young and in love

После ночи, проведенной с Сэм и Макс, Оди решила, что обожает ночевки. И теперь, она оставалась в доме Харгроувов-Мэйфилдов. Сэм нашла ей зубную щетку и вещи для сна, а Сьюзан накормила ее кексами с шоколадной крошкой.  В комнате Макс была целая коробка с комиксами - Чудо-Женщина, Мстители, Супермэн, Человек-паук, Зеленый фонарь - и она решила, что сегодня - это день, когда Оди познает все красоту журналов с рисунками, как Эл их называла.  — Какой из них? — спросила Макс, держа в левой руке комикс с Зеленым фонарем, а в правой с Чудо-Женщиной. Оди лишь с тихим выдохом опустила на кровать и накрылась одеялом: — Я не знаю, — она задумчиво опустила взгляд.  — Эй, больше не о чем беспокоиться, — Макс поддерживающе улыбнулась. — Что-то не так. — Что не так? — Хезер. Кровь. Лед. — У Хезер был жар, и она приняла холодную ванну, — попробовала успокоить подругу Мэйфилд, — и ей стало лучше. Все сходится. Я не знаю, откуда взялась кровь, но мы же ее видели. И все было нормально.  — А Билли? — А что с ним?  — Он казался странным.  — Странность - это основа его личности, — закатила глаза Макс, — но я рада, что он не убийца. А то был бы вообще отстой, — пошутила она.  — Кто это? — взгляд Оди упал на комикс с Чудо-Женщиной. — Вот почему тебе нельзя постоянно зависать с Майком.  *** Сэм же в тот день все же встретилась с друзьями. Точнее, с другом. Маркус Бейкер, который в конце июня наконец-то освободился от оков домашнего ареста, позвонил ей еще позавчера, прося о встрече. Макс с ними не пошла, потому что а) для нее, гулять в одной компании в братом равняется смерти, и б) она уже договорилась со своей компанией подруг, с которыми Сэм так близко не дружила, хотя они были милыми девчонками. Она рассказала ему все, что случилось с их крайней встречи: прогулка по магазинам, новые туфли, новая работа Стива, письмо от отца, ее опасения по поводу того, что ответное письмо из Стэнфорда, куда она планировала поехать учиться, еще не пришло, ссора со Стивом и, наконец, странное поведение Билли. — Я серьезно, он очень странно себя вел, — продолжала она, — Он говорил спасибо и пожалуйста, назвал нас с Макс его "сестрами". Он никогда этого не делал. — Он просто вежливо вел себя при родителях этой Хезер, — пожал плечами Маркус. — С каких пор он ведет себя вежливо? Ты встречал Билли? Он псих, — закатила глаза Сэм. — Забей. Меня больше волнует ваша со Стивом ссора. Просто... серьезно? Он никогда не казался мне врущим уродом, — сказал Маркус. Ему Стив может и не нравился, но пока его лучшая подруга была счастлива с ним, он был готов потерпеть. Но когда Харрингтон позволял себе врать Сэм и делать вид, что это нормально? Бейкер был готов высказать ему все, что он о нем думал. — Да все нормально. Я не должна была так себя с ним вести. Я была назойливой. Это моя вина. — Нет, не твоя. — Почему не моя? — Потому что не ты врала. Он хоть извинился? — Мама сказала, что он звонил на наш домашний телефон. 