальной балки и с чавканьем вонзилась прямо в его стейк, пробив кусок насквозь. Соус брызнул во все стороны. Флинн медленно поднял голову. В центре зала стоял здоровенный демон-гибрид: бычья голова, собачья пасть, рога, клыки, всё как положено, только пьян в говно. В одной лапе револьвер, в другой пустая бутылка. — Всем стоять, суки! Деньги на стол! Быстро, пока я добрый! — заорал он и для пущего эффекта пальнул в потолок. Кусок люстры рухнул кому-то на голову. Посетители завизжали, полезли под столы, официанты растворились в воздухе. Будь это просто выстрелы, и не задень они еды, может быть, Флинн и не стал бы вмешиваться – это же Ад, какое ему может быть дело до местных разборок? Но пусть и по случайности, но этот демон привлёк внимание Думгая. Флинн вздохнул, аккуратно положил вилку и встал. Демон заметил движение и повернулся к нему, пьяно щурясь. — Ты чё уставился, консервная банка? Деньги гони!  Рёв, дуло револьвера уже смотрит прямо в визор. Флинн не шелохнулся. Второй выстрел — пуля отскакивает от нагрудника со звонким «дзинь». Третий — то же самое. Демон моргает, пытаясь понять, что происходит. Флинн сделал шаг. Ещё один. Теперь между ними меньше метра. Демон зарычал и выстрелил ещё раз — в упор. Пуля снова отлетела, оставив лишь лёгкую царапину на свеженаполированной Милли броне. — Какого… — начал демон, но не договорил. Плещь! Хрусть! Флинн просто щёлкнул пальцем по запястью демона. Запястье взорвалось мясом и костями, револьвер упал на пол, кровь хлынула фонтаном. Демон взвыл — высокий, визгливый вой, который оборвался мгновенно. Левая рука Флинна уже сжала его горло, правая ухватила за рога. Короткий, точный поворот на триста шестьдесят градусов. Хруст шейных позвонков прозвучал чётко и сухо, как выстрел из дробовика. Голова отделилась аккуратно, без лишней грязи — Флинн давно научился делать это чисто. Тело ещё секунду стояло, фонтанируя кровью из разорванной шеи, потом рухнуло, как мешок. Флинн разжал пальцы и голова прокатилась по полу, остановилась у чьих-то ног и уставилась в потолок пустыми глазами. Наглядный пример того, почему алкоголь, это зло: не напейся этот демон, и не оказался бы в таком плачевном-мёртвом состоянии. В «Закусочной Дьявола» после короткого, но отчётливого хруста шейных позвонков наступила такая густая, почти осязаемая тишина, что казалось, будто кто-то выключил звук во всём мире. Ни звяканья вилок, ни шипения масла на кухне, ни даже обычного гула голосов — ничего. Только тяжёлое дыхание десятков демонов и медленное, ритмичное кап-кап-кап крови из обрубка шеи пьяного бедолаги, растекающейся по кафелю широкой тёмной лужей. Все взгляды — красные, жёлтые, чёрные, светящиеся — были прикованы к фигуре Флинна, высокий и неподвижный, он был, словно бастион, стоял так, будто ничего не произошло. Голова демона-грабителя лежала в стороне от тела, глаза широко открыты, язык вывалился, а на лице застыло выражение полного, абсолютного непонимания. — ЭТО ЧЕЛОВЕК..! — Вырвался крик ужаса из дальнего угла. Слово пронеслось по залу быстрее пули: — Человек… настоящий… живой человек… он оторвал этому парню голову… одной рукой… без оружия… я же говорил, что от него холодом веет…  Официант, тот самый парень с тонкими рожками и подносом, стоял белее мела, колени его подгибались, поднос трясся так, что ложки звенели жалобным перезвоном. Он смотрел на Флинна широко раскрытыми глазами, пытаясь понять, как ему теперь жить после того, что только что увидел. Никогда, за все годы работы в этом проклятом месте, он не видел, чтобы с демонами расправлялись так… профессионально, так буднично, так без лишних эмоций, но при этом так брутально. — Сколько с меня?  — голос прозвучал ровно, спокойно, будто он спрашивал время или погоду. — З-за… за счёт заведения… — выдавил официант, голос дрожал так, что слова едва складывались. — П-пожалуйста… не надо больше никого… мы всё уберём… я сам всё уберу… только не…  Флинн молча кивнул, надел шлем — щелчок замков прозвучал громче любого выстрела в этой мёртвой тишине — и пошёл к выходу. Толпа расступалась перед ним, как перед танком: кто-то падал со стула, кто-то закрывал лицо руками, кто-то просто застывал, боясь даже моргнуть. Один любопытный суккуб всё-таки поднял голову и встретился с непроницаемым зелёным визором. Этого хватило — она тут же уткнулась обратно в тарелку и сделала вид, что её здесь никогда не было. На улице шум Имп-Сити обрушился сразу: сирены, крики торговцев, тяжёлый бас из баров, рёв моторов, запах жареного мяса, серы и дешёвых духов. Всё как обычно. Никто ещё не знал, что внутри только что произошло маленькое землетрясение, которое через час разлетится по всем чатам, новостям и тёмным каналам под заголовками «Человек в зелёной броне обезглавил грабителя в центре города». Флинн шёл медленно, прокручивая в голове случившееся. Демоны здесь — не те безмозглые твари, что рвали людей на куски в его мире. Эти разговаривают, смеются, ругаются, воруют, любят, ненавидят, боятся. У них есть имена, привычки, семьи, прошлое.У них есть личность. И убивать их оказалось тяжелее — не физически, физически всё так же легко, как раздавить насекомое, а внутри. Что-то дрогнуло, когда он увидел в глазах того пьяного быка не только злобу, но и настоящий, человеческий страх смерти. Это было ново. Неприятно. Почти больно. Он привык убивать монстров. А здесь монстры оказались… людьми. Просто с рогами, хвостами и прошлым грешников. Он остановился на светофоре, глядя на красный череп с рогами. Рядом проезжали машины: в одной — семья бесов, дети на заднем сиденье жрали мороженое из чего-то кроваво алого и хохотали; в другой — пара суккуб целуются на красный свет; в третьей — какой-то черт орёт в телефон, что «опять застрял в пробке из-за часа пик». Обычные люди. Просто в Аду. Флинн тихо выдохнул под шлемом. Решение пришло само: больше никаких одиночных вылазок в кафе, бары и рестораны. Только с кем-то из I.M.P. Пусть Блиц орёт, Луна матерится, Милли угрожает всем вокруг, а Мокси пытается решить всё мирно — они хотя бы умеют решать проблемы словами. А он будет стоять сзади, молчать и смотреть. Пока это работает — он попробует жить по-новому. Не как машина для убийств. А как человек, который просто пытается не стать монстром в мире, где монстры — это норма. Обратный путь занял меньше получаса — маршрут уже отложился в голове. Дверь офиса скрипнула, впуская его внутрь. В приёмной сидела только Луна: нога на ногу, телефон прижат к уху, волосы растрёпаны, глаза горят яростью. — Слушай сюда, мразь мелкая, если ты ещё раз позвонишь и спросишь, можем ли мы завалить твою тёщу за полцены, я лично прилечу и засуну тебе этот контракт так глубоко, что ты будешь срать бумажками до конца века!  Рявкнула она, заметила Флинна, на секунду замолчала, коротко кивнула ему (едва заметно, но всё-таки кивнула) и продолжила разнос уже тише. Флинн кивнул в ответ — впервые за всё время попытался обозначить хоть какой-то контакт. Получилось. Он прошёл в зал собраний, выбрал самое дальнее кресло, сел, откинулся назад и просто замер. Броня тихо гудела в режиме ожидания, визор отражал свет ламп. В офисе было тихо — только голос Луны из приёмной да далёкий гул холодильника. Остальных не было. Флинн закрыл глаза под шлемом и впервые за очень-очень долгое время позволил себе просто быть. Не бежать. Не стрелять. Не выживать. Просто сидеть. У него не было ни дома, ни пути назад, ни плана. Но здесь, в этом дурацком офисе с кричащими демонами, с этим ужасным запахом, к которому он постепенно привыкает, он вдруг почувствовал что-то похожее на покой. И решил: пока не откроется портал обратно — он останется. С ними. С этими странными, живыми, человечными демонами. Потому что, возможно, именно здесь он наконец найдёт то, чего не нашёл за все годы мести — причину не только убивать, но и жить.