7 раз вчера, 4 сегодня, — пожала плечами она. — Ему жаль. Прости его? Вы, ребята, самое милое, что случилось с Хоукинсом за последние два года, и он делает тебя счастливой, — посоветовал Маркус, в глазах которого Сэм видела искренность. Маркус Бейкер мог недолюбливать Стива Харрингтона, но он точно любил Саманту Мэйфилд. Она лишь кивнула, как бы говоря ему, да, да, как только увижу его, скажу, что все нормально. Так, разговаривая ни о чем и обо всем одновременно, они дошли до дома Мэйфилд. Она тяжело посмотрела на почтовый ящик. — Проверь его. Вдруг письмо пришло, — подтолкнул Бейкер. Саманта маленькими и медленными шагами начала подходить к ящику все ближе и ближе, пока она не дошла до него, открывая. Письмо было там. Ровно одно. С красным логотипом с буквой S. Ее внутренности словно упали вниз от волнения. Руки Сэм тряслись, когда она достала письмо. — О Боже, — сказала она, — я не могу посмотреть. Мне страшно, — она протянула письмо Бейкеру. — Открой, — Маркус взял сверток из ее рук, раскрывая и доставая оттуда лист бумаги, пробегаясь глазами по тексту. Дорогая мисс Мэйфилд, бла-бла-бла, мы рады сообщить Вам... его глаза расширились от радости за подругу, — Почему ты так выглядишь? Что там? Боже, меня не взяли? — Тебя взяли, — тихо сказал он, протягивая ей письмо. Маркус видел, как ее брови поднимаются вверх по мере прочтения, а после она набросилась на него с объятиями и радостным выкриком. Вот для таких моментов нужны друзья.  *** Утром, Сэм проснулась от стука в дверь. Макс и Оди рассказали ей, что Майк сказал, что они должны прийти к нему домой из-за "какого-то бреда", как выразилась Максин. Саманта, все еще окрыленная радостью поступления и скорого возвращения в Калифорнию, быстро согласилась. Она уже рассказала семье - кроме Билли, ведь дома он вчера не появился, видимо остался у Хезер - и Оди, потому что она тоже присутствовала на семейном ужине. Ей не терпелось рассказать Стиву. Она знала, что он будет рад. Он всегда был рад. Ему нравилось говорить, как он гордился своей девочкой. Робин даже рассказывала ей, Сэм, что когда ее нет рядом, Харрингтон берется за любую возможность поговорить о ней.  А дома у Уиллеров она могла бы похвастаться Нэнси, с которой она уже очень давно не виделась из-за того, что они обе работали этим летом. Нэнси и Джонатан этим летом стажировались в издательстве Хоукинса: он в качестве фотографа, а она собиралась быть журналисткой, но из-за паршиво-патриархального устройства Хоукинса она быстро была осажена и сократилась до человека, который приносит всем кофе и сэндвичи. Бедняжка. *** — Сначала я не придавал этому значения, — начал Уилл, когда девочки приехали к Майку домой, — Наверное, просто не хотел верить. Первый раз это случилось на "Дне мертвецов".  — Когда свет отключили? — переспросила Сэм. — Да. А потом я снова почувствовал это на поле у фермы Нельсона. И снова - вчера у форта Байерс.  — Как это ощущается? — спросила Макс. — Похоже на... мертвую петлю на американских горках. Понимаете?  — Конечно, — сказал Майк. — Да, — кивнула Макс. — Нет, — сузила глаза Оди.  — Как будто все в твоем теле просто летит куда-то вниз. Но хуже. Твое тело застывает, и ты не можешь дышать. Я уже это чувствовал. Всегда, когда он приближался.  — Когда кто приближался? — спросила Сэм. — Истязатель разума, — ответил Уилл. Круто, вау. Еще этого этому лету не хватало, думала Саманта. — Я закрыла врата, — мягко возразила Оди. — Я знаю. Но что, если он остался? — Уилл посмотрел на нее, — Что, если мы закрыли его здесь с нами?  Уилл подошел к большому столу, хватая лист бумаги и черный карандаш. Когда все подошли к нему, он начал рисовать черный силуэт. — Это он, — сказал Уилл, — в тот день на поле, — в день, когда Сэм и Макс впервые столкнулись с другой стороной, мысленно добавила Мэйфилд, — какая-то его часть осталась во мне. И мама изгнала его, а Одиннадцать закрыла врата, — он перевернул лист, — но что, если та его часть, что была во мне, осталась в нашем мире, в Хоукинсе? — Не понимаю. Демопсы же погибли, когда Оди закрыла врата, — замотала головой Макс, — Со смертью разума умирает и тело. Это же основной принцип. — Но это ведь не точно, — сказал Майк, что было абсолютной правдой. Они ничего не знали ни об Истязателе Разума, ни об Изнанке, — нам нужно предполагать худшее.  — То есть Истязатель Разума вернулся, — заключила Сэм.  — Да, и если это так, то он снова попытается оставить часть себя в ком-то, — сказал Уилл, и вдруг Саманта почувствовала, что что-то не так.  — Как распознать нового носителя? — спросила Оди, и Сэм поняла: Билли. Вот, что не так с Билли. *** Когда Робин притащила в подсобку магазина мороженого схему вентиляции Старкорта, Стив сразу понял, что хорошо это не закончится.  Когда он откручивал решетку на вентиляции, Стив все еще считал, что это плохая идея. Когда он пытался всунуть туда Дастина, Стив думал, что они все окажутся в очень плохом месте, если полезут туда.  И ему уж точно не понравилась идея Робин засунуть в вентиляцию младшую сестру Лукаса Синклера, Эрику.  О Боже, куда он вляпался? *** — По мне, он выглядит нормально, — пожала плечами Макс, смотря на Билли, который наконец вышел на работу. Только вот он был полностью одет, что он, честно говоря, делал редко. — Нормально, — возмутился Лукас, — как часто ты видела, чтобы он ходил в майке?  — Ну да, немного странно, — сдалась Сэм. — Более чем странно, — сказал Майк, — он был в ванне со льдом. А Истязателю разума нравится холод. — Но он же просто у бассейна сидит, — сказала Саманта, — не очень по-истязательски.  — Необязательно, — заговорил Уилл, — Истязатель скрытный. Он использовал меня только когда я был ему нужен. Ты как будто в спячке. А когда ты ему нужен, он тебя активирует.  — Тогда просто подождем, пока он активируется, — предложила Макс. — Нет, он может напасть.  — Или убить. — Рисковать нельзя. Нужно выяснить является ли он носителем, — сказал Майк и начал уходить, — у меня есть идея. Только парни. — Ты серьезно? — возмутилась Макс.  — Просто доверься мне, — ответил Уиллер. Доверься? Сэм закатила глаза. Ну что за дети? Как она должна убедиться в их безопасности, если они делают непонятно что?  *** — Ну даже не знаю, — покачала головой Эрика. — Не знаешь пролезешь ли? — спросил Дастин. — Я-то пролезу. Вот только не знаю: оно мне надо? — пожала плечами она. — У тебя клаустрофобия? — закатила глаза Робин. Ее Синклер уж очень раздражала. — У меня нет никаких фобий.  — Тогда в чем проблема?  — В том, что я до сих пор не услышала, что из этого получит Эрика. 12 разных видов мороженого лежали перед Эрикой, пока Робин объясняла ей план действий. — Это твой путь, — сказала Робин, — ты проберешься туда, а вечером, когда будет последняя поставка, ты выбьешь решетку, спрыгнешь и откроешь нам дверь. — И вы узнаете, что в коробках? — спросила Эрика, проглатывая свое клубничное мороженое. — Именно.  — И там вооруженная охрана? — когда об этом говорит кто-то другой, думалось Робин, это звучит намного более аморально по отношению к ребенку. — Да, но ее там уже не будет, — уточнил Дастин. — А мины-ловушки? — Мины-ловушки? — Лазеры, дротики в стенах? — Что? — посмеялась над ней Робин. — Мне кажется, или вы фигово продумали свой план? — сказала Эрика. — знаете как ваш дурацкий план звучит для меня? Угроза жизни ребенка. — Мы все время будем с тобой на связи по рации, — начала говорить Робин, но девочка ее прервала: — Угроза жизни ребенка, — она выделила каждое слово, заставляя Бакли тяжело вздохнуть.  — Эрика, слушай, — обратил на себя внимание Дастин, — эти русские хотят навредить нашей стране. Сильно навредить? Ты любишь нашу страну? — Ну ты не можешь сказать Америка, не говоря Эрика.  — Да, — тихо сказал он, — как ни странно, это правда так. Тогда сделай это не для нас, а для своей страны. Сделай это для свои соотечественников. Сделай это для Америки, Эрика.  — Аж мурашки по коже, — саркастично улыбнулась девчонка, — от коктейля, а не твоей дурацкой речи. Знаете, что я больше всего люблю в своей стране? Капитализм. Знаешь, что это? — Да, — кивнул шокированный Хендерсон. — Это свободные рыночные отношения. А значит, людям платят в зависимости от ценности их вклада в дело. И мне кажется, что моя способность пролезть в узкий проход для вас очень-очень ценна. Так что, если вам нужна моя помощь, этот десертный Титаник должен быть первым их многих. И речь идет о бесплатном мороженом на всю жизнь. *** — Эрика, ты на связи? — сказала в рацию Робин. — Да. Вы, задроты, готовы? — проговорила она. — Да, мы готовы. Все тихо, так что даю тебе зеленый свет. — Зеленый свет. Круть. Начинаем операцию "Угроза жизни ребенка". — Может все таки сменим название? — закатила глаза Робин. — Увидимся на той стороне, задроты. Через полчаса Эрика открыла им дверь с другой стороны. Стив тяжело вздохнул и выдал тихое "О Боже", прежде чем встать и последовать за Дастином и Робин внутрь. А ведь он сейчас мог зависать с Сэм. *** В это время, в тихом публичном бассейне Хоукинса, единственным звуком, в котором по ночам являлось стрекотание цикад и тихий шум ветра, начал свое действие план Майка.  Сэм, Макс и другие дождались, пока бассейн закроется, а Билли отправится в душ после смены, чтобы заманить его в сауну. Это нужно было для того, чтобы проверить связан ли он с Истязателем разума. Для этого они начали шуметь, чтобы отправить Билли в направлении сауны.  Когда он дошел до комнаты, где все случится, он хищно улыбнулся, глядя на темный силуэт в бане: — Попался, — он стремительно подошел к темной фигуре, открывая дверь, чтобы застать там только манекен, в которому была привязана рация. Он поднял куклу в воздух, осматривая ее. — Эй, за тобой, — сказал голос из рации. Харгроув резко обернулся, увидев Оди, которая отбросил его в стену, обрушая плитку.  — Сейчас, — ребята подбежали к двери, закрывая ее на все имеющиеся замки и замок с цепью и прибавляя температуру до максимума.  — Макс... — прошептал Билли. — Начинайте, — сказала Максин. *** Стиву уже не нравилось находится на тайной базе советских войск, но он, тем не менее, все же вскрывал коробку обозначеннную логотипом Империал Панда. Там находилась некая коробка, со странным замком. Они не совсем понимали было ли это уже оружие, или оно находилось внутри. Но они все же прокрутили крышку, снимая ее. Четыре колбы виднелись сквозь дым, который шел из коробки. Стив потянулся, чтобы достать одну из колб. — Думаю, вам стоит отойти, — сказал он. Робин и Эрика сразу выполнили его просьбу, а Дастин остался стоять на месте. — Нет. — Я серьезно. — Нет! — возразил Хендерсон. — Если ты умрешь, умру и я. — Ну ладно. Стив достал колбу с зеленой жидкостью и повернулся к Робин, видимо считая ее самым умным человеком, присутвующим в комнате. — Что это? — разбив его ожидания на ответы, спросила она.  Хранилище содрогнулось, заставляя Дастина пошатнуться. — Мне показалось или комната двинулась? — огляделся вокруг он.  — Мины-ловушкы, — с тоном "я же говорила" сказала Эрика. — Знаете что? — Робин схватила колбу и поторопилась к выходу, — просто возмем одну и пойдем отсюда, — она подошла к Эрике, складывая колбу в ее розовый рюкзак. — Какая кнопка, Эрика? — спросил Дастин, нажимая на синюю кнопку с надписью открыть дверь. — Та, которая дверь открывает, задрот. — Которая? Я нажимаю, вообще-то. — На ней описано "открыть"! — Я ее и жму! — Значит нажми на другую, — нашел решение Стив.  — Пусть она просто нажмет сама, — предложила Робин. — Ну и? — указал на безуспешность попыток Стива Дастин, — хватит тыкать, дай я попробую.  — Да откройте уже дверь! — крикнула на них Робин, когда комната вновь содрагнулась, а стены начали двигаться.  Свет вдруг погас, а хранилище падать. Бакли с паническим криком прижала к себе Эрику. — Вот черт, — не то слово Стив. *** — Сэм! Выпусти меня, — Билли продолжал бить по двери, — Макс, открой дверь. Вы, что, думаете, это смешно? Это какой-то прикол? — он плюнул в стекло, — вы, уроды, думаете, это весело? Дверь откройте, — он начал толкаться в дверь, надеясь ее выбить, а после просто сел на пол, — я не виноват. Я не виноват, — кричал он. Сэм подошла к двери. — Что не твоя вина, Билли? — Я такого натворил, Сэм, — он сложил руки в исповедальном жесте, сидя прижав колени к груди, — ужасных вещей. Я не хотел, — плакал он, — Он заставил меня. — Кто? — Не знаю, — прошептал он, — какая-то тень. Огромная тень. Прошу, Сэм.  — Что он заставил тебя сделать? — спросила Саманта. — Я не виноват! Сэм, пожалуйста! — слеза скатилась по щеке Мэйфилд, — пожалуйста, поверь мне, Сэм. Я не виноват!  — Билли лег на пол, рыдая, — я пытался его остановить. Правда. Прошу, поверь мне, Сэм.  — Все будет хорошо, — сказала ему Саманта, — Мы хотим тебе помочь. Просто говори с нами, Билли. — Сэм, отойди от двери, — предупредил Майк. — Что? — Отойди от двери! — крикнул он, прежде чем Билли разбил стекло в двери в сауну, оставляя осколками множество царапин на лице и руках Сэм. — Выпусти меня, сучка! Выпусти! — куском плитки он пытался порезать ее, — Я тебя удавлю, мразь! — он почти открыл дверь, когда Лукас из рогатки подбил его, заставляя упасть на пол. Свет замигал, а Билли заворочался на полу, выплевывая что-то. Сэм мысленно пересчитала детей и прижала их ближе к себе, закрывая настолько, насколько это было возможно.  Билли вбежал в дверь, пытаясь ее открыть. Его вены были черными, а глаза дикими. — Он же не сможет выбраться? — испуганно спросила Макс. — Ни за что.  Билли издал нечеловеческий крик, выбивая дверь и падая на землю. Когда он встал, Оди вышла вперед, готовая защитить своих друзей. Она подняла вверх штангу, прижимая Харгроува к стене, душа его. Свет по-прежнему мигал. Билли отбросил штангу от себя и схватил Оди за горло.  Прежде чем Сэм могла его остановить, Майк уже бежал в сторону Харгроува с железной трубой, ударяя его по голове. Он упал, а когда Уиллер снова замахнулся, он схватил трубу и отбросил ее сторону. Теперь Билли, или Истязатель разума, нацелился на Майка, но не успел ему навредить. Своими силами Оди отбросила его в стену, буквально пробив ее. — О Боже, — сказала Сэм, обнимая плачущую Макс.  Когда они посмотрели в дыру в стене, Билли там уже не лежал. Он убегал в лес